Авторы о себе

Ай, браво!

Последние новости

ЛОНГ-ЛИСТ конкурса рассказов о детях-инвалидах В каждом человеке -...

Автор:Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА
от 20 Январь 2018
ЛОНГ-ЛИСТ конкурса рассказов о детях-инвалидах "В каждом человеке - солнце"

№83 Паучье сердце

Автор  Опубликовано в Новая сказка-2017 Понедельник, 14 Август 2017 14:46

 

Паучье сердце

***

     Жил когда-то на свете капитан пиратов по кличке Суровый Проглот. Это был вольный разбойник, могучий бородатый великан, наводивший страх на торговцев и мореходов. Капитана вечно окружала ватага мальчишек, которые смотрели на него с восторгом и обожанием. Суровый Проглот помогал бедным, был богат и очень щедр.

     Много историй и легенд ходило о нём.   Но больше всего   умы пиратов тревожило предание о бесценном кладе, который старый капитан зарыл перед смертью на одном из необитаемых островов. Пираты с давних пор мечтали найти главное сокровище его корабля – кроваво-красный рубин «Паучье сердце». По легенде этот камень защищал от любых бед, приносил удачу, богатство и счастье.

    Много лет пираты искали и не могли ничего найти. Но вот, через пару веков Одноглазому Хью и Деревяшке Джону улыбнулась удача. Их лопата наткнулась на старый ржавый сундук. Злобно поглядывая друг на друга, дрожащими руками пираты с трудом вытащили его из глубокой ямы.

     Открыть сундук труда не составило. Джон и Хью заглянули внутрь и ахнули!..

Часть 1

Глава 1

Сокровище маленького пирата

     Итак, пару веков назад до того, как Джон и Хью откопали сундук, ходил в тёплых морях и океанах пиратский корабль под названием «Паучья сеть». Горе было тем судам, особенно торговым, что попадались на пути этому кораблю. Моряки, увидев издали чёрный флаг с костями и черепом на фоне паутины, приходили в ужас и старались немедленно сменить курс. Но не тут то было! От стремительных «пауков» не удавалось спастись никому. Это были самые злые на свете пираты, и грабежами они занимались безжалостно.

     Самым младшим на корабле был пират Недоедайка, а самым огромным и сильным – его папа – Свистящий Зуб. Почему его так прозвали? Да всё очень просто!

     Пираты были людьми невоспитанными и очень драчливыми. Причём дрались они не только с чужаками, но даже и между собой. И вот, однажды папа что-то не поделил с пиратом по прозвищу Железная Пятка. Все подумали, что Железной Пятке пришёл конец, ведь даже один папин кулак был почти в два раза больше Пяткиной головы. Так подумал и папа, но он недооценил противника!

     Железная Пятка был маленьким и проворным. Сколько не старался здоровенный пират его как следует ударить, Пятка всё время уворачивался. В ходе потасовки папа всё же загнал противного вертуна на корабельные перила, но тот изловчился и треснул папу своей «железной» пяткой прямо в лицо.

     Папа взвыл от боли. Железная Пятка выбил ему зуб. Правда, сам при этом свалился за борт. Другие пираты его спасли, но долго ещё хохотали потом над этой историей.

     Они стали дразнить папу беззубым, а он обижался и всё отрицал. Папа говорил, что зуб у него на самом деле, есть, просто стал невидимым. Тогда его начали называть Невидимым Зубом. Но и это прозвище к нему как-то не приклеилось, ведь благодаря своим огромным размерам и громкому басу, сам папа был очень даже видимым и слышимым. После потери зуба он ещё и свистеть стал, как Соловей-разбойник. Теперь, когда папа свистел, пиратам приходилось крепче затыкать уши. Вот так, в конце концов, его и  прозвали Свистящим Зубом.

     Недоедайка был совсем не похож на папу.

– Сплошное наказание для бывалого пирата, а не ребёнок! – говорил про него Свистящий зуб.

     Сколько лет было мальчику, точно не помнил никто. Даже День рождения Недоедайки отмечали то зимой, то летом, потому что зима с летом в тёплых морях и океанах почти не отличаются друг от друга.

     Худенький, бледный, полупрозрачный мальчик почти ничего не ел. Он отказывался даже от спелых ананасов и бананов. Чтобы папа сильно не ругался и не орал на весь океан, Недоедайка втихаря скармливал свою еду корабельной обезьянке Мике. За это папа Мику невзлюбил. Завидев Свистящего Зуба, толстенькая обезьянка, на всякий случай, вскарабкивалась высоко на мачту и притворялась, что любуется небом.

     Свистящий Зуб часто грозился отправить сына на берег к маме. И он даже исполнял свои угрозы. Целых три раза!

     Маму Недоедайка любил, но, как и папа, не мог жить без моря. Поэтому все три раза он незаметно проскальзывал следом за Свистящим Зубом обратно на корабль. А папа обнаруживал его только после того, как корабль далеко отходил от берега. Посреди открытого моря ругаться было уже бессмысленно. Некоторые пираты часто ворчали, что юнгам на корабле не место, и это очень обижало Недоедайку. Он считал себя точно таким же бывалым пиратом, как и они, с той только ничего не значащей разницей, что он был маленьким. А Свистящий Зуб лишь вздыхал.

     Как только не пытался он накормить Недоедайку! Но все его усилия были напрасны…

     И вот, однажды папа попросил кока сварить овсяную кашу и насыпать в неё побольше изюма. Каша получилась наваристая и очень вкусная. А Недоедайка отвернулся от тарелки и даже чуть не заплакал.

     Папа стал уговаривать сына съесть хотя бы ложку каши, и от волнения стал дуть в тарелку. Звук получился свистящий и очень забавный. Недоедайка перестал огорчаться и улыбнулся.

– Папа, а зачем ты свистишь на кашу? – спросил он.

– Я не свищу, – ответил папа, – я дую, это изюм свистит мне в ответ. Наверное, кок насыпал в кашу свистящего изюма.

– А зачем изюм свистит? – спросил Недоедайка.

– От страха, наверное, – ответил Свистящий Зуб. – Боится попасть к тебе в живот. Ведь ты же грозный пират!

     Мальчик улыбнулся и съел ложку каши вместе с пугливым изюмом. Папа продолжал дуть, а изюм всё свистел от страха. И так до тех пор, пока в тарелке у хохочущего Недоедайки совсем ничего не осталось.

     Тогда папа тихонько подул сыну на живот. Живот в ответ тихонько засвистел.

– Изюм отзывается! – сказал Свистящий Зуб. – Смотри, прячься теперь от морского ветра, а то изюм и на его дуновение отзываться будет!

– Папа, а завтра будет свистящая каша? – с надеждой спросил маленький пират.

– Обязательно! – пообещал ему Свистящий Зуб. В приподнятом настроении он вышел на палубу и столкнулся там с Железной Пяткой. На радостях папа кинулся обнимать бывшего противника. Железная Пятка поначалу испугался и попытался вырваться. Он решил, что Свистящий Зуб снова хочет кинуть его за борт. Но тот лишь рассыпался в благодарностях и радостно голосил.

     Когда Железная Пятка понял, наконец, в чём дело, он обрадовался тоже, как впрочем, и другие пираты. Но вскоре они начали завидовать Недоедайке, потому что кок варил для них простую кашу, а для мальчика вкусную, весёлую, и со сладким свистящим изюмом.

     Однажды пираты не выдержали и подняли бунт на корабле. Пришлось коку варить с утра овсянку с изюмом для всех.

     Перед завтраком штурман, который смотрел в подзорную трубу, вдруг закричал:

– Земля, земля! Я вижу землю!

     Пираты переполошились. Оказалось, что они наткнулись в океане на необитаемый остров. Решено было зарыть на нём сокровища, ведь награблено к тому времени было уже немало, а ходить в плавание с таким грузом на борту было тяжело.

     Некоторые пираты, как всегда, подрались между собой, пока делили, кто и что будет прятать. Свистящий Зуб прихватил пару больших сундуков, лопату и вместе со всеми побежал на остров.

– Папа, а что делать мне? – крикнул ему вслед Недоедайка.

– Найди ещё одну лопату и попробуй закопать тоже что-нибудь ценное! – ответил Свистящий Зуб.

     Сын так и сделал.

     Когда «Паучья сеть» отчалила от острова, решено было вернуться сюда через год. Довольные пираты стали спорить, у кого ценнее зарытый клад.

– Не ссорьтесь! – сказал им Недоедайка. – Самый ценный клад зарыл на острове я!

     Пираты расхохотались:

– Да что ты там мог зарыть, малыш? – Всё самое ценное разобрали мы. Даже подрались из-за золота и бриллиантов!

– Не верите? Ну и не надо! – обиделся Недоедайка, но пиратам было не до его обид.

– Кок, где наша каша? – завопили они. – Мы страшно проголодались и хотим завтракать!

     Кок несмело высунулся с камбуза. Он был испуганный и бледный, словно боялся, что его самого сейчас съедят на завтрак.

– А каши нет! – развёл он руками. – Она куда-то исчезла…

– Ах, ты, Дырявая Поварёшка, – заорал папа Свистящий Зуб. – Где наша каша? Куда ты дел самое ценное на корабле?

– Вот, видите? – обрадовался Недоедайка. – а вы не верили, что самое ценное зарыл я!

– Что ты зарыл? – испугались пираты.

– Кастрюлю с кашей! – объявил довольный маленький пират.

– Зачем ты это сделал? – изумился Свистящий Зуб.

– Ты сам велел мне зарыть самое ценное, – пожал плечами его сын.

     Голодные пираты горько заплакали.

– Не плачьте, – утешил их Недоедайка. – Вернёмся на остров через год и наедимся от всей души!

     Долго злились пираты на мальчика, но сделать ему ничего не могли. Папиных кулаков боялись. А вскоре и вовсе про тот случай забыли. Помнил только сам Недоедайка. Кушать он стал гораздо лучше, да только изюм на корабле закончился. Вот маленький пират и скучал по своей свистящей каше.

     Через год пираты вернулись на необитаемый остров. Побежали проверять свои сокровища. Побежал и Недоедайка. Какова же была его обида, когда он раскопал свою яму, и вместо вкусной и ароматной каши с изюмом обнаружил в кастрюле зелёную плесень!

– А-а-а! – завопил маленький пират. – Воры, негодяи! Украли мою кашу, подсунули мне вместо неё какую-то гадкую зелень! Ну, берегитесь, сто дырявых поварёшек мне в лоб, моя расправа будет свирепой!

     Вот как разозлился Недоедайка! И с тех пор характер у него стал меняться. Ел мальчик всё больше и становился всё сильней и суровей. В общем, вырос из него настоящий пират по кличке Суровый Проглот, и стал он со временем капитаном «Паучьей сети».

     Нрав у капитана был крутой, и задобрить его можно было только тарелкой овсяной каши с изюмом.

     Однако всех без разбора Суровый Проглот не грабил, а нападал только на очень богатые суда. И была у капитана одна странность: иногда он похищал детей, которые не слушались родителей и плохо ели. Как увидит он какого-нибудь худого, бледного и капризного мальчика, так украдёт обязательно!

     По целому году он держал пленников на борту «Паучьей сети» и откармливал свистящей, говорящей и поющей овсянкой с изюмом. А потом подкидывал откормленных детей плачущим от счастья родителям.

     А вот сироток Суровый Проглот забирал к себе навсегда. С удовольствием кормил их и учил пиратской песенке:

Йо-хо-хо, ешь овсянку с изюмом,

Йо-хо-хо, станешь сильным и умным!

И назло океанским ветрам

Йо-хо-хо, кашу ешь по утрам!

     На корабле всех этих детей так и звали: дети Сурового Проглота. Никто не смел их обижать, зная какие у папы огромные кулаки.

     Пираты гадали: зачем ему возиться с этими детьми? А всё объяснялось очень просто! Под грозной внешностью Сурового Проглота был всё тот же мальчик Недоедайка, привыкший делиться едой с любимой обезьянкой и помнящий заботу о нём своего отца.

***

     Сундук, найденный Одноглазым Хью и Деревяшкой Джоном, не был пустым. Но вместо сокровищ и бесценного рубина в нём лежали лишь стопки исписанной бумаги. Озадаченный Деревяшка Джон с надеждой взял верхний листок и прочёл:

     «Дорогие мои пираты из прекрасного будущего!

Никогда не зарывайте в землю кастрюлю с кашей! Иначе, какие-нибудь негодяи могут её похитить и подсунуть взамен зелёную гадость! Радуйтесь настоящему моменту, ешьте всё в свежем виде, будьте здоровы и счастливы!»

– О-о-о! – взвыл от разочарования Деревяшка Джон. – Старик над нами издевается! Или  выжил из ума на старости лет!  Хью, – спросил он с досадой, – и вот за этим все мы столько времени гонялись?

– Подожди, – остановил его Одноглазый Хью, – давай дочитаем всё до конца! Быть может, тогда мы узнаем, где находится настоящее сокровище капитана и куда он дел драгоценный рубин!

     Так, пираты принялись читать истории, записанные последним капитаном «Паучьей сети» по кличке Суровый Проглот.

Глава 2

Глубинный злыдень

     Пираты были людьми безжалостными. Сказки на ночь детям они рассказывали вовсе не такие, как добрые папеньки и маменьки на безопасном берегу. Но, несмотря на это, приёмные дети капитана Сурового Проглота сказки любили безумно и с нетерпением ждали вечера, чтобы послушать страшные и, порой, леденящие кровь истории.

     В один из таких вечеров в капитанской каюте в ожидании сказки сидели трое маленьких пиратов: Лопоухий Эндрю, Босоногий Джек и Рон Проныра. Капитан задерживался. Он давал указания штурману и вперёд-смотрящим, ведь недалеко уже было до порта Хаген, где «Паучья сеть», благодаря ночной темноте, должна была незаметно причалить.

– Ну что, воробьи, готовы? – пробасил Суровый Проглот, заходя в свою каюту. – Или, быть может, отпустить вас сегодня спать без страшилок на ночь?

– Нет, нет! – заголосили маленькие пираты. – Мы вели себя хорошо и сегодня почти не хулиганили!

– Не хулиганили?! – грозно спросил капитан. – А кто стащил у боцмана Эя Разявы две деревянные швабры?

   Рон Проныра скромно потупил взгляд:

– Я на время взял, вернул же почти сразу!

– Вернул! – разошёлся ещё больше капитан. – Да только сломанные! Швабры нужны для того, чтобы драить палубу, а не сражаться. Ясно вам?

– Ясно, – устыдились в свою очередь Босоногий Джек и Лопоухий Эндрю. – Мы больше не будем!

– Прости нас, Суровый Проглот, – сказал Рон Проныра. – Расскажи нам сказку!

– Расскажи, расскажи! – поддержали его остальные.

– Хо-хо! – засмеялся капитан. – Ну, слушайте!

***

– Море только с виду гладкое и бескрайнее. «Вода себе да вода!» – скажет тот, кто не знает его многоликий и непредсказуемый характер. А что на самом деле таит в себе эта огромная толща воды? Что происходит на разных её глубинах и на самом дне? Точно не знает никто...

– Даже ты? – удивился Босоногий Джек.

– Даже я, – усмехнулся Суровый Проглот. – Но рассказов за свою жизнь я слышал немало: о русалках и водяных, блуждающих огнях и гиблых местах, о поющем ветре и глубинном злыдне…

     Капитан понизил голос:

 – Глубинный злыдень живёт почти на самом дне. Пока светит солнце, он находится в полудрёме, и в перерывах между сном питается страхами мелких рыбёшек и других морских обитателей. Но лишь только наступает ночь, глубинный злыдень поднимается на поверхность и ищет себе добычу поинтереснее да покрупнее!

– Ой! – невольно вырвалось у Лопоухого Эндрю.

– Что, уже струсил? – захохотал Босоногий Джек.

– Ещё чего! – стал храбриться Эндрю. – Это всего лишь сказочка, да и то для таких малявок, как вы. А я, между прочим, самый старший!

     Капитан подождал, пока маленькие пираты перестанут браниться, и продолжил:

– Глубинный злыдень появляется всегда внезапно и выскакивает обычно в тот момент, когда его меньше всего ожидаешь увидеть. Он набрасывается на моряков, не спящих ночью и даже на простых людей около пристаней. В лучшем случае, человек на всю жизнь остаётся заикой, в худшем – умирает от ужаса прямо на месте. Глубинному злыдню достаётся столько страха, что он, довольный и сытый, отправляется обратно в море, и может иногда несколько суток сладко дремать на дне.

– А как он выглядит? – спросил маленький рыжеволосый Рон Проныра. Его, обычно весёлое, всё в конопушках лицо, выглядело сейчас озадаченным.

– Примерно с тебя ростом, – ответил капитан, – и чёрный: с пяток до самой макушки! Лишь белые хищные глаза жадно блуждают в темноте, высматривая добычу повкуснее да потрусливей!

– Тогда он нам не страшен, – воскликнул Лопоухий Эндрю. – Ведь мы самые отважные в мире маленькие пираты!

– Особенно я! – ещё подумал он, но не стал говорить этого вслух, чтобы не ругаться с Босоногим Джеком.

     Вскоре один из вперёд-смотрящих увидел в подзорную трубу огни порта Хаген.

– Земля, земля! – радостно закричал он.

– Земля! – радостно заголосили и другие пираты.

     Рон Проныра, Босоногий Джек и Лопоухий Эндрю пулей выскочили на палубу. На море были лёгкие волны. Корабль шёл при попутном ветре быстро и бесшумно. Наступила ночь, и в чёрном небе ярко светили звёзды. Капитан давал распоряжения команде, решая, кто пойдёт на разведку в порт, а кто останется тем временем на корабле.

     Суровый Проглот вместе с боцманом тоже решили отправиться на прогулку.

– Мы хотим с вами! – стали умолять капитана маленькие пираты.

– Хо-хо! – посмеялся над ними Суровый Проглот. – Но детям пора спать! Забыли, что глубинный злыдень рыщет в ночи?

– Мы никого не боимся! – отважно сказал Рон Проныра, выпятив вперёд грудь.

– Гав! – громко крикнул кок Резиновая Макарона, подкравшись к нему сзади.

– А-а-а! – завизжав, подпрыгнул Рон.

– Трусишка! – засмеялся Лопоухий Эндрю.

– Я от неожиданности, – смутился Рон Проныра. – Сам бы ещё не так завизжал! – сказал он Эндрю.

– Никогда! – ответил тот.

– Да, ладно вам! – потешался капитан. – Я и сам хотел взять вас с собой. Иногда полезно и по земле ногами походить!

     Разведав обстановку в порту, капитан, боцман и маленькие пираты отправились в городской парк. Ночь была тёплая, пахло цветущими магнолиями. Жители Хагена мирно спали в своих домах. Тишину нарушали лишь песни цикад и крики Лопоухого Эндрю:

– Я –  глубинный злы-ы-ы-день! – завывал он, гоняясь по аллеям парка за Роном Пронырой. Босоногий Джек заливисто хохотал.

– Тише! – прикрикнул на них Суровый Проглот. Вместе с Эем Разявой он шёл немного поодаль.

– Чего это они так разошлись? – спросил боцман.

– Да, сказку я им рассказал, – ответил капитан, – вот и играют теперь. Дети же! Ты лучше скажи мне, куда стали пропадать с корабля ценные вещи? Толи ты за командой плохо следишь, толи на руку стал нечист!

     Капитан посуровел.

– Если безобразие не прекратиться, разжалую тебя в сухопутные, так и знай!

     Боцман начал оправдываться и объяснять капитану, что ни в чём не виноват. Они остановились, а маленькие пираты тем временем забрели в неосвещаемую часть парка. Дети набегались и устали.

– Кажется, лавочка! – воскликнул Лопоухий Эндрю и с разбегу плюхнулся на неё.

– А-а-а! – раздался дикий крик и кто-то чёрный, и потому не слишком заметный в темноте, резко вскочил. Хорошо видны были только глаза.

– А-а-а! – завопил с перепугу бедный Эндрю. – Глубинный злыдень!

     Другие маленькие пираты тоже перепугались не на шутку. Они стали звать Сурового Проглота. Капитан тут же прибежал на зов и крики. Увидев его, глубинный злыдень быстро нырнул в кусты и хотел удрать. Но Суровый Проглот догнал его и вытащил на свет. Маленькие пираты боялись приближаться. Глубинный злыдень кричал и вырывался, но у Сурового Проглота хватка была железной.

– Эй, воробьи, – позвал он маленьких пиратов. – Идите сюда и не дрожите! Вы что, никогда темнокожих мальчишек не видели?

     Но Лопоухий Эндрю не хотел приближаться.

– Я не-не-пой-ды-ду! – упираясь, говорил он друзьям, которые тащили его вперёд.

– Кажется, он стал заикаться! – испугался Босоногий Джек.

– Останешься тут заикой, когда на тебя настоящий глубинный злыдень из темноты выскакивает! – ещё не совсем оправившись от страха, ответил Рон Проныра.

– Ну, – сказал капитан, наконец, скрутив незнакомца, – рассказывай, кто ты такой!

– Я Ды-ды-ды-Джо! – заикаясь, ответил тот.

– Кажется, ты тоже здорово напугал этого глубинного злыдня! – сказал Босоногий Джек Лопоухому Эндрю.

– Да, что вы заладили: злыдень, злыдень? – шикнул на них Суровый Проглот. – Это такой же мальчик, как и вы, только темнокожий. Его зовут Джо.

     И тут Джо не выдержал и заплакал. По щекам покатились слёзы, оставляя за собой на щеках светлые дорожки.

– Э, воробей! – удивился капитан. – Да ты же просто неумытый! Ты чей?

– Ни-чи-чей! – ответил Джо и, заикаясь, рассказал свою историю.

     Джо не помнил своих родителей. Он всё время скитался или жил у чужих людей. Выгоняли его каждый раз за то, что он наотрез отказывался мыться. Дольше всего мальчик прожил у торговки рыбой. Он выполнял её мелкие поручения и помогал носить товар на рынок. Взамен она давала ему еду и разрешала спать в сарае. Всё бы ничего, да ворчливая миссис Фиш начала терять из-за Джо своих постоянных покупателей. Вид неумытого мальчика их отпугивал.

– Антисанитария! – брезгливо морщились они, и покупали рыбу у других торговцев.

     На уговоры миссис Фиш помыться упрямец не соглашался, и в один прекрасный день она не выдержала. Разоралась, что Джо грязнее сапожника и выгнала его. Куда было идти? Джо подумал и пошёл искать сапожника.

      Хью Тэлбот согласился взять его подмастерьем, но однажды к нему в гости пришёл хозяин трактира. Этот толстый аккуратный дяденька был очень доволен работой Хью и, чтобы отпраздновать обновку, принёс с собой две бутылки рома и угощение. Когда бутылки опустели, сапожник позвал своего помощника, чтобы тот убрал грязную посуду. Увидев неумытого Джо, трактирщик спросил, почему мальчик такой грязный. Сапожник пожаловался, что не может заставить упрямца мыться.

     Мыть решили вдвоём и немедленно. Но справиться не удалось. Джо разорался и укусил трактирщика. Тогда сапожник рассердился и тоже выгнал мальчика. Идти Джо было некуда, поэтому несколько дней он ночевал на лавочке в парке. Тут-то, по его словам, на него и напал белобрысый злыдень с оттопыренными ушами.

     Лопоухий Эндрю чуть не захлебнулся от возмущения, услышав, как его обозвали. К тому же, Босоногий Джек вместе с Роном Пронырой начали над ним хохотать.

– Два злыдня напугали друг друга! – веселились они.

– Тише! – прикрикнул на них Суровый Проглот.

– Пойдёшь с нами на пиратский корабль? – спросил он у нового найденного мальчика.

– А мыть не будешь? – засомневался Джо.

– Мыть? – хитро улыбнулся капитан. – Ещё чего! Разве возможно переупрямить ребёнка? Проще заставить кашу свистеть!

     После этого вопросов больше не было, и на корабле «Паучья сеть» появился новый  маленький пират по кличке Неумытый Джо.

Глава 3

Неумытый Джо и Великий Дух океана    

     Больше всех маленький пират Неумытый Джо подружился с Лопоухим Эндрю. После происшествия в порту Хаген оба заикались. Суровый Проглот посоветовал им петь. И теперь, с утра до вечера, они в два голоса распевали пиратские песни. «Медведь наступил на ухо», – так говорят о тех, у кого нет слуха. Но Эндрю и Джо не повезло ещё больше. Видимо, им обоим на уши наступил один и тот же огромный слон. Пели они жутко, и слушать их было невозможно.

     Особенно страдал кок Резиновая Макарона, у которого был превосходный слух.

– Не могу я больше терпеть эти павлиньи крики, – пожаловался он, в конце концов, капитану, – и вообще, замарашку надо как следует вымыть! Негоже ему каждый раз садиться за стол с грязными руками.

– Потерпи немного! – попросил капитан. – От заикания уже почти ничего не осталось. А вот насчёт мытья – тут особый подход нужен! Поможешь мне? – подмигнул он коку.

– Да, с удовольствием! – ответил Резиновая Макарона.

     От Хагена корабль взял курс на Амарилью. Суровый Проглот хотел успеть на карнавал, который раз в год проходил в этом порту. Маленьких пиратов он обещал взять с собой, и они с нетерпением ждали праздника.

     Неумытый Джо с удовольствием обсуждал с новыми друзьями, как они будут пугать местную ребятню, проказничать и веселиться.

     Услышав разговоры маленьких пиратов, Суровый Проглот удивился:

– Разве ты тоже хочешь пойти с нами на карнавал в Амарилье? – спросил он у Джо.

– Конечно! – горячо воскликнул мальчик.

– Но ведь тебе тогда придётся вместе со всеми пройти особый обряд и попросить Великого Духа океана, чтобы он даровал тебе защиту.

– Я готов! – сказал Джо.

– А что это за обряд? – спросил Рон Проныра. – И кто он такой, этот Дух океана?

– Великий Дух океана всемогущ! – ответил капитан. – Он повелевает тихими волнами и грозными штормами, лёгким бризом и ураганным ветром. Он может дать свою защиту, и пиратов на празднике никто не узнает и не тронет. Надо лишь попросить его об этом и с головой по пояс окунуться в океанскую воду.

– Нет! – испугался Неумытый Джо. – Вы меня не обманете, и я никуда не пойду!

– Оставайся на корабле, – равнодушно пожал плечами Суровый Проглот, – кто-то же должен охранять «Паучью сеть», пока мы будем веселиться!

     Неумытый Джо приуныл. Ему очень хотелось пойти с друзьями на праздник, но упрямство было сильнее.

     Корабль прибыл в Амарилью на рассвете, когда маленькие пираты ещё спали и досматривали сладкие утренние сны.

     Босоногому Джеку снились розы. Они падали с неба и, почему-то, превращались в добрых пиратов, которые загадочно улыбались. Джек пытался разглядеть их лица, но пираты куда-то быстро убегали. А с неба падали всё новые и новые розы.

– Подъём! – вдруг громко заорал кто-то, рассыпающий цветы с неба, и Джек вскочил.

– Тьфу, ты! – подумал он. – Это же Суровый Проглот!

– Ах, вы сони, лежебоки! – гремел бас капитана. – Проспали всё на свете! А я уже побывал в порту и купил для вас карнавальные костюмы!

– Ух, ты! – радостно воскликнул Рон Проныра. – Мы уже в Амарилье! А кем я буду?

– Зайцем! – ответил капитан. – А эти двое – Арлекинами, – указал он на Босоногого Джека и Лопоухого Эндрю.

– А почему это они – Арлекинами, а я – простым зайцем? – надулся Рон.

     Босоногий Джек и Лопоухий Эндрю захихикали.

– Ты недоволен? – удивился капитан. – Да у тебя самый лучший костюм! Заяц – это отличная маскировка. А ещё, это так мило! Ведь зайчиков все любят. Море улыбок и подарков тебе обеспечено!

     Рон Проныра показал друзьям язык и расплылся в довольной улыбке. А вот Неумытый Джо приуныл ещё больше…

     Вечером на палубе корабля стояли три большие лохани, доверху наполненные океанской водой.

– Итак, начнём! – торжественно произнёс Суровый Проглот. – Становитесь на колени! – приказал он Босоногому Джеку, Лопоухому Эндрю и Рону Проныре.

     Маленькие пираты встали на колени, каждый напротив своей лохани.

– О, Великий Дух океана! – произнёс капитан, глядя в вечернее небо. – Помоги нам, дай защиту и сделай неприкосновенными!

– Помоги! – попросили маленькие пираты. Они встали и уже приготовились окунуться в океанскую воду.

     Вдруг раздался пронзительный визг. Непонятно откуда выскочил Неумытый Джо и окунулся с головой в лохань Лопоухого Эндрю.

– Что ты наделал? – обиженно завопил белобрысый маленький пират. Его глаза были полны ужаса. – Ты осквернил мою лохань! Глубинный злыдень ты после этого и больше никто!

     Неумытый Джо довольно плескался, и вскоре грязи на его лице и теле не осталось.

– Не расстраивайся, – улыбнулся Суровый Проглот Лопоухому Эндрю. – У кока стоит запасная лохань с океанской водой. Она даже больше, чем твоя!

     Эндрю побежал на камбуз. Кока там не было, зато лохань, и правда, стояла. Маленький пират окунулся в неё с головой, а потом побежал обратно на палубу.

     Все веселились, разглядывая чистого и счастливого Джо.

– Не обижайся, Эндрю, – сказал он другу, – я просто не хотел, чтобы ты шёл на праздник без меня!

Эндрю уже и не обижался.

– Ура! – закричал он. – Мы пойдём все вместе!

– Но ведь у Неумытого Джо нет карнавального костюма! – вдруг сообразил Рон Проныра.

– И нет ничего невозможного для Великого Духа океана! – весело подмигнул ему капитан.

– О, Великий Дух океана, слышишь ли ты меня? – воззвал, глядя куда-то вверх, Суровый Проглот.

– Слышу! – раздался величественный голос сверху.

     Маленькие пираты застыли от удивления.

– Если ты слышишь меня, Великий дух океана, – продолжил капитан, – то пошли нам карнавальный костюм для Неумытого Джо! Он умылся.

     К ногам Сурового Проглота шлёпнулся мешок. К ещё большему изумлению маленьких пиратов, в нём оказался ещё один костюм Арлекина!

– Спасибо тебе, Великий Дух океана! – громко крикнул капитан, прижимая руку к груди.

– Всегда, пожалуйста! – еле слышно ответил кок Резиновая Макарона. Всё это время он прятался за корабельной мачтой и мешками с мукой на крыше капитанской рубки.

– Ай, да Суровый Проглот, ай, да молодец! – довольно подумал он. – Ловко мы всех обхитрили!

     Маленькие пираты сгорали от нетерпения. Они побежали одеваться в карнавальные костюмы. Ближе к ночи с капитаном и частью команды Лопоухий Эндрю, Неумытый Джо, Босоногий Джек и Рон Проныра попрыгали в шлюпки, уже ожидавшие их у кормы, и по команде Сурового Проглота отправились на карнавал.

Глава 4

Карнавальный пират

 

     Утопающий в цветах порт Амарильи встретил маленьких пиратов шумом, стрельбой и громкой карнавальной музыкой. Небо озарялось вспышками фейерверков, на пристани было светло, почти как днём. Рон Проныра без конца крутил головой. Его очень удивлял этот контраст: обернёшься назад – огромное чёрное небо, усыпанное крупными ярко-жёлтыми звёздами и задумчивая полная луна, рисующая золотую дорожку на чёрных волнах океана, посмотришь вперёд – море света и бесконечного веселья. Шлюпки у берега освещались фонарями, некоторые жители и гости Амарильи пели и веселились, не выходя на берег. Неумытый Джо и Лопоухий Эндрю, задрав головы вверх, считали без конца взлетающие в небо ракеты.

     Играл оркестр, нарядные дамы и кавалеры танцевали, акробаты крутили немыслимые сальто, а клоуны на ходулях устраивали конкурсы и раздавали детям леденцы и подарки.

     Босоногий Джек с любопытством разглядывал детей. Девочки и мальчики были наряжены в яркие карнавальные костюмы, от которых у Джека, в конце концов, запестрило в глазах. Здесь были сказочно-красивые принцессы, феи, русалки, морские чудовища, отважные моряки, мушкетёры, шуты, короли и благородные рыцари.  Все они прыгали, бегали, орали, визжали от удовольствия, и казалось, что веселью не будет конца.

– Смотрите! – вдруг воскликнул Босоногий Джек. Он указывал друзьям на стоящего чуть поодаль худенького мальчика примерно их лет. – Во, даёт! Да кем он себя возомнил?

– Ой, не могу! – засмеялся Лопоухий Эндрю, взглянув на мальчишку. – Это ж надо…пират!

     Маленькие пираты дружно расхохотались.

– Сейчас я его проучу! – воскликнул Босоногий Джек. Он снял с головы колпак с бубенцами, и тряхнув светло-каштановыми волнистыми волосами длиной до плеч, вместе с друзьями направился к мальчику в пиратском костюме. Тот стоял, гордо выпятив грудь вперёд, отчего маленьким пиратам делалось ещё смешнее. Они хотели позабавиться над сухопутным выскочкой, непонятно кем себя возомнившим.

– Здра-авствуйте! – шутливо поклонился незнакомцу Босоногий Джек,  и насмешливо уставился на него своими большими зелёными глазами.

– Здравствуйте, арлекины! – ответил мальчишка, разглядывая странную компанию. И ты, заяц, не хворай! – обратился он к Рону. На голове у незнакомца была разноцветная бандана, а за поясом торчал игрушечный пистолет. В руках он держал саблю, которая тоже была игрушечной. – Только не вздумайте со мной шутить, – предупредил мальчик, пытаясь придать голосу как можно больше грубости, – с пиратами шутки плохи!

     При этом он задрал голову вверх и напустил на себя ещё более важный вид, отчего маленькие пираты совсем покатились с хохоту.

– Ну, держись, сейчас ты узнаешь, кто из нас настоящий пират, а кто переодетый, – сказал Босоногий Джек и навис над противником, чтобы  как следует напугать его.

– Настоящий?! – вдруг расплылся в широкой восторженной улыбке мальчик.

     Босоногий Джек оторопел от неожиданности и отпрянул. Он ожидал всего чего угодно: обиды, испуга, ответного выпада или  попытки к бегству, но только не такого пламенного восхищения.

– Ты хочешь сказать, что ты – настоящий пират? – глядя на него с восторгом, спросил мальчик.

– Ну, вообще-то, да, –  смущённо пожал плечами Джек. Его друзья, увидев, что позабавиться не удастся, и смешной потасовки не будет, разбежались кто-куда, смешавшись с карнавальной толпой.

– Расскажи, расскажи мне о своей жизни! – попросил его мальчик. Босоногий Джек не смог отказать.

– Как тебя зовут? – спросил он нового, так неожиданно появившегося у него друга.

     Мальчишка встал на цыпочки и тихо прошептал что-то на ухо Джеку. Босоногий Джек оторопел от удивления второй раз, и опять во все глаза уставился на незнакомца.

– Ой, только не говори никому! – взмолился тот, – мне так хочется тоже стать настоящим пиратом! Поможешь?

– Попробую…- еле выдохнул изумлённый Джек.

     К шлюпке, отплывающей на корабль, он вернулся позже всех, тихий и задумчивый.

Глава 5

Робин Тихоня

     Обычно, когда «Паучья сеть» останавливалась вблизи какого-нибудь порта, за мелкими покупками на шлюпке посылали Рона Проныру. Но утром после карнавала, на вылазку в порт Амарильи вдруг неожиданно вызвался Босоногий Джек. В другое время Рон в ответ на такое предложение, конечно же, обиделся бы и надул губы. Но только не в этот раз! Немного поворчав, он с удовольствием остался на корабле, чтобы отоспаться после карнавала, а потом вдоволь полакомиться орехами, конфетами, и как следует рассмотреть все подарки, которые надарили жители Амарильи очаровательному зайчонку.

     Два дня с утра до вечера Босоногий Джек пропадал в порту, а на третий, когда капитан уже готовился давать команду к отплытию, явился на корабль вместе с новым другом.

– Это ещё кто? – вскинул брови Суровый Проглот, увидев незнакомого голубоглазого мальчишку в разноцветной бандане.

– Это Робин, – ответил за друга Босоногий Джек. – Видишь, какой он худенький и бледный? Его нужно срочно откормить овсянкой.

     Робин покорно молчал, опустив глаза в пол.

– А что же, Робин, у тебя нет родителей? – недоверчиво спросил капитан.

– Родители у него есть, – ответил Босоногий Джек, – но Робин очень хочет в море, в путешествие, он хочет быть пиратом! Мы написали его родителям записку, что их сын вернётся к ним ровно через год, когда «Паучья сеть» снова будет в Амарилье.

– Да вы с ума сошли! – воскликнул Суровый Проглот. – Его родители могут начать поиски, обратиться к властям и у нас будут неприятности! Да и зачем нам сухопутный ребёнок, который привык жить в комфорте с папой и мамой?

– Ну, пожалуйста! – взмолился Босоногий Джек, – его родители не причинят тебе вреда, они не такие, я с ними познакомился. А мы всё равно сбежим, если ты его не возьмёшь, только тогда с другими пиратами!

 – Ага, очень вы им нужны! – проворчал Суровый Проглот. – И почему ты всё время говоришь один? – спросил он у Босоногого Джека. – Твой друг язык проглотил? Может быть, он не очень-то и хочет на наш корабль.

– Хочет, очень хочет! – горячо заверил Босоногий Джек, – просто он скромный, тихий.

– Робин Тихоня! – воскликнул Лопоухий Эндрю, который вертелся рядом во время всей беседы. – Капитан, – спросил он, – а разве тихоням место на корабле? Пусть лучше сидит дома на суше!

     Глаза Робина сверкнули от обиды, он развернулся и треснул Лопоухого Эндрю кулаком в плечо.

– Ай! – тут же вскрикнул Робин от боли и стал трясти рукой.

– Ничего! – снисходительно улыбнулся Босоногий Джек, – драться  я тебя тоже научу.

– Ты так говоришь, – упрекнул Джека Суровый Проглот, – как будто бы я уже на всё согласился. – Но я при всём желании не могу оставить на корабле твоего друга. В вашей каюте всего четыре места, и мне негде разместить ещё одного юнгу. И без того команда возмущается, что я превратил корабль в детский сад.

– Не страшно! – воскликнул Босоногий Джек. – Я уступлю Робину своё место, а сам буду спать на рундуках.*

*Рундук - большой сундук на корабле, встроенный в пол. Служит для хранения вещей.

– Не надо на рундуках! – раздался сзади голос добродушного Эя Разявы. – Я заберу в свою каюту Рона Проныру. Этот маленький пират давно неравнодушен к боцманскому хозяйству! – улыбнулся он в пышные усы, –  буду воспитывать боцмана себе на смену.

– И ты туда же! – покачал головой Суровый Проглот.

– Ладно, Робин Тихоня, – обратился он к новому мальчику, – оставайся пока на корабле, – но ровно через год отдам тебя откормленного твоим родителям, так и знай!

– Ура-а-а! – закричали маленькие пираты, и Робин Тихоня отправился в плавание вместе с новыми друзьями.

                                                                 Глава 6

                                      Мадам Каракурт и сердце корабля

     Из Амарильи  корабль взял курс на Торпу – большой торговый порт, где пираты собирались продать часть награбленных сокровищ. Вечером  после отплытия на палубе отмечали День рождения Гленна Красавчика – первого помощника капитана. Гленн Красавчик был строгим и надменным. Маленькие пираты его побаивались, да и он их терпеть не мог. Поэтому любимые «воробьи» Сурового Проглота сбились в стайку и старались вести себя тихо, чтобы не подводить капитана. Они несколько раз слышали, как первый помощник упрекал их приёмного папу в том, что на корабле слишком много детей.

     Пир удался на славу. Кок Резиновая Макарона наготовил много всевозможных угощений. Суровый Проглот разрешил достать из трюмов всё самое дорогое и вкусное. Пираты сначала по очереди поздравляли Гленна Красавчика, произнося тосты и восхваляя первого помощника за ум, строгость и справедливость, а потом начали громко орать песни и разговаривать, перекрикивая друг друга.

– Выпейте за моё здоровье! – предложил Гленн Красавчик, подходя к капитану и боцману. – Что же ты совсем не пьёшь, Эй Разява? Или не радуешься моему празднику? – криво улыбнулся он, наливая боцману целую кружку рома.

 – Сам же жаловался на меня капитану, что вещи пропадают, –  развёл руками Эй Разява. – Мне надо быть бдительным, держать ухо востро!

     Гленн Красавчик взял стул и подсел ближе к боцману и капитану.

– А ведь с этим давно пора разобраться! – заметил он.

– Да, это не шутки! – нахмурился Суровый Проглот. – Если безобразие не прекратится, разжалуем тебя из боцманов! – пригрозил он Эю Разяве. – Смотри, – сказал он ему, – главное – береги сердце корабля! Я стал очень переживать за бесценный камень. Пропадёт, и капитан –  не капитан, и корабль – не корабль!

– Что ты! – испугался боцман, – его я как зеницу ока берегу! Оба ключа – и от верхнего шкафа и от заветной шкатулки под подушкой храню! – прошептал он.

– Это вы о рубине «Паучье сердце»? – блеснул глазами Гленн Красавчик.

– Тс-с-с! – зашипел на него капитан. – Нас могут услышать! Этот камень – сердце корабля. Он принадлежал ещё первому атаману пиратов «Паучьей сети», а если сказать точнее, атаманше!

– Что?! – в один голос удивлённо воскликнули первый помощник и боцман.

– Женщина – капитан «Паучьей сети»? – не поверил Гленн Красавчик.

– Женщина, – подтвердил Суровый Проглот. – Да такая, что ни один пиратский атаман ни в прошлом, ни в настоящем ей в подмётки бы не сгодился!

     И капитан рассказал историю первой владелицы «Паучьей сети»:

   – Чёрная вдова мадам Каракурт была сиротой, а муж её умер через год после свадьбы. Он был очень стар и очень богат. Все свои деньги и сокровища он завещал обществу охраны попугаев, а молодой жене не оставил совсем ничего.

   Немного пожив в роскоши, мадам Каракурт уже не захотела работать на тяжёлой работе, и получать за это копейки. Она переоделась мужчиной и отправилась в плавание на пиратском корабле. Но пираты быстро обо всём догадались.

     Считается, что женщина на корабле – это к несчастью. И бедную вдову Каракурт выкинули на верную погибель на ближайшем необитаемом острове...

     Но у этой пиратки была железная воля! К тому же она поклялась, во что бы то ни стало, за себя отомстить. Никто не знает, что ей пришлось пережить, но в одной из пещер на острове она нашла рубин «Паучье сердце». С тех пор удача больше никогда её не покидала.

    В скором времени в той же пещере, где мадам нашла рубин,  она отыскала и несметные сокровища, а потом выбралась с необитаемого острова на корабле, который чудом появился на горизонте и подплыл к берегу.

     Оказавшись на свободе со сказочным богатством, мадам Каракурт оплатила строительство корабля, наняла команду и занялась любимым делом. Как вы думаете, кто были первые жертвы «Паучьей сети»?

– Неужели те пираты, которые выкинули её на необитаемом острове? – спросил Эй Разява.

– Вот именно! – подтвердил Суровый Проглот. – Чёрная вдова взяла их корабль на абордаж, и отдала приказ грабить.

     Всех пиратов вражеской команды по одному выбросили за борт на съедение акулам. Последним, что каждый из них видел в этой жизни, было счастливое лицо мадам Каракурт. Она с наслаждением наблюдала за их гибелью, хохотала и пила ром. Так Чёрная вдова праздновала свою первую победу. Разделавшись с обидчиками, она приказала сжечь их корабль. Это был мощный фейерверк в её честь!

     Несметное богатство Чёрной вдовы умножалось с каждым годом. Из простой симпатичной девушки с копной непослушных рыжих волос она быстро превратилась в блестящую красавицу. Но эта красавица была холодна и надменна.  Многие влюблялись в неё и сходили с ума оттого, что безнадёжно добивались её руки и сердца. Все до одного они получали отказ.

     Чёрная вдова на всю жизнь запомнила пережитую обиду.  Она хорошо платила своей команде, но была подозрительной и быстрой на расправу. Чуть что не так, и неугодный летел за борт. Мадам не умела прощать.

     Чёрную вдову не интересовало ничего, кроме наживы, богатой жизни и корабля. Живое сердце в её груди заменил драгоценный рубин.  И он загадочным образом охранял мадам Каракурт и помогал ей во всём. Она выигрывала много денег и всегда побеждала в сражениях. Своё сокровище Чёрная вдова завещала «Паучьей сети». Никто не видел, как она умерла. Говорят, что в тот день, когда мадам исчезла, был густой туман, и она в нём просто растворилась.

     С тех пор рубин «Паучье сердце» передаётся от капитана к капитану, и удача ни разу не покинула корабль.

– Только не рассказывай эту историю маленьким пиратам! – взмолился боцман. – Они изведут меня просьбами показать им таинственный камень, а Рон Проныра вообще может из любопытства попытаться  его найти.

– Хо-хо! – засмеялся Суровый Проглот. – Обязательно расскажу, нельзя же лишать детей очередной сказки на ночь. А ты охраняй лучше наше хозяйство и сокровища!

– У меня сегодня День рождения, – скромно потупил взор Гленн Красавчик. – Не будет ли дерзостью с моей стороны, капитан, если я попрошу взглянуть на драгоценный рубин  хотя бы одним глазом?

– Что же, Гленн, – ответил Суровый Проглот, – ты не первый год служишь на «Паучьей сети» и предан кораблю всей душой. Пожалуй, в честь Дня твоего рождения мы позволим себе полюбоваться на бесценное сокровище корабля, но только будем осторожны, чтобы нас никто не увидел.

– Боцман, – обратился он к Эю Разяве, – сходи за ключами!

     В шуме и сутолоке веселья никто не обратил внимания на исчезновение с палубы капитана, его первого помощника и боцмана. Никто, кроме Рона Проныры! Он тихонько проскользнул под стол и тенью последовал за ушедшими.

     Рон видел, как Эй Разява зашёл в боцманскую каюту, а затем с капитаном и его первым помощником пошёл в кладовку. Сколько раз Рон сам непрошено вторгался в это заветное место, чтобы взять на время какую-нибудь понравившуюся вещицу и поиграть с ней самому или вместе с приятелями. Теперь его одолевало любопытство. Что же понадобилось,  на ночь глядя, капитану и остальным в его любимой кладовочке?

     Зайдя внутрь, капитан забрал у боцмана ключи, сам открыл верхнюю дверцу шкафа и достал резную шкатулку, украшенную бриллиантами. Затем он вставил маленький золотой ключ в отверстие шкатулки и повернул его. Крышка открылась сама, и Рон увидел драгоценный камень.

     Огромный кроваво-красный рубин в форме сердца с тёмными вкраплениями внутри сиял пурпурным блеском. Рон затаил дыхание. Казалось, Эй Разява и Гленн Красавчик тоже проглотили языки.

– Вот оно, сердце корабля! – шёпотом проговорил Суровый Проглот. – Этому рубину нет цены. Он дороже всех алмазов и бриллиантов на свете!

     Ещё через секунду капитан захлопнул шкатулку, закрыл её на замок и запер в верхнем ящике. Вручив Эю Разяве ключи, он велел хранить их, как зеницу ока.

     Рон тихонько проскользил теперь уже в сторону палубы, и вскоре туда вернулся капитан со своей компанией.

     Гленн Красавчик снова развеселился и стал всех уговаривать пить за его здоровье. Он мило улыбался даже Эю Разяве, и казалось, что все недоразумения, которые были между ними, уже позади. Эй Разява на радостях опрокинул три кружки рома, потом его сморило, и он, забрав с собой Рона Проныру, ушёл спать в свою каюту.

Глава 7

Ночной гость

     На новом месте Рон Проныра никак не мог заснуть. Эй Разява храпел раскатисто и с присвистом, а иногда даже вскрикивал во сне. Рон долго ворочался, и уже сожалел о том, что переселился в боцманскую каюту. Но через некоторое время сон всё-таки пришёл к нему, и Рон уснул, укачиваемый морскими волнами.

     Ночью его разбудили посторонние звуки. Ещё не открыв глаза, маленький пират почувствовал, что  в их каюте гости. Кто-то пыхтел и топтался на месте.

     Рон открыл глаза. Эй Разява крепко спал, а возле его изголовья маячил тёмный силуэт. Наклонившись, незнакомец шарил рукой под подушкой боцмана. Рону стало жутко. От испуга у него пропал дар речи. Маленький пират лежал и тихо наблюдал за происходящим.

     Наконец, незнакомец довольно хмыкнул. Видимо, он нашёл то, что искал. Он распрямился, повернулся, чтобы уйти, и Рон с ужасом понял, кто этот непрошенный гость. Маленький пират узнал Гленна Красавчика, и всем своим существом почувствовал, что произошла беда. Над бедным добродушным Эем Разявой, капитаном, командой и кораблём нависла опасность, и теперь только он, маленький пират Рон Проныра мог что-то изменить.

     Рон до смерти боялся первого помощника капитана, но несмотря на это, встал и тихо вышел из каюты вслед за ним. Гленн Красавчик его не заметил. Быстрыми шагами он направлялся к боцманской кладовке.

     Первый помощник капитана легко открыл дверь, как будто делал это не в первый раз, зашёл внутрь, и достал из верхнего шкафа драгоценную шкатулку. Открыв её ключом,  Гленн Красавчик на секунду замер. Пурпурный блеск кроваво-красного рубина завораживал.

     Не помня себя от страха, Рон Проныра шагнул внутрь.

 – Гленн Красавчик, – сказал он звенящим голосом, – немедленно верни сердце корабля на место!

     Первый помощник капитана вздрогнул, и на лице его отразился испуг. Но он моментально оценил ситуацию, взял себя в руки и даже довольно ухмыльнулся.

– Ты думаешь, что напугал меня, глупый мальчишка? – насмешливо спросил Гленн Красавчик у Рона.

– Если ты не уберёшь рубин на место, я расскажу всё капитану, – храбро ответил маленький пират.

– А как ты думаешь, мелкий воришка, кому из нас поверит капитан и вся команда? Моя репутация чиста! – Гленн Красавчик вскинул вверх тонкие чёрные брови. – А вот кого-то не раз ловили за ухо при попытке в очередной раз что-нибудь стащить из боцманской кладовки.

– Так я же на время брал, только поиграться… – несчастно пробормотал Рон, понимая, что дело поворачивается не в лучшую сторону.

– Какая незадача! – издевательски продолжал первый помощник капитана. – Воришка Рон Проныра перебрался в каюту боцмана, и в ту же ночь произошла кража. Я всё свалю на тебя, если откроешь рот, даже не сомневайся! А если будешь хорошим и послушным мальчиком, тебе же лучше! Когда я стану капитаном этого корабля, я, так и быть, не выброшу тебя и твоих друзей на каком-нибудь безлюдном острове. Я выкину вас в большом порту! – Гленн Красавчик нагло расхохотался.

– А сейчас мы сделаем следующее, – обратился он к маленькому пирату, который стоял подавленный, и не знал, как выйти из такой ужасной ситуации.

– Я заберу рубин себе, – с этими словами Гленн Красавчик быстро спрятал сердце корабля во внутренний карман жилета. – а шкатулку мы закроем и уберём на место.

     Первый помощник капитана закрыл шкатулку, запер её в верхнем шкафу и с улыбкой вручил оба ключа маленькому пирату. Рон с ужасом уставился на Гленна Красавчика.

– А вот эти ключики, мелкий воришка, ты аккуратно подсунешь под подушку Эю Разяве, да смотри, не разбуди этого бестолкового толстяка, иначе вышвырнут тебя с корабля гораздо раньше, чем я тебе пообещал.

     И Гленн Красавчик снова противно расхохотался, выталкивая Рона из боцманской кладовки. Уверенным движением он запер дверь запасным ключом, непонятно откуда у него взявшимся, а затем быстро удалился.

    Рон Проныра тенью проскользнул в боцманскую каюту, положил ключи под подушку сладко-спящего боцмана, кинулся на своё место и беззвучно разрыдался. Его мир рушился. На корабле Рон обрёл семью. Он любил своего приёмного папу – капитана, незадачливого боцмана, весёлого кока, всю команду и друзей, ставших для него настоящими братьями. Рон не представлял себя без моря, шума волн и грозных криков по утрам: «Эй, воробьи, хватит спать!»

     А теперь он, маленький пират Рон Проныра всех подвёл, не смог уберечь сердце корабля, да ещё стал сообщником злодея, который украл рубин и хочет занять место их любимого капитана!

     Слёзы душили Рона, и он клялся сам себе, что непременно что-нибудь придумает и  всех спасёт.

 

Глава 8

Сердце под угрозой

Наутро маленькие пираты резвились, как обычно: Босоногий Джек, Неумытый Джо и Лопоухий Эндрю играли в догонялки, толкались и шумели до тех пор, пока Суровый Проглот не прикрикнул на них и не отправил всех троих драить палубу. Лишь только один Робин Тихоня заметил, что с Роном творится что-то неладное.

– Почему ты сегодня такой грустный? – спросил его Робин. – Ты случайно не заболел?

     Рон покачал головой из стороны в сторону.

– Быть может, ты переживаешь, что живёшь теперь отдельно от друзей? – Робин Тихоня очень огорчился. – Это я во всём виноват! – сказал он, и спросил у нового друга:

– Хочешь, я переберусь на рундуки?

– Спасибо, – грустно улыбнулся Рон Проныра, – ты очень хороший, но мне, правда, нравится жить в каюте боцмана.

– Тогда в чём же дело? – стал пытать его Робин.

– Я попал в безвыходную ситуацию, – признался Рон.

– Безвыходных ситуаций не бывает, я это точно знаю! – ответил ему новый друг. – Может быть, расскажешь мне обо всём?

– Не могу, – вздохнул Рон, – это мой секрет. Бывают иногда такие секреты, которые нельзя никому рассказывать, понимаешь?

– Понимаю, – отозвался Робин.

     Рон Проныра внимательно посмотрел на новенького пирата.

– У тебя тоже есть какой-то секрет, – сказал он Робину. – Ты какой-то не такой как все. Не могу понять, в чём дело, но ты не такой. Ты от нас отличаешься.

     Робин испугался.

– Не бойся, – сказал ему Рон Проныра, – я не буду тебя пытать, только пообещай мне, что тоже пока не будешь меня ни о чём расспрашивать, и ничего не расскажешь остальным.

– Обещаю, – ответил Робин, – и желаю, чтобы ты во всём разобрался и нашёл выход. И помни: если понадобится, я в любую минуту готов придти тебе на помощь!

– Спасибо, – улыбнулся Рон, – ты настоящий друг!

– Это мой друг! – сверкнул глазами подбежавший к ним Босоногий Джек. – Пойдём, Робин, – обратился он к новенькому, – я буду учить тебя драться. 

     Робин Тихоня улыбнулся Рону и ушёл вслед за Босоногим Джеком.  А Рон Проныра остался наедине со своими мыслями. Он решил не спускать глаз с Гленна Красавчика, наблюдать за ним и шпионить.

     Первый помощник капитана был с утра в прекрасном настроении. За завтраком он даже весело подмигнул Рону, отчего у маленького пирата совсем пропал аппетит. А потом Рон видел, как Гленн Красавчик о чём-то шептался с Рольфом и Гарри – самыми неприятными матросами из команды.

– Подговорите остальных! – услышал Рон обрывок фразы.

– Что он замышляет? – с ужасом думал маленький пират. – Неужели он хочет поднять бунт на корабле?

***

     Перед заходом в Торпу первый помощник попросил разрешения у капитана собрать на палубе всю команду.

– Что случилось? – спросил его капитан.

– У нас завёлся вор, – ответил Гленн Красавчик, – и я очень боюсь, что этот вор – твой любимый боцман.

– И ты можешь это доказать? – хмуро спросил Суровый Проглот.

– Пока нет, – ответил его помощник, – но думаю, что это дело времени. У меня есть объявление для всех, – добавил он.

     Капитан отдал приказ собрать команду.

– Из боцманской кладовки и  трюмов пропадают ценности, – угрожающе объявил первый помощник капитана. – Поэтому я предлагаю ввести на корабле экстренное положение. В порту Торпы нам необходимо продать часть сокровищ, поэтому чтобы вор не вынес лишнего, прошу разрешения капитана лично заняться этим вопросом. На берег буду высаживаться только я и проверенные мной самые надёжные члены команды. Боцмана, юных пиратов и всех остальных я попрошу остаться на корабле.

     Раздался недовольный гул голосов.

– Всем тихо! – строго сказал Суровый Проглот.  – Ситуация на корабле сложилась неприятная. И до тех пор, пока мы во всём не разберёмся, прошу всех отнестись с пониманием к нашим решениям и приказам. Мой первый помощник прав. В порту Торпы мы поступим, как он предложил. И так больше продолжаться не может! Если ещё хоть одна вещь пропадёт с корабля, нам придётся расстаться с Эем Разявой и назначить нового боцмана.

    Эй Разява выглядел растерянным и несчастным, отчего у Рона сжалось сердце. А капитан закурил трубку. Затем Суровый Проглот велел всем разойтись и заняться делами.

Глава 9

Встреча с призраком и помощь нового друга

     На следующий день ожидалось прибытие в Торпу. Это был первый раз, когда никто не радовался такому событию, не было привычного возбуждения. Маленькие пираты не бегали, как это бывало раньше, по кораблю, а сбились дружной стайкой на палубе и тихонько разговаривали между собой, гадая чем закончится дело с пропажей вещей и останется ли на корабле их любимый боцман Эй Разява. Молчал один лишь Рон Проныра. Он сидел, как нахохлившийся воробей, чуть поодаль от всех.

     – Бездельничаете? – раздался окрик первого помощника капитана.

     Маленькие пираты разом умолкли и уставились на появившегося перед ними Гленна Красавчика.

– Юнги на корабле должны работать! – со злостью прошипел он. – Быстро всем драить палубу, а ты, – он посмотрел на Рона Проныру, – убирайся на камбуз чистить картошку, и чтобы ни ногой оттуда без моего разрешения!

– Но сегодня очередь Босоногого Джека! – возмутился Рон Проныра.

– А я хочу, – напирая на слова, ответил Гленн Красавчик, – чтобы на камбузе два дня дежурил ты! И попробуй только меня ослушаться! Буду проверять тебя там время от времени.

     Рон Проныра обречённо опустил голову и поплёлся на камбуз. Кок Резиновая Макарона выдал ему нож, ведро и огромную кастрюлю с водой. Он заметил, что всегда весёлый маленький пират сегодня сам не свой, и старался по-всякому его развеселить. Рон принялся за дело и лишь слабо улыбался в ответ на весёлые шутки кока.

     Гленн Красавчик сдержал своё обещание. Он периодически приходил проверить, не сбежал ли с камбуза маленький пират. Рон даже спиной чувствовал на себе колючий взгляд первого помощника капитана. Он был подавлен и так распереживался, что незаметно для себя задремал с ножом в руке, опустив голову на грудь.

– Рон! – услышал он сквозь сон звенящий женский голос. – Ро-он!

     Маленький пират открыл глаза. Перед ним стояла ослепительно красивая рыжеволосая женщина, похожая на сказочную королеву.

– Мама? – удивлённо спросил маленький пират.

    В ответ женщина расхохоталась.

– У меня никогда не было детей! – ответила она. – Этот корабль – моя жизнь. Спаси его, Рон, спаси моё сердце! Через час может быть уже поздно. Он уходит. Проснись!

     Рон проснулся словно от резкого толчка.

     Резиновая Макарона что-то мелодично напевал себе под нос. Он был полностью поглощён приготовлением обеда. Рон выскочил на палубу и увидел вдалеке землю. Корабль подходил к порту. Матросы бегали по палубе, выполняя приказы капитана. Маленького пирата охватила паника.

– Что же мне делать? – подумал он. – Гленн Красавчик всё время меня проверяет, но если я буду сидеть на камбузе, может случиться непоправимая беда! Кто, кроме меня, остановит первого помощника капитана? Я должен срочно что-то придумать!

     И тут ему в голову пришла одна мысль. Со всех ног он кинулся в каюту к маленьким пиратам. На его счастье Робин Тихоня сидел там один и штопал чью-то одежду.

–  Снимай бандану! – скомандовал Рон Проныра.

– Что? – испугался Робин.

– Некогда вопросы задавать, – зашипел на него Рон. – ты же обещал мне помочь, если понадобится! И одеждой тоже давай поменяемся, на всякий случай. Скидывай штаны и тельняшку!

– Отдежурь за меня на камбузе, мне очень нужно, – умоляюще попросил он, видя что Робин его не понимает.

– Тогда раздевайся первый и отвернись! – ответил Робин.

– Ты что, стесняешься? – удивился Рон, но надо было действовать быстро, поэтому он скинул с себя одежду и отвернулся.

– Ты что, лысый что-ли, – спросил он у друга. Чего бандану снимать испугался? Я бы не стал над тобой смеяться.

– Сам ты лысый! – возмутился Робин Тихоня, – Можешь поворачиваться.

     Рон повернулся и увидел перед собой почти что своего двойника: штаны на лямках, рваная тельняшка и чёрная бандана превратили чистюлю Робина в его, Рона, копию. Они оба были худенькие и примерно одного роста. Рон натянул на себя одежду Робина, надел яркую разноцветную бандану и теперь их легко можно было перепутать.

– Почисть за меня картошку на камбузе, – попросил Рон, – а главное, будь всё время там и прячь лицо, особенно если Гленн Красавчик зайдёт.

– Мне очень надо, – добавил он, – я потом вам всё расскажу!

– Ладно, – согласился Робин, – помогу тебе, но если ты задумал что-нибудь опасное, будь, пожалуйста, осторожен!

– Хорошо, – пообещал Рон. – Беги уже!

     А сам, озираясь, помчался к корме, где была привязана шлюпка. В ней уже лежали мешки с сокровищами, накрытые толстым покрывалом, накиданы одеяла и тёплые вещи, которые решили прихватить с собой Гленн Красавчик и его сообщники на случай, если придётся задержаться в порту. Рон спрыгнул в шлюпку и. свернувшись калачиком, кое-как зарылся среди вещей.

     Опоздай он хоть на минуту, и его затея не удалась бы, потому что следом за ним тут же прибежали Рольф и Гарри, и тоже прыгнули в шлюпку. Они ругались между собой, выясняя кто виноват. Пираты только что получили нагоняй от Гленна Красавчика за то, что оставили сокровища без присмотра. Сам первый помощник капитана в это время получал в одном из трюмов оставшиеся ценности и слушал распоряжения Сурового Проглота.

     Капитан оставался на корабле, чтобы как следует проследить за командой.

– Надеюсь, ты всё сделаешь, как положено, и меня не подведёшь! – сказал он напоследок своему первому помощнику.

     Гленн Красавчик заверил Сурового Проглота, что он прекрасно справиться со всеми его поручениями, попрощался, и пошёл последний раз проверить, на месте ли Рон Проныра.

     К его удовольствию, Рон был на месте. Он сидел, скрючившись, над кастрюлей и работал.

– Так тебе и надо! – злорадно подумал Гленн Красавчик и отправился в путь.

     Когда он спрыгнул в шлюпку, там уже сидели два его верных матроса, которые за время его отсутствия уже успели помириться. По команде первого помощника капитана они отвязали шлюпку и сели на вёсла. Довольный Гленн Красавчик развалился на горе тёплых вещей.

– И! – от неожиданности пискнул Рон Проныра. Гленн Красавчик придавил его своим весом. Маленький пират чуть всё не испортил.

– Что это?  – насторожился первый помощник капитана, передвигаясь к мешкам с сокровищами.

– Мыши, – ответил Гарри.

– Фу! – поморщился Гленн Красавчик. – И сюда пробрались. – Ни за что не одену на себя теперь эту одежду! Всё-таки, никчёмный у нас капитан: ни порядка, ни дисциплины на корабле. Ну, ничего, стану я капитаном, всё будет иначе! Выгоню детей, потравлю мышей, крыс и прочую противную живность.

     Рольф и Гарри одобрительно закивали головами. Гленн Красавчик обещал повысить их в должности, когда станет капитаном.

Глава 10

В порту Торпы

    Шлюпка причалила в порту Торпы, матросы выгрузили сокровища и вместе с первым помощником капитана направились к рыночной площади.

     Рон выбрался из своего укрытия и пустился вслед за ними.

     Рыночная площадь была огромная, и маленький пират боялся потерять Гленна Красавчика из виду. Гленн шагал уверенной походкой. Одной рукой он время от времени поглаживал жилетку, во внутреннем кармане которой страдало кроваво-красное сердце корабля, разлучённое с «Паучьей сетью».

     На рыночной площади первый помощник капитана  без труда нашёл своего проверенного человека, который забрал сокровища и расплатился за них. Потом Рон видел, как Гленн Красавчик шептался с торговцем, и тот ему показывал направление, в котором, видимо, Гленн собирался отправиться дальше. Рольф и Гарри послушно стояли в стороне. Потом первый помощник капитана отдал им команду, и все вместе они двинулись дальше.

***

     Ювелир жил в красивом одноэтажном домике, увитом диким виноградом. Вокруг дома в беспорядке росли цветы, деревья и кустарники. Видно было, что за садом никто не ухаживает. Хозяину было некогда. Он жил один, и работы у него хватало.

     Это был полный, невысокого  роста мужчина лет шестидесяти.  Он вышел встречать нежданных гостей на крыльцо, оторвавшись от расчётов и размышлений. Вид у него был не слишком довольный и приветливый.

– Мистер Даймонд, – поклонился ему первый помощник капитана.

– С кем имею честь? – сдержанно спросил ювелир.

– Мистер Бьюти, – представился Гленн Красавчик. – Извините, что я без предупреждения, но у меня к Вам неотложное дело.

– Прошу пройти в дом! –  пригласил ювелир.

     Рон Проныра наблюдал за происходящим из-за калитки, притаившись в зарослях кустарника. Когда взрослые вошли в дом, он проскользнул в сад и стал искать окно, через которое мог наблюдать за происходящим дальше. На его счастье окно оказалось приоткрытым и выходило на задний двор. Это значило, что Рон мог наблюдать с безопасного места, не боясь быть замеченным с дороги соседями ювелира или случайными прохожими.

     Рон видел, как Гленн Красавчик достал рубин «Паучье сердце» и передал его ювелиру. Настроение хозяина дома тут же поменялось. Его глаза загорелись, и на несколько мгновений он даже потерял дар речи, разглядывая диковинное сокровище. Рольф и Гарри тоже замерли чуть поодаль, открыв рты и уставившись на рубин.

     Затем ювелир сел за письменный стол, включил лампу, надел на глаз линзу и начал пристально рассматривать драгоценный камень. Он проверил рубин какими-то специальными инструментами, после чего посмотрел на Гленна Красавчика, взял лист бумаги и что-то написал на нём. Прочитав написанное, первый помощник капитана довольно кивнул.

     Ювелир убрал камень в верхний ящик стола и рассчитался за него с Гленном Красавчиком целой горой золотых монет. Он придвинул к себе огромную книгу, раскрыл её и обмакнул перо в чернильницу.

     Гленн Красавчик запротестовал, но мистер Даймонд остановил его, вытянув вперёд ладонь. Он сказал, что порядок есть порядок и нарушать его он не собирается.

     Записав название купленной драгоценности и её цену, ювелир попросил мистера Бьюти расписаться. Гленн Красавчик оставил в книге свою подпись, после чего пожав руку ювелиру, быстро попрощался и двинулся к выходу вместе с Рольфом и Гарри.

     Он собирался наведаться сюда ещё раз и похитить рубин. Рон понял это, заметив хищный взгляд Гленна, брошенный им напоследок на ящик стола.

     Ювелир встал, чтобы проводить гостей и тоже направился к выходу. Медлить было нельзя. С ловкостью кошки Рон прошмыгнул в приоткрытое окно, достал из ящика стола рубин и засунул его в карман штанов Робина Тихони. Затем он осторожно вырвал лист из книги ювелира, сунул его за пазуху, и прыгнул через окно обратно в сад. Обходными путями, быстрее молнии Рон побежал в порт, чтобы успеть забраться в шлюпку до прихода первого помощника капитана и матросов. Но в порту его ждало разочарование.

     Подбегая к пристани, Рон увидел, как Рольф и Гарри отвязывают шлюпку и вместе с Гленном Красавчиком отплывают в море.

– Не успел! – с ужасом подумал Рон Проныра и чуть не заплакал.

– Что же делать? – начал он ломать голову. –  Ведь корабль может уйти без меня!

     Хотя небольшая надежда всё же имелась. На море был полный штиль.

– Без попутного ветра капитал вряд ли даст команду к отплытию, – подумал Рон.

     Он решил немного подождать и попытаться вплавь добраться до корабля.

Глава 11

Чужая тайна

     А в это время на борту «Паучьей сети» бедный Босоногий Джек метался в поисках Робина Тихони. Он искал его везде: на палубе, в каютах команды, в кладовке боцмана, в рубке у капитана, смотрел вверх на мачты и вниз на море. На камбуз Джек забегал раз пятнадцать, но видел там лишь кока и скрюченного над кастрюлей Рона Проныру.

– Рон, – крикнул он, когда забежал в очередной раз, – ты Робина не видел?

– Нет! – грубо отозвался переодетый Робин Тихоня. – Если бы он только знал, в каком ужасном положении оказался Рон Проныра, то непременно рассказал бы обо всём другу. Но Робин изо всех сил хранил чужую тайну.

     Изведясь от переживаний, Босоногий Джек побежал просить помощи у капитана.

– Да куда мог деться с корабля твой Робин? – удивился капитан. – Он такой тихий, что без тебя и лишнего шага не сделает.

– В том-то и дело! – ответил Босоногий Джек. – Я боюсь, а вдруг, он свалился в море?

– Мы бы тогда услышали крики! – возразил капитан.

– Но не мог же он пропасть бесследно?

    Босоногий Джек так переживал за друга, что его волнение передалось и капитану. Он зашёл в рубку и громко объявил о пропаже Робина Тихони. Команда всполошилась и все кинулись искать маленького пирата. Перевернули весь корабль, но найти не смогли. Переодетый Робин молчал, как рыба.

– Пусть лучше думают, что я пропал, – рассуждал он, – чем я выдам чужую тайну. Ох, скорее бы уже появился Рон!

     Но Рон не появлялся. Зато из порта вернулись первый помощник капитана и двое его верных матросов.

– Сделка прошла удачно! – отчитался Суровому Проглоту Гленн Красавчик, передавая капитану пиастры, вырученные от продажи сокровищ.

– Выдели мне монет на закупку провизии, пусть кок составит список, вечером мы ещё раз наведаемся в порт, а после этого можем отплывать из Торпы.

– Гленн Красавчик, – устало сказал Суровый Проглот, – у нас пропал один из маленьких пиратов.

– Кто?! – испугался Гленн.

– Робин Тихоня, – ответил ему капитан.

     Первый помощник успокоился и весело ответил:

– Робином больше, Робином меньше, чего переживать? Не будем же мы из-за этого оставаться в Торпе?

     Капитан помрачнел.

– Гленн Красавчик, – сказал он, – у тебя нет сердца!

– Сердца больше нет у тебя, – злорадно подумал первый помощник капитана, – а у меня ближе к ночи оно появится! Да ещё на вырученные денежки я, если понадобится, даже смогу купить новый корабль и забрать с собой твою команду!

Глава 12

Возвращение Рона и бунт на корабле

     Рон Проныра плыл по морю от пристани Торпы в сторону корабля. Рубин «Паучье сердце» он спрятал под бандану, потуже затянув её на голове. Вырванный лист из книги ювелира он положил туда же.

     Хорошо, что на море был штиль, иначе бумага бы намокла, а чернила расплылись. Рон чувствовал себя настоящим героем, попавшим в опасное приключение, который ничего не побоялся и спас капитана, боцмана, корабль и всю команду. Хотя в душе маленький пират немного побаивался. Он не знал, чего ещё ожидать от коварного Гленна Красавчика.

     А Гленн Красавчик в это время пошёл на камбуз посмотреть, как Рон Проныра выполняет свои обязанности. Картошки было начищено на два дня вперёд, а Рон всё сидел, скрючившись над очередной кастрюлей.

– Эй, да ты все корабельные запасы извёл! – возмутился Гленн Красавчик. – А ты куда смотришь, Резиновая Макарона?! – набросился он на кока.

– Сам же просил его весь день картошку чистить, – пожал плечами кок, – я и не вмешиваюсь, а он молчаливый сегодня какой-то, я уж и не трогаю его, чистит себе и чистит. А у меня итак забот хватает: весь день то варю, то жарю.

     Разговаривая, Резиновая Макарона переворачивал рыбу на сковороде.

– А что это он молчит? – удивился первый помощник капитана.

– Эй, Проныра, – обратился он к Робину,  – скажи что-нибудь!

     Робин растерялся и не знал, что ему делать. Молчать было опасно, но ещё опасней – что-то говорить.

– Ты что, совсем язык проглотил?! – рассердился Гленн Красавчик и, схватив Робина за подбородок, заглянул ему в глаза…

     Первому помощнику капитана стало дурно. Словно ток прошёл по его телу. Гленн Красавчик пришёл в негодование, он понял, что его обманули.

– Где этот ужасный Проныра? – заорал первый помощник капитана так, что его услышала вся команда на корабле. Все сбежались к камбузу. Поспешил туда и Суровый Проглот.

– Рон Проныра тоже пропал? – встревожено спросил он, подходя ближе, но тут же увидел, что все с изумлением рассматривают непонятного мальчишку с лицом Робина Тихони в одежде Рона Проныры. Рядом стоял и удивлённо хлопал глазами Босоногий Джек.

– Робин Тихоня, – строго приказал Суровый Проглот, – немедленно объясни всем, в чём дело!

     И в этот момент за бортом послышались крики:

– Эге-гей! Помогите!

     Вся команда, в том числе и маленькие пираты, помчались на палубу. Матросы помогли Рону Проныре подняться на борт. Лицо его было счастливым, а с мокрой одежды Робина Тихони ручьями лилась вода.

– Как ты оказался за бортом? – рассвирипел капитан. – И где ты был, пока твой друг дежурил за тебя на камбузе?

– Вот именно! – чуть не завизжал от возмущения Гленн Красавчик. – Ты нарушил мой приказ и приказ капитана. Ты был в порту? Но я всем строго-настрого запретил ходить в порт!

– Теперь вам всем понятно, – обратился он к команде, – кто выносит ценности с корабля? А капитан ему всё прощает!

     Гленн Красавчик решил, что настало подходящее время. Вся команда была в сборе.

– Долой такого капитана! – закричал он.

– Долой капитана! – закричали Рольф и Гарри, а вместе с ними ещё некоторые пираты.

– Да что ты себе позволяешь, Гленн Красавчик?! – зарычал на него Суровый Проглот. Вид его стал страшен.

– Я говорю всем правду, – храбрясь, ответил его помощник.

– Капитан не может выгнать боцмана, который не умеет следить за хозяйством, – снова обратился он к команде, – и развёл на корабле мелких воришек, которые продают в порту наше общее добро! Гнать такого капитана вместе с разявой-боцманом и мелкими воришками! Долой капитана!

– Долой капитана! – закричала горстка пиратов, к которой уже присоединились новые голоса.

– Это бунт?! – взревел капитан, и засучив рукава, обвёл всех устрашающим взглядом.

– У тебя нет никаких доказательств, чтобы обвинять Рона Проныру! – зарычал он на Гленна Красавчика.

– А какие ещё нужны доказательства, – завизжал Гленн, – если кладовка почти пуста? Наверняка даже сердца корабля уже нет! А если капитан не уберёг сердце корабля – он больше не капитан!

– Команда, – обратился он к пиратам, – выберите капитаном меня! Я наведу порядок на этом корабле!

– Гленн Красавчик – наш капитан! – закричали Рольф и Гарри. Команда зашумела.

– Что ты болтаешь? – разозлился Суровый Проглот. – Он подошёл к первому помощнику, взял его за шкирку, приподнял над палубой и встряхнул. – Что значит, пропало сердце корабля?! – закричал он.

 – Пойди и проверь! – прохрипел Гленн Красавчик.

– Сердце корабля здесь! – радостно сообщил Рон Проныра, развязывая бандану и доставая рубин.

     Капитан от неожиданности разжал кулак, а снова оказавшийся на ногах Гленн Красавчик стоял, словно поражённый громом. Такого поворота он не ожидал.

– Вот  видите, – закричал первый помощник капитана, опомнившись, – этот вор украл сердце корабля!

     Суровый Проглот поник.

– Как ты мог, Рон Проныра? – с горечью спросил он.

      Гленн Красавчик кинулся, чтобы отнять камень у Рона.

– Отдай немедленно! – закричал он, но первому помощнику помешал боцман, который изо всех сил оттолкнул его от маленького пирата.

     Гленн Красавчик шлёпнулся на палубу. Пираты жадными глазами смотрели на драгоценный рубин.

– Отдай его пока мне, – сказал Эй Разява, забирая сердце корабля у Рона.

– Капитан, – попросил боцман, – давай выслушаем маленького пирата!

– За борт его, за борт! – орали Рольф, Гарри и некоторые из тех, кто к ним примкнул.

– Тише! – заревел капитан. – Говори, Рон Проныра!

     И Рон рассказал всё, как было, предъявив, как доказательство своих слов, лист, вырванный им из книги ювелира.

     Разозлившись, пираты вытряхнули из Гленна Красавчика все золотые монеты, которые он получил за сердце корабля, а потом выкинули за борт его самого вместе с Рольфом и Гарри.

     В момент падения в воду первому помощнику капитана почудился злорадный женский смех. Ругаясь и проклиная всех и всё на свете, Гленн Красавчик со своими сообщниками поплыл к берегу Торпы.

– Прости меня, Эй Разява, – сказал капитан, – я чуть не выгнал тебя. Прости меня и ты, Рон Проныра, за то, что усомнился в тебе. Ты хоть и маленький, но верный член команды и настоящий герой! Простите меня, пираты, за всё, что случилось!

     – Спасибо тебе, Робин! – стал благодарить друга Рон Проныра. – Если бы не ты, у меня ничего бы не получилось!

     Робин счастливо улыбался.

– Я горжусь, что у меня такие друзья! – восхищённо сказал Босоногий Джек, а Лопоухий Эндрю и Неумытый Джо с ним согласились.

– А ну-ка, герой, быстро сушиться и пить горячий чай! – скомандовал Суровый Проглот. – И не забудь потом поменяться одеждой с Робином Тихоней, – засмеялся капитан. Он тоже очень гордился своими маленькими пиратами.

     Вечером капитан собрал их в своей каюте, чтобы ещё раз всем вместе послушать о приключениях Рона.

     Рон с удовольствием начал рассказ с самого начала, припоминая все подробности. И тут он вспомнил тот момент, когда задремал на камбузе.

 – А кто была та женщина, которая мне приснилась? – спросил он капитана.  – Она мне явилась, словно наяву!

–  Я думаю, это был призрак чёрной вдовы мадам Каракурт. Ничего в жизни она не любила больше «Паучьей сети», и иногда мне кажется, что кроваво-красный рубин – это на самом деле её сердце! Вот она и попросила тебя вернуть его на корабль.

     Суровый Проглот рассказал маленьким пиратам историю первой владелицы «Паучьей сети», не забыв приукрасить её разными подробностями и выдумками.

– Железная! – восхитился Лопоухий Эндрю. – Но таких, как она, мало. Хорошо, что среди нас нет девчонок!

– Это почему? – не согласился Босоногий Джек. – От девчонок тоже польза бывает!

– Да ну их! – отмахнулся Лопоухий Эндрю. – Бантики, юбочки, куколки! Вот ты бы променял свою дружбу с Робином Тихоней на дружбу с какой-нибудь девчонкой?

– Ни за что! – ответил Босоногий Джек и улыбнулся Робину.

     А Робин Тихоня довольно улыбнулся ему в ответ.

– Однако, мы засиделись, и вам пора спать, день был тяжёлый, и надо как следует выспаться!

     Ночью, когда маленькие пираты уже сладко спали, подул ветер, и капитан дал команду к отплытию. «Паучья сеть», покинув Торпу, вновь отправилась в плавание.

Глава 13

Шторм

     Океан очень переменчив. Сегодня он милый и ласковый, как мама, шепчущая на ушко сказку своему малышу, а завтра – опасный, как разозлившийся огромный великан, который в ярости крушит всё на своём пути, кидается булыжниками и вырывает с корнями деревья. Во время шторма бывает страшно даже самым отважным морякам. Вся команда бросается на спасение корабля и своих жизней.

     Так случилось и на «Паучьей сети» через несколько часов после отплытия из Торпы.

– Полундра! Свистать всех наверх! – громовым басом закричал Суровый Проглот, который стоял на капитанском мостике и первым почуял опасность. – Уменьшить ход! Нос против волны!  – отдавал он приказ за приказом. –  Спустить паруса! Задраить люки!

      Битва со стихией шла не на жизнь, а на смерть, с неба шквалом лил дождь, и волны обрушивались на палубу. Члены команды кинулись отчёрпывать воду. Чтобы не быть унесёнными порывами урагана, они привязывали себя цепями к разным неподвижным предметам. Проснувшиеся от страшной качки маленькие пираты тоже выскочили на палубу и кинулись помогать. Штурман Зоркий Глаз в последний момент успел поймать Лопоухого Эндрю, чуть не оказавшегося за бортом. Суровый Проглот строго-настрого приказал юнгам вернуться в свои каюты и не выходить оттуда до окончания шторма. Но к тому времени они уже успели все насквозь промокнуть.

     Почти до рассвета сражались пираты за жизнь корабля, и победили! Но дружно порадоваться сил уже не хватило, некоторые измотались так, что рухнули спать прямо на палубе.

     Наутро Рон Проныра не смог подняться к завтраку. Он лежал в горячке и стонал. Его детский организм не выдержал такой нагрузки. Ведь Рон не успел как следует просохнуть после заплыва из порта Торпы до корабля, и снова насквозь промок во время шторма.

     Боцман Эй Разява очень испугался за маленького пирата и позвал в свою каюту капитана и кока.

– Как будем лечить? – взволнованно спросил он.

– Как лечить, как лечить, – стал ворчать Резиновая Макарона. – Насобирали да наворовали детей отовсюду, а чтобы толкового корабельного доктора где-нибудь своровать, у вас ума не хватило! Вот и делайте теперь, что хотите!

– Первым делом надо переодеть его во всё сухое, и чтобы койка была абсолютно сухая, - сказал Суровый Проглот. – А ты, Макарона, – обратился он к коку, – чем ворчать, приготовь лучше какое-нибудь лечебное питьё!

– Есть! – отозвался кок. – Сейчас принесу ему грогу!

– Какой грог?! – возмутился Суровый Проглот. – Он же ребёнок!

– Пираты грог пьют, когда болеют, – развёл руками Резиновая Макарона. – Вот я и говорю, не знаешь, как этих детей лечить…

– Когда я был маленьким, – вспомнил капитан, – я тоже несколько раз болел. Кок Дырявая Поварёшка делал для меня горячий чай с лимоном. – Сделай побольше! – обратился он к Резиновой Макароне.

     Рон лежал и смотрел на взрослых невидящим взглядом. Голова кружилась, а перед глазами плыли разноцветные круги.

– Держись, герой! – обратился к нему капитан. – И старайся больше пить!

Глава 14

Девочка из тумана

     Три дня подряд капитан и боцман по очереди ухаживали за Роном Пронырой, а кок Резиновая Макарона готовил для него разные лечебные отвары. Босоногий Джек и Робин Тихоня рвались навестить друга, но Суровый Проглот им не разрешал. Он боялся, что маленькие пираты могут заразиться и заболеть. Все четверо, они очень переживали за друга и расспрашивали о его состоянии капитана и боцмана.

     Спустя три дня Рону полегчало, но он был ещё очень слаб. Маленький пират проснулся на рассвете, и ему ужасно захотелось выйти на палубу.

     Эй Разява сладко спал. Чтобы его не будить, к выходу Рон пробрался на цыпочках.

     Корабль плавно шёл на медленном ходу, подгоняемый попутным ветром. Палуба вся была окутана густым туманом. Казалось, что белые подушки-облака спустились с неба, словно приглашая на них покататься.

     Рон стал ловить руками белые комочки тумана, но они от него ускользали. Маленький пират увлёкся этой игрой. Он не сразу заметил, что кроме него на палубе есть кто-то ещё...

     Внезапно его взгляд наткнулся на копну рыжих волос. Рон резко остановился и затаил дыхание. «Мадам Каракурт» – это было первое, что пришло ему в голову.

– Но почему она такая маленькая? – в следующий момент подумал он.

     Девочка, примерно его возраста, стояла к нему спиной почти у самой кормы. Она пыталась расчесать гребнем непослушные длинные волосы и от нетерпения подпрыгивала на одной ноге.

– Какой странный призрак! – подумал Рон. Ему стало немного не по себе, но в то же время одолело жуткое любопытство. И любопытство, конечно же, победило!

– Мадам Каракурт! – позвал он.

     Девочка от неожиданности вскрикнула и, заметив Рона, который стоял на правом борту корабля, бросилась бежать в сторону левого борта.

     Опомнившись, Рон кинулся её догонять.

– Мадам Каракурт, – кричал он, – подождите! Мне же так интересно с Вами поговорить!

     Рон увидел, как призрак забежал в каюту маленьких пиратов и захлопнул за собой дверь. Рон подбежал следом и дёрнул за ручку…

     Дверь оказалась заперта. Маленький пират возмутился и начал, что есть силы, рваться в каюту, барабанить в дверь и кричать «Откройте!»

     Через несколько минут ему открыл всклокоченный и заспанный Лопоухий Эндрю.

– Ты чего двери ломаешь? – удивлённо спросил он у друга.

– А чего она закрылась и меня пускать к вам не хочет? – обиженно спросил в ответ Рон.

– Она? – туго соображая, переспросил Эндрю, но Рон, оттолкнув его, уже влетел в каюту.

     На своих местах спокойно спали Босоногий Джек, Робин Тихоня и Неумытый Джо. Посторонних в каюте не было.

     Лопоухий Эндрю открыл рот и выжидающе смотрел на Рона.

– Но я же сам видел, как она сюда забежала, – растерянно проговорил Рон Проныра.

– Кто? – спросил Эндрю.

– Мадам Каракурт, – пожал плечами несчастный Рон.

– А-а-а! – сообразил, наконец, его друг.  – Вот я бестолковый! Пойдём, я провожу тебя в твою каюту! – Эндрю взял Рона под локоть, – Я так рад, что тебе уже лучше! А всё остальное – ерунда! Тебе просто привиделось.

– Нет! – возмущённо топнул ногой Рон. – Хоть на палубе и был туман, я видел этого сбежавшего призрака так же хорошо, как вижу сейчас тебя!

– Хорошо, хорошо! – отозвался Эндрю, – пойдём, тебе, наверное, нельзя волноваться!

     Но Рон не собирался никуда уходить. Он стоял и осматривал каждый уголок.

– Ну, ты смешной! – захихикал Лопоухий Эндрю. Надо же, как на тебя болезнь подействовала! Ну, подумай сам, куда в нашей каюте такая огромная тётя могла спрятаться?

– Она не огромная, – ответил Рон, – она как мы была. Наверное, размеры менять умеет!

– Ага, – согласился Эндрю, – а сейчас, наверное, уменьшилась до размеров феечки и сидит в моей кружке.

     Эндрю был уверен, что ничего такого случиться не могло, но всё равно, на всякий случай, заглянул в свою кружку, перевернул её вверх дном и встряхнул. Чуда не случилось, и маленькая феечка оттуда не вывалилась.

– Вот, видишь! – сказал довольный собой Эндрю, – что я тебе говорил! А сейчас, давай, я провожу тебя, надо поспать! Наверное, ещё очень рано.

***  

     – Кто ни свет ни заря так шумел в нашей каюте? – спросил, зевая, Босоногий Джек, когда Суровый Проглот пришёл утром будить маленьких пиратов.

– Это наш Рон Проныра выздоравливает! – радостно сообщил Лопоухий Эндрю. – Он всю ночь сегодня по палубе за призраками гонялся, и пришёл в нашу каюту мадам Каракурт искать!

– Это не смешно, Эндрю! – сделал замечание маленькому пирату Суровый Проглот. – Нехорошо смеяться над товарищем, который плохо себя чувствует. На долю Рона достались тяжёлые испытания, которые он геройски выдержал, но слишком яркие впечатления сильно расшатали его нервы, к тому же он три дня лежал в горячке.

– А я над ним и не смеялся, – надулся Лопоухий Эндрю.  – Я тоже сказал, что ему всё привиделось, и проводил Рона до боцманской каюты.

– Ты всё правильно сделал, – кивнул капитан.

– А вдруг, ему не привиделось? – блеснул глазами Неумытый Джо.  – Призрак мадам Каракурт существует ведь на самом деле, и это он предупредил Рона в нужный момент.

– Ему привиделось! – оборвал рассуждения Неумытого Джо Босоногий Джек. – И вообще, хватит об этом! Надеюсь, Рон скоро выздоровеет.

Глава 15

Хранитель тайн

     Рон Проныра быстро шёл на поправку, и через неделю от его болезни не осталось и следа. Погода стояла жаркая, и Рон, вместе с другими маленькими пиратами, часто грелся на солнышке, развалившись на палубе. Суровый Проглот не ругал своих «воробьёв» за безделье. Он решил дать им что-то вроде небольшого отпуска. Маленькие пираты любовались на бескрайнее блестящее море, проплывающих мимо дельфинов, а иногда, вместе с командой ловили рыбу.

     Когда Рон Проныра окончательно поправился, Суровый Проглот, как это бывало и раньше, собрал в своей каюте маленьких пиратов, чтобы рассказать им на ночь очередную сказку. Они давно просили его об этом, но капитан не хотел лишний раз волновать Рона. Он считал, что после всех потрясений Рону Проныре надо как следует успокоиться.

     Но Рон не забыл своё ночное видение, и когда все собрались в капитанской каюте, снова спросил Сурового Проглота о рыжеволосом призраке.

     Маленькие пираты стали шуметь и спорить о том, было ли всё произошедшее на самом деле. Босоногий Джек и Лопоухий Эндрю наотрез отказались верить в эту историю, а Рону было очень обидно.

– Было или не было – об этом точно не знает никто! – загадочно сказал Суровый Проглот, обводя взглядом маленьких пиратов, и добавил:

– Никто, кроме Хранителя тайн!

     В капитанской каюте воцарилась тишина. Маленькие пираты приутихли, потому что поняли: настал черёд новой увлекательной истории.

     Хранитель тайн был всегда, – начал свой рассказ Суровый Проглот. – Никто не знает, когда и почему он появился, это окутано тайной. Возможно, он существует ещё с начала времён. Хранитель бродит по свету и появляется обычно там, где нужна его помощь. Встретить Хранителя – большое счастье и удача. Он утешает больные и скорбящие души, приносит с собой мир и покой.

     Хранитель тих и незаметен, маскируется обычно под простых людей, таких же, как и мы с вами. Порой случается, что люди, подолгу общаясь с ним, так и не понимают, кто же это на самом деле. Надо иметь особую чуткость души, чтобы разглядеть Хранителя! А рсзглядев и убедившись, что это он, можно смело обо всём ему рассказывать, доверять самые сокровенные тайны и просить совета.

     Хранитель – верный и надёжный друг, он никогда не подведёт, не бросит в беде. Те, кто его встретят, могут быть уверенными, что их тайна никогда не будет раскрыта!

     – А ещё, – с хитрой улыбкой добавил капитан, – Хранитель приходит по ночам к послушным детям и показывает им интересные сны.

     Маленькие пираты заулыбались. Они поняли, что Суровый Проглот хочет отправить их спать. Вскоре они разошлись по своим каютам, но заснули не все. Босоногий Джек и Робин Тихоня втайне от других договорились встретиться ночью на палубе. В то время, как их друзья сладко спали и видели уже десятые сны, Робин и Джек, тихо спорили возле кормы.

    Робин Тихоня что-то горячо доказывал, а Босоногий Джек никак не хотел согласиться. Под конец всё же он сдался и пообещал во всём помочь другу, если его помощь будет нужна.

     На следующий день Рон Проныра сидел в одиночестве на палубе у правого борта корабля. Он смотрел, как рассекаются волны и с горечью думал о том, что никто на свете его не понимает, и никто ему не верит.

     Взрослые пираты, проходя мимо недоумевали: почему самый озорной и вертлявый из всех мальчишек вдруг загрустил. Но они всё списывали на болезнь Рона и, окликая его, с шутками и прибаутками, желали скорейшего выздоровления.

     Рону хотелось убежать куда-нибудь подальше, где его никто не будет трогать, но корабль – это же не лес! Посреди океана далеко не убежишь.

     Его грустные размышления прервал Робин Тихоня. Он подошёл и сел рядом. Тут же подоспели Неумытый Джо и Лопоухий Эндрю, но Босоногий Джек решил отвлечь их.

– Эндрю, – окликнул он друга, – спорим, что я – лучший охотник на акул?

     Лопоухий Эндрю тут же возмутился.

– А почему это ты? – спросил он.

– Не веришь? – подмигнул ему Джек, – так давай проверим!

     Неумытый Джо стал ворчать, что вообще-то, это он самый лучший охотник, и втроём, друзья побежали выслеживать акул.

– Почему ты грустишь? – спросил Робин Тихоня у Рона Проныры. Рон безразлично пожал плечами.

– Это из-за того, что Босоногий Джек и Лопоухий Эндрю тебе не поверили?

     Рон встрепенулся.

– Мне никто из вас до конца не поверил, даже Суровый Проглот, – с обидой сказал он.

– А призрак был, и я видел его собственными глазами, как вижу сейчас тебя!

– Конечно же, он был, – загадочно улыбнулся Робин Тихоня. – Уж я-то это точно знаю!

– Да? – удивился Рон Проныра и внимательно посмотрел на друга.

     Вдруг его как током ударило.

– Я всё понял, – чуть дыша, сказал он. – Ты – тихий и незаметный, ты до самой последней минуты хранил мою тайну, когда я спасал сердце корабля, и ты всё на свете знаешь! Как же я сразу не догадался, когда Суровый Проглот о тебе рассказывал…ты – Хранитель тайн!

     Рон сидел и, затаив дыхание, заворожёно глядел на Робина. А Робин не знал, что сказать. Он молчал.

– Но если ты Хранитель, – спросил Рон, – ты расскажешь мне, кто тот призрак, которого я видел?

– Хорошо, – согласился Робин, – и хоть это очень большая тайна, – я имею право приоткрыть тебе её завесу. – Только взамен ты поклянёшься мне, что будешь нем, как рыба, и никому ничего не расскажешь!

– Клянусь! – горячо воскликнул Рон.

     И тогда Робин Тихоня что-то тихо прошептал Рону на ухо.

С тех пор Рон стал весёлым, как и прежде, он быстро пошёл на поправку, и скоро от его болезни и грусти не осталось и следа. А с Босоногим Джеком и Робином Тихоней он сдружился ещё крепче, чем раньше, и теперь всегда старался быть возле них.

Глава 16

Эль Дуэндэ

     После того ужасного шторма, виновного в болезни Рона Проныры, странные изменения произошли ещё с одним маленьким пиратом.

     Лопоухий Эндрю, вечно задиристый и вредный, стал вдруг подолгу задумываться и с отсутствующим взглядом что-то напевать себе под нос.

    Все вокруг прекрасно помнили, как совсем недавно Эндрю на пару с Неумытым Джо громко и нестройно голосили пиратские песни. Теперь же, маленький белобрысый пират напевал себе под нос что-то тихое и мелодичное. Но когда кто-нибудь из команды останавливался рядом, зачарованный волшебными напевами, Эндрю смущался, замолкал и старался уединиться. Временами он словно грезил наяву. Больше всех удивлялся Суровый Проглот, особенно вспоминая историю о том, как в одном порту отвоевал маленького Эндрю у бродячего музыканта.

    Пиратский капитан бросился тогда на помощь, чтобы защитить плачущего мальчика от побоев.

– Как смеешь ты бить ребёнка? – гневно закричал на музыканта Суровый Проглот.

– Он фальшиво поёт! – возмущённо ответил бродяга. – А фальшивое пение – это преступление против музыки!

– Как бы ни была чудесна музыка, она не стоит слёз ребёнка! – сказал тогда пиратский капитан. – Отдай мне этого мальчика! – попросил он музыканта.

– Отдай?! – возмутился тот. – Я не знаю такого слова! Из-за его фальшивого пения я и так не смог ничего заработать. Кто возместит мне убытки?

     Суровый Проглот вывернул карманы и отдал бродяге все монеты, которые там нашлись. Так у Босоногого Джека, первым из маленьких пиратов попавшего на «Паучью сеть», появилась весёлая компания. А немного погодя к ним присоединился и Рон Проныра, который сам втихаря пробрался на пиратский корабль.

– Я заметил, что с тобой происходит что-то необычное, – сказал Эндрю Суровый Проглот, когда в один из вечеров маленькие пираты снова собрались в капитанской каюте.

– Да, и я заметил тоже! – сказал Неумытый Джо. – Эндрю, – обратился он к другу, – может, расскажешь нам всем, в чём дело? А то ведь мы давно сгораем от любопытства!

– Да, да! – поддержал его Рон Проныра.

– Я и сам точно не понимаю, что со мной, – смутился Лопоухий Эндрю, – мне всё время хочется петь. Разные мотивы со стихами возникают в моей голове, как будто кто-то древний и мудрый напевает их мне на ухо. Эти песни проникают в меня, и я сам не замечаю, как начинаю их тихонько повторять.

– А ты запоминаешь хоть что-нибудь из того, что поёшь? – спросил маленького пирата капитан.

– Почти ничего, – признался Эндрю. – Хотя одна песня повторяется чаще других.

– Может, напоёшь? – предложил Рон Проныра.

     Эндрю ненадолго замолчал, взгляд его стал отсутствующим, а потом он еле слышно запел:

– Тихо играя на струнах волны,

   Я укажу тебе путь.

   Только на карты его нанести,

   Пожалуйста, ты не забудь!

     Маленькие пираты притихли и внимательно слушали. А потом Босоногий Джек спросил:

– А что бы это могло значить?

     Лопоухий Эндрю пожал плечами.

– А когда это всё началось? – спросил в свою очередь Суровый Проглот.

– После шторма, – ответил Эндрю. – Я же почти оказался за бортом. Зоркий Глаз подхватил меня в последний момент. Я даже не успел испугаться, помню только, что ветер сильно свистел у меня в ушах, а в лицо ударила вода. Потом мы вместе со штурманом упали на палубу, с неба на нас лил дождь, а ветер всё свистел и свистел у меня в ушах до тех самых пор, пока я не заснул в своей каюте. А на следующий день ко мне стали приходить эти мелодии.

– Всё понятно, – улыбнулся капитан, – похоже, ты повстречался с Эль Дуэндэ.

– Эль Дуэндэ? – удивился Эндрю. – А кто это такой?

– Это сказочный древний дух, Поющий ветер, – ответил ему Суровый Проглот. – По легенде Поющий ветер одаривает талантами и предсказывает судьбу.

– А что всё это значит для меня? – недоумённо пожал плечами Лопоухий Эндрю. – Какой путь я должен наносить на карты?

– Путь на карты обычно наносит штурман, – стал размышлять Рон Проныра. – Быть может, это и есть твой жизненный путь – стать штурманом?

– Точно! – поддержал догадку Рона Неумытый Джо. – Ведь и спас-то тебя в тот день Зоркий Глаз, а не кто-нибудь другой, – обратился он к другу, – и в песне твоей про карты поётся. Не может это быть простым совпадением!

– А я, может быть, хотел стать капитаном, – сказал Эндрю, насупившись и косясь в сторону Босоногого Джека.

– Хороший штурман не менее важен, чем капитан, – ответил ему Суровый Проглот. – Капитан отвечает за корабль, команду и всё решает, но путь указывает штурман, так что ещё неизвестно, кто важнее. Да и не это главное! Капитан, боцман, штурман ты или кок, без тебя в плавании команде не обойтись! У каждого свои способности и своё предназначение. Кажется, Эль Дуэндэ и впрямь хочет помочь тебе его найти!

– Но не переживай, – засмеялся Суровый Проглот, глядя каким озадаченным стало лицо Эндрю. – Поющий ветер не может долго сидеть на одном месте, и очень скоро он покинет тебя, а ты снова будешь петь, как раненый павлин и превратишься в несносного задиру, каким и был прежде. Только, возможно, потом ты будешь скучать по Элю Дуэндэ, и мечтать хотя бы ещё раз повстречать его. Он уйдёт, но в штормовую погоду ты будешь ждать его и искать среди множества ветров, пролетающих мимо.

Такую сказку рассказал Суровый Проглот.

    А вскоре поющий ветер (если это был он), и впрямь, покинул Лопоухого Эндрю, прошептав «прощай» и взлохматив напоследок непослушные белокурые волосы маленького пирата.

 

Глава 17

Ария Блюм

   Следующей остановкой пиратского корабля был Траум – порт забвения, сна и мечты. Он славился своими многочисленными тавернами и местами отдыха под открытым небом, где расслабившись, моряки часто не замечали, как время уплывает от них в неизвестном направлении. Бывало порой присядут пара приятелей с корабля возле какой-нибудь симпатичной таверны, откинутся на мягкие кресла-подушки в тени раскидистых деревьев, закажут себе угощение, заслушаются песнями да и размечтаются о жизни. Глядь, а уже и три дня пролетело, и корабль их уже давным-давно без них в плаванье ушёл.

     В порту забвения  Суровый Проглот обещал угостить детей мороженым. Эя Разяву он решил, на всякий случай, оставить на корабле, чтобы не потерять в порту рассеянного боцмана.

– Извини, но если ты захрапишь где-нибудь на травке, мы тебя всей командой до корабля не дотащим, – сказал ему капитан.

– Да я и сам не хотел идти, – признался Эй Разява, – лучше за хозяйством присмотрю на корабле, да за членами команды, которые в порт не пойдут.

     Больше всех готовился пойти на прогулку Неумытый Джо. Он несколько раз умылся, причесался и одел самую новую и красивую одежду. Остальным маленьким пиратам тоже не терпелось скорее увидеть новое интересное место.

     В порту забвения играла тихая убаюкивающая музыка. Тёплый ветер шелестел листвой деревьев, а в небольших красивых тавернах под открытым небом отдыхали люди. Некоторые из них уже так наотдыхались, что просто спали на траве или, лёжа на спине, с мечтательным видом разглядывали проплывающие мимо облака.

– А мы тут не заснём? – испуганно спросил Неумытый Джо. – На всякий случай, надо держаться всем вместе!

– Не переживай! – засмеялся Суровый Проглот, – мы пойдём в такое место, где спать нам точно не дадут!

     Немного попетляв, они остановились возле маленькой симпатичной таверны, увитой яркими цветами. Суровый Проглот усадил маленьких пиратов на мягкие пуфики возле одного из столиков под большим деревом, а сам пошёл заказывать мороженое и другие угощения.

     Пир удался на славу, но маленькие пираты не шумели, как обычно. Они наслаждались вкусной едой, прохладой и тихой музыкой.

     Шустрый Рон Проныра начал зевать.

– Уснём, точно уснём! – распереживался, глядя на него Лопоухий Эндрю. Но Суровый Проглот лишь хитро улыбался.

– Купите цветы! Купите мои милые цветочки! – вдруг раздался резкий возглас и, непонятно откуда, словно из под земли, появилась долговязая, нескладная старушка. Она была невероятно худая, с очень длинными ногами и руками. Одета старушка была в платье до пят, а на голове её красовалась шляпа с широкими полями, украшенная бутоньерками. Из под пушистой чёлки глядели живые озорные глаза, невероятным образом украшавшие её худое и вытянутое лицо.

– Купите цвето-о-о-о-чки! – несколько раз сильным голосом пропела старушка. При этом она, то складывалась пополам, то снова разгибалась, активно размахивала рукой, которая не занята была корзиной, и танцевала всем телом совершенно не в такт плавной, убаюкивающей музыке. Если  сказать ещё точнее, музыку старушка заглушала и затмевала напрочь.

     Встрепенувшись, маленькие пираты смотрели на неё, округлив глаза. Спать им расхотелось совершенно.

– Что это за сумасшедшая цветочница? – тихо спросил на ухо у капитана Босоногий Джек, который сидел с ним рядом.

– Это Ария Блюм, – ответил Суровый Проглот. – В детстве она попала в грозу, и её сильно стукнуло молнией. У девочки было отменное здоровье, и она чудом выжила. Но с тех пор Ария Блюм научилась предсказывать будущее, а ещё она всё время поёт и ведёт себя немного странновато. Но не бойтесь, – успокоил маленьких пиратов капитан. – Ария Блюм вполне безобидная!

     Услышав своё имя, старушка на минуту замолчала и внимательно посмотрела на собравшуюся компанию.

– Капитан Суровый Проглот! – восторженно воскликнула она зычным голосом и даже подпрыгнула от счастья, сложившись в воздухе почти пополам.

– Рад приветствовать тебя, Ария Блюм, – засмеялся капитан, – смотри, прыгай осторожней, рассыплешь цветы!

 – Сколько стоят твои фиалки? – спросил он и полез за монетами.

– Для тебя – пять пиастров, – сладко пропела Ария Блюм. – По её лицу было видно, как она довольна.

– Я заплачу тебе десять! – засмеялся капитан, покупая цветы. – Только не дай нам, пожалуйста, заснуть в вашем замечательном порту!

– О, ты как всегда прекрасен и щедр! – возликовала Ария Блюм и проделала ещё несколько немыслимых движений.

– А кто это тут с тобой? – спросила она и тут же добавила:

– Ах, впрочем, ведь я и сама могу догадаться.

     Она поставила корзину на траву и стала внимательно разглядывать маленьких пиратов. Двигаться при этом она не переставала.

– Ох, ох, ох! – с озорным видом приговаривала Ария Блюм и крутилась возле детей, поглаживая по голове то одного, то другого.

– Маленькие чудесные пира-а-а-а-ты! – пропела она, наконец, дирижируя сама себе ладонями и глядя в небо, словно разговаривая с ним и прося одобрения. А потом Ария Блюм закружилась в плавном танце, поднимая с места то одного, то другого из детей и приглашая их присоединиться к её представлению.

     Первым, на кого Ария Блюм обратила своё внимание, был Неумытый Джо. Держа его за руку и танцуя вокруг маленького растерявшегося пирата, старушка запела:

– Ты будешь красивым, как юный Нарцисс,

   И будешь готовить еду!

– А ты – благородной души капитан, – закружила она Босоногого Джека, – прогонишь любую беду!

 Друг северных, южных и прочих ветров

 По картам укажет вам путь, – с этими словами Ария Блюм потрепала по волосам Лопоухого Эндрю, и закончила свою песню, глядя на Рона Проныру:

– А ты за хозяйством на судне следить,

  Пожалуйста, не позабудь!

     С последним словом Ария Блюм изящно подняла вверх руку и вскинула подбородок. Суровый Проглот и маленькие пираты ей зааплодировали.

– Её песни похожи на те, что приходили недавно ко мне, – заметил Лопоухий Эндрю, – кажется, я понял, к кому улетел Эль Дуэндэ, покинув меня!

– Её он не покидал со времён той страшной грозы, – ответил Суровый Проглот, и поймав удивлённые взгляды маленьких пиратов, объяснил:

– Эль Дуэндэ может быть в нескольких местах одновременно, он же ветер!

– Что же ты обижаешь ещё одного моего верного друга? – спросил Суровый Проглот у Арии Блюм. – Ты совсем ничего не спела нашему Робину Тихоне!

     Старушка испытующе посмотрела на капитана, а потом покачала головой.

– Как же слепы люди, – неожиданно тихо пропела она, – особенно взро-о-о-слые,

   Ничего не замечают у себя под но-о-сом они!

     Затем она подмигнула замершему Робину Тихоне и, порывшись в корзине, достала крупную нежную розу белого цвета.

– Это самый прелестный и дорогой цветок, который у меня есть, – сказала Ария Блюм, протягивая розу маленькому пирату, – но я тебе его дарю!

     Суровый Проглот, Неумытый Джо и Лопоухий Эндрю удивлённо уставились на Робина Тихоню, а Босоногий Джек и Рон Проныра обеспокоенно переглянулись.

– Нельзя быть счастливым, скрывая лица,

   Не сможешь жить в полную си-и-и-и-лу! – громко и торжественно пропела Ария Блюм, снова дирижируя себе ладонями. Затем она подхватила корзину и быстро куда-то умчалась.

Глава 18

Роза

     После прогулки маленькие пираты собрались на палубе и стали обсуждать увиденное и услышанное в порту. В Лопоухого Эндрю словно вселился дух вредности. Он стал приставать к Робину Тихоне, дразнить его и задираться.

– Что ты скрываешь от нас? – спрашивал он Робина, – почему молчишь почти всё время и за Босоногого Джека прячешься? Что ты за хиляк такой? Даже сумасшедшая старуха тебе, словно девчонке, цветочек подарила.

– Замолчи сейчас же! – одёрнул его Босоногий Джек, а Рон Проныра придвинулся поближе, чтобы защитить, если понадобится, Робина Тихоню. Но тот вдруг возмутился:

– Нечего меня дразнить, сам ты хиляк! – отважно ответил Робин.

– А вот и давай проверим! – обрадовался Лопоухий Эндрю. – Слабо со мной подраться?

– А вот и не слабо! – рассердился Робин Тихоня и упёр руки в боки.

 – Накостыляй ему как следует, Робин! – засмеялся Неумытый Джо, – чтоб неповадно дразниться было!

– А вот и накостыляю сейчас! – упрямо сказал тихий пират.

– Ты что, тебе нельзя по-настоящему драться! – испугался Босоногий Джек, а вместе с ним и Рон Проныра. Они встали на защиту Робина Тихони, придерживая его с обеих сторон за локти.

– Нельзя тебе, тихенький, драться, – противным голосом стал ещё больше дразниться Эндрю,  – кулачки обобьёшь, животик надорвёшь!

     И тут Робин Тихоня не выдержал. Оттолкнув в разные стороны своих защитников, он разбежался и со всей силы боднул головой в живот Лопоухого Эндрю.

     Не устояв на ногах, Эндрю шлёпнулся во весь рост на палубу. От отчаянного удара с головы Робина Тихони слетела его разноцветная бандана, и Лопоухий Эндрю с удивлением увидел, как по плечам его противника рассыпались кудрявые ярко-рыжие волосы.

– Девчонка! – поражённо протянул Лопоухий Эндрю.

– Девчонка, – сочувственно подтвердил Рон Проныра, – тебя побила девчонка!

     Маленькие пираты дружно рассмеялись.

– Но теперь же все узнают, что ты девочка!  – расстроился за подругу Босоногий Джек.

– Ну и пусть! – решительно сказала она.

     На шум и крики уже прибежали капитан, боцман и вся команда.

– Это кто тут дебоширит?! – грозно спросил Суровый Проглот и с недоумением уставился на непонятно откуда взявшуюся на корабле девочку.

– Вот этот, то есть эта Тихоня! – пожаловался Лопоухий Эндрю, который ещё не успел подняться с палубы. – Она меня побила, – ошеломлённо добавил он.

– Не хочу больше быть Тихоней! – топнула ногой девчонка, – мне надоело вечно молчать, прятаться и носить эту противную бандану! Волосы спутываются под ней, а потом их невозможно расчесать.

– Понял теперь, кого я видел тогда на палубе? – победно спросил Рон Проныра у Лопоухого Эндрю. – А ты мне не верил!

– Нет, – покачал головой совсем сбитый с толку Лопоухий Эндрю, – не понял…

– Ты кто? – спросил он у девочки. – Фея?

– Сам ты фея! – ответила она. – Я  самая обыкновенная девчонка из порта Амарильи. Меня зовут Роза. Я мечтала стать пиратом, а Босоногий Джек мне в этом помог.

– Морской ёж мне в правую пятку! – выругался Суровый Проглот, схватившись за голову. – Чтоб я, бывалый пиратский капитан, мальчика от девочки не смог отличить? Где же вы плавали-то без меня, мои глаза?

     Команда дружно расхохоталась.

– Ария Блюм была абсолютно права, – отважно сказала Роза. – Нельзя быть счастливым, скрывая лица!

– А теперь, – обратилась она к капитану и ко всей команде, – можете выкинуть меня на любом необитаемом острове!

– Я пойду с тобой! – сказал Босоногий Джек.

– И я! – вызвался Рон.

     Капитан не смог ответить ничего. Его душили приступы хохота.

– Что же ты так плохо думаешь о нас, малышка? – отозвался боцман. – Разве мы похожи на тупых и бесчувственных зверей?

– К тому же, – ворчливо добавил Лопоухий Эндрю, поднявшись из лежачего положения, – это для нас опасно! Не хватало нам мести второй мадам Каракурт!

     Команда совсем развеселилась, а вместе со всеми стала смеяться и Роза. Теперь ей было нечего бояться, можно было больше не прятаться и быть такой, какая она есть.

– Эль Дуэндэ, Хранитель тайн, глубинный злыдень, мадам Каракурт, – продолжал ворчать Лопоухий Эндрю, загибая пальцы, – и незнакомые мальчишки, то выпрыгивающие из темноты, то превращающиеся в девчонок. Я совсем запутался, где сказка, а где обычная жизнь!

     Капитан улыбнулся маленькому ворчуну и ответил так:

– Тем и хороши, мой друг, сказки, что они тесно переплетаются с нашей жизнью.

– А я боюсь, что сказки кончатся, – опустив глаза, тихо сказала Роза.

– Хо-хо, не грусти, маленькая пиратка! – подбодрил её Суровый Проглот. –  Если в тебе живёт такой неукротимый дух приключений, то сказки в твоей жизни не закончатся никогда!

Глава 19

Враг пиратства

 

     – Дорогие мои пираты, живущие после меня в прекрасном будущем, – прочёл дальше Деревяшка Джон Одноглазому Хью, который, казалось, уже забыл, зачем они откопали сундук, и сидел, расплывшись в мечтательной улыбке.

– Быть может, вы уже расслабились и подумали, что я, гроза морей и океанов по кличке Суровый Проглот был лучезарным ангелом, добрым и благородным, и в жизни не обидевшим даже маленькой медузы? Хо-хо! Мне бы и самому хотелось так думать, но, к сожалению, это слишком далеко от истины.     

Я был пиратом, грубым, жадным и беспощадным. Я зорко следил за командой, наказывал непослушных и не один раз подавлял бунт на корабле. Проявления слабости пираты капитану никогда бы не простили. А я был настоящим пиратским капитаном! Когда я понимал, что трюмы на «Паучьей сети» начинают пустеть, то давал команду штурману и вперёд-смотрящим выследить посреди океана какое-нибудь богатое торговое судно, догнать его и взять на абордаж.

     Торговцы и мореходы тряслись, услышав моё имя, а за голову мою была назначена награда далеко не в одну тысячу пиастров!

– Так, так, – оживился Деревяшка Джон, – кажется, мы на верном пути и не зря читаем всю эту ерунду. Сейчас опять речь пойдёт о сокровищах!

– Конечно, не зря читаем, – согласился Одноглазый Хью, – интересно же, что случится дальше с маленькими пиратами и со всеми остальными!

– Какой же ты балда! – возмутился Деревяшка Джон и отвесил Одноглазому Хью щелбан. – Какое тебе дело до маленьких пиратов? Нам надо скорее узнать, что случилось с сердцем корабля!

– Ну, вот и читай скорее дальше! – пробубнил Одноглазый Хью, потирая лоб и обиженно косясь на своего спутника.

***

     Маленькие пираты понимали, когда команда готовилась идти на штурм очередного, попавшегося на пути, судна. Взрослые начинали перешёптываться и что-то скрывать. Глаза их возбуждённо горели, сами они с нетерпением по очереди вырывали у штурмана подзорную трубу и что-то высматривали вдали. На случай боя канонир проверял пороховой склад и готовность пушек, а больше всех оживлялся пират по кличке Хищный Коготь. Он славился тем, что умел ловко закидывать абордажный крюк, с первого раза подцепляя  судно, которое удалось догнать.

     Маленькие пираты тоже просились пойти на абордаж вместе со взрослыми, но Суровый Проглот очень сердился на них за это и всегда велел им во время штурма чужого корабля не высовываться из своих кают.

     Маленьким пиратам ничего не оставалось, как терпеливо дожидаться взрослых, а потом слушать их хвастливые рассказы.

     Но не всегда взрослым пиратам удавалось вернуться на «Паучью сеть» целыми и невредимыми. Бывали грустные, а иногда даже и очень печальные случаи. Если моряки с торговых судов оказывали им сопротивление, то пираты возвращались побитыми и даже покалеченными.

    А однажды произошёл вообще невероятный случай. Тогда при абордаже сильно пострадал кок Резиновая Макарона.

     Дело было ближе к вечеру. Начинало штормить. Солнце клонилось к закату и на море быстро спускались сумерки. Капитан очень переживал, что погода не на их стороне и действовать придётся в темноте. Но несмотря на опасения Сурового Проглота, складывалось сначала всё просто замечательно. Пираты дали устращающий залп из пушки. Хищный Коготь как всегда ловко закинул крюк, и богатое торговое судно, которое с большим трудом удалось выследить и догнать, было подцеплено.

     Вооружившись ножами и пистолетами, пираты атаковали чужой корабль и, запугав команду, быстренько всех связали. Но как только они открыли трюмы, собираясь приступить к грабежу, раздался дикий победный клич и на лысую голову Резиновой Макароны обрушилось что-то тяжёлое. Бедный кок дико взвыл от страшной боли. Словно десятки острых игл вонзились ему в голову.

     В темноте пираты не поняли, что случилось, и с перепугу бросились обратно на «Паучью сеть». Следом за ними мчался ошалевший кок с грузом на голове.

     В суматохе пираты отцепились от захваченного судна, и Суровый Проглот дал команду «Полный вперёд!»

     Пираты были суеверны и решили, что их постигло справедливое возмездие. Лишь немного успокоившись, они, наконец, пришли на помощь Резиновой Макароне и с удивлением сняли с головы воющего кока большого насмерть перепуганного кота.

     Бедняга отважно кинулся на защиту своего корабля, и в результате оказался совершенно в незнакомом месте. Он так перенервничал, что никак не хотел выпустить лысину Резиновой Макароны из своих когтей.

     Когда пиратам всё-таки удалось расцепить двух пострадавших, они не знали, смеяться им или плакать.

     Операция по взятию богатого торгового судна на абордаж была безнадёжно сорвана, и вместо сундуков с золотом и прочими ценностями, пираты отвоевали у своих жертв только злючку-кота.

     Оскорблённый кот удрал на камбуз и забился там под шкаф, а Резиновая Макарона стонал от боли, истекая кровью, в то время как боцман Эй Разява обрабатывал ему раны.

– Почему он бросился именно на меня? – стонал несчастный кок.

– Кот знает, на кого кидаться, – засмеялся Зоркий Глаз. – Ты же, Макарона, пахнешь лучше всех!

– Ага, рыбой и котлетами! – заржал Хищный Коготь. – Я бы и сам на тебя бросился, если бы котом был.

     Пираты стали потихоньку приходить в себя. Они начали смеяться над Резиновой Макароной, котом и сами над собой. Ситуация уже не казалась такой обидной.

– Это даже хорошо, что кот появился, – сказал Суровый Проглот. – Может, наконец, от крыс и мышей избавимся!

– Если эта возмущённая фурия согласится на нас работать, – засомневался боцман Эй Разява.

     Маленькие пираты давно выскочили из своей каюты и с любопытством наблюдали за происходящим. В конце концов, они кинулись на камбуз, доставать кота из под шкафа. Пленник фырчал, шипел и не сдавался.

     Когда потом, спустя некоторое время его рассмотрели поближе, то оказалось, что это вовсе не кот, а кошка. Была она зеленоглазая, серая и в полоску, как и положено настоящим морским животным. Прозвали кошку Сиреной, вспоминая о том, как она ужасно взвыла, перепугав до смерти кока и остальных пиратов.

     Зеленоглазая Сирена переловила всех мышей и крыс на корабле. Обитала она исключительно на камбузе, чувствуя себя там единовластной хозяйкой. С коком она так и не подружилась. Мало того, кошка изводила Резиновую Макарону тем, что смотрела на него, как на поверженного врага. При этом еду, старательно приготовленную коком, Сирена лопала только так, считая, видимо, что побеждённый просто обязан её кормить. Нагло уплетая рыбу и котлеты, кошка угрожающе рычала и шипела на Резиновую Макарону. На всех пиратов она кидала ненавидящие взгляды, и многие её даже всерьёз побаивались. Бедный кок вообще стал носить бандану, чего раньше никогда не делал.

     Сирена осуждала пиратство  и была  его непримиримым врагом. Немного спокойнее она относилась к Суровому Проглоту, видимо, начальство всё-таки уважала. А с маленькими пиратами и вовсе подружилась, особенно с Розой, которую признала своей хозяйкой. Роза обращалась с кошкой очень ласково, часто гладила Сирену и брала её на руки. Никому больше гроза пиратства этого не позволяла.

     Резиновая Макарона часто звал Розу на камбуз, чтобы она покормила свою любимицу. Лишний раз приближаться к опасной строптивой кошке ему не хотелось.

– Осуждаешь? – спросил как-то Суровый Проглот у Сирены и вздохнул:

– Твоё право!..

     Последнее время капитан стал мрачным. Он стал чаще задумываться, курить трубку и, порой, часами, молча, глядел в океан.

 

Глава 20

Блуждающие огни

 – Смотрите, смотрите! –  позвал однажды Рон Проныра своих друзей, указывая рукой вдаль.

     «Паучья сеть» в ночи бороздила чёрные просторы океана. Маленькие пираты сбежались на зов Рона и увидели небывалое зрелище.

     На чёрной водной глади на некотором расстоянии от корабля то тут, то там загорались яркие жёлтые огоньки. Они беспорядочно кружились, менялись местами, то потухали, то вспыхивали вновь. Казалось, что океан – это второе небо, и на нём появились пляшущие звёзды. Или, может быть, звёзды решили спуститься с небес и немного порезвиться в океане.

     Суровый Проглот подошёл незаметно и положил руки на плечи Рону Проныре и Босоногому Джеку.

 – Это блуждающие огни, – сказал он маленьким пиратам, – мы проплываем мимо мёртвого острова.

– Мёртвый остров, – повторил с опаской Неумытый Джо и передёрнул плечами. Ему, как и всем остальным, стало не по себе.

– А почему он мёртвый? – спросил Лопоухий Эндрю.

– Здесь заканчивают свой земной путь пираты и другие неутомимые мореплаватели, – ответил Суровый Проглот. – Мёртвый остров чаще всего погружён в туман. Он окутан тайной, и живые боятся приближатся к нему. Корабли обходят этот остров стороной. Некоторые моряки даже считают, что повстречать его на пути – плохое предзнаменование.

– А почему около мёртвого острова столько блуждающих огней? – спросила Роза.

– И что это такое? Откуда они взялись? – задали по очереди свои вопросы Босоногий Джек и Рон Проныра.

– Говорят, что блуждающие огни – это души некоторых умерших пиратов, застрявших между мирами, – ответил Суровый Проглот, немного помолчав.  – Кто-то молится за них, и они не падают на дно, но столько плохого сделали в жизни, что сил подняться в небо им не хватает. Быть может это и правда, а может быть и выдумка…

     Корабль шёл на всех парусах, и блуждающие огни начали медленно таять вдали.

– Последнее время ты стал каким-то угрюмым и совсем не рассказываешь нам сказки, – заметил Босоногий Джек, оторвавшись от созерцания исчезающих огней и посмотрев на капитана.

– Не до сказок мне, дел много, – вздохнув, ответил Суровый Проглот. Босоногий Джек хитро улыбнулся.

– Айда в капитанскую каюту! – скомандовал он маленьким пиратам. – Возьмём Сурового Проглота на абордаж!

     Маленькие пираты сразу оживились и умчались с криками, визгом и улюлюканьем в сторону капитанской каюты.

     Капитан рассмеялся, покачал головой и пошёл вслед за детьми, которые уже ворвались к нему без спросу и, бесцеремонно рассевшись в его каюте, топали ногами и требовали сказку.

– Ладно, ладно, сдаюсь! – поднял руки вверх Суровый Проглот. – Так уж и быть, попробую рассказать вам ещё кое-что.

     Он уселся на своё место, и маленькие пираты сразу притихли.

Глава 21

Сказка о луне и млечном пути

– Жил-был на свете чёрный карлик, – начал свой рассказ Суровый Проглот.

– Дай-ка, я угадаю! – воскликнул Лопоухий Эндрю. – Он жил на дне океана, как глубинный злыдень!

– А вот и не угадал, – засмеялся Суровый Проглот.

– Наверное, он жил в густом лесу, – предположила Роза.

– Или на болоте, – сказал Рон.

– Нет, – покачал головой капитан, – не на болоте, и не в лесу. Чёрный карлик жил на небе. Когда-то давно он был маленькой беспечной звёздочкой и светился, как и все остальные звёзды.

– А почему же он почернел? – спросил Неумытый Джо и смущённо добавил:

– Быть может, он не мылся?

– Где ж ему мыться-то на небе? – улыбнулся такому предположению Босоногий Джек.

– В млечном пути, например, – ответила ему Роза. – Это же молочная река! Мама рассказывала мне сказку о ней.

А что это за сказка? – заинтересовался капитан.

– Ориону приглянулась одна юная молочница – стала рассказывать Роза. – В те времена звали её, кажется, Диана. Орион любовался на земную красавицу с неба, а потом послал за ней своих псов: одного большого, а другого поменьше. Молочница в это время как раз несла вёдра с молоком к дому хозяина. Звёздные псы похитили её прямо с вёдрами и унесли на небо. Девушка так перепугалась, что опрокинула вёдра и по небу разлилась молочная река. Она стала плакать и умолять Ориона вернуть её обратно на землю. Небесный правитель не был жестоким. Он печально вздохнул и отпустил молочницу.

– Куда ты дела всё молоко? – спросил, разгневавшись, хозяин.

      Но девушка лишь пожала плечами. Тогда хозяин стал кричать и сердиться. Он настаивал, чтобы молочница сказала правду.

– Молоко на небе, – наконец, призналась она.

– Что ты выдумываешь? – разозлился хозяин и в наказание запер девушку в высокой башне с окошком.

– Любуйся отсюда на своё небо, сколько тебе будет угодно! – мстительно сказал он.

     Когда стемнело, Диана увидела, как Орион плачет на небе. Его золотые, чистые слёзы падали к ней на подоконник и разбивались, превращаясь в звёздную пыль. Тогда девушка окликнула его и попросила о помощи.

     Ночью хозяина разбудил громкий лай. Он вышел на крыльцо и к своему глубокому удивлению увидел на небе молочную реку. А рядом с рекой светился яркий золотой диск. Хозяину показалось, что он различает на нём черты лица Дианы. Он понял, что был неправ, кинулся в башню, но никого там не нашёл. Окошко было открыто, а на подоконнике остались лишь золотые частички звёздной пыли.

     Хозяин загрустил. Его коровы тоже загрустили и перестали давать молоко. Однажды ночью хозяин снова проснулся от громкого лая, и счастливый, бросился на крыльцо. Он думал, что вернулась его любимая молочница и принесла ему пролитого молока. Но млечный путь был на месте, и золотой диск тоже! Вдобавок, с неба доносилось тихое довольное мычание.

– Мама говорила, что с тех пор, Орион и Диана, которую теперь зовут Луной, живут на небе очень счастливо, а все небесные жители пьют молоко из небесной реки и купаются в ней, – закончила свой рассказ Роза. – А что случилось с чёрным карликом, – спросила она у капитана, –  наверное, он отказывался мыться?

– Интересная сказка,  – улыбнулся Суровый Проглот. – Нет, – ответил он Розе, – карлик почернел по другой причине.

Глава 22

Сказка о чёрном карлике

– Итак, чёрный карлик жил на небе. Когда-то давно он был маленькой беспечной звёздочкой и ярко светился, но когда немного подрос и окреп, то стал хищным. Он нападал на другие звёзды и крал их свет, превращая его в камни. На его поверхности камней становилось всё больше и больше, а карлик, который был тогда ещё молодой звездой, всё богател и богател. Все вокруг его уважали и боялись. Однако, чем больше прибавлялось камней, тем тусклее становился излучаемый им свет. Поначалу карлик не замечал этого. Он продолжал обкрадывать другие звёзды и превращать их свет в камни. Он был тогда большой звездой и места на его поверхности хватало.

     Со временем камней становилось всё больше и больше, а места на поверхности всё меньше. Карлик вдруг понял, что его ждёт, но было поздно. Он продолжал красть и не мог остановиться.

     В конце концов, камней стало так много, что они заполнили всю поверхность, потушив звезду навсегда. К тому же от тяжести она сжалась, постарела и превратилась в чёрного карлика.

     Разбойничать карлик уже не мог. Он стал слабым и немощным. Всё вокруг его раздражало. Карлик постоянно ворчал и готовился к неминуемой гибели. Он остывал изнутри и должен был вот-вот свалиться на дно океана и пропасть там навсегда.

– Жалко, – смахнула слезинку Роза. – Ведь если бы он не крал чужой свет, то мог бы светиться сам!

– Он понял это слишком поздно, – ответил ей Суровый Проглот. – Но слушайте, что было дальше!

     Однажды недалеко от того места, где уныло висел наш чёрный карлик, произошёл небольшой космический взрыв. На небе родились пять маленьких симпатичных звёздочек. Их юный свет был прекрасным, но робким и неокрепшим. Звёздочкам было страшно на огромном небе, и они неуверенно жались друг к другу, боясь неизвестности.

     При виде этих звёздных детей, что-то шевельнулось внутри у почти затвердевшего карлика.

– Эй, вы, малявки, – позвал их он, – плывите-ка сюда!

– Кто нас зовёт? – стали встревожено переглядываться звёздочки. – Мы никого не видим!

     И действительно, карлик сливался с чёрным небом, и разглядеть его было уже невозможно.

– Меня не видно, зато пока ещё слышно, – ответил он. – Идите на голос! Я очень стар, но зато мудр и знаю жизнь. Рядом со мной вам будет не страшно в этом огромном небе.

     Звёздочки послушались и стали жить рядом со старым карликом. А он дарил им веру в собственные силы, пока свет их не окреп и не стал литься уверенно и свободно.

     Чёрный карлик учил малышей и давал им полезные советы.

– Главное, – всегда твердил он, – не крадите свет у соседних звёзд и не превращайте его в камни. Иначе вас постигнет моя горькая судьба.

     Маленькие звёзды очень любили своего учителя и боялись, что наступит день, когда придётся с ним проститься. И вот, такой день наступил…

     Чёрный карлик сорвался с неба и полетел в океан. Тогда молодые звёзды разлетелись в разные стороны, и каждая из них, собрав всю свою силу, послала по лучу в океан, чтобы поддержать беднягу.

     Чёрный карлик удержался на поверхности океана и засиял пятью чужими лучами. Молодые окрепшие звёзды удерживали его своим светом, стремясь забрать карлика обратно на небо, но огромная гора камней тянула его на дно.

– Брось камни! – кричали звёзды.

– Я не могу, я сросся с ними, я к ним привык, – отвечал карлик.

– Брось! – уговаривали звёзды, – камни утащат тебя на дно!

     Карлик обливался слезами, ворчал и ругался.

– Он послушался детей? – спросил Рон Проныра.

– Откуда я знаю? – пожал плечами Суровый Проглот.

– А вот вы знаете, сколько сейчас времени? – вдруг недовольно рявкнул он. – Чего это вы расселись тут в моей каюте? Быстро марш спать!

     Маленькие пираты от неожиданности вскочили со своих мест и кинулись к двери.

– Я обязательно припасу для тебя свой лучик! – тихо шепнула Роза капитану и, уходя, поцеловала его в щёку.

– Однако приятно иметь дочку! – счастливо улыбнулся Суровый Проглот, когда все ушли и закрылась дверь. С этими словами он прижал ладонь к щеке.  – Всё-таки жаль, – подумал он, тяжело вздохнув, – что вскоре нам всем придётся с ней расстаться.

Глава 23

Роза ветров Босоногого Джека

   – Опять ты плачешь, Мария! – покачал головой синьор Диего. Он только что вернулся с фермы и застал жену снова в детской. Она уже в который раз перебирала вещи дочери и горько плакала. Фермеру, как всегда, стало жалко жену.

– Я же тебе миллион раз уже говорил: «Не переживай, Роза обязательно вернётся!» – сказал он, утешая заодно и самого себя.

– Но сегодня уже ровно год, как её с нами нет! – воскликнула синьора Мария. – Это ты во всём виноват!  Затуманил голову девочке рассказами о пиратах! Старые пиратские карты ей показывал и всякие трофеи…

– Я же не виноват, что мой дедушка был пиратом, – стал оправдываться синьор Диего. – Да ты и сама хороша, – добавил он, – рассказывала ей всякие сказки на ночь и костюм пиратский, между прочим, не я ей сшил!

– А что же мне было делать, – стала возражать жена, – если Роза о другом костюме и слышать не хотела? Я с удовольствием сшила  бы ей платье, да такое, что лучше, чем у любой принцессы. Но она ужасно упрямая, как и ты!

– Не горюй, Роза обязательно вернётся! – снова сказал синьор Диего. – Она же оставила нам письмо. И потом, она ушла ведь не одна, а с тем симпатичным мальчишкой. Я видел его глаза. Он никому не даст нашу дочь в обиду! А капитан Суровый Проглот – благородный человек. Я слышал о нём много хорошего!

– Он же пират! – горестно всплеснула руками синьора Мария.

– Пираты тоже люди, – ответил ей фермер Диего.

– Мы пойдём сегодня в порт? – с надеждой спросила его жена.

– Как всегда, – ответил папа Розы. Он и сам безумно соскучился по своей непослушной дочери.

     В этот вечер синьора Мария волновалась особенно сильно. Её сердце переполняли радостные предчувствия, которым она боялась верить. В порт синьора летела, словно на крыльях, и чёрные паруса «Паучьей сети» заметила ещё издалека. Вскоре она уже обнимала свою милую дочь, и радости не было конца.

     Роза плакала и просила прощения у родителей за то, что заставила их так горевать. Суровый Проглот и пираты, что отправились сопровождать девочку в порт, тоже распереживались.

– Как ты выросла и окрепла! – заметила синьора Мария.

– А какая она загорелая и румяная! – восхитился фермер Диего.

     Родители Розы стали благодарить за всё Сурового Проглота.

– Я думал, что вы сильно рассердитесь на меня, – смутился пиратский капитан.

– Честно говоря, я очень сердилась, – призналась мама Розы. – Но ведь наша дочь сама сбежала на корабль, да ещё в костюме мальчика!

– Да, – засмеялся Суровый Проглот, – загадала она нам всем загадку!

– Но у вас прекрасная дочь, – добавил он.

– Видимо, пиратство у Розы в крови, – сказал фермер Диего.

– Правда? – заинтересовался капитан.

– Да, – ответил папа Розы. – Всё дело в том, что мой дедушка тоже был пиратом.

– Как интересно! – воскликнул Суровый Проглот. – А как же вышло так, что Вы занимаетесь фермерством?

– Дедушка бросил пиратство ради моей бабушки, – стал объяснять синьор Диего. – Она была великолепной красавицей! Роза очень похожа на неё. Бабушку звали Терезой. Родители очень любили и оберегали её, ведь это был единственный ребёнок в их семье.

     Синьор Диего запнулся и, помолчав, грустно добавил:

– Вернее, не совсем единственный. Это огромная трагедия! У бабушки Терезы была сестра-близнец. Её звали Луиза. Она потерялась в трёхлетнем возрасте, и родители всю жизнь не могли простить себе этого. Они искали её везде, но безуспешно. Бабушка тоже часто вздыхала. Как бы ей хотелось иметь родную сестру, как две капли воды похожую на неё! Она всю жизнь молилась за Луизу. Теперь Вы понимаете, почему дедушка так поступил. Он не захотел добавлять горя этой и без того несчастной семье. Мой дед бросил пиратство без сожаления. Он стал фермером и завёл счастливую семью. У нас много родственников, ведь у бабушки было двенадцать детей!

     Бабушка и дедушка прожили долгую и счастливую жизнь, – закончил свой рассказ фермер Диего и добавил:

 –  Хотя, надо признать, что  тоска по океану не покидала дедушку никогда!

– Да, океан просто так не отпускает! – согласился с фермером Суровый Проглот.

     Океанские волны размеренно шумели, словно подтверждая эти слова.

– Ну, вот и всё, Роза, – обратился капитан к девочке, – нам пора прощаться. – Спасибо, что ты была с нами и так украсила целый год нашей жизни!

– Спасибо и вам за всё! – тихо ответила Роза и обняла Сурового Проглота.

     Большие и маленькие пираты стали по очереди прощаться с девочкой. Один лишь Босоногий Джек был безучастным. Он засунул руки в карманы штанов и отвернулся в сторону океана.

– Джек, – позвала его Роза. Она подошла к нему и взяла своего друга за руку.

– Роза, нам пора! – тихо позвала дочь синьора Мария. Но Роза не двигалась с места.

– Капитан, – обратился к Суровому Проглоту отец Розы. – Я небогатый человек, простой фермер, но вполне могу прокормить свою семью. Жена моя шьёт одежду богатым дамам, и мы ни в чём не нуждаемся. Мы с Марией всегда мечтали о сыне, хотели иметь большую семью, как у бабушки с дедом, но Бог послал нам лишь одну единственную дочь. Позволь мне забрать в свою семью этого чудесного мальчика, и я клянусь тебе, что буду заботиться о нём и воспитаю настоящего мужчину!

     Это было очень неожиданно. Джек и Роза радостно переглянулись, а лицо синьоры Марии засветилось от счастья. Нахмурился лишь Суровый Проглот, да ещё Рон Проныра стал грустным. Все взоры в ожидании были обращены на капитана.

– Джек, – спросил, немного помолчав, Суровый Проглот, – ты согласишься пойти с этими людьми?

     Босоногий Джек тихо кивнул в знак согласия. Маленькому пирату было очень жаль расставаться со своим приёмным папой, с «Паучьей сетью» и друзьями, но расстаться с Розой он тем более не мог.

– Что ж, – сказал тогда капитан, – я верю, что тебе будет хорошо в семье этих добрых людей, но я не отпущу вас просто так.

     Суровый Проглот велел пиратам отгрузить с корабля два сундука с сокровищами и помочь фермеру донести их до его дома.

     Фермер Диего попытался отказаться от такого щедрого подарка, но Суровый Проглот настоял на своём. Он сказал, что обидится, если родители Розы откажутся от его помощи.

– Рон, быть может, ты тоже хочешь пойти с нами? – спросила напоследок Роза, заметив, каким грустным стал их общий друг.

– Нет, – покачал головой маленький пират, – мне очень тяжело с вами расставаться, но я останусь с Суровым Проглотом. 

– Да и боцмана Эя Разяву не могу я бросить. Пропадёт он без меня, – добавил Рон с улыбкой.

     Все остальные тоже улыбнулись, а потом снова начали прощаться. На этот раз с Босоногим Джеком, который уходил вместе со своей новой семьёй навстречу другой, неизвестной жизни. Маленькие пираты радовались за друга и желали ему всего самого доброго.

     Но больше всех, пожалуй, радовалась спустя некоторое время гроза пиратства по кличке Сирена. Ей было совсем не жаль расстаться с «Паучьей сетью». Кошка, наконец-то, оказалась на берегу и обрела покой в домике фермера. Ведь Роза, конечно же, забрала с собой свою строптивую любимицу.

 

 

Глава 24

Тяжесть расставания

     Три дня после расставания с Джеком и Розой Суровый Проглот почти ничего не ел и не пил. Он сильно осунулся, и щёки его ввалились. Капитан горевал. Он часами глядел на море и курил свою трубку.

     Тяжелее всего смотреть на это было боцману Эю Разяве, ведь он был лучшим другом капитана и часто понимал его без лишних слов.

– Хватит уже убиваться! – наконец не выдержал боцман. – Мы все любим Розу и Джека, но что поделать, если так распорядилась судьба?

– Да, – задумчиво согласился капитан, – такая, видимо, у Босоногого Джека роза ветров! Кто бы мог подумать, что главный ветер судьбы занесёт его на тихий берег? А ведь я возлагал на этого мальчишку такие надежды, мечтал сделать из него настоящего капитана! Я словно отдал кусок своего сердца…

– Босоногий Джек такой смелый и благородный,  – помолчав, продолжил Суровый Проглот, – и он обладал редким даром – брать на себя ответственность за других.

– А помнишь, как мы нашли Джека? – улыбнулся капитан Эю Разяве.

– А то, как же! – заулыбался боцман. – Он спасал медуз и дрался на берегу с мальчишками, которые их мучили.

– Эти мальчишки были в два раза больше и старше его, – напомнил капитан. – Хорошо, что мы тогда подоспели и забрали этого босоножку с собой!

– А ведь ни разу за всё это время он не согласился ничего надеть на ноги! Отвергал любую обувь, – покачал головой боцман. – Трудно ему будет на берегу!

– Да уж! – подтвердил капитан. – Джек говорил, что ботинки мешают ему не только думать, но даже дышать! А если фермер Диего надумает отдать детей в школу, то без обуви не обойтись! Бедный Джек! Ему, действительно, трудно придётся.

– Я уверен, что он тоже будет безумно скучать по тебе и по своим друзьям, – вздохнул Эй Разява.

– И по тебе, и по другим пиратам, и по кораблю, – продолжил Суровый Проглот. Но самое страшное – он будет скучать по океану! Как я уже и говорил, океан так просто не отпускает!

     Любой босоногий пират, если захочет, может стать приличным человеком и начать дружить с законом, но ни одному пирату никогда в жизни не удастся забыть океан. Он навсегда останется в его душе, и музыка волн рано или поздно поманит за собой того, кто однажды был навсегда ею очарован!

***

     Погоревав несколько дней, Суровый Проглот взял себя в руки, и сказав: «Я ли не пиратский капитан?» ограбил кряду пару десятков очень богатых судов. Именно в те времена расцвело особенно много рассказов и легенд о его непобедимости и о волшебном камне, который защищал «пауков» и дарил небывалую удачу их кораблю.

Часть 2

Глава 1

Давняя мечта

    

     Из порта Амарильи в Торпу на маленькой лодке отправился в плаванье молодой красивый рыбак. Озорной морской ветер трепал его светло-каштановые волнистые волосы и обдавал загорелое лицо фонтанчиками солёных брызг. Но Джек Мартинес не обижался, а совсем даже наоборот! Он ликовал всем своим существом, вдыхая свежий морской воздух и слизывая с лица солёные капли воды. В этот момент он был абсолютно счастлив, а глаза его светились надеждой.

     Давняя мечта Джека, жившая долгие годы в его сердце, должна была вот-вот сбыться. В заплечном мешке лежала часть сокровищ Сурового Проглота, отложенная семьёй на покупку торгового корабля, а с берега махала рукой его любимая Роза, с которой они поженились пару месяцев назад.

– Жди меня! – крикнул ей Джек. – Скоро я вернусь на большом красивом корабле. Я назову его в честь тебя: «Роза ветров»!

– Удачи! – услышал он в ответ и налёг на вёсла.

     Много дней Джек провёл в пути, ведь лодка – это не корабль, скорость у неё маленькая, и чтобы лодка плыла, надо постоянно грести. Хорошо, когда ветер попутный. Можно ненадолго бросить вёсла и отдохнуть, наслаждаясь лёгким покачиванием на волнах и криками чаек. Но когда ветер дует навстречу, тут уж совсем не отдохнёшь!

     Иногда Джек делал остановки в пути, ночевал в заброшенных тавернах или просился к добрым людям на ночлег. С заплечным мешком, в котором лежали драгоценности, он не расставался ни на минуту. Один раз ему даже пришлось подраться с двумя бандитами, которые хотели мешок отнять. Но Джек был сильным и крепким, он умел за себя постоять, и бандитам пришлось спасаться бегством.

     В дни пути до Торпы, оставшись наедине с морем, Джек вспоминал разные моменты своей жизни: как он голодал и бродяжничал в детстве, пока его не нашёл Суровый Проглот, как ходил в плаванье вместе с пиратами «Паучьей сети», и как жил в семье родителей Розы.

     Он был очень благодарен за всё фермеру Диего и его жене, ведь они заменили ему папу и маму, растили, как собственного сына и никогда не обижали. Джек помогал во всём фермеру Диего, а тот не мог нарадоваться на сына.

     Но несмотря на всё, маленький пират, конечно же скучал по морю, и когда подрос, в свободное от работы на ферме время уходил порыбачить на отцовской лодке. Фермер Диего и синьора Мария отдали Джека в мореходную школу, где, помимо разных полезных наук, он изучил все премудрости морского дела и выучился на капитана корабля.

     Роза помогала маме шить одежду, а свободное время она проводила вместе с Джеком. Они играли, гуляли, бегали купаться на море, а когда подросли, Джек часто брал свою подругу рыбачить. Они всегда были очень дружны между собой и любили друг друга, а когда выросли, решили пожениться.

     После свадьбы Джек и Роза купили маленький уютный домик в Амарилье и поселились там вдвоём недалеко от родителей.

     Семья фермера жила все эти годы скромно, но благодаря сокровищам с «Паучьей сети» нужды не знала. Родители смогли оплатить учёбу Джека и отложить деньги на покупку дома и корабля, о котором так мечтали их дети.

     Теперь до исполнения заветной мечты был всего один шаг.

– Розе обязательно понравится корабль, который я куплю или построю, – думал Джек, – ведь он будет самым красивым на всём белом свете! Мы наберём команду и будем перевозить грузы, совершая далёкие плаванья, заработаем честным трудом много денег для себя и родителей, чтобы на старости лет им не пришлось тяжело трудиться.

     Джек с благодарностью думал и о капитане Суровом Проглоте. Ведь в основном, благодаря ему, было теперь возможно осуществление мечты. Как бы хотелось Джеку ещё хоть раз встретить старого пиратского капитана, которого он тоже считал своим отцом, и за всё его отблагодарить! Это была ещё одна мечта Джека. Он очень скучал по пиратскому кораблю, его команде, и конечно же, по своим друзьям. В душе он остался всё тем же маленьким пиратом – Босоногим Джеком, мечтавшим когда-то стать капитаном «Паучьей сети». Но судьба распорядилась иначе, хотя именно Суровый Проглот подарил Джеку шанс на самое счастливое на свете будущее.

     Мечта манила и звала за собой, и вот, уже в скором времени Джек причалил у берегов Торпы.

     В большом торговом порту ему предстояли две сложные задачи: выгодно продать сокровища и купить на вырученные деньги корабль. Если ни один из них не приглянётся, Джек хотел оплатить строительство нового корабля. Опыта в таких делах у Джека не было, да и старенький фермер помочь ему не мог, поэтому будущему капитану приходилось рассчитывать только на свой ум, смекалку и знания, полученные в мореходной школе.

     В Торпе Джек не был со времён детства, и сейчас порт поразил его своими размерами, богатством, шумом и суетой.

    После долгого пребывания в океане Джека покачивало. Вдобавок он почувствовал, что сильно проголодался, ведь запасы еды давно кончились. Солнце клонилось к закату. Некоторые торговцы уже начинали складывать свой товар и подсчитывать дневную прибыль.

 – Утро вечера мудренее, – подумал Джек, и прежде всех дел решил отдохнуть и заглянуть в таверну.

Глава 2

Бармен из Торпы

     Таверна «Гром и молния» встретила Джека оглушительной музыкой, шумом и криками. Несмотря на ещё не слишком позднее время веселье было в разгаре. Две стройные девушки в разноцветных шёлковых юбках танцевали, зазывая посетителей принять участие в их веселье, моряки оживлённо беседовали и спорили, стараясь перекричать музыку, а накурено было так, что у Джека защипало в глазах.

     Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания он тихо прошёл к свободному столику в углу подальше от сцены и барной стойки и стал ждать, когда его обслужат.

     Через некоторое время к нему подошёл высокий седовласый бармен. Подбородок он держал приподнятым, и вид у него был слегка надменный. Держался бармен с чувством собственного превосходства над остальными. Он был не слишком стар, и для своего возраста достаточно красив. Черты его лица были правильными, а в больших карих глазах жила скрытая печаль.

– Этот человек похож скорее на благородного графа или барона, – подумалось Джеку, но никак не на простого работника таверны.

– У нас не принято просто так занимать свободные места, – холодно сказал бармен.

– Я ждал, когда меня обслужат, – пожал плечами Джек.

– Это не ресторан, и заказы положено делать у барной стойки, – услышал он назидательный ответ и стал оправдываться:

– Извините, я не знал, – сказал он, – или забыл. Всё дело в том, что в ваших краях я не был с самого детства, когда ещё мальчишкой ходил в плаванье юнгой на пиратском корабле. А сейчас меня привели сюда очень важные дела!

     Лицо бармена вдруг переменилось. Он очаровательно улыбнулся, обнажая ровный ряд белоснежных зубов, и ласково спросил:

– А о каком корабле Вы говорите, молодой человек? Уж не один ли Вы из детей старого капитана Сурового Проглота?

– Вы его знаете? – обрадовался Джек. Ему вдруг захотелось вскочить и обнять строгого бармена. – Я один из маленьких пиратов, – ответил он. – Раньше меня звали Босоногим Джеком, но я давным-давно, ещё в детстве покинул корабль вместе со своей подругой Розой. Она была тогда Робином Тихоней, – засмеялся он, вспоминая их детские проделки. – А теперь она моя жена. Мы живём вместе с родителями в порту Амарильи.

     Джеку показалось, что на лице его собеседника мелькнуло удивление, но в следующий момент он уже опять широко улыбался.

– Позвольте представиться, – сказал он. – Меня зовут Хосе Эстебан де Алмейдо, можно просто – Хосе. Суровый Проглот – мой самый лучший и близкий друг. Я служил матросом на «Паучьей сети» и много лет ходил в плаванье в его команде. Но Вас я, к сожалению, не помню, – грустно прибавил он. – Видимо, я пришёл на корабль уже после Вашего ухода. И я бы продолжал служить там до сих пор, если бы не проклятая болезнь. – Бармен вдруг жутко закашлялся.

– В море с такими приступами нельзя, – сказал он. – Но я ужасно скучаю!

– Как это всё интересно! – сказал Джек. – Оказывается, у нас много общего! Я тоже ужасно скучаю по морю и друзьям. – Он встал и пожал руку бармену.

– Джек Мартинес, – представился Джек. – Сейчас я закажу еду для нас двоих, а потом присаживайтесь ко мне за столик! – пригласил он.

– Ну что Вы! – запротестовал бармен. – Сидите и отдыхайте! Такого дорогого гостя у меня давным-давно уже не было. Сейчас я сам угощу Вас на славу!

     Вскоре Хосе вернулся с большим подносом, на котором дымилась на тарелках хорошо прожаренная курица с картошкой, лежали дорогие угощения, и стояло несколько больших бутылок рома. Он поставил поднос на стол и сам присел за столик Джека.

    Увидев ром, Джек попытался протестовать.

– Хосе, – сказал он, – спасибо тебе огромное, но это ты принёс напрасно. Всё дело в том, что голова моя должна оставаться светлой. Тут у меня сокровища, подаренные капитаном, – тихо прошептал он, доверяя новому другу тайну и показывая на мешок, который прижимал к себе. – Их как раз должно хватить на покупку корабля, и я не хочу потерять их. Купить корабль  – наша давняя с Розой мечта. А на мой мешок итак покушались уже недобрые люди.

– Со мной, малыш, тебе бояться нечего, – добродушно заверил его бармен. – У меня всегда всё под контролем, и я знаю здесь каждую собаку. Думаешь, я позволю кому-нибудь обидеть сына моего лучшего друга? Давай, отметим, как следует, наше знакомство, и я прошу тебя, ни о чём не переживай!

     Джек немного успокоился, но всё же, продолжал прижимать мешок к себе.

– Хорошо! – улыбнулся он, – ведь и я тоже очень рад нашей чудесной встрече! Расскажи мне скорее, как там поживают маленькие пираты и все остальные.

– О! – маленькие пираты уже совсем большие! – улыбнулся Хосе, удобно устроившись за столиком Джека. – Они все выросли, особенно Рон Проныра. Его я любил особенно горячо! –загадочно улыбнувшись, добавил бармен.

– Его все любили! – засмеялся Джек. – Ведь Рон у нас такой очаровательный! Как бы мне снова хотелось увидеть его и всех остальных!

     И словно не было тех лет, что прошли в разлуке с «Паучьей сетью». Джек угощался и с упоением слушал рассказы Хосе обо всех их общих друзьях.

– А ты? – спросил он бармена. – Неужели ты был простым матросом? Ты такой важный и благородный. Я бы скорее поверил, что ты кто-то из командования.

– Я простой человек, – махнул рукой Хосе, – и никогда не гнался за чинами. Хотя это не мешало мне быть лучшим другом капитана, и даже, давать ему полезные советы! – с гордостью добавил он.

– Да, – согласился Джек, – Суровый Проглот очень благородный, и ему неважно, какого звания человек. А ещё, я не сомневаюсь, что ты был для него незаменим, также как и боцман Эй Разява.

– Эй Разява тоже был мне другом, – с удовольствием признался Хосе.

     Так, за разговорами незаметно пролетел вечер, и даже громкая музыка и шум веселья не могли помешать Джеку наслаждаться разговором с новым другом. Грустно ему стало всего лишь один раз за весь вечер, когда на его вопрос, где сейчас Суровый Проглот, Хосе ответил, что «Паучья сеть» заходила в Торпу всего лишь пару дней назад, и вряд ли появится здесь снова раньше чем через год.  Джеку было очень досадно услышать об этом, ведь в глубине души он надеялся на случайную встречу в порту со старыми друзьями.

    Хосе очень расположил Джека к себе, и бывший маленький пират полностью ему доверился.

– Ты сказал, что знаешь здесь каждую собаку, – вспомнил он. – Быть может, ты посоветуешь мне, к кому лучше обратиться, чтобы подороже продать сокровища, и у кого купить или заказать корабль?

– Не переживай ни о чём! – успокоил Джека новый знакомый. – Я не только подскажу, но и помогу тебе во всём. Завтра утром мы займёмся твоими делами и всё сделаем как нельзя лучше! Тем более, завтра у меня выходной.

– Как же мне сказочно повезло! – расплылся в счастливой улыбке Джек.

      Впрочем, это было последнее, что он сказал и подумал тем вечером. Глаза его закрылись, и он рухнул головой на стол.

Глава 3

Жизнь в чёрном цвете

     Проснулся Джек рано утром и не сразу понял, куда он попал. В голове шумело и трещало, а по всему телу разлилась слабость.

    Вокруг было тихо, лишь милая скромная девушка в переднике слегка громыхала посудой, собирая её со столов.

– Где я? – тихо простонал Джек, обращаясь к ней и оглядываясь вокруг.

     Черноволосый молодой человек протирал тряпкой барную стойку.

– Хосе! – позвала его девушка, – наш посетитель, наконец, проснулся. Поговори с ним!

– Хосе? – удивился Джек, вспоминая события вчерашнего вечера. – А где другой Хосе?

– Другой? – удивился в свою очередь молодой человек. Он бросил уборку и подошёл к засидевшемуся до утра посетителю.

– Ну, да, Хосе Эстебан де Алмейдо? – Джек заволновался.

– Хосе Эстебан де Алмейдо – это я, – представился парень, – и никаких других Хосе здесь нет, – сообщил он.

– Или я не прав, Анна? – обратился новый Хосе к девушке.

– Он абсолютно прав! – сочувственно подтвердила Анна. – С Вами всё хорошо? – спросила она у Джека.

– Голова разламывается, – пожаловался он, – и тело всё ватное.

– На дне осадок, – сказал Хосе, взяв бокал Джека и рассматривая его. – Похоже, Вам подсыпали снотворное.

– Да? – изумился Джек. – Но зачем? – И где тот бармен, что был со мной вчера?

 – Гленн?  – переспросила Анна. По коже у Джека пробежал мороз.

– Какой Гленн? – испугался он.

– Мы работаем по очереди с мистером Бьюти. – объяснил Хосе. – его ещё называют Гленном Красавчиком. Кажется, он бывший пират, хотя все эти годы вёл себя вполне прилично, и ничего в бокалы посетителям не подсыпал. Но в тоже время, не знаю как другим, лично мне он почему-то никогда не нравился.

– И мне не нравился, – призналась Анна, опустив глаза. – Он всё время кричал на меня, придирался и разговаривал в приказном тоне.

     Джек сидел, словно громом поражённый! Он медленно потянулся рукой к плечу, чтобы проверить, на месте ли мешок. Мешка с сокровищами не было!

     Анна заметила испуг на лице Джека.

– Смотри, на столе записка! – сказала она ему.

     Посреди горы грязной посуды, действительно, лежала аккуратно сложенная записка. Джек взял её дрожащими руками, развернул и прочитал:

– Прощай, глупый маленький пират! У меня тоже была давняя мечта. И теперь, благодаря тебе, она сбудется!

     У Джека потемнело в глазах, и краски мира потухли для него с той минуты. Он сидел неподвижно, словно его растоптали, и не было больше на свете никакого Джека.

     Хосе и Анна  испугались.

– Что с тобой? – спросила Анна. Джек не отвечал.

– Не знаю, что у тебя произошло, – осторожно сказал Хосе, – но если это как-то связано с Гленном, то не переживай так сильно! Завтра его смена, он вернётся, и ты с ним разберёшься.

– Он не вернётся, – тихо ответил Джек, встал из-за стола, вышел из таверны и, качаясь, побрёл обратно в порт, где была привязана его лодка. Добравшись до неё, Джек плюхнулся на дно и проспал мертвецким сном до самого вечера.

     Три следующих дня он пытался выследить Гленна Красавчика, расспрашивал о нём и ждал, что тот появится в порту. Но бывший помощник Сурового Проглота был хитёр и всё это предусмотрел. Возможно, он на время где-то спрятался, а возможно, в Торпе его давно уже и след простыл. В конце концов, безуспешно проскитавшись три дня, Джек понял бессмысленность своей затеи. Ему не оставалось ничего больше, как отчалить от берега и направить свою лодку к берегам Амарильи, где ждала его любящая семья. Джеку очень стыдно было показываться им на глаза. Он знал, что не услышит и слова упрёка, и от этого ему становилось ещё больнее.

     Словно механическая машина Джек работал вёслами. Ничего вокруг его уже не радовало. Поэтому и смотрел бывший маленький пират только вперёд. Если бы он обернулся, то заметил бы, что сзади на горизонте появились чёрные паруса. В Торпу прибывала «Паучья сеть».

 

Глава 4

Океан печали

     – Не сдавайся! – сказала Роза, сжав кулаки. Она выслушала рассказ Джека и возненавидела бывшего помощника капитана. В тот момент она готова была разорвать его на тысячу мелких красавчиков.

– Не сдавайся! – повторила она, обращаясь к мужу. – Я уверена, что вероломство этого гадкого человека не пойдёт ему на пользу, а мы  будем работать и копить деньги. Нельзя предавать свои мечты!

– Хорошо! – согласился Джек, и лучик надежды затеплился в его душе. Он продолжал помогать отцу на ферме, устроился работать грузчиком в порт, и старался при любой возможности заработать денег. Роза шила одежду, и большую часть своих сбережений они решили откладывать на покупку корабля. Но через несколько дней, посчитав накопленное, Джек понял, что копить им с женой придётся лет двадцать пять, а может и пятьдесят. Исполнение мечты откладывалось слишком надолго, снова превращаясь в нереальность.

     А большой бескрайний океан плескался волнами и шумел совсем рядом. Он манил и звал на свои просторы. Джек прогонял от себя тоску, но она с упорством непрошенного гостя всё-таки поселилась в его душе.

     Ещё через пару дней придя в порт, Роза увидела, что в который раз после окончания смены Джек сидит на волнорезе и печально глядит за горизонт.

– Опять ты смотришь на океан? – немного обиженно спросила она, а потом добавила:

– Ходят слухи, что «Паучья сеть» находится недалеко от Торпы. Кораблю понадобился ремонт, и наши пираты остановились там надолго. Плыви к ним и попросись на корабль!

– Я слышал об этом, – отозвался Джек, – но я не могу и не хочу бросить тебя.

– А я не хочу, – ответила Роза, – чтобы из-за меня твоя жизнь превратилась в длинную рутину серых и безрадостных дней. А если ты не хочешь со мной расставаться, – подмигнула она, – то я тоже стану пираткой!

– Нет! – ответил ей Джек. Любой женщине нужна спокойная жизнь и счастливая семья. Я постараюсь больше не грустить, – с улыбкой пообещал он.

– Я бы могла ждать тебя на берегу, – попыталась уговорить его Роза.

– Годами? – возмутился Джек.

     Переупрямить его было сложно, и разговор на этом был закончен.

     А на следующее утро Джек проснулся и обнаружил, что Розы нет дома. На столике лежала записка. В ней было написано: «Я скоро вернусь».

     Джек расстроился, что Роза не разбудила его перед уходом. Он подумал, что она пошла к маме заниматься шитьём. Сам же он отправился, как всегда на ферму помогать отцу. Но ни к обеду, ни вечером Роза не появилась. Тогда Джек пошёл искать её у родителей.

– Тебе не о чем волноваться, – сказала ему синьора Мария. – Вчера вечером Роза забрала платья для Эмили и её девочек, а с утра она собиралась к ним. Думаю, Роза наняла кучера и отправилась в соседнюю деревню. А ты же знаешь, как трудно бывает уйти от тётушки Эмили. Она и сёстры  постараются удержать у себя Розу как можно дольше. Тем более, – с довольной улыбкой добавила мама, – надеюсь, что они будут в восторге от обновок!

– Ещё бы! – улыбнулся Джек в ответ. – Вы с Розой такие рукодельницы!

     Он прекрасно помнил тётушку Эмили – сестру отца, и двух её черноглазых дочек, которых она воспитывала одна. Муж тётушки Эмили был матросом и пропал без вести, когда девочки были ещё совсем малютками.

      Двоюродные сёстры Розы были близняшками, звали их Лиза и Юджиния.  Джек всегда с большим трудом отличал их друг от друга. Вообще, в родне фермера Диего часто рождались близнецы, и все привыкли к семейным шуткам и розыгрышам по этому поводу. Девушки были очень дружны с двоюродной сестрой, и всегда очень неохотно с ней расставались. Характером близняшки были похожи на тётушку Эмили – такие же шумные, весёлые и гостеприимные. Пока не закормят гостей своими пирогами до полуобморока – ни за что не отпустят! Они очень нравились Джеку, и он перестал волноваться.

– Что ж, это хорошо! – сказал он маме. – Пусть Роза погостит у сестрёнок и тётушки, ведь они уже давно не виделись.

– Странно, что она тебе ничего не сказала, – пожала плечами синьора Мария.

– Я сам виноват, – вздохнул Джек. – Роза обижается на меня, что я иногда грущу.

    Он поцеловал маму и пошёл домой.

– Бедный мой мальчик, – подумала синьора Мария, – надо же, как всё вышло!

     Она и фермер Диего, узнав историю, произошедшую в Торпе, очень переживали за Джека, но ничем не могли ему помочь.

     Прошло несколько дней, но Роза не появлялась.

– Что-то загостилась дочь у Эмили, – ворчал фермер Диего, – пора бы и домой возвращаться!

     Джек тоже очень скучал. А вечером, решив немного порыбачить, с ужасом обнаружил, что пропала лодка.

– Неужели Роза не у тётушки? – подумал он. – Но куда она могла отправиться на лодке? И где её теперь искать?

– Ах, ты, противный океан! – воскликнул Джек и погрозил ему кулаком. – Это всё из-за тебя! Сначала ты забрал все мои мысли, а теперь ещё и мою жену Розу…

     Джек очень рассердился, не то на океан, не то на самого себя. Он упорно думал, что ему делать дальше, и у кого попросить лодку, чтобы отправиться на поиски Розы. Поэтому он не сразу заметил стоящего чуть поодаль паренька, который с интересом за ним наблюдал. При этом он ещё и противно хихикал.

– Чего тебе надо? – спросил Джек, наконец, заметив незнакомца, и недружелюбно уставился на него.

Глава 5

Навстречу неизвестности

 

     – Извини, Босоногий Джек, что подслушал твои мысли, – сказал незнакомец. Он был примерно одного возраста с Джеком и одет, как пират: пиратская шляпа поверх чёрной банданы, жилетка поверх тельняшки, а судя по чёрной повязке, правого глаза парень лишился в бою.

– Ты кто? – спросил Джек, удивившись, что незнакомец обратился к нему по имени.

– Сними ботинки, они давят тебе на мозги! – засмеялся паренёк. – Он потешался над тем, что его не узнают.

– Это явно кто-то из детей Сурового Проглота, – подумал Джек. – Но кто? Рон Проныра? Лопоухий Эндрю? Или нет, судя по чёрным усам, это, скорее всего, Неумытый Джо! 

     Хотя, на прежнего Джо этот новый совсем не был похож…

    Они все выросли и, конечно же, изменились. Но ведь парень-то узнал Джека!

    Джек снял ботинки и уставился на них, не зная, что делать дальше.

– А теперь принеси их в жертву этому противному океану! – посоветовал пират, весело передразнивая горестные интонации Джека.

     Джеку захотелось треснуть негодяя, но что-то его сдержало. Он послушался и зашвырнул ботинки в море.

– А теперь, Босоногий Джек, посмотри вон туда! – сказал пират, указывая на красивый корабль с белыми парусами, стоящий у пристани. – Не хотел бы ты вместе со мной угнать это судно?

– Я не пират, – угрюмо ответил Джек, – и грабежами не занимаюсь.

– Да ладно тебе, – примирительно сказал парень, – я  просто пошутил. Ведь и я тоже с некоторых пор не пират. Я – штурман, боцман и кок этого корабля. Приглашаю тебя на борт!

     Джек с восторгом уставился на незнакомца.

– Штурман, боцман и кок? – переспросил он. – Но как ты справляешься?

– Приходится, – ответил парень. – Корабль новый и капитан ещё не успел набрать команду.

– Я не могу пойти с тобой, – грустно ответил Джек. – ведь у меня пропала жена.

– И ты не найдёшь её, сидя на берегу, – сказал штурман-боцман-кок. – Пошли со мной!

     Корабль с белыми парусами был прекрасен. Казалось, что он так и рвётся в океанские просторы навстречу ветру и пенным брызгам. А ещё, он так был похож на корабль давней мечты Джека!

    Золотые буквы блестели в лучах  солнца, украшая корму. Джек подошёл поближе, и надпись стала отчётливо видна. Корабль назывался «Роза ветров»!

     Джек остановился, словно вкопанный. Разные чувства переполняли его в тот момент. Но главное, он поверил в то, что это судьба: именно этот корабль поможет ему отыскать его Розу.

     – Что-то не так? – обеспокоенно спросил Джека его спутник.

– Нет, всё хорошо, – ответил Джек. Он помог незнакомцу снять корабль с якоря, и они отчалили от берега.

     Навстречу какой неизвестности он отправился? Где и как искать Розу? – Джек пока не знал, но был уверен, что придумает в скором времени.

– Ты знаешь меня, – сказал он незнакомцу, – но сам так и не представился. И если мы вышли в море, то где же капитан?

– Капитан здесь, – пожал плечами парень. – Им должен стать один из нас. Но только не кажется ли тебе, что у меня итак уже слишком много обязанностей?

– Что ты хочешь этим сказать? – изумился Джек.

– То, что это твой корабль, капитан, – ответил незнакомец, отклеивая усы, снимая повязку с глаза, шляпу и бандану. – И что это подарок твоего отца нам на свадьбу!

– Роза! – воскликнул Джек, от счастья не веря своим глазам. Она весело улыбалась. Рыжие кудри вырвались, наконец, на свободу и блестели в лучах заходящего солнца. Джек кинулся обнимать жену.

– Это, действительно, подарок Сурового Проглота? – спросил он её.

– Да, – ответила она. – Я обязательно расскажу тебе обо всём по порядку. И мы не должны уходить далеко от берега, ведь «Паучья сеть» скоро прибудет в Амарилью. Капитан и твои друзья мечтают встретиться с тобой так же, как и ты с ними!

     Джек был на седьмом небе от счастья!

     День заканчивался, оставляя позади все переживания, а большое красное солнце дарило свои последние тёплые лучи, медленно утопая в море.

– Не люблю смотреть, как умирает день, сказала Роза, отвернувшись от заката. – Гораздо больше мне нравится наблюдать за тем, как он рождается!

– А я люблю закат! – ответил Джек. – Он меня завораживает. Солнце всегда уходит так величественно и так красиво! Бывает немного грустно, но понимаешь, что это не навсегда. Кончается день, а в душе остаётся тёплая благодарность ему за то, что он принёс. С утра начнётся новый день, новая жизнь, освещённая вернувшимся солнцем. Закат – это тёплая, благодарная грусть и надежда.

– Но почти все окна нашего дома смотрят на восток! – хитро улыбнулась Роза.

– Так вот почему ты выбрала именно его! – засмеялся Джек. – Но мне не терпится скорее услышать твой рассказ! – признался он.

Глава 6

Зеркало без стекла и оправы

     Запрятав поглубже в шкаф платья тётушки Эмили и сестёр, Роза ещё с вечера собралась в дальний путь. На рассвете, оставив записку спящему Джеку, она тихо выскользнула из дома и отправилась в Торпу.

     После нескольких изнурительных дней пути бывшая маленькая пиратка разыскала недалеко от большого торгового порта «Паучью сеть», которая, действительно, уже долгое время стояла на ремонте. Над её починкой трудились корабельные мастера.  С замиранием сердца смотрела Роза на знакомый с детства корабль, перед тем как окликнуть команду и подняться на борт.

     Надо ли говорить, с каким восторгом встретили Розу Суровый Проглот, повзрослевшие друзья и все остальные члены команды?

– Какая же ты стала красавица! – восхищённо воскликнул Суровый Проглот. Он сразу узнал её. Все по очереди кинулись приветствовать Розу. Лопоухий Эндрю и Неумытый Джо радовались, как дети! Впрочем, и остальные от них далеко не ушли. Немного удивил Розу очень изменившийся и повзрослевший, как и его друзья, Рон Проныра. Розе показалось, что Рон смотрит на неё как-то странно и настороженно.

– Неужели ты не рад нашей встрече? – немного расстроено спросила она.

– Ну что ты! – расплылся в добродушной улыбке помощник боцмана, я очень, очень рад! Просто мне показалось…

    Рон запнулся.

– Но не обращай внимания! – засмеялся он. – Ты же помнишь, что у меня с детства богатое воображение!

– Всё ли у вас в порядке с Джеком? Почему ты одна? – обеспокоенно спросил капитан и, извинившись перед всеми, увёл ненадолго гостью в свою каюту. Он почувствовал, что Роза появилась не просто так, а поэтому хотел поговорить с ней, и обо всём расспросить.

     Суровый Проглот был очень возмущён, когда узнал о том, как Гленн Красавчик поступил с Джеком, но на горячие мольбы Розы уговорить мужа стать пиратом, капитан ответил отказом.

– Но Джек очень тоскует по океану, и я чувствую, что ему плохо на берегу, – пыталась убедить  Сурового Проглота бывшая маленькая пиратка.

– Я вижу, что ты очень любишь его, и рад, что у вас всё так замечательно сложилось, – ответил капитан. – Зачем же всё портить? Пусть пока остаётся всё так, как есть.

– Ты говоришь, у вас недавно была свадьба? – хитро улыбнулся он.

– Да, – ответила Роза, – мы поженились совсем недавно.

– Тогда от меня, как от отца, положен подарок! – сказал Суровый Проглот. – И отказом вы очень обидите своего старого пиратского папу!

– Мы не откажемся, – вежливо пообещала Роза, не представляя, о каком подарке идёт речь.

– У меня есть кое-что на примете, – признался капитан, – но тебе придётся подождать до утра.

     Так и получилось, что ночевать Роза осталась на «Паучьей сети». Ей отвели самую лучшую каюту на корабле, куда она ушла спать только поздно ночью. Друзья долго не хотели отпускать Розу, ведь они так давно с ней не виделись! Им хотелось обо всём расспросить свою подругу, и о многом ей рассказать. А ещё, они все вместе дружно хохотали, вспоминая свои детские проделки, шалости, мелкие секреты и большие тайны.

   Несмотря на страшную усталость, Роза никак не могла заснуть на новом месте. Она очень переживала за Джека и боялась, что он догадается, куда она отправилась на самом деле. Но иначе она поступить не могла, потому что не хотела больше видеть, как Джек страдает в разлуке с океаном.

     Спустя некоторое время уснуть Розе всё-таки удалось, но сон её был тревожным и некрепким.

     Среди ночи она встала попить воды и увидела на стене каюты своё отражение.

– Странно, – подумала Роза, протирая глаза, – я и не заметила, что здесь такое большое зеркало. Но что-то с этим зеркалом было не так.

– Почему я не вижу оправы? – удивилась Роза. Она шагнула навстречу зеркалу и протянула руку вперёд, пытаясь нащупать стекло. Стекла тоже не оказалось. Мало того, отражение не двигалось! Оно улыбалось, наблюдая за ней.

     Только сейчас, внимательно приглядевшись, Роза заметила, что, несмотря на  их поразительное сходство, отражение несколько ярче и красивей, чем она, и взгляд у него как будто бы старше. Да и одежда была разная.  Роза легла спать в тельняшке, а на незнакомой даме было роскошное платье.

– Тебе тоже показалось, что мы похожи? – спросила незнакомка.

– Извините, я подумала, что здесь зеркало, и Вы – моё отражение, – поборов страх, ответила Роза. – Но сейчас я вижу, что мы по-разному одеты, и Вы гораздо красивее меня!

     Польщённая таким комплиментом, дама улыбнулась.

– Ты ещё очень молода, – ответила она, – и твоя красота только набирает силу.

– Но кто Вы? – спросила Роза и, вдруг, догадалась…

– Да, это я, – подтвердила мадам Каракурт, заметив ужас в глазах собеседницы. – И нечего пугаться так, словно перед тобой крокодил, – слегка обиженно добавила она. Между прочим, не забывай, что мы похожи! И кстати я, так же как и ты, очень этим удивлена!

– Да, это странно…– пробормотала Роза, немного расслабившись. – Быть может, мы с Вами дальние родственницы?

– Исключено! – заявила мадам Каракурт. – Ни родственников, ни детей у меня не было!

– Видимо, бывают загадки природы, – добавила она, – или причуды судьбы. Называй, как хочешь! Второе мне нравится больше. К тому же, ты похожа на меня не только внешне. Я чувствую в тебе силу, моя дорогая.

– Моя дорогая…– подумала Роза. – Как странно слышать такие слова из уст грозной атаманши!

 – Скоро рассвет, погода ожидается безоблачная, и мне придётся исчезнуть, – продолжила мадам Каракурт. – Поэтому у меня мало времени, и я хочу перейти сразу к делу. Я слышала твой разговор с Суровым Проглотом, и хочу тебе кое-что посоветовать  и предложить.

– Посоветовать и предложить? – удивилась Роза.

– Да, – подтвердила мадам.

– Твой муж не стоит того, чтобы так о нём переживать, – сказала она. – Он какой-то неудачник, размазня и растяпа.

– Джек хороший! – возмутилась Роза. – И он – не размазня, он умеет постоять за себя и за своих близких! И не растяпа! Просто у Джека доброе сердце, поэтому и от других он не ожидал такого зла и коварства!

– Может быть, – не стала спорить мадам. – Но он всё равно тебя не стоит! Мужчинам вообще никогда не следует полностью доверять, а тем более, посвящать им всю жизнь!  Ты нравишься мне, – продолжила она, – ты решительная и смелая. Оставайся на корабле! Дни Сурового Проглота, к сожалению, сочтены. Над ним нависла тень смерти. И я не вижу лучшей смены капитану, чем ты. Я поддержу тебя во всём, буду рядом, и в трудную минуту всегда дам совет. Паучье сердце станет и твоим тоже. Камень никогда не подведёт!

– В моём сердце нет места камню, – ответила Роза, – в нём живёт любовь к Джеку.

– Напрасно! – покачала головой мадам Каракурт и исчезла, словно её и не было.

     Совсем обессилев, Роза легла спать и проспала почти до обеда. Когда она, наконец, вышла на палубу, светило яркое солнце. День был ясный, а небо голубое и чистое.

– Посмотри туда! – сказал Суровый Проглот. Он указывал на красивый корабль с белыми парусами, стоявший неподалёку.

– Это «Роза ветров», – сказал капитан. – Как ты думаешь, она понравится Джеку?

– Она прекрасна! – воскликнула Роза и бросилась обнимать Сурового Проглота. Вспомнив слова мадам Каракурт о старом капитане, бывшая маленькая пиратка вдруг опечалилась, но тут же решила, что не стоит верить не слишком доброму призраку.  «Всё будет хорошо!» – с надеждой подумала она.

     Розу и капитана окружили пираты. Они радовались и поздравляли свою подругу. Все вместе пошли осматривать новый корабль, и восторгам не было конца.

– Отправить с тобой в Амарилью Рона или Эндрю? – спросил Суровый Проглот. – Возможно, в дороге тебе понадобится помощь.

– Спасибо, – ответила Роза. – Я с удовольствием взяла бы кого-нибудь из друзей, но хочу сделать сюрприз для Джека, а сначала подготовить его. Ведь ты же знаешь, какой он упрямый!

– Не переживай, я справлюсь сама! – заверила Роза капитана и спросила:

– Ведь вскоре мы снова увидимся? Вы собираетесь в Амарилью?

– Конечно! – ответил Суровый Проглот. – Мы отчалим из Торпы уже завтра и отправимся вслед за тобой!

Глава 7

В Амарилье

     – А потом я попрощалась с нашими пиратами, переоделась в пиратский костюм и отправилась к берегам Амарильи, – закончила свой рассказ Роза. – Суровый Проглот и его команда передавали тебе большой привет, но скоро ты и сам сможешь их всех увидеть.

     Джек с интересом слушал Розу: то восхищался, то ругал её за безрассудство. Роза рассказала ему всё в подробностях, скрыв лишь ту часть разговора с мадам Каракурт, когда атаманша говорила о нём, ведь эти слова казались ей несправедливыми, и Роза не захотела их повторить.

– Я очень переживаю за Сурового Проглота, – сказала она, – меня тревожит то, что сказала о нём мадам Каракурт. И хоть я не сильно поверила ей, временами мне становится не по себе.

– Я думаю, что не стоит переживать, – успокоил её Джек. – Если честно, то я вообще не очень-то и верю в её существование. Может, она тебе приснилась? – осторожно спросил он.

– Нет! – уверенно ответила Роза, – я видела её наяву.

     Джек не хотел обижать жену, поэтому не стал спорить с ней.

– И всё-таки, ты не должна была отправляться в путь одна! – сказал он.

– Но ты ничего и слышать не хотел о «Паучьей сети», – ответила Роза.

– Это правда, – согласился Джек, покачав головой.

– Так значит, Суровый Проглот и все остальные скоро будут здесь? – в предвкушении радостной встречи спросил он у Розы.

– Да, – ответила она. – Если Суровый Проглот пообещал быть в Амарилье завтра, то значит, так оно и будет!

     Весь следующий день Джек и Роза провели на борту «Розы ветров», но далеко от порта не отходили. Они с нетерпением ждали «Паучью сеть», но пиратский корабль никак не появлялся.

– Что могло случиться? – тревожился Джек.

– Быть может, ремонт непредвиденно затянулся? – предположила Роза.

Они очень переживали, и все их ожидания в тот день оказались напрасны.

     Чёрные паруса «Паучьей сети» и флаг с черепом и костями на фоне паутины показались на горизонте лишь к утру.

     Джек с болью в сердце смотрел на приближающийся пиратский корабль и не узнавал его. Да, это была всё та же «Паучья сеть», но в каком состоянии!

     Корабль обветшал и одряхлел, словно столетний старик, паруса истрепались и порвались, мачты погнулись, да и корпус выглядел так, словно никакого ремонта и в помине не было!

– С кораблём что-то случилось! – испугалась Роза, – он, конечно, не выглядел так же хорошо, как во времена нашего детства, но несколько дней назад я покидала его не таким!

– Похоже, на наших пиратов кто-то напал, и им пришлось выдержать нелёгкий бой, – ответил ей Джек. – Но только кто посмел? Сурового Проглота все боятся, как огня, и другие пираты не приближаются к «Паучьей сети» даже близко!

     Вскоре худшие опасения Джека подтвердились. Но сначала его ждала радостная встреча с друзьями. Казалось, не было тех лет, что пролетели в разлуке, и в закалённых морскими ветрами взрослых пиратах Босоногий Джек видел всё тех же озорного Рона Проныру, задиристого Лопоухого Эндрю и упрямого Неумытого Джо.

     Роза счастливо улыбалась, глядя на них, ведь точно такая же радостная встреча была и у неё, совсем незадолго до этого. Суровый Проглот тоже был бесконечно рад видеть Джека, однако Джек сразу же заметил тревогу на лице капитана.

– Что у вас случилось? – спросил он после бурного короткого приветствия.

– Ты не поверишь, – взволнованно ответил Суровый Проглот. Джек с грустью заметил, как он сильно постарел. На щеке была свежая рваная рана.

– На нас напали какие-то новые неизвестные пираты, – продолжил капитан.  – Они обстреляли наш корабль из пушек, взяли «Паучью сеть» на абордаж, и нам пришлось выдержать тяжёлый неравный бой.

– Я не сомневаюсь в том, что вы победили! – с уверенностью предположил Джек.

– Это какая-то странная история, – пожал плечами Суровый Проглот. – Мы уже терпели поражение. Те пираты оказались очень злобными и жестокими. Они – настоящие головорезы. Некоторых наших им удалось связать, многих побили, некоторых ранили. Напавшие на нас уже начали выносить сундуки из трюмов. Но в самый разгар боя сгустились сумерки, и на море спустился туман. Произошло какое-то замешательство в рядах противника, они уронили что-то за борт. Я слышал, как раздался сильный всплеск. После этого тех пиратов охватила паника, и они удрали на свой корабль, после чего постарались скорее увести его подальше от нас.

– Ничего себе!  – удивился Джек. – Но ведь всё хорошо, что хорошо кончается!

– Хорошо, да не совсем! – покачал головой капитан. – Сильно ранен Эй Разява. Нашему боцману прострелили ногу, он не может ходить, и ему срочно нужна медицинская помощь! Похоже, пуля застряла внутри.

– Ему надо срочно на берег! – испугался Джек. – Мы заберём его домой, и там придумаем, что дальше делать. Мы найдем врача!

– Это опасно! – засомневался Суровый Проглот. – Врач может донести на пирата, и его поймают.

– Мы заберём его сначала к родителям, – предложила Роза. – Возможно, они подскажут, как правильнее поступить, и к кому лучше обратиться.

– Я был бы вам очень благодарен за это, – сказал Суровый Проглот. – Но будьте осторожны! – предупредил он.

     Эй Разява лежал в своей каюте, и тихо стонал. Вид у него был трогательный и беззащитный. Роза чуть не заплакала, увидев добряка-боцмана в таком состоянии, а он, снова увидев её, да ещё и Джека, расплылся в счастливой улыбке, хотя и при этом было видно, как сильно он мучается.

     Лопоухий Эндрю и Рон Проныра отправились  сопровождать друзей и боцмана к родителям Розы. Неумытый Джо тоже очень хотел пойти вместе со всеми, но ему надо было готовить обед. Голодными пиратов оставлять было нельзя.

Глава 8

Тётушка Эмили и её пирожки

     Подходя к дому родителей, Роза с ужасом заметила карету, из которой выгружалась тётушка Эмили с кучей корзин и авосек, и выходили две её милые дочки – Лиза и Юджиния.

– Ой, – испугалась Роза и спряталась за Джека.

– Ах, ты, маленькая обманщица! – засмеялся он. – Ну и как мы теперь будем выкручиваться?

– Беги скорее за платьями! – попросила Роза. – Они в глубине шкафа.

     Джек кинулся домой, радуясь в душе, что они с Розой живут всего в двух шагах от родителей. А Лопоухий Эндрю с Роном Пронырой, поддерживая с двух сторон Эя Разяву двинулись вместе с Розой вслед за тётушкой Эмили.

– Диего, у нас гости! – обрадовалась синьора Мария. – Да как много!

     Тётушка Эмили, уже переступившая порог дома, с удивлением оглянулась.

– Роза, детка! – обрадовалась она, – а я и не заметила тебя и твоих друзей. Иди скорее сюда, я тебя обниму!

     Родители Розы, ничего не понимая, удивлённо переглянулись. Тётушка начала бурно приветствовать всех по очереди, а синьора Мария, с трудом освободившись из её крепких объятий, довольно спросила:

 – Эмили, тебе и девочкам понравились платья?

     Теперь снова настал черёд удивляться тётушке Эмили.

– Какие платья? – спросила она, открыла рот и ещё больше распахнула и без того огромные глаза. Энергичная великанша выглядела растерянной. Она перевела взгляд на дочерей, словно прося у них поддержки, но Лиза и Юджиния лишь пожали плечами. Они тоже ничего не понимали.

     Повисла пауза. Роза опустила глаза и прикинулась мышкой.

– Платья, которые мы сшили для вас вместе с Розой, и которые она повезла вам в подарок, – наконец, ответила синьора Мария, с подозрением глядя в сторону дочери.

– Вот эти! – весело сказал Джек, забегая в дом и вручая роскошные платья тётушке Эмили, Лизе и Юджинии.

– Какая прелесть! – воскликнула тётушка и, рассмотрев своё платье со всех сторон, снова кинулась обнимать синьору Марию.

– Спасибо, мои дорогие! – восклицала она. – Теперь я буду первая красавица в нашей деревне!

     Эй Разява смотрел на тётушку с восторгом. Она, как это всегда и случалось, словно заполнила собой всё пространство. Боцман перестал стонать и даже забыл о том, что у него ужасно болит нога. Но другие быстро вспомнили об этом.

– Отец, у нас раненый, – сказал Джек.

– Что же вы молчите? – обеспокоился синьор Диего.

    Все засуетились и стали удобно устраивать Эя Разяву на диване в гостиной рядом с большим столом. Тётушка Эмили в это время начала доставать из своих безразмерных сумок разные пироги, пирожки и плюшки. Девочки кинулись ей помогать, а синьора Мария принялась заваривать чай.

– Дело плохо, – ещё больше нахмурился фермер, осматривая рану боцмана. – Срочно нужна помощь доктора.

– Пять минут доктор подождёт, – авторитетно заявила тётушка Эмили,  – больного надо сначала как следует накормить!

     Эй Разява с наслаждением уплетал пирожки и во все глаза глядел на тётушку, а та, заметив его восторженные взгляды, расцвела ещё больше и болтала без умолку, рассказывая о своей деревне и последних событиях там случившихся.

– Кушайте, кушайте, – в перерывах приговаривала она, приходя в восторг от того, с каким удовольствием Эй Разява ест её пирожки.

     Эндрю и Рон не сводили глаз с красавиц Лизы и Юджинии, а вот синьора Мария хмурилась, бросая время от времени недовольные взгляды на дочь.

– Мамочка, я потом всё тебе объясню, – тихо шепнула ей Роза, – не сердись, пожалуйста!

     Синьора Мария лишь покачала головой.

– Диего, – обратилась она к мужу, – всё-таки, надо поскорее пригласить доктора.

– Но это может быть опасно, – засомневался Джек. – Как мы ему представим Эя Разяву? А вдруг доктор заподозрит, что наш боцман – пират?

– Пират? – удивилась тётушка. – Никогда бы не подумала! Он такой милый!.. да ещё и боцман. Значит, хозяйственный, – довольно добавила она.

     Эй Разява, уплетая очередной пирожок, расплылся в счастливой улыбке.

– А как Вас зовут? – спросила его тётушка.

– Эй, – ответил по привычке боцман, – то есть, Эмиль, – быстро поправился он, называя настоящее имя.

– Эмиль! – обрадовалась тётушка Эмили. – Видите, как он мне подходит! – радостно воскликнула она, обращаясь ко всем, а затем, посмотрев на брата, распорядилась:

– Диего, смело зови этого вашего доктора и скажи ему, что это мой муж.

     От неожиданности все открыли рты, а Эй Разява даже уронил пирожок. Но лучшего выхода нельзя было и придумать!

     Синьор Диего побежал за доктором и сказал, что срочная помощь требуется мужу его сестры, приехавшей в гости.

     Тётушка Эмили захотела присутствовать при операции и болтала без остановки, пока доктор вёл нужные приготовления, а потом извлекал пулю из ноги несчастного Эя Разявы.

– Если бы Вы только знали, – рассказывала тётушка, – как красиво у нас в деревне, всё вокруг цветёт и благоухает, воздух  чистый, а птички поют так, что можно их слушать бесконечно! Вот, приехала встречать своего боцмана из далёкого плавания, – решила она пожаловаться доктору, – а тут, такое, такое! Напали, обстреляли, обокрали-и-и! – она даже расплакалась от переживаний.

– Да, пираты – это отвратительные люди, – поморщился доктор, – давно пора их всех переловить. А как называется судно, на котором служит Ваш муж? – спросил он у плачущей тётушки.

   Что ответить доктору тётушка не знала, а поэтому в ответ разрыдалась ещё громче.

– «Роза ветров», – пришёл ей на помощь Джек, – наш корабль называется «Роза ветров», и муж этой синьоры служит на нём боцманом.

– Интересно, – сказал доктор, – никогда не слышал о таком.

– Ничего странного, – ответил ему Джек, – ведь судно совсем новое.

     Джек очень переживал, что доктор будет задавать вопросы и дальше, но тот, уже заканчивая операцию, обратился к безутешно плачущей тётушке:

– Не переживайте так синьора, – сказал он, – жизни и здоровью Вашего мужа ничего не угрожает.

– Правда? – слабо улыбнулась она, вытирая слёзы и с надеждой глядя на доктора огромными карими глазами. Эй Разява лежал, прикрыв глаза и стонал от ужасной боли.

– Правда, – ответил доктор. – Но, к сожалению, двигаться теперь он будет с большим трудом, и в море ему нельзя. Я думаю, свежий воздух родной деревни очень пойдёт Вашему мужу на пользу. В нашем возрасте, знаете ли, ходить в далёкие плаванья и сражаться с пиратами уже опасно!

– Так что, сидите дома с женой и поправляйтесь, – сочувственно добавил он, обращаясь к измученному и уже ничего не понимающему Эю Разяве.

    Вот так и получилось, что тётушка Эмили забрала боцмана с «Паучьей сети» к себе в деревню, а Лопоухий Эндрю и Рон Проныра обещали очень часто его навещать, тем более, что Лиза и Юджиния, с которыми они уже успели подружиться, тоже приглашали их в гости.

Глава 9

Восход и закат

– Да, – улыбнулся Суровый Проглот, слушая рассказ Джека, вот как бывает в жизни! У кого-то роза ветров, а у кого-то пирожки тётушки Эмили. Судьба! – засмеялся старый капитан.

– А если серьёзно, – добавил он, – то я очень рад за нашего боцмана. С такой тётушкой он не пропадёт!

     Два капитана, молодой и старый, сидели в каюте Сурового Проглота и беседовали. А поговорить им надо было о многом.

– Я безумно рад нашей встрече, – признался Джек, – ведь вы – тоже моя семья, и я так мечтал ещё хоть раз увидеть тебя и своих друзей!

– И какие у тебя впечатления от встречи с ними? – поинтересовался старый капитан. – Ведь это уже не те дети, какими ты их знал раньше.

– О, да! – улыбнулся Джек. – Они все изменились. Рон так располнел, отпустил усы и, вообще, стал очень похож на Эя Разяву.

– Даже по характеру, – подтвердил Суровый Проглот, – с той только разницей, что Рон не такой рассеянный, как наш любимый боцман, и знает, вплоть до мелочей, что и где находится в боцманском хозяйстве, – засмеялся он.

– А как возмужал Лопоухий Эндрю! – восхитился Джек.

– Да, – согласился старый капитан. – Эндрю стал гораздо серьёзней и покладистей, легко разбирается в картах и стоит теперь за штурвалом. А ты заметил, в какого красавчика превратился Неумытый Джо? – спросил он.

– Да, – ответил Джек, – меня он поразил больше всех!

– Моется каждый день, – продолжил Суровый Проглот, – и одевается с иголочки, не хуже того мерзавца, что мы выкинули когда-то за борт в порту Торпы, и который так бесчестно обошёлся с тобой. – Оба капитана поморщились от неприятных воспоминаний.

– Но Джо совсем не такой, – сказал Суровый Проглот, – он верный и надёжный. Джо не так давно занял место кока на корабле. В своё время Резиновая Макарона научил его вкусно готовить.

– Они – настоящая команда! – с гордостью за друзей восхитился Джек. – А Гленна Красавчика я обязательно разыщу и накажу, – решительно добавил он.

– Не надо, – покачал головой старый капитан. – Месть – не лучший попутчик в жизни. Я верю в то, что добытое обманом не пойдёт моему бывшему помощнику на пользу, и он ещё будет за всё наказан. Вернёмся лучше к разговору о твоих друзьях! Ведь у меня к тебе есть большая просьба. Всё дело в том, что они – абсолютно никудышные пираты.

– Почему? – изумился молодой капитан. – Ведь только что ты расхваливал каждого из них!

– Это так, – тяжело вдохнул Суровый Проглот, – и я не отказываюсь от своих слов. Но с самого детства я учил вас честности и благородству, верности и доброте. Когда маленькие пираты немного подросли, то поначалу они охотно шли на абордаж вместе с остальной командой. Тогда им это было в новинку, и они хотели показать свою храбрость. А теперь, перед тем как забрать товар с захваченного судна, Лопоухий Эндрю учтиво кланяется связанной команде, Рон Проныра извиняется и объясняет, что им положено грабить из-за того, что они пираты, а Неумытый Джо, тот и вообще, – махнул рукой Суровый Проглот.

– А что делает Неумытый Джо? – заинтересовался Джек.

– Угощает всех котлетками, фруктами и прочей чепухой, – комично закатив глаза, ответил старый капитан. – Над нами уже хохочут все вокруг!

     Молодой капитан понимающе улыбнулся.

– И о чём же ты хотел попросить меня? – спросил он Сурового Проглота.

– Я хотел, чтобы ты забрал своих друзей на «Розу ветров» и позаботился о судьбе каждого из них, – ответил старый капитан, – они заслуживают лучшей жизни!

– Конечно! – с готовностью отозвался Джек.  – Я сочту это за великую честь! Лопоухий Эндрю, Рон Проныра и Неумытый Джо для меня как братья. И мне не найти лучшей команды, чем они. Не расставаясь с океаном, мы сможем зарабатывать себе на жизнь честным трудом, и я очень хочу, чтобы у каждого из моих друзей на суше были свой дом и своя семья.

– Вот и замечательно, сынок! – улыбнулся Суровый Проглот. – И я ни на секунду не сомневался, что именно так ты мне и ответишь!

– А как же ты? – испугался вдруг молодой капитан. Он вдруг вспомнил слова, сказанные мадам Каракурт о Суровом Проглоте, и сильно забеспокоился. – Быть может, ты тоже пойдёшь с нами? Тем более, боцман Эй Разява больше не может быть с тобой, а Зоркий Глаз и Резиновая Макарона…

     Джек не смог договорить. Слова застряли где-то внутри. Суровый Проглот тоже сильно опечалился.

– После их гибели, – ответил он, – я ещё больше разочаровался в пиратстве, но остановиться никак не мог. Ведь это то единственное, к чему я привык с детства.

     Капитаны опустили глаза и сидели молча. Они вспоминали ушедших друзей.

     Джек с тревогой подумал о Суровом Проглоте. Ему очень хотелось, чтобы его приёмный отец остался с ним. Старый капитан словно прочёл его мысли.

– Я не могу, – грустно ответил он. – Всему в этой жизни приходит конец. «Паучья сеть» больше не пригодна для далёких плаваний, корабль долго не протянет. А капитан уходит вместе с кораблём.

     Джек сильно разволновался и захотел что-то возразить, но Суровый Проглот остановил его ладонью вытянутой руки.

– Я неизлечимо болен, – сказал он. – Неведомая болезнь съедает меня изнутри, и я знаю, что дни мои сочтены. Я отпущу команду, отдав каждому их долю сокровищ, а сам отправлюсь в последнее плавание. Ваше солнце на восходе, а солнце моей жизни давно пошло на закат, и с этим надо просто смириться, – добавил Суровый Проглот, видя, как опечалился молодой капитан.

– Куда ты хочешь отправиться? – спросил он.

– Зарою где-нибудь на далёком острове бесценный клад, – улыбнулся старый капитан,  – и буду блуждать в океане. А когда почувствую, что конец совсем близок, направлю «Паучью сеть» к острову мёртвых. Но перед этим, – добавил он, – у меня есть ещё одно очень важное дело. Не забывай, что на корабле я остаюсь не один, ведь на борту «Паучьей сети» находится женщина!

– Мадам Каракурт? – спросил Джек. – Ты, так же как и Роза, веришь в её существование? А я думал, что это всего лишь одна из сказок, что ты рассказывал нам в детстве.

– Мадам Каракурт – не сказка, – ответил Суровый Проглот,

– А тебе не страшно? – с тревогой за отца спросил Джек.

– Страшно, – ответил старый капитан, и с грустью добавил:

– За неё...

Глава 10

Бедная Луиза

     Над океаном начали сгущаться сумерки, а «Паучья сеть» словно растворилась в тумане. Старый корабль покачивался на волнах, а его капитан в полном одиночестве сидел на палубе, держа в руках драгоценный рубин.

– Мадам Каракурт! – тихо позвал Суровый Проглот, но ответа не услышал. По спине капитана пробежал сильный холод, тогда он обернулся и увидел её.

– Напугала? – довольно улыбнулась чёрная вдова.

– Да, уж, – передёрнул плечами Суровый Проглот. – Любите Вы эффектно появляться!

– Эта глупая девчонка Роза тоже перепугалась, увидев меня, – вспомнила мадам Каракурт. – Кстати, спасибо, что подарил ей корабль!

– Удивительно! – сказал старый капитан, – вы с Розой похожи друг на друга, как две капли воды! Но ещё для меня удивительней то, что Вы за неё переживаете!

     Суровый Проглот невольно посмотрел на каменное сердце вдовы, которое он держал в руках. Мадам Каракурт заметила это и понимающе улыбнулась.

– Нравится? – спросила она, указывая взглядом на сияющий рубин.

– Он прекрасен! – ответил старый капитан. Хочется вечно держать его в руках и любоваться.

– Да, он прекрасен, – согласилась мадам Каракурт, – а ещё, холоден и безупречен, ведь это моё сердце!

     Суровый Проглот внимательно посмотрел на чёрную вдову.

– Женщина из тумана, женщина – океан, – задумчиво проговорил он. Жизнь обошлась с тобой слишком жестоко, а в ответ ты заменила сердце камнем и стала призраком ещё при жизни. Жестокость порождает жестокость…

– Поверь мне, – обратился Суровый Проглот к мадам Каракурт, – я очень жалею, что меня не было тогда, когда пираты выбросили тебя на необитаемый остров. Я бы ни за что на свете не допустил такой ужасной несправедливости. И мне жаль, что ты не встретилась мне маленькой девочкой. Я забрал бы тебя на корабль, и тогда твоё детство было бы намного счастливей!

     Мадам Каракурт опустила глаза и отвернулась.

– Всё бы тебе в сказочках добрые концы! – проворчала она. – Где бы ты сейчас был без защиты моего сердца после того, как Гленн Красавчик напал на тебя?

– Гленн Красавчик? – изумился Суровый Проглот.

– Да, – подтвердила мадам Каракурт, – наш старый добрый друг. Он купил корабль на твои деньги, нанял шайку головорезов и напал на «Паучью сеть».

     Капитан помрачнел.

– Но не переживай, – подмигнула ему чёрная вдова. – У Гленна Красавчика уже всё хорошо! Его съели акулы.

– Ты позаботилась? – ужаснулся Суровый Проглот.

– Кто же ещё? – лучезарно улыбнулась мадам. – Наш друг охотился за моим сердцем, а наткнулся на строгий взгляд в тумане.

– Так вот откуда был туман! – начал понимать Суровый Проглот. – И ты выбросила моего бывшего помощника за борт? – удивился он.

– Фи, как ты мог такое подумать! – поморщилась чёрная вдова. – Этот красавчик свалился туда сам, – пожала она плечами. – Его глаза были полны ужаса.

– Да, – признался старый капитан, – без тебя нам пришлось бы туго. И всё же, – добавил он, немного помолчав, – если ты будешь всегда только наказывать и мстить, то никогда не выберешься из туманного пространства. А я хочу освободить тебя. После гибели моих друзей, я стал сомневаться в силе волшебного камня. Он, действительно, великолепен и безупречен, но ему нет никакого дела до нас. Это мёртвая пустышка, и все мы сильно ошибались, веря в его необычные способности.

– Да как ты смеешь так говорить, после всего, что было?! – возмутилась мадам Каракурт. – Ведь и существую я до сих пор только благодаря «Паучьему сердцу»!

– В виде не слишком доброго призрака, – заметил старый капитан. – это меня и пугает! – Но надежда всё-таки есть, – добавил он. – Ведь я заметил, что ты переживаешь за Розу.

– Роза... – задумчиво проговорила мадам Каракурт. – Странно, но мне почему-то нравится эта глупая девчонка. Она поразительно на меня похожа. Я словно вижу в ней себя, только молодую и какую-то отвратительно хорошую.

– Мадам, – а каким именем называла Вас в детстве мама?  – спросил Суровый Проглот.

– Не знаю, – передёрнула плечами мадам Каракурт. – Эта женщина была настолько жестокой, что обрекла своего ребёнка на жизнь сиротском приюте. Впрочем, если тебе интересно…там меня называли Луизой.

– Я так и знал, – опустил глаза Суровый Проглот и задумчиво покачал головой. – Две сестры, похожие друг на друга, как две капли воды, и такие разные судьбы!

– О чём это ты? – удивилась мадам Каракурт.

– Луиза, – ответил, немного помолчав, Суровый Проглот, – твоя мать не была жестокой. Она искала тебя всю жизнь, плакала, горевала и не могла простить себе того, что однажды потеряла тебя. А прабабушка Розы, твоя сестра-близнец Тереза очень страдала от того, что тебя нет рядом. Она всю жизнь горячо молилась о твоём здоровье и о том, чтобы ничто в мире не могло повредить тебе!

     Мадам Каракурт стояла, словно поражённая громом.

– Так вот откуда мне приходила помощь! – сказала, наконец, она. – Проклятый камень меня обманул!

     Суровый Проглот посмотрел с состраданием на грозную атаманшу.

 – Луиза, – сказал он, – я отправлю послание Розе, в котором расскажу о тебе ей и всем твоим родным. Они будут счастливы, получив такую весть. А ещё, я не зарою «Паучье сердце» среди прочих сокровищ, чтобы оно не досталось в наследство пиратам, которые придут вслед за мной. Я не дам этой стекляшке поработить ещё чьи-то жизни. А больше всего сейчас я хочу избавить от её власти тебя.

     С этими словами Суровый Проглот размахнулся и выбросил драгоценный рубин в океан.

     Мадам Каракурт вскрикнула от неожиданности и подалась вперёд, словно захотела броситься на дно вслед за камнем, но в следующий момент сникла и, прошептав «благодарю», растаяла вместе с туманом.

Глава 11

Джон и Хью всё прочитали, или:

Куда исчезли пираты?

     – Ну, может, хватит уже выть? – спросил Одноглазый Хью у безутешного Деревяшки Джона. – Что упало, то пропало, и достать «Паучье сердце» со дна океана – задача непосильная. По крайней мере, для нас с тобой, – добавил он.

– Зачем, зачем он это сделал? – не унимался Деревяшка Джон.

– Суровый Проглот поступил, как настоящий джентльмен, – объяснил Одноглазый Хью. – Он подарил свободу призрачной даме и помог обрести покой её душе.

– Но, не переживай, – добавил он. – На борту оставалась ещё целая гора сокровищ – доля старого капитана. А это огромное богатство!

 – Ох, чую, что и здесь нас ждёт разочарование, – хватаясь за сердце, простонал Деревяшка Джон. – Тебе не кажется, что старик выбросил в океан и все остальные наши сокровища?

 – Всё может быть, – пожал плечами Одноглазый Хью. – Чего гадать? – спросил он. – Читай дальше, ведь осталось совсем немного. Скоро всё и узнаем!

     С тяжёлым сердцем Деревяшка Джон перевернул последнюю страницу и прочёл:

– Дорогие мои пираты из прекрасного будущего! Вот и подходит к концу моя история, а с нею вместе и моя жизнь. Скоро неведомая река унесёт меня в последнее плавание, и я хочу взять с собой в дорогу лишь то единственно ценное, что у меня было – память об улыбках детей, расцветавших благодаря мне на их лицах. Надеюсь, что я смог подарить им счастливое детство. Свои сокровища, после долгих раздумий, я роздал беднякам в порту утренних рос, откуда родом была моя матушка и я сам. А вам я оставляю гораздо более ценный клад – мои воспоминания. Огромного Вам здоровья и долгих лет счастливой жизни. Постарайтесь прожить её не так, как я, а более достойно. Одумайтесь, пока не поздно! Навеки ваш, последний капитан «Паучьей сети» Суровый Проглот.

     Повисло долгое молчание. Лишь слышно было, как шумит океан, и о чём-то разговаривает ветер.

– Так я и знал! – прервал, наконец, молчание Деревяшка Джон. – Единственно ценное для него сокровище – это любовь к детям. – Но нам-то с тобой что с этого? – горестно спросил он.

– А что? – почесал затылок Одноглазый Хью. – Ведь это идея! Надо сказать нашим. Пора бы нам всем завязывать с пиратством. Сойдём на берег, да и устроимся учителями в школу!

– Кто же это вас неучей возьмёт? – расхохотался Деревяшка Джон.

– Физкультуру пойдём преподавать! – нашёлся Одноглазый Хью. – Кто лучше нас научит ребят плавать, стрелять да по канату лазить?

– А как же я? – обиделся Деревяшка Джон. – Не возьмут меня с одной ногой физкультурником.

– Поваром пойдёшь в школьную столовую! – утешил его Одноглазый Хью. – Овсянку с изюмом варить будешь!

     Так пираты и поступили. Точно, точно! А иначе, куда бы вы думали, они все исчезли?

Эпилог

 

– Брось камни! – кричали молодые звёзды.

– Я не могу, я сросся с ними, я к ним привык, – отвечал карлик.

– Брось, – уговаривали звёзды, – камни утащат тебя на дно!

     Обливаясь слезами, ворча и ругаясь, карлик послушался детей. Он содрогнулся всем телом и сбросил с себя всё своё богатство на дно океана. Океан вспыхнул ярким светом, а потом этот свет улетел далеко-далеко, гораздо выше небес. А провожали его молодые счастливые звёзды, благодарно посылая ему вслед свою любовь миллионами ярких и сияющих лучей.

***

      В момент смерти Сурового Проглота Босоногий Джек, Роза, Рон Проныра, Лопоухий Эндрю и Неумытый Джо, не сговариваясь, зажгли огромные факелы и вышли на палубу.

     Прощай, капитан Суровый Проглот! Счастливого тебе плавания!

 

 

 

 

 

Содержание:

 

Пролог

Часть 1

Глава 1: Сокровище маленького пирата

Глава 2: Глубинный злыдень

Глава 3: Неумытый Джо и Великий Дух океана

Глава 4: Карнавальный пират

Глава 5: Робин Тихоня

Глава 6: Мадам Каракурт и сердце корабля

Глава 7: Ночной гость

Глава 8: Сердце под угрозой

Глава 9: Встреча с призраком и помощь нового друга

Глава 10: В порту Торпы

Глава 11: Чужая тайна

Глава 12: Возвращение Рона и бунт на корабле

Глава 13: Шторм

Глава 14: Девочка из тумана

Глава 15: Хранитель тайн

Глава 16: Эль Дуэндэ

Глава 17: Ария Блюм

Глава 18: Роза

Глава 19: Враг пиратства

Глава 20: Блуждающие огни

Глава 21: Сказка о Луне и млечном пути

Глава 22: Сказка о чёрном карлике

Глава 23: Роза ветров Босоногого Джека

Глава 24: Тяжесть расставания

Часть 2

Глава 1: Давняя мечта

Глава 2: Бармен из Торпы

Глава 3: Жизнь в чёрном цвете

Глава 4: Горе из-за моря

Глава 5: Навстречу неизвестности

Глава 6: Зеркало без стекла и оправы

Глава 7: В Амарилье

Глава 8: Тётушка Эмили и её пирожки

Глава 9: Восход и закат

Глава 10: Бедная Луиза

Глава 11: Куда исчезли пираты?

Эпилог

Прочитано 89 раз
Поделившись с друзьями, Вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"

Добавить комментарий

Ваше мнение должно быть или доброжелательным, или никаким!
Если автор произведения не желает получать комментарии или прекратить дальнейшее обсуждение, он должен после текста произведения добавить следующую фразу: {jcomments lock}


Защитный код
Обновить

Детский календарь

Десерт-Акция. Поэзия

Елена Раннева: не забыть язык детей

15.01.2018
Елена Раннева: не забыть язык детей

Публикацию подготовил Игорь Калиш Раннева Елена Алексеевна Елена Алексеевна Раннева до...

Десерт-Акция. Проза

Хороша ты зимушка-зима!

15 Январь 2018
Хороша ты зимушка-зима!

Вот и наступил Новый год! 1. 01 2018 – по новому стилю, а 13.01.2018 – по старому. Не будем зд...

Официальный портал Международного творческого объединения детских авторов " Дети Книги " © 2008
Все материалы опубликованные на портале "Дети книги" защищены авторским правом. Любые перепечатки только после согласования с администрацией и при условии ссылки на данный ресурс.
Логотип МТО ДА - автор Валентина Черняева, Логотип "Дети книги" - автор Елена Арсенина