Юстасия Тарасава: сосредоточиться на книгах

Автор  Опубликовано в Десерт-акция. Проза. Суббота, 15 Июль 2017 08:35
Оцените материал
(0 голосов)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Юстасия Тарасава 

Родилась 1 апреля 1975 года. Живёт в Барнауле. Закончила филологический факультет Алтайского государственного университета.

В 2009 году повесть-сказка "Егорка и Змей Добрыныч" победила в Алтайском краевом литературном конкурсе и была издана.

В 2010 издана книга "Волшебный сыр".

В 2011 канал "Детское радио" записал радиоспектакли по книгам "Путешествие Маленького Вулканоежки", "Волшебный сыр", "Егорка и Змей Добрыныч".

В 2012 в Севастополе Объединением патриотов Севастополя был издан отдельной книгой рассказ "Просыпаемся мы".

Все вышеперечисленые произведения изданы в формате аудиокниг Алтайской специализированной библиотекой для незрячих и слабовидящих.

В 2015 в рамках акции "Здравствуй, школа!" Алтайским отделением Российского детского фонда издана сказка "Лёшка и картошка", а ГИБДД  г.Барнаула издана обучающая сказка "Вася и светофорные человечки".

В 2015 впроекте "Услышать просто" (Барнаул) в аудиосборнике для незрячих детей  издан рассказ "Какого цвета д ождик".

В 2015 рассказ "Просыпаемся мы" занял 1 местовноминации "Родинаслово большое, большое" литературного конкурса "Сказки волшебно голотоса" (г.Владивосток), издан в сборнике произведений победителей конкурса.

В 2016 сказки "Моя мамаЗолушка", "Лёшка и картошка" и рассказ "Просыпаемся мы" победили в номинации "Литература для детей и юношества" Алтайского краевого литературного конкурса, изданы сборником под общим названием "Просыпаемся мы".

Повести-сказки "Первый подвиг Змея Добрыныча" и "Золотая кошка" на данный момент опубликованы только на интернет-ресурсах proza.ruи samlib.ru.

 

 

 

Кое-что от автора:

 

Как и все, я благодарна моим родителям. Но меня, во многом, воспитал моя старшая сестра Инна. Родители часто переезжали к новому месту

службы, папа был военнослужащий. Мы   с сестрой годами жили вдвоем.

Инна у меня совершенно особенный человек, я попыталась выразить это здесь  http://www.proza.ru/2016/07/19/539 

Сестра - моя лучшая подруга и самый главный помощник, критик, редактор (она тоже филолог, я пошла по её стопам). Это она в детстве приучила меня писать дневники, рассказы, сказки, стихи, и следила за тем, что я читаю.

Я от души ей благодарна.

 

 

Я – не  вполне писатель, я в большей степени мама. Я пишу урывками и мало работаю над текстами, у меня не хватает времени. Писать детские книжки я никогда не планировала, так получилось само. Когда мой ребёнок был маленьким, у него возникло осложнение - его парализовало. Я очень хотела вылечить сына.  Как  в войну было "Всё для фронта, всё для победы", так и у меня: «Всё для Вовки, всё для здоровья». Проблема была в том, что после каждого ОРВИ случался откат назад и снова смазывалась речь, и снова приволакивалась нога, и заново требовалось  руку разрабатывать. Бесконечный процесс.  Это – как  бежать по эскалатору в обратном направлении.

 В садик сыну было нельзя, поэтому я занималась с ним сама, развивала, много ему читала, а потом он попросил придумать сказку.Ппотом  вторую, так и пошло. Первая наша сказка была написана после паломничества в Киево-Печерскую Лавру, мы очень много ездили по святым местам. Думаю, именно это и помогло ему выздороветь.

У меня много ещё неопубликованных сказок в тетрадках лежат, потихоньку разбираюсь с текстами, но чтобы сосредоточиться только на книгах, обдумывать их, быть настоящим полноценным писателем - такого периода у меня ещё не случилось.

Сын, слава Богу, вырос, почти выздоровел, очень много мне помогает, хороший умный парень, сдал экзамены (9 класс).

Только сейчас я берусь за литературные дела.

 

 

 

Встреча с удивительно начитанными детьми (чемпионами мира!) в спортивном лагере в Новосибирске.

 

 

ПУТЕШЕСТВИЕ МАЛЕНЬКОГО ВУЛКАНОЕЖКИ

 

ГЛАВА тридцать шестая, в которой мы прощаемся с Маленьким Вулканоежкой 

 

На следующий день дом Маленького Вулканоежки было не узнать. Его украсили лентами, бантами и флажками, развесили красивые картинки с вулканами, а к семейным снимкам прибавились фотографии Удины Коряковны и Авачина Базальтовича. Столы застелили праздничными скатертями с вышитыми вулканчиками и гейзерами, а над входной дверью вывесили флаг вулканоежек. Каждый, кто видел это полотнище с изображением извергающегося вулкана и хоровода вулканоежек на истекающем оранжевой лавой кратере, понимал, что в этом доме сегодня большой праздник.

К сумеркам дом был полон гостей, все пришли поздравить Маму Вулканоедиху с чудесным выздоровлением, а Папу Вулканоеда и Маленького Вулканоежку с возвращением из путешествия. Доктор Гиппократер без конца повторял одно и то же: «Говорил же я вам пища должна быть лекарством, лекарство должно быть едой!» И все с ним соглашались. Капитана Матвеева представили каждому гостю как спасителя Маленького Вулканоежки, и он был тронут искренней благодарностью всех гостей. Кальдера Пепловна хвалила Вулку и её дружных одноклассников, которые по очереди помогали ей справиться с домашними делами. Туф Лавыч пробасил что-то насчёт незаурядных способностей Вулканоедочки, но его мощный голос скоро потонул в общем гуле. Разумеется, все хотели послушать рассказ о путешествии. Папа Вулканоед начал говорить и наступила тишина. Временами кто-то вздыхал, цокал языком, ахал, тихонько плакал, а к концу рассказа рыдали все. Взрослые вулканоеды и вулканоедихи вытирали текущие потоки слёз друг у друга и своих детей, даже капитан Матвеев расчувствовался, глядя на эту плачущую компанию.

Когда рыдания стихли, Папа Вулканоед откашлялся и торжественно произнёс:

Теперь, когда вы знаете эту историю, я хочу сообщить вам очень важную новость. Наша семья посовещалась и пришла к единому мнению…

Тишина наступила такая, что слышно было, как на улице хлопает раздуваемый ветром флаг.

Мы переезжаем! продолжил Папа Вулканоед. Мы едем домой. К вулканам.

Все зааплодировали, встали и продолжали хлопать стоя, пока не заболели ладошки. Папа Вулканоед запел песенку о переезде на Камчатку, и все вулканоежки стали дружно подпевать:

 

Надоело жить на чужбине,

Лаву покупать в магазине.

И пора подумать о сыне

Чему я здесь его научу?

      Спасибо и прощай, чужой край!

      Здравствуй, наш вулканный рай!

Пора забыть кафе, рестораны,

Пора обедать нам на вулканах.

Пора подумать о самом главном

Пора вернуться к папам и мамам.

      Спасибо и прощай, чужой край!

      Здравствуй, наш вулканный рай!

Выросли, учились, женились,

Но в душе мы не изменились.

Где родились, там пригодились

На родину вернуться пора.

      Спасибо и прощай, чужой край!

      Здравствуй, наш вулканный рай!

Пора забыть запах бензина,

Пора дышать кратерным дымом,

Пора подумать о самом главном

Пора вернуться к нашим вулканам.

      Спасибо и прощай, чужой край!

      Здравствуй, наш вулканный рай!

 

Мы с вами дружно жили многие годы, продолжила Мама Вулканоедиха, и будем рады видеть вас всех в нашем новом доме. Приезжайте в гости!

Наш дом ваш дом, закончил Папа Вулканоед.

И когда вы уезжаете? спросил Жора Магмаглотов.

Мы решили не тянуть с отъездом. Завтра же начнём собираться. Если вам будет нужна помощь, как она понадобилась мне и моему сыну, обращайтесь к этому человеку, Папа Вулканоед показал на Матвеева.

Я буду очень рад помочь вам всем, подтвердил тот.

А если здесь появятся мальчик Коля и девочка Надя, добавил Маленький Вулканоежка, им можно доверять, это мои друзья. Спросите пароль, они скажут отзыв «азимут».

Хорошо, что он не видел лица капитана Матвеева в этот момент.

Праздник стал торжественнее и веселее. Семья Маленького Вулканоежки решила вернуться на родину, и все остальные вулканоежки впервые серьёзно задумались об этом. Где-то ведь были и их дома. Где-то, где дымятся вулканы. Но каждый из них решит этот вопрос для себя позже. А пока продолжалось веселье и смех. Бабушка Вулканя объясняла всем, что пока не готова переехать навсегда.

Сначала я немного попутешествую, мир посмотрю, а уж потом…

И гости подхватили её знаменитую песенку:

 

А я над миром словно птица лечу!

Останавливаюсь, где захочу.

Ведь об этом я мечтала всю жизнь

Мой вулканный долгожданный туризм.

Выбираю я из множества стран

Те, где хоть один дымится вулкан.

 

Все пели и танцевали, и угощались лавой и гейзерной водой.

Гранитов тихо спросил у Вулки:

Можно я приеду к тебе на каникулы?

И она кивнула.

А что же Маленький Вулканоежка? Ему было грустно расставаться со своим старым привычным домом, соседями и улицей, на которой он знал каждую ямку, каждый камушек, каждую травинку. Но он знал, что никогда не сможет забыть вулканы, их запах и вкус, и если он останется здесь, то будет по ним тосковать. Всю жизнь. И ещё он знал, что там, далеко, в краю вулканов, его ждут дедушка с бабушкой и друзья.  И, конечно, новые приключения.

 

 

ЕГОРКА И ЗМЕЙ ДОБРЫНЫЧ (отрывок)

 

Едут они с бабушкой по бору, смотрят, как из жёлтой песчаной земли высокие сосны в голубое небо упираются, белым облакам животики щекочут. А внизу, у торчащих из земли корней, присыпанные прошлогодней хвоей, прячутся грибы-маслята.

Егорка грибов сначала не замечал, а потом научился их находить и бабушке показывал. Гляди, грибочек. А раз грибок, рядом и другой должен быть. Грибы семейками живут. Бабушка Прасковьюшка не нарадуется: вот помощник так помощник глазастый, всё видит. Не ленивый, наклонится, бережно хвою разгребёт, а под ней маслята. Свеженькие, нарядные, скользкими шляпками приветствуют.

Ты, Егорушка, срежешь грибок, и снова хвоей присыпь, учит бабушка Прасковьюшка. Из этой грибницы ещё грибочки нарастут.

Так грибок за грибочком, шажок за шажочком, идут бабушка Прасковьюшка с Егоркой вдоль просёлка. Конь Вихорёк за ними неторопливо ступает, веточки обгладывает, пока они грибы режут да в корзинки складывают. Вихорёк любит по грибы возить. Пока грибники лес осматривают, Вихорёк и поесть, и подремать успевает. Не то что копны возить с утра до ночи. Хотя сено заготавливают и для Вихорька тоже, сенокос он не любит. А по грибы, пускай их лошади и не едят, всё ездить приятнее. Сплошной отдых, а не поездка.

Вихорёк переходил от кустика к деревцу, от дерева к травинкам, жевал сочную зелень и радовался прогулке. Вдруг он заметил под кустом что-то странное, незнакомое, радужно блестящее. Вихорёк перестал жевать и попятился. Под кустом боярки сидел кто-то переливающийся оранжево-зелёной чешуёй, с золотисто-жёлтым брюшком и двумя, да нет, тремя… тремя головами! Незнакомец повернулся к Вихорьку и умоляюще посмотрел на него, приложив пальчик передней лапы к губам средней головы.

Тс-с-с!

Вихорёк увидел палец, а главное, огромный изогнутый коготь, приложенный к клыкастой пасти, и в ужасе шарахнулся.

И-го-го! И-го-го-го-го!

Конь налетел на телегу, про которую он совсем забыл, и с перепугу решил, что кто-то подкараулил его не только спереди, но и сзади. И заголосил на весь лес: ИГО-ГО-ГО-ГО!

Бабушка Прасковьюшка нахмурилась.

Что это с ним? Отродясь такого не бывало. Неужто дурь-травы наелся?

Егорка вызвался сбегать посмотреть, что случилось.

Нет, Егорушка, пойдём вместе.

Они оставили корзинки на поляне, и пошли на шум. Вихорёк с треском продирался сквозь кусты. Телега натыкалась на деревья, застревала, а конь с безумным взглядом, раздувающимися ноздрями, хрипя, метался между деревьями.

Взбесился! всплеснула руками бабушка Прасковьюшка. Беги, Егорушка, беги, а то затопчет. Полезай на сосну.

Ба, а как же ты?

Беги скорее, Егорушка!

Нет! Я тебя не брошу!

Беги, кому говорю. Бабушка Прасковьюшка подталкивала Егорку, но он как в землю врос. Однако, странное дело, приблизившись к ним, конь успокоился. Услышав знакомые голоса, он перестал метаться, подошёл к бабушке Прасковьюшке и опустил голову на её плечо.

Бедненький! погладила его бабушка. Чего ж ты так испугался? Вихорёк вздрогнул и оглянулся. Тебя там напугал кто-то? разговаривала с ним бабушка Прасковьюшка, продолжая гладить гриву. Потом она достала из одного кармана ломоть хлеба, из другого кусочек сахару, и протянула на открытой ладони. Съев лакомства, Вихорёк окончательно успокоился.

Вот и хорошо, сказала бабушка Прасковьюшка. Ты стой здесь, а мы сходим, посмотрим, что тебя так взволновало.

Вихорёк испуганно обернулся к дороге. Егорка поманил его зелёной веточкой, конь потянулся к ней губами, попробовал, да так и остался жевать.

Ой, не ходил бы ты, Егорушка, со мной.

Ещё чего! возмутился Егорка. Чтоб я тебя одну отпустил?

Мальчик воинственно вскинул голову. Бабушка Прасковьюшка погладила непокорные вихры и что-то зашептала.

Ба, я не пойму, чего ты там шепчешь?

Молитву, Егорушка. От всякой напасти.

Егорка посмотрел на бабушку, как взрослый на несмышлёного ребёнка.

Ба! Ну, ты же современный человек! укоризненно протянул он. Наукой доказано, что ничего сверхъестественного нет и быть не может. Всё объясняется химией и физикой.

Они осторожно шли к дороге, внимательно осматривая окрестности. Никого. Внезапно бабушка Прасковьюшка остановилась, а Егорка, не успев затормозить, шагнул вперед. Под кустом боярки сидел маленький зелёно-оранжевый золотистый трёхголовый дракончик.

Ой! Егорка потёр глаза кулаками и снова посмотрел под куст боярышника. Дракончик сидел на прежнем месте и смущенно улыбался.

Егорушка! ласково спросила бабушка Прасковьюшка, а это твоя физика как объясняет?

 

 

ПЕРВЫЙ ПОДВИГ ЗМЕЯ ДОБРЫНЫЧА  (отрывок)

 

А Маруся продолжала хвастаться, как будто говорила о своём родственнике.

Столыпин сделал так, чтобы крестьяне получили землю в свою собственность. До этого земля была общинная, а после его реформ стала у каждого своя. Во всём, что он делал, Пётр Аркадьевич был порядочным, трудолюбивым и честным человеком. Про него даже слухов не было, потому что не к чему было придраться. Он всё делал открыто, благородно и безупречно. Хотел делать Россию великой, и делал. Сам, один, шаг за шагом.

Они выехали из Немецкого района и подъезжали к Славгороду.

Странное название, сказал Егорка. В честь каких-то Слав?

Ну что ты, засмеялась Маруся. Славгород значит Славный город. Славгород тоже переселенцы построили. Здесь тогда железной дороги ещё не было, они от Татарска* пешком шли. Первые дома их земляными были, брр, подумать только! Когда Столыпин в Славгород приехал, славгородцы представили ему прошение о строительстве железной дороги. Многие хотели переехать в Сибирь, но как добираться? Когда построили железнодорожную линию ТатарскСлавгород, народ сюда так и хлынул отовсюду. Железная дорога привозила лес, из которого поселенцы строили дома, а увозила зерно, которое они выращивали.

Сейчас к Петру Аркадьевичу заедем, пообещала Маруся.

"Нива" катила по Славгороду, который и в самом деле оказался Славным. Зелёным, цветущим, уютным. На центральной площади стоял памятник, к которому они подъехали. Вышли из машины и пошли вслед за Марусей к высокому монументу из красного мрамора. Егоркин "брат" прочитал выбитую на памятнике надпись: «Петру Аркадьевичу Столыпину основателю Славгорода».

Так вот про какого Петра Аркадьевича Михаил говорил, наконец-то понял Егорка.

А про кого же ещё? Столыпин у нас один.

Теперь я знаю, почему Михаил его так любит! понял Егорка.

Маруся рассмеялась и, погладив постамент, сказала:

А я думаю, что он почитает Столыпина за защиту флота. Пётр Аркадьевич очень флот уважал, а Миша главный корабельный старшина в запасе.

Так то в запасе, протянул Егоркин "брат".

Скажу тебе по секрету, заговорщицким шёпотом сообщила Маруся, лично я считаю, что запасных военных не бывает. Если военный, то это навсегда.

Но при чём здесь флот? удивился Егорка. Тут же степь! Великая кулундинская степь.

Так ведь Пётр Аркадьевич не только о Славгороде заботился, а о всей России.

Маруся подошла к памятнику и поклонилась. Два раза. За себя и за Михаила. И Егорка поклонился тоже. А Егоркин "брат" кланяться не стал. Он стоял и укоризненно качал головой: "Эк они тебя ухайдокали-то, сродственнички мои..."

Когда возвращались от памятника, Егорка спросил Марусю: А вы Столыпина за что любите, за флот или за степь?

За семью, неожиданно ответила Маруся. У Петра Аркадьевича была прекрасная семья, шестеро детей. А жена его, между прочим, была правнучкой Суворова.

Того самого?

Александра Васильевича. А чему ты удивляешься, предок Столыпина служил адъютантом у этого великого полководца. Любой крестьянин знает: что посеешь, то пожнёшь.

Маруся пробормотала что-то про осинки, апельсинки, про учёного Грегора Менделя* и науку генетику, и пошла к машине.

 

 

МОЯ МАМА ЗОЛУШКА (отрывок)

 

Моя мама Золушка. Она много работает и вечером засыпает от усталости в кухне. Но не на золе, а на диванчике. Золы у нас нет, потому что нет печки. У нас плита. Но от этого хлопот у мамы не меньше. Мама ходит на работу, а ещё она занимается домашним хозяйством и мной. Мы живём с дедушкой, бабушкой и двумя тётками Анной и Марьяной. Тётки Анна и Марьяна успешные, не то что мама. Они так говорят. У тёток полно денег, потому что обе занимаются своими котлованами. То есть карьерами. В этих карьерах они добывают деньги. Тётки не любят маму. «Дура!» – чуть что взрывается тётка Анна. Её любимое слово – «дура». Любимое слово тётки Марьяны – «продвинутый». «Какой надо быть дурой, чтобы так сломать себе жизнь!» – фыркает тётка Анна. Мамина жизнь кажется ей загипсованной с головы до ног. «Это так непродвинуто!» – поддакивает тётка Марьяна. – «Дети это сплошные неприятности». В нашем доме одна сплошная неприятность это я.

Мой дед лесничий. Не королевский, потому что короля у нас нет. У нас президент. Но дед не президентский лесничий, а обыкновенный. Он работает в управлении лесного хозяйства. У него на работе нет ни деревьев, ни трав, ни зверей, ни птиц. Только много-много бумажных листов, целые горы бумаги.

Дед меня любит. А маму он жалеет. Только заступиться за неё не может. Потому что тогда тётки Анна и Марьяна совсем разозлятся, и будет ещё хуже. Мама говорит, что это такая игра на две команды: с одной стороны мама, я и дед, а с другой тётки и бабушка. Но мне эта игра не нравится. Я в неё никогда не выигрываю. Наверное, это потому что дед всегда молчит. И я ещё маленький. А тётки уже большие. И ещё бабушка. Бабушка не злая, просто не такой жизни она хотела для своей дочери. Бабушка столько лет пахала, надрывалась, и что?! Она всегда всхлипывает, когда говорит об этом и мне становится её жалко. Однажды я спросил у бабушки, где её старый плуг. Ну, тот, которым она столько лет пахала. Дед засмеялся, а бабушка кричала, что это уже ни в какие рамки не лезет. Я потом спросил у мамы, что не влезло в рамки. Но мама так и не сказала.

Мама меня понимает. Она даже знает заранее, чего я захочу. Я тоже понимаю маму. Правда, иногда и она говорит, что объяснит что-то, когда я вырасту. Не знаю, останется ли у меня во взрослой жизни время на что-нибудь кроме этих объяснений мне их столько уже наобещали.

Единственный, кто не откладывает объяснения на потом это дед. Поэтому я пристаю к нему с расспросами чаще, чем к другим. Но и он иногда ускользает от ответов. Как только я пытаюсь узнать о моём папе, дед сразу прекращает разговор: «Когда ты вырастешь, сам всё поймёшь». Так всегда. Никто не говорит мне об отце.

Я часто думаю об этом. Кто мой папа? Какой он, как выглядит, где живёт? Когда я представляю, какие лица будут у тётки Анны, тётки Марьяны и бабушки в тот момент, когда папа приедет и увезёт нас с мамой, мне становится смешно. Иногда, когда тётки ругаются, я подхожу к окну и смотрю во двор. Вдруг папа уже приехал? Но его всё нет и нет. Может быть, папа не знает, куда ехать? Я думал об этом и никак не мог найти ответ. И, наконец, всё понял. Мой папа принц. И его заколдовали. Или с ним ещё что-то случилось. Как дед и говорил, я сам всё понял. Значит, я уже вырос. Теперь я знаю, что делать.

 

 

ПРОСЫПАЕМСЯ  МЫ  (отрывок)

 

Мать заплакала. Отец, также молча как фотографию, рассматривал теперь сына. Бабушка выловила из сумки валокордин и капала его себе в чай. Санька видел, что они напуганы, потому что не знают. Не знают, что было. И он рассказал. Как защищался окружённыйСевастополь. Как адмирал Октябрьский передал командованию, что воевать больше некому и покинул осаждённый город. Как осталось восемьдесят тысячбойцов и среди них Ваня. Как они сражались. Как выживали безводы, еды, боеприпасов и лекарств. Как не могли их забрать наши корабли. Как море в Казачьей бухте было красным, а скалычёрными от крови. Как до последнего патрона отстреливалась 35-ая Береговая Батарея. Как они ходили в атаку без оружия и голыми руками дрались. Как обессилевших, потерявших сознание, их захватили в  плен. Как колонну пленных вели по Крыму, и когда голова этойстрашной змеи ужевошла в Бахчисарай, хвост ещё был в Севастополе. Как из немецких концлагерей после ВеликойПобеды этих заключённых перевели в  советские лагеря. Как их судили за изменуРодинеих, преданных Октябрьским и Петровым и защищавших Родину до самого конца. Как их не брали на учёбу и работу из-за трё хслов «госпроверку не прошёл». Какониотказывалисьотсвоихсемей, чтобынеломатьжизньблизким. Как их величайший подвиг стал их позорнейшим клеймом. Санька говорил и говорил, захлёбываясь в словах. И когда он всё это сказал, ему стало легче. «И я не знаю, как с этим жить, – закончил он жалобно. – И я не знаю, что делать».

А Вовка куда письма послать сказал? – спросил отец. – Садись, пиши. Вот и  компьютер твой сгодится.

Первый раз они все вместе вот так сидели. Объединённые одной болью и одной целью. Впервые Санька почувствовал, что они семья. И что семьяэто больше, чем здесь и сейчас. Гораздо больше. Семьяэто и есть то, чем можно гордиться. Это нельзя купить как джипы и другие вещи. Потому что семьяэто люди, память, род. И унего, у Саньки, это есть. И этог лавное.

В эту ночь ему приснился Ваня. Он был ранен, Санька это понял. Скорее почувствовал, чем услышал, как Ванины запекшиеся губы произнесли: «Спасибо!». Он с трудом пожал Саньке руку. И больше уже не снился никогда.

А потом всёкак-тоз атянулось, зарубцевалось. Санька почтизабыл. Он спешил в школу, он теперь почти жил там. А что школа? Это же не минное поле. Хочешьучись. Санька хотел. Иногда он задумывался: «А кем бы стал Ваня, на кого бы он стал учиться?». И от этих мыслей Санькех отелось учиться за пятерых. Оказалось, что и физичка, и математичка, и немка ничего против него лично, против СанькиИванова, н еимеют. Они по-своему стараются как лучше, это их работа. Санька даже жалел их немного, ведь не все ученики такие, как Вовка. С Вовкой они часторазговаривали и вместе что-то изобретали. Однажды Бобров обозвал Вовку при всём классе и Санька спустил его с лестницы. Подумаешь, каратист. Санька как-то сам не заметил, когда перестал бояться. Иногда по дороге из школы онз аходил в церковь зажечь свечи, чтобы Ване и остальным прадедам, которых Санька не помнил, было светлее.

И вдруг пришё лответ. Из архива. Отец взялотпуск. И сказал, что Саньке придётся пропустить школу. И они поехали. К прадеду. В Севастополь. С поезда они сели в автобус. И всё боялись проехать, но водитель сказал, что Казачка в самом конце. Он остановился между остановками и объявил: «Тридцать Пятая!», и все в автобусе затихли и с пониманием смотрели на них. Санька и отец перешли дорогу и увидели Пантеон. Экскурсоводы повели их по руинам. Они спустились по винтовой лестнице на 27 метров, туда, где были тогда бойцы. Внизу было тускло и сыро. И Санька узнал это место. Он видел его не раз. Восковые слезинки свечей у стены Памяти падали в песок краснымипятнами. Как кровь на раненой крымской земле. А когда они вышли из музея, Санька смотрел на парней и девушек в купальниках, которые танцевали на крышах машин*** здесь, на этой огромной могиле, и не осуждал их. Он понимал, что они просто ещё не знают, где лежат их прадеды. Просто в них это ещё не проросло.

 

 

Прочитано 138 раз
Поделившись с друзьями, Вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"
Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА

 

Обо мне:

 Татьяна Шипошина,   Писатель, врач.  Член Московского отделения Союза писателей РОССИИ.  Член Московского союза литераторов.  Член правления МТОДА (международного творческого объединения детских авторов). Гл. лит. редактор  сайта МТОДА «Дети и книги».  http://www.deti-knigi.com/

Автор около сорока книг для взрослых, детей и юношества. Многие книги переизданы.

Лауреат многих литературных конкурсов, в том числе: 

 

Межд. Конкурс «Золотое перо Руси» - лауреат -2010,  2013

Конкурс «Новая детская книга» Росмэн – лауреат 2012 

Конкурс «Детское время» СПРоссии – лауреат 2012

Конкурс  им. Г.Р. Державина СПРоссии – лауреат 2013

Конкурс МГОСПР «Лучшая книга» 2013-2014 – лауреат в ном. «Книги для детей»

Корнейчуковская литературная премия, 2014, 2015  - лауреат.

Конкурс им. С. Михалкова  на лучшее произведение для подростков.-  2014, 2016 – лауреат.

Знак  «Серебряное перо Руси» - 2011 в ном. «Проза для детей»

Знак МГО СПР «Орден В. В. Маяковского», 2014

Знак "Золотое перо Руси" - 2016

С подробной биографией и библиографией можно познакомиться пройдя по ссылке http://www.deti-knigi.com/index.php?option=com_k2&view=item&id=5116

 

Комментарии (0)

Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

Опубликовать комментарий как Гость. Зарегистрируйтесь или Войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением

Детский календарь

Десерт-Акция. Поэзия

Татьяна Стамова. Живописные стихи

15.05.2018
Татьяна Стамова. Живописные стихи

Подготовила Марина Тараненко Татьяна Стамова - поэт, переводчик, автор книг для детей...

Десерт-Акция. Проза

Виорель Ломов: в сказках - правда, и ничего кроме правды.

15 Май 2018
Виорель Ломов: в сказках - правда, и ничего кроме правды.

Виорэль Ломов – лауреат ряда литературных премий: «Ясная Поляна» им. Л.Н. Толстого; «Ру...

Официальный портал Международного творческого объединения детских авторов " Дети Книги " © 2008
Все материалы опубликованные на портале "Дети книги" защищены авторским правом. Любые перепечатки только после согласования с администрацией и при условии ссылки на данный ресурс.
Логотип МТО ДА - автор Валентина Черняева, Логотип "Дети книги" - автор Елена Арсенина
 
Яндекс.Метрика