Авторы о себе

Ай, браво!

Последние новости

День дарения книг

Автор:Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА
от 13 Февраль 2018
День дарения книг

№33 ПУТЕШЕСТВИЕ МАТТАРЫ

Автор  Опубликовано в Новая сказка-2015 Понедельник, 13 Июль 2015 21:12

 

ПУТЕШЕСТВИЕ МАТТАРЫ

 

 

Пролог. 

 

Вам, конечно, известно, что игрушки – живые. Просто некоторые из них не хотят себя выдавать. Но вы-то прекрасно знаете все их хитрости. Поэтому только делаете вид, что верите, будто они ничего не видят и не слышат. А потом всё равно нет-нет – а начинаете им что-то рассказывать. И вот тогда-то живая душа себя выдаёт. У игрушечного существа начинают блестеть глаза. Значит – слышит. Значит – слушает…  

Я хочу рассказать вам историю о необычных собаках. Сложно назвать их игрушками. Это маленькие статуэтки, каждая – ростом сантиметра три с половиной (в сидячем положении).

Делал этих миниатюрных собак искусный мастер. Не знаю, делает ли сейчас. По крайней мере, я таких больше не встречала. О мастере рассказала мне подруга – а подробности я узнала от самих собак.

Они помнят его невысоким человечком с круглым добрым лицом, которое, несмотря на морщины, не казалось слишком старым. Он очень аккуратно высекал собак из камня, поблёскивая очками и рассеянно напевая под нос. Потом так же аккуратно покрывал их краской – и ставил сушиться на полку.

Я раньше думала, что волшебников в реальном мире не существует. Но этот мастер был настоящим волшебником. Каменные собаки, которых он делал, могли оживать. Превращались в обычных собак – с мягкой шерстью, с мокрыми носами и языками. А в любой момент – раз! – и обратно в камень. Но при этом ни зрение, ни слух у них не отключались. Разве что, боли они в таком состоянии не чувствовали. Но если каменная собака упадёт и расколется – уже никогда не сможет превратиться в живую.

Собак мне подарила подруга. Она, Марго, старше меня на пять лет. Я поначалу её сильно стеснялась – да и, если честно, немного стесняюсь до сих пор.

На мой тринадцатый день рождения Марго пришла ко мне домой, загадочно прищурилась – и протянула блестящий синий подарочный пакет с верёвочными ручками. Я сказала «спасибо» – и с любопытством заглянула внутрь.

В пакете оказалась, конечно, шоколадка (Марго в курсе, что я – та ещё сладкоежка). А ещё там была небольшая шкатулка. 

– Пойдём в комнату, – предложила Марго – и, указав на шкатулку, добавила: – Там, в ней… есть кое-что. 

Заинтригованная, я шагнула в комнату – и там уже рассмотрела шкатулку внимательно. На крышке была картина: два охотника, державшие на поводках стройных пойнтеров. Один пойнтер встал в охотничью стойку – нос вперёд, одна из передних лап – поджата. 

– Открой. – сказала Марго. Загадочная улыбка Джоконды не сходила с её лица.

Я открыла. И… увидела четырёх каменных собак.

Они были совсем маленькие. Ростом с мизинец, и то – если мерить сидящими. И сделаны были очень красиво. Даже каменные шерстинки видно… И глаза у всех – разные. У далматина с длинными ушами – важные, гордые. У этого кудрявого белого щенка с рыжими ушами и чёрным пятном на спине, который забавно высунул язык, – весёлые и озорные. У золотистого ретривера (я сразу решила, что это девочка) – добрые и спокойные. А у поджарого палевого пса с короткими полу-висячими ушами – задумчивые. Он будто что-то вспоминал.

– Хороши? – спросила Марго.

– Да… Спасибо тебе, Марго.

– Ты ещё многого о них не знаешь! – усмехнулась подруга.

– Это щенки?

– Щенки. Только вот этот – ещё маленький, – она указала на кудрявого, – а эти – уже подростки. Никто из них не будет расти…

– Ну, да, – понимающе кивнула я. – Они же каменные.

– Каменные… – пробормотала Марго – и улыбка исчезла с её лица, сменившись задумчивостью – почти той же, что в глазах у палевого щенка. – Если бы ты знала. Думаешь, это просто фигурки? Они живые. Они умеют превращаться… Но сейчас не проси – робеют. Потом превратятся…  

Я решила, что Марго меня разыгрывает.

А она продолжала серьёзно:

– У меня большая стая. Сложно их всех прятать… И я решила кого-то отдать тебе. Справишься?

– В смысле?

– Ну, у них же характер имеется… Юкки – непоседа. – Снова указала на кудрявого с высунутым языком. – Райф – гордый, – это про длинноухого далматина. Помесь, наверно, подумала я. Не бывает далматинов с такими длинными ушами. – Сэнди вот спокойная…  Понимающая. Впрочем, как и её друг.

– А как его зовут? – Я пальцем осторожно коснулась головы палевого щенка-подростка.

– Маттара.

– В честь диджея Маттары?

– Ты его знаешь? – удивилась Марго.

Я пожала плечами:

– Слышала.

Марго тоже пальцем погладила щенка по голове.

– Эти ребята многое могут рассказать.

– А они что, и говорить умеют? – спросила я уже без недоверчивой улыбки. Меня смутила всё та же серьёзность – и даже какая-то печаль в глазах подруги.  

– Умеют. Их делал… такой человек. Мастер. Сейчас уже, кажется, не делает.

– Почему?

Марго вздохнула.

– Непонятно. То ли просто перестал, то ли вовсе умер. Он ведь старый был.

Я снова взглянула на всех четырёх собак. Осторожно спросила:

– А их же… если они живые… их, наверно, кормить надо?

– Не надо, – сказала Марго. – Они ведь волшебные. Изначально – из камня… Но сердца у них не каменные. Это я с уверенностью могу сказать.

Мы помолчали.

– А тебе разве не жаль с ними расставаться, Марго? – спросила я наконец.

– Конечно, жаль. Но мы все вместе так решили. Я – и они. – кивнула Марго на щенков. – Понимаешь, чем я старше – тем больше забот. Экзамены вот в конце года сдавать. А им нужно общение. Больше, чем я могу им дать сейчас. Поэтому половину стаи решила отдать тебе. Я уверена, ты будешь отличной хозяйкой.

– Половину? – переспросила я. – Значит, у тебя их восемь?

– Да. Ещё Лесси, Вита, Сэм и Охотник.

– Покажешь мне их?

– Конечно. Мы ведь будем видеться… И наши собаки – тоже. – Марго улыбнулась и по очереди провела пальцами по спинам всех четырёх. – Ты береги их, ладно? Если разобьются – уже не смогут превращаться…

Я заверила подругу, что буду беречь своих собак как зеницу ока. И снова поблагодарила её. Мне очень хотелось верить в её красивую – и немного печальную сказку. Точнее, в то, что это вовсе не сказка.

Мама была на работе, и мы с Марго поехали на Воробьёвы горы. Я всегда любила там гулять. А особенно – в прохладную, не дождливую погоду, прямо, как сейчас.

Мы шагали по смотровой площадке вдоль прилавков, на которых продавали всевозможные красивые мелочи. Марго негромко рассказывала, как в двенадцать лет попросила свою маму купить ей двух маленьких каменных щенков.

– Это были Сэнди и Маттара.

– Значит, таких собак продавали здесь? – Четыре каменных щенка сидели сейчас у меня в кармане ветровки. Карман я застегнула не до конца – пусть дышат, может, даже выглянуть захотят...  

– Да, но сейчас не продают. Перестали ещё года два назад. Я тогда искала… Даже продавцов спрашивала. И сейчас продолжаю искать – просто искать, чтобы увидеть, и всё. Но их нет.

Я всё-таки вглядывалась в каждый прилавок, пытаясь углядеть среди матрёшек и расписных кружек каменные фигурки с живыми блестящими глазами. Так и не нашла.

– Ты ещё не знаешь, какое чудо тебе досталось, – продолжала Марго. – Ты, наверно, до сих пор не веришь, что они – живые.

– Да нет, я верю… – смутилась я. – Просто… я не думала, что такое в самом деле бывает.

– Бывает, – сказала Марго. – В мире очень многое бывает. Просто не все об этом знают. Ты про их способности никому не рассказывай, – он кивнула на мой карман.

– Хорошо, я не буду.

– Они не хотят, чтобы про их волшебство знали все. Иначе такое начнётся…

– Я понимаю. Я правда не буду, Марго.

И мы снова надолго замолчали. Я шагала и думала, почему мир устроен так, что люди, взрослея, обрастают заботами и видят всё меньше чудес, и как бы избежать этого скучного взросления. Но как его избежишь?

– А ты не отдашь никому остальных собак?

– Нет. Тех четверых я оставлю у себя, – сказала Марго.

– Это хорошо, – задумчиво сказала я – и подруга посмотрела в ответ, пряча виноватый вздох.

Вернувшись ко мне домой, мы выпили чаю. Я угостила Марго медовиком, который ещё вчера вечером принесла из магазина мама («это на завтра!»).

Мы с Марго познакомились в школе. Я тогда была во втором, а она – в седьмом. Была весна. Бегая с нашими в лабиринте, я случайно расшибла лоб о железную перекладину. Марго, которая стояла поблизости, отделилась от своих семиклассников и отвела меня в медпункт. По дороге я перестала всхлипывать и мы разговорились. Марго, оказалось, тоже любит мультфильмы «Король Лев» и «Балто». Мне это показалось удивительным:  в то время семиклассники и люди старше казались мне совсем взрослыми. Я думала, что мультфильмов они не смотрят вообще, а смотрят только клипы с разными знаменитостями. Впрочем, клипы с певцами и диджеями Марго тоже любила – и умела петь по-английски (школа у нас как раз английская).

Сейчас Марго уже заканчивала одиннадцатый класс и готовилась к выпускному экзамену. О нём, о ЕГЭ, я думала с тихим ужасом. ГИА бы ещё сдать… Но, в конце концов, до экзаменов было ещё далеко. Старшеклассники, «почёсывая седые бороды», не раз говорили нам, что «седьмой класс – легкотня».

Словом – мы были ещё детьми. И для старшеклассников, и для учителей, и для родителей. Только мы сами детьми себя не считали. Я сама была уверена, что я – уже взрослая. На следующий год паспорт получать! Но как только рядом оказывалась Марго, я понимала: взрослая – она. А я – так… Ни то, ни сё. Куда там мой паспорт, когда Марго в этом году будет целых восемнадцать лет – и она получит много новых прав, и станет совсем свободная. До сего дня я завидовала подруге белой завистью.

И лишь когда она вручила мне четырёх волшебных щенков, я поняла: взрослеть – не только весело, но и очень грустно. Только вот чего именно во взрослении больше – веселья или грусти – было пока непонятно.  

Я думала об этом весь оставшийся день.

А ночью, уже когда легла спать, посадила каменных щенков в тумбочку рядом с кроватью. Специально не закрыла полностью дверцу.

Почему они не оживают? Неужели до сих пор «робеют»? Мне стало очень грустно. Я подумала, что Маттара, Юкки, Сэнди и Райф, наверно, не хотят признавать во мне новую хозяйку. То, что Марго меня просто разыграла, мне уже не приходило в голову.

Я закрыла глаза и стала ждать, когда придёт сон.

И тут из тумбочки донёсся шёпот:

– Она уснула?

– Тише ты!

– Мальчики, ночные походы не устраивают сразу по прибытии в новое место…

– Почему мы не поговорили с ней? Я хотел!

– Потому что, Юкки! Сначала надо приглядеться, а уже потом…

– Марго ей доверяет…

– Никому нельзя доверять!

– Райф, ну, ты как всегда…

Я свесилась с кровати и заглянула в тумбочку. Шёпотом окликнула: 

– Эй!

– Тихо! – зашипел кто-то – и четверо разом умолкли и замерли.

– Не бойтесь… – сказала я. – Я вас не обижу. Мне правда можно доверять. Давайте знакомиться…

Их почти не видно было в темноте. Я тихонько слезла с кровати и включила зелёный ночник.

И тогда в его свете спрыгнул на пол первый щенок. Свечение ночника делало его шерсть изумрудной, но по длинному хвосту и поджарой фигуре я сразу узнала Маттару.    

Глава 1. Сэм и компания

 

Стая жила в картонной коробке из-под обуви. Дно её покрывал мягкий лоскут от старой голубой футболки. У каждой собаки была своя кровать – спичечный коробок без крышки, в который хозяйка положила ватный диск. Вообще-то, волшебные собаки могли и вовсе не спать. В этом не было необходимости. Сил они набирались, превращаясь в камень и какое-то время оставаясь в этом состоянии. Но ведь всегда приятно отдохнуть в такой уютной постели! Не превращаться – а просто завалиться набок и задремать…  

Лесси сначала жила у Марго одна. Потом, когда появился пойнтер Охотник, и щенку спаниеля, и её хозяйке стало веселее. А когда Марго принесла однажды из школы шарпея Виту и далматина Сэма – четыре собаки с гордостью нарекли себя «стаей». 

Сэм был упитанный, важный – и самый старший из четырёх. Его, в конце концов, признали вожаком. Он был в стае не только лидером – но и главным заводилой. Большой Погром в девяти случаях из десяти начинался с Сэма. Собаки носились друг за другом по коробке, весело лаяли, переворачивали кровати… Как только приходила Марго – все четверо замирали и садились посреди коробки с невинным видом.

Марго была строгой хозяйкой. По крайней мере, очень старалась такой быть. Уж что-то, а куролесить щенки любили! В Большом Погроме участвовали все, даже Охотник – самый спокойный из четверых. Нельзя, однако, сказать, что Марго держала своих питомцев в ежовых рукавицах. Она понимала, что сидеть спокойно весь день они не могут. Нужно и побегать, и поиграть, и подурачиться. Тем более, когда дома была хозяйкина мама, Большого Погрома они не устраивали.

Иногда Марго наполняла водой раковину и, заткнув слив, устраивала для щенят бассейн. Им, таким маленьким, раковины вполне хватало. Все четверо быстро научились плавать, но за ними всё равно приходилось следить в оба: мало ли, что, вдруг кто-нибудь утонет? Собаки, конечно, волшебные – но ведь не бессмертные.

Каждый день Марго брала кого-нибудь из щенков  в школу. Чаще всего – двух. Держала их в кармане – или даже в стоящем на парте пенале на молнии.

В школе было интересно. В смысле, щенкам. Сама-то Марго на некоторых уроках чуть не зевала от скуки. А притаившихся в «укрытии» щенков будоражила сама обстановка: сколько людей вокруг, и какой огромный кабинет! Волшебные существа шёпотом переговаривались – и иногда осторожно, очень осторожно высовывали нос наружу…

Бывало, щенков замечали. К счастью, те умели превращаться в камень за долю секунды. Но всё равно было неприятно, когда наглый любопытный Толька взял Лесси своими пальцами и усмехался:

– Что, Марго, до сих пор в игрушки играешь?

– Живо отдай! – разозлилась Марго, забирая у него испуганного спаниеля.

С тех пор она перестала сажать собак в пенал – держала их в кармане.

С Сэмом однажды произошла целая история. Придя зимой со школы и засунув руку в карман курточных штанов, Марго с ужасом обнаружила, что там – пусто. Но как это может быть? Ведь в кармане сидел Сэм!

Минуту спустя она уже бегала по всей квартире, ища, куда мог подеваться щенок. Может, он выпал ещё дома? Но этого тоже не может быть! Сэм ведь точно был с ней в школе!

Чуть не плача, шестиклассница села на кровать поверх покрывала рядом с уже снятыми брюками комбинезона. И тут услышала: кто-то лает и копошится в них…

Оказалось, в кармане – дырка, и Сэм провалился туда! Прямо внутрь штанины!

– Эй, Марго! Мар-го! Здесь темно! – кричал он растерянно и возмущённо.

– Сэм, так ты здесь?!

Виновато смеясь, Марго наконец вытащила далматина – и осторожно прижала его к щеке. Рядом носились по кровати развеселившиеся Вита, Лесси и Охотник…  

А потом стая пополнилась ещё на четырёх щенков. Точнее, на двух – и почти сразу ещё на двух. Сначала появились гордый Райф и его верный почитатель Юкки. Немногим позже Марго принесла в дом Сэнди и Маттару.   

Глава 2. Истинный хозяин

 

Юкки полюбил Райфа с самого своего появления на свет. Всей душой. Так бывает. Привязываешься к кому-то с первого взгляда – и всё, никто тебя от него клещами не оттащит.

Райф быстро вошёл в роль наставника. Юкки был младше него – потому что мастер создал этого кудрявого пёсика совсем маленьким щенком, а Райф был уже подростком.

Тогда их вовсе не звали Райфом и Юкки. Мастер никогда не давал своим творениям имён. Он заявлял, что имена им дадут истинные хозяева.

– А если мы их не найдём… истинных хозяев? – прищурился однажды будущий Райф.

Мастер лишь грустно пожал плечами.

– Тут уж какая у кого судьба.

Эти рассуждения про судьбу Райфу не нравились. Получается, собака не может выбрать, к какому хозяину попасть?

А зачем вообще этот хозяин? Что, без него Райф не проживёт? Обыкновенным собакам хозяева нужны, потому что люди их кормят… А Райфа-то кормить не нужно! Впрочем, как и остальных его собратьев…

Но вот, что странно: остальные о хозяине мечтали. О нём чаще всего и вели разговоры. В том числе, Юкки.

– Вот будет здорово, если нас кто-нибудь возьмёт! – говорил он по ночам, когда щенки лежали на своих подстилках в деревянных шкатулках. И вздыхал с надеждой, боком прижимаясь к Райфу. – А ты мечтаешь о хозяине?

– Я лично мечтаю отсюда выбраться и мир повидать… – не сердито ворчал в ответ метис далматина.

– Я хочу только с тобой попасть к хозяину! – серьёзно продолжал кудрявый малыш. – Без тебя я не хочу…

– Это уж как судьба повернётся, – не без ехидства отзывался Райф, вспоминая слова мастера.

– Правильно она повернётся! – заявил будущий Юкки. – И мы будем вместе!

Райфа иногда поражал его оптимизм.

Но вот, что интересно – Юкки оказался прав. Сначала они попали на один прилавок, а потом их обоих, сидящих рядом, забрала двенадцатилетняя девочка со светло-канареечными волосами. В тот же день щенки получили свои имена – Юкки и Райф. И попали в стаю к Лесси, Вите, Охотнику и Сэму.

Сэм оробел, увидев щенка, старше – да ещё и крупнее его. Стало ясно, что лидер в стае скоро будет другой… Ну, что поделаешь. Неважно, кто лидер – важно, чтобы всегда была возможность повеселиться с друзьями и устроить Большой Погром…

Вожака стая не выбирает мгновенно. Щенки сначала приглядываются друг к другу. К Райфу тоже пригляделись – и вскоре стало ясно, что характер у него, прямо скажем, не сахар. Пятнистый щенок-подросток зазнавался перед другими. Заявлял, что он – самый старший, а потому лучше всех знает, как и что в этом мире. Не всегда слушался Марго, когда та велела вылезать из воды или вести себя тихо, потому что скоро придёт с работы её мама. А один раз даже подрался с Сэмом, потому что его кровать понравилась Райфу больше, чем своя. Не до крови подрался, но всё же… За это Райф был наказан и на час отсажен в отдельную коробку.

С Сэмом они потом помирились. Райф даже сказал:

– Извини, Сэм. Я был не прав.

Далматин простил своего нового товарища.

У Райфа был ещё шанс стать вожаком! Всё, по большому счёту, к тому и шло! Несмотря на непростой характер, его уважали. Не только за возраст, но и за уверенность в себе, за решительность, за то, что учит Юкки бороться и быстро бегать… Да, Райф стал бы вожаком!

Если бы через две недели после его прибытия в стаю не появился Маттара.

Мастер и ему говорил про судьбу. Говорил, что это от неё зависит – будут щенки вместе или нет, достанется ли им хозяин, которому можно доверить самую главную тайну… Да, ту самую тайну. Мастер говорил, что всё держится на случайностях и событиях, которые поначалу кажутся мелочами. А знать заранее ничего нельзя. По крайней мере он, мастер, не знает, куда попадёт каждый из его щенков.

– Я отдаю вас на прилавки, чтобы в мире появилось больше людей, которые верят в чудо.

– Но ведь не все поверят!

– Я знаю, малыш… Если поверят некоторые – это уже победа.

На прилавке палевый щенок с полу-висячими ушами и длинным хвостом сидел рядом с самочкой-золотистым ретривером. И в глубине души мечтал, чтобы они с ней попали в одно место. Неважно даже, куда. Если он будет не один – значит, не всё потеряно.

Маттара был, судя по всему, помесью лабрадора и веймаранера. Кто такой лабрадор – вы наверняка слышали: это довольно крупная сильная собака с короткой шерстью и висячими ушами. Лабрадоры бывают чёрные, бурые и палевые. А вот с веймаранерами, держу пари, встречались не все. Шерсть у них – не просто серая, а буквально серебристая. Недаром некоторые люди называют веймаранера «серебряный призрак». Собаки этой породы – поджарые, с ушами и лапами длиннее, чем у лабрадоров.

У Маттары (которого ещё пока что никак не звали) уши были, как у лабрадора, окрас, как вы уже знаете, – палевый. А вот фигура была совершенно, как у веймаранера.

Народу на смотровой площадке Воробьёвых гор было много – но почти никто не обращал внимания на каменных собак. Пока наконец рядом не возникла светловолосая девочка с голубыми глазами. Она пробежалась взглядом по щенкам – и почти сразу взяла их обоих! Его – и золотистого ретривера. Расплатилась с продавцом – и зашагала дальше, положив щенков в карман.

«Вот и всё», – думал палевый, покачиваясь в этом кармане и пока не превращаясь в настоящего пса. – «Вот у нас и появился человек… На имя лучше не надеяться. Скорее всего, она поставит нас на полку  в какой-нибудь шкаф со стеклянными дверцами. И будет любоваться… А когда мы будем оставаться одни – сможем ходить по этой полке. Может, даже в догонялки играть… Но что же такое истинный хозяин, о котором так часто говорил мастер? Он говорил, что истинный хозяин способен сразу разглядеть в нас необычное… Сразу понять, что мы – живые. А эта девочка – поняла или нет?»

И в этот миг её рука очутилась в кармане.

Девочка взяла палевого в ладонь. Скрывая от глаз прохожих, поднесла руку к губам. Спокойно и очень тихо – при этом тёплое дыхание опалило каменную фигурку – произнесла:

– Я тебя сразу заметила. Давно ждала… Маттара. И больше никто.

Дрожь пробежала по телу палевого щенка. Он никогда бы в жизни не подумал, что можно превратиться вот так, почти неосознанно! Да, он превратился. И тут же обмяк в её ладони, потому что неожиданно испугался. А что, если всё же не стоило?..

Но хозяйка понимающе улыбнулась: 

– Я всё про вас знаю.

И положила его обратно в карман.

Самочка ретривера, увидев товарища, тоже превратилась.

– Ты чего? Нельзя так сразу себя выдавать!

– Она знает, – слабо выдохнул он. – Она… дала мне имя.

– Правда? Какое?

– Маттара…

– Ух-ты… Интересно, а меня назовёт как-нибудь?

Ретривера назвали Сэнди. Оказалось, эта хозяйка умеет подбирать оригинальные имена. Среди её собак, с которыми вскоре встретились Сэнди и Маттара, не было ни одного Бобика, Тузика или Дружка. А были Вита, Лесси, Охотник, Сэм, Райф и Юкки. Они жили в уютной коробке – и у каждого была своя лежанка, сделанная из коробка́ для спичек.

– Истинная хозяйка. Мы к ней попали… – шепнула Сэнди на ухо Маттаре – ослабевшая от счастья, что у них появился такой дом.    

Маттара только кивнул. Он боялся, что всё окажется сном, и, моргая, старался не закрывать глаза слишком надолго.

И тут он услышал:

– Добро пожаловать в мою стаю.

Маттара обернулся. Рядом стоял невозмутимый Райф.

– Здравствуй. Ты здесь вожак?

– Ничего он не вожак! – вмешалась справедливая Лесси. – Хватит задаваться, Райф. Тебя ещё никто не выбирал.

Райф покосился на неё и сказал:

– Такое ведь правило. Самый старший – лидер.  

– Маттара – как раз твой сверстник. Может быть, он станет вожаком!

– Ребята, только не начинайте ссориться, – примирительно сказал Охотник, подходя.

– Что ты, мы вовсе не ссоримся… – спокойно заверил Райф. Потянувшись, он поиграл мышцами, зевнул и подошёл к картонной стенке. Подобравшись для прыжка, перемахнул её.

Маттара проводил его глазами. Охотник перехватил взгляд новичка. Негромко и понимающе оборонил:

– Райф у нас… такой. Непростой.

– Райф хороший! – вмешался малыш Юкки.

– Конечно, хороший, – кивнул Охотник. – Только непростой…   

Глава 3. Жизнь Марго

Марго сидела на кухне и пила чай. Благо мама собиралась вернуться с работы лишь вечером, все щенки девочки сидели сейчас на кухонном столе. Они весело болтали между собой – только Райф был молчалив. Он ходил вокруг магнитофона, стоящего в одном из углов стола, и рассматривал его с хмурым интересом.

И тут раздался возглас Марго:

– Пруссия наступает! Караул! Пруссия наступает!..

От удивления Райф даже выглянул из-за магнитофона.

По столу, шевеля усами, неспешно полз рыжий таракан.

Здесь надо рассказать о слабости Маттары. Дело в том, что он очень боялся насекомых. Необъяснимый ужас охватывал его всякий раз, как он видел муху, таракана или даже кузнечика. А может, вполне объяснимый? Ведь сам-то он, Маттара, по размеру не очень большой. А насекомых боятся даже огромные люди… 

И всё равно Маттаре было стыдно за свой страх. Особенно не хотелось показывать его Райфу… Поэтому палевый метис, подзадорив себя коротким лаем, бросился на прусака. Таракан, ошеломлённый таким поворотом событий, развернулся и побежал прочь. Неуклюже сорвался с края стола, шлёпнулся на пол. Тут-то его и настигла мухобойка, которую Марго успела схватить с подоконника. Девочка могла бы прихлопнуть таракана и тапком, но тапок у неё сейчас как раз не было: она любила ходить по дому босиком.

– Всё, – перевела дух Марго. – Пруссия сдалась…

Маттара не стал смотреть на «сдавшуюся Пруссию» и поспешно отошёл от края стола.

– Откуда этот тараканище?  – Марго встала и обошла кухню. Задумчиво склонив голову, посмотрела на чёрный пластмассовый кругляшок рядом с раковиной. – Ловушки, что ли, перестали действовать.

– Надо оставить Маттару дежурить на кухне вместо ловушек, – сказала Сэнди.

– Да, точно! – засмеялся Юкки. – Он прогонит всех тараканов!

Маттара ясно представил, как полчища тараканов с шелестящими крыльями окружают его. Нет уж… От такой мысли стало не по себе.

– Я один не справлюсь, мне нужна армия, – поспешно сказал он – и щенки опять засмеялись. Кроме Райфа: он опять был занят разглядыванием магнитофона.

– Да ладно, ребята, – махнула рукой улыбающаяся Марго. – Кого из вас я оставлю ночью на кухне? Это опасно, вы можете себя рассекретить.

Марго жила вместе с мамой – которая о щенках почти ничего не знала. Разве что, об их существовании. Пару раз она видела их в каменном обличии – и Марго, естественно, беспечно говорила ей, что это просто статуэтки, её коллекция.

Марго, как и все дети её возраста, каждый будний день ходила в школу. Она училась в шестом классе. И в этом классе все тоже называли Маргариту Вербицкую «Марго». Сокращение «Рита» ей категорически не нравилось. Мама девочки только пожимала плечами.

– По-моему, «Рита» – красивое имя, даже иностранцев так называют, – говорила она, зная страсть дочери к иностранным именам.

– Всё равно. Не нравится мне это имя, просто по звучанию не нравится.

Самым жутким обращением для Марго было «Риточка». Да и «Маргоша» – тоже дурацкое: похоже на имя «Гоша». Словом, хозяйка щенков была Марго – и только Марго.

Устав от того, что её принимают за мальчика, она за два года отрастила себе к шестому классу волосы до плеч и стала вставлять в них заколки. Но юбок и платьев по-прежнему не любила. Большинству её одноклассниц не нравилась строгая школьная форма потому, что нельзя было похвастаться новыми нарядами. А Марго – из-за того, что этой формой запрещались джинсы. Зачем выпрашивать у мамы модную одежду, украшения и всякие навороченные телефоны, когда деньги можно тратить на гораздо более ценное – например, на путешествия? На некоторые из каникул Марго и её мама отправлялись за границу. Они уже успели побывать в Германии, в Нидерландах, во Франции. Но лето они неизменно проводили в Болгарии. Эту страну они любили всем сердцем. Она стала для девочки и её мамы второй родиной. Не только из-за каникул, но и из-за встречи с городком Созополем Марго каждый год с нетерпением ждала лета.

Глава 4. Соперники

 

В раковину была налита тёплая, но совсем не кажущаяся горячей вода. Такая температура нравилась щенкам. Как только Марго принесла их в ванную и поставила на раковину, Сэм, Лесси и Охотник прыгнули в воду. За ними – и скромная Вита.  

– Сегодня буду учить тебя плавать, – заявил Райф Юкки. – А то куда это годится?

– Ага, – согласился он – и весело поёжился.

Марго стояла в ванной и, спиной прислонившись к стиральной машинке, читала книгу, то и дело поглядывая на щенков.

Юкки замер, подобрался – и, качнувшись, смело распрямил в прыжке согнутые лапы. Ухнул в воду. На миг погрузился с головой – но тут же вскинул морду над водой. Неумело, но сильно загрёб лапами.

– Смотри, Райф! Я плыву! – радостно крикнул он – и тут же хлебнул воды, закашлялся.

– Выше голову! – рявкнул пятнистый наставник.

Марго оставила книгу и подошла ближе, глядя на Юкки, пересекающего раковину по неровной дуге. Райф сам соскользнул в воду, быстро догнал Юкки и поплыл рядом с учеником.

– Всё под контролем, – заявил Райф, кинув беглый взгляд на Марго.

– Ага, – опять согласился Юкки, задирая голову и пыхтя.

– Не разговаривай! – оборвал его старший друг.

Маттара наблюдал за Юкки с «берега». Да, старательный малыш… И смелый. Такой не пропадёт. А что в первый день не решился зайти в воду – так ведь даже сам Маттара в самый первый раз чувствовал себя неуютно. Тут, главное, побороть страх, – а держаться на воде научишься быстро. Юкки свой страх только что  преодолел. 

Доплыв почти до конца раковины, самый младший член стаи выдохнул:

– Я устал…

Тогда Райф вылез на «берег» – и за холку втащил Юкки следом. Снисходительно похвалил:

– Молодец.

Юкки, облепленный мокрой шерстью, сиял.

Маттара тоже прыгнул в воду, вплавь пересёк раковину и выбрался на кафель рядом с Юкки и Райфом. 

Райф вдруг как-то оценивающе взглянул на Маттару и предложил:

– А давай сплаваем наперегонки? Туда и обратно. Кто быстрее. Ну?

– Давай, – сразу кивнул Маттара. Что ни говори, а он – всё же не Юкки. Держится на воде уверенно, и такое расстояние ему по зубам.

Райф повернулся к Юкки:

– Ты будешь командовать, когда прыгать, чтобы мы одновременно в воде оказались. Гавкнешь, понял?

Кудрявый щенок беззаботно кивнул.

Пятнистый и палевый метисы-подростки замерли на старте – и, когда Юкки весело тявкнул, бросились в воду.

Юкки хотелось подбодрить Райфа криком «Давай!» – но он стеснялся Маттары. Думал: вдруг тот обидится? И, кстати, правильно думал. Не то, чтобы Маттара кого-нибудь из стаи ревновал, а искренне не понимал, что Юкки нашёл в этом заносчивом Райфе. Чуть скажешь про него не то – сразу его выгораживает: «Райф – хороший». А что в нём хорошего? Нет, Райф, конечно, не злодей. Но он же эгоист! А если станет вожаком – зазнается ещё больше. Думаете, Маттара не понял, зачем Райф устроил сейчас это состязание? Ха! Естественно, чтобы обогнать соперника – и доказать, что он, Райф, сильнее, быстрее, выносливее него. Словом – лучше. А значит, больше подходит на пост лидера… Нет, само собой, эта гонка ничего не решает. Но сама причина предложения Райфа сплавать наперегонки была ясна каждому. Райф же у нас самый замечательный, всегда первее всех… И Маттара не собирался ему уступать.

Два щенка плыли вровень. Без шума, без лишнего бултыхания сильно гребли в воде лапами, тянули носы вперёд и немного вверх. Маттара знал: Марго следит за ними с Райфом. Интересно, за кого болеет она?

Достигнув другого края раковины, щенки оттолкнулись лапами от скользкого фаянса, развернулись и поплыли обратно. Двигались они по-прежнему вровень. И к старту, который был и финишем, пришли тоже одновременно. Выбросили из воды передние лапы, подтянулись, втащили себя на бортик. Райф и Маттара сдерживали тяжёлое дыхание: обоим не хотелось выдавать перед соперником свою усталость.

– Ух! Я бы столько не проплыл, – бесхитростно восхитился Юкки.

– Ничего, ещё не вечер, – сказала Маттара.

– Но я ведь не стану таким взрослым, как ты, – вздохнул кудрявый щенок.

– Зато можешь развить выносливость. И научиться лучше держаться на воде.

– Правда? Райф, я правда смогу когда-нибудь вот так? Как вы с Маттарой? – Юкки запрыгал вокруг своего учителя.

– Сможешь, сможешь… Я тебя научу, – пообещал Райф – и бросил на Маттару многозначительный взгляд. Палевый метис сделал вид, что этого взгляда не заметил. Дался ему этот Райф…

Но за Юкки всё равно было обидно. Обидно, что он сам не понимает: Райф его восхищения не достоин. Маттара в глубине души мечтал хоть несколько дней пожить без Райфа – но обязательно вместе с Юкки, чтобы пообщаться и подурачиться с ним без посторонних ревнивых глаз.

Марго словно услышала мысли своего питомца. В тот же день она обратилась ко всей стае:

– У меня скоро весенние каникулы. Поеду в лагерь. Думаю, взять Маттару и Юкки… Никто не против?

Юкки и Маттара переглянулись. Палевого метиса захлестнуло ликование, но он даже не подал виду.

– Поедешь со мной? – мягко, без намёка на просьбу, но всё же с затаённой в голосе надеждой спросил он младшего друга.

Юкки обернулся на Райфа:

– Ты не будешь скучать без меня?

Тот снисходительно улыбнулся:

– Ничего, нам полезно привыкать к расставаниям. Это же только на время.

– Я поеду. – сказал Юкки. И посмотрел на Маттару смущённо, но весело. У того отлегло от сердца.

 

Глава 5. Лагерь и Большой Погром

 

Автобус ехал по асфальтовому полотну, притормаживая у лежачих полицейских. Когда он деловито переваливался через них сначала передними, потом – средними, и наконец – задними колёсами, его потряхивало, и Юкки тихо, весело ойкал. Они с Маттарой сидели в кармане хозяйкиной ветровки.

Марго взяла их с собой в лагерь с самым главным условием: вести себя там как можно тише. И днём, и ночью – все десять суток. Точнее, не полных десять. Это не означает, что щенки всё время должны сидеть каменными истуканами и молчать, но ни о каких «Больших Погромах» и тому подобном не может быть и речи. Маттара и Юкки заверяли хозяйку, что «на них можно положиться».

Но, что ни говори, Большой Погром – это, конечно, вещь… Маттара до сих пор иногда вспоминал, как поучаствовал в нём в самый первый раз.

Всё началось, конечно же, с Сэма. Щенки лежали на своих подстилках и болтали друг с другом обо всяких пустяках. И вот, когда в разговоре наступила пауза, далматин задумчиво изрёк:

– А не устроить ли нам… Большой Погром?

– А что это? – недоумённо спросила Сэнди, опередив Маттару.

Сэм загадочно прищурился.

– Узнаешь, когда поучаствуешь! Большой Погро-ом!..

И Сэм, выпрыгнув со своей подстилки, перевернул покрашенный в зелёный цвет коробок с собственным именем вверх дном. Коробки́ Марго подписала уже давно, и все – латинскими буквами. Даже Охотника написала по-английски – «Hunter». На то она была и ученица английской школы.

Уже через полминуты Маттара понял, что Большой Погром – очень даже неплохая идея. Он подскочил к Сэму и шутливо повалил его на землю.

– Ах, так?! – возликовал Сэм – и они покатились по своему жилищу, врезаясь в коробки́ и в других собак.

Когда явилась Марго, она обнаружила, что её питомцы превзошли самих себя. Это был уже не Большой Погром, а Великий Погром.

– Вижу, Сэнди и Маттара уже втянулись…

– А? – Маттара высунул голову из-под свалившейся на него подстилки.

Вспомнив это сейчас, он заулыбался.

– Чего ты улыбаешься? – с любопытством спросил Юкки.

– Да так… Вспоминаю, как мы веселились. И вообще. Здорово, что мы вместе едем.

– Ага, – легко согласился Юкки. Потом заметил задумчиво: – Мы так долго едем… Как будто в другую страну.

– Да не-ет.

– Я знаю, что нет. И всё равно… кажется иногда. И ещё кажется… Ты только не смейся, Маттара, ладно?

– Когда я над тобой смеялся?

– В общем, я иногда думаю… вдруг мы сейчас не едем, а летим? Мы же не видим, что сейчас с нами происходит…

– А ты боишься летать? – внимательно спросил Маттара.

– Наверно, нет… Ну, может, чуть-чуть. Это ведь здорово – летать. Бывает так, чтобы сразу и здорово, и страшно?

– Конечно… Помнишь, Марго рассказывала, как на американских горках каталась?

– А, точно! – вспомнил Юкки. – Жаль, нас тогда с ней не было…

– Может, ещё возьмёт…

И щенки притихли, как обычно бывает в дороге. Ровно шумел мотор, дети разных возрастов – от семи до пятнадцати лет – переговаривались, спорили, смеялись, негромко включали иногда музыку на мобильных телефонах. Марго обменивалась школьными историями со своей соседкой по автобусным сиденьям – Леной. Какие-то из этих историй помнил сам Маттара. Точнее, помнил их отголоски. Марго ведь не каждый день брала его в школу – и не всегда таскала с собой.

– …И пенал вылетел в окно! А Вовка знаешь, что сделал? Полез за ним по пожарной лестнице! Ну, мы на втором этаже были… А там дождь! И он пытается нам в окно забросить этот пенал, и всё промахивается! В конце концов, пришла информатичка: «Дети, надо окно закрыть, ливень…» А Вован в это время с пеналом лезет обратно по лестнице! Ты бы видела её лицо! – Марго и Лена засмеялись. – В общем, всё нормально закончилось… Его потом ещё Человеком-Пауком называли.

– Круто! А у нас на биологии…

«Интересно, сколько школьных историй вместится в нашу дорогу?» – подумал Юкки. – «Если измерять дорогу именно в школьных историях… И за сколько бы мы долетели до лагеря, если бы в самом деле неслись не по дороге, а по воздуху?»

О полётах Юкки слышал от Лесси, Виты и Охотника. Марго брала их с собой в далёкую страну Болгарию. Точнее, хозяйка заявляла, что страна эта, наоборот, – не далёкая, а близкая. Но если лететь до неё два с половиной часа – разве это близко?

Марго жила почти совсем рядом с аэропортом. Его было видно из окна её квартиры. И самолёты… Юкки иногда по целому часу мог сидеть у окна и смотреть, как они набирают высоту. Самолёты и пугали – и манили его. Значит, и правда так бывает…

Сейчас была только весна, но Юкки точно знал: за ней наступит лето. И он уже мечтал, что Марго не через месяц, так через полтора скажет, что берёт в полёт его, Райфа, и, может быть, даже ещё кого-нибудь. Можно было самому попросить хозяйку взять его в путешествие, но Юкки почему-то стеснялся.

***

Чемодан у Марго был не очень большой, но не так-то просто было втащить его на третий этаж по крутой и довольно узкой лестнице. Да и вообще, всем без исключения пришлось попотеть, неся свои вещи наверх. Дети и подростки шумно переводили дух, на время останавливаясь на ступеньках, подбадривали друг друга и вслух жалели, что в здании нет лифта.

Наконец путь был преодолён. Марго ступила на бежевый ковёр, как на вершину Эвереста, и взглядом первопроходца окинула третий этаж. За двойными дверями с матовым стеклом угадывался коридор. За прозрачной же стеклянной загородкой была игровая комната. У одной из стен стоял кулер с водой. На другой висели всякие планы зданий, объявления, инструкции по безопасности. На одной из табличек была надпись с опечаткой: «ПОЖАНАЯ ТРЕВОГА». Кто-то красным маркером заботливо вставил букву «Р» – получилось «ПОЖРАНАЯ ТРЕВОГА».

– Внимание, сейчас будем вас расселять!  

– Хорошо, что нас с тобой не будут расселять… – шепнул Юкки Маттаре, и тот кивнул.

Номера были рассчитаны на двоих. Марго и Лена хотели жить вместе, и на это, к их общей радости, дали добро. Щенки, естественно, предпочли бы, чтобы Марго в номере вообще жила одна, чтобы не надо было совсем уж скрываться, но что поделаешь. Главное, Юкки и Маттара – и правда вместе. И что ещё хорошо – рядом нет Райфа. Целых десять дней Маттара сможет общаться с Юкки без оглядки!

В лагере оказалось здорово. Несмотря на то, что Юкки и Маттаре ни в коем случае нельзя было себя выдавать, скучно им не было. Они жили в просторной тумбочке, но время от времени Марго брала щенков с собой – в игровую, в столовую или, что было лучше всего, на улицу. Но оставаться одним тоже было здорово. Когда одиннадцатый отряд уходил на прогулку, номера пустели и здание корпуса само становилось, как улица. Пустое, просторное, наполненное доносящимся через открытые форточки пением птиц. Марго, уходя гулять с остальными, оставляла щенков не в тумбочке, а под подушкой, чтобы те могли выбираться. «Только осторожно!» И Юкки с Маттарой выбирались. Даже устраивали тихонько возню: дурашливо сцеплялись и без лая пытались положить друг друга на лопатки на мягкой кровати. Маттара иногда поддавался Юкки – просто так, чтобы друг почувствовал себя сильным псом-победителем. Юкки прекрасно понимал, что Маттара сильнее, по крайней мере, вдвое, но принимал условия игры и с гордостью ставил обе передние лапы на грудь «поверженного противника».

И всё же иногда они скучали по Марго. У неё была своя жизнь, друзья – старшие в отряде мальчишки и девчонки. А щенки были частью другой жизни. Ну, что ж… Это было естественно. И Маттара вовсе не жаловался – даже мысленно. Наоборот – Марго была для него самой лучшей хозяйкой на свете. Она знала и хранила тайну волшебных собак, тогда как многие, очень многие люди могли этой тайной воспользоваться.

Люди в одиннадцатом отряде состояли самые разные. Как поняли Юкки и Маттара, спокойных среди них было очень мало – если они вообще были. Однажды семилетние тёзки – два Максима, худой и толстый, – прибежали в номер Марго, когда Лена была в гостях у других подружек, и несмотря на грозные протесты и попытки вытащить обоих за дверь, стали прыгать на кровати и горланить иностранные песни.

– Ай лайк ту мув ит, мув ит!..

– Слезай с кровати, паразит! И ты – тоже!

– Это же Большой Погром! – благоговейно прошептал Юкки: оба щенка сидели сейчас в тумбочке. 

– Точно. Он, – кивнул Маттара.

Одним из ярких воспоминаний о лагере было у Маттары воспоминание о песне. Марго сказала бы «о треке». Этот трек однажды утром донёсся из коридора. Марго и Лена уже собирались на завтрак, а в одном из номеров кто-то смотрел телевизор. Маттара не видел, кто, и не знал, что это были вожатые. Он просто сидел в тёмной тумбочке и, прислонившись ухом к её деревянной стенке, слушал, пытаясь услышать как можно больше. Конечно, понятно ничего не было, пели, судя по всему, аж на двух иностранных языках, но если бы песни слушали исключительно из-за слов, это было бы просто нелепо. 

Когда трек закончился, Маттара даже огорчился. Не попросишь же: «Включите ещё…» Да и вообще – не факт, что смогли бы включить. Ну, что ж, он был рад, что вообще смог услышать из коридора что-то интересное.

Девять дней пролетели быстро. А на десятый отряд уже разъезжался. Ночью была дискотека, и сонные дети и подростки, зевая, укладывали в чемоданы последние вещи.

Маттара сам не мог понять, что чувствует. С одной стороны – он был рад возвращению. Хотелось обратно в уютную коробку, где живут Лесси, Охотник, Вита, Сэм…

И Райф. Именно Райф портил всю радость возвращения. Маттара представил, как Юкки будет радостно прыгать вокруг своего пятнистого наставника, и тяжело вздохнул. Как бы ни боролся Маттара с ревностью и досадой – а они жили в нём. Они переворачивали всё у него в душе, как два неугомонных Максима в номере у Марго, только выгнать чувства гораздо сложнее, чем мальчишек-сорванцов… Если вообще возможно.  

Глава 6. Вожак

 

– Вот это да! Ну, дают! – выглянув из пенала, воскликнул Сэм.

Далматин не боялся, что его услышат.

Не только в лагере люди любили устраивать Большие Погромы. В школе тоже без них не обходилось.

Галдёж в классе царил неописуемый. Учительница математики опаздывала на урок, а шестой «а» не терял времени даром. Дело было в том, что в 15-ом кабинете, в котором и была сейчас математика, имелась подсобка – такая маленькая комната за отдельной дверью. Называлась подсобка «15-а», и обычно там проходили уроки труда. Так вот, шестой «а» нашёл там целое полотно из прочной желтоватой ткани. Не то одеяло, не то занавеску. И начал его перетягивать… Полотно было довольно длинное, так что девчонки и мальчишки растянулись на полкабинета. Те, кто в «перетягивании каната» не участвовал, включая Марго, сидели за партами и снимали происходящее на камеры мобильных телефонов. А те, кому было лень снимать и перетягивать, просто болтали друг с другом.  

– Очень познавательный урок. Ты не находишь? – обратился Сэм к Маттаре.

– Да, не то слово. – только и мог ответить он, не отрывая взгляда от вдохновенно вопивших шестиклассников. – Мне кажется, или эта штука сейчас порвётся?

– Не-е, она прочная! – обнадёживающе заверил Сэм, словно самолично проверял материю.

Неизвестно, сколько ещё продолжалось бы перетягивание полотна (или одеяла, или шторы, или что там это всё-таки было), если бы учительница математики не переступила наконец порог 15-го кабинета. Это произошло как раз в тот момент, когда прочная ткань издала предупреждающий треск, а Настя, одна из «репортёров», провозгласила:

– Наши одноклассники сошли с ума! Они разрывают на части одеяло и хотят…

– Что это такое?! – разбил общий гомон поражённый крик учительницы.

– Штора! – донёсся откуда-то из угла кабинета голос Толика.

– Нет, что здесь происходит?! У нас же математика! На математике должна царить полная тишина!

Ещё пять минут ушло на то, чтобы вернуть ткань обратно в 15-а и аккуратно сложить её там – изрядно помятую, но державшуюся до конца и поэтому почти не повреждённую.

– Всё. Веселье закончилось, – вздохнул Сэм, положив голову на одну из шариковых ручек. – Вот бы так каждый урок…

Шестой «а» возвращался на свои места. В кабинете постепенно восстанавливалась тишина. Но, конечно, не такая, которая всегда должна царить на математике… Кто-то продолжал шептаться, кто-то хихикал, оглядываясь на дверь подсобки.

…– В общем, вы пропустили самое интересное, – завершил Сэм рассказ о сегодняшнем школьном дне.

Райф поднялся с подстилки и, выбравшись из своего покрашенного в синий спичечного коробка, пренебрежительно фыркнул.

– «Интересное…» Вы не замечали, какие у вас глупые интересы? Даже смешно…

– В смысле? – Сэм глянул на Райфа с явной обидой.

– Для вас самое увлекательное – ваши Большие Погромы! Вы только этим и рады. Не видите дальше собственного носа.

Мы не видим? – сощурился Маттара. Он старался сдерживаться, но шерсть на его загривке поднялась дыбом. – Что ещё скажешь?

Взволнованный Юкки подбежал и встал между ним и Райфом.

– Не ссорьтесь!

– Мы не ссоримся, – невозмутимо заверил Райф. – Я просто объясняю… Вы все тут не понимаете, что такое «настоящая свобода». Настоящая свобода – быть хозяином самому себе. Самому принимать решения! Путешествовать по миру и видеть разные необычные места! 

Тут вмешался Охотник:

– Марго брала нас с собой за границу, в Болгарию.

Райф только усмехнулся:

– Да знаю я! И вы видели море из кармана… Что за удовольствие – быть под постоянным надзором? То не делай, этого не делай, здесь не выглядывай, тут молчи…

– Ты же знаешь закон: мы не должны себя выдавать! – отчеканил Маттара.

– Наоборот, нам очень повезло, – добавила бежевый шарпей Вита. – Не каждая собака находит своего истинного хозяина… А мы – нашли.

– Вы просто помешаны на этих хозяевах! Ваш мир ограничен этими карманами, пеналами, коробками… Вы же на всё смотрите через рамки!

– У тебя всё? – холодно спросил Маттара. – А теперь послушай меня. Ты и трёх дней не прожил бы в большом мире! Без этих «рамок»! Марго нас оберегает – потому что любит!

– Ну да, ну да, – со скукой вздохнул Райф. – «Хозяин – величайшее счастье». Это тебе мастер мозги запудрил. Мастер и Маргарита! Она сама живёт так, как мы и не мечтали!

– Мы ведь должны скрываться от людей. А Марго – не должна, – терпеливо пояснил Охотник.  

– Да мы же совсем маленькие! Как будто нам так уж сложно скрываться от людей! Ладно… Надоело, – проворчал Райф. – Пустой разговор. Всё равно мы ничего не изменим.

Райф выпрыгнул из коробки и по деревянному столу зашагал прочь. Юкки с грустью вздохнул и понурил голову.

И тут подскочила Лесси.

– Ребята! Мы ведь давно уже всё поняли! Правда? Зачем тянуть!

– О чём ты? – удивился Охотник.

– О Маттаре! Вот кто наш лидер! Или кто-то хочет, чтобы им стал Райф?

Юкки вскинул голову – но тут же опять понурил её. Он чувствовал: стая не видит Райфа в роли вожака. Они ценили его храбрость и заботу о Юкки, но… Впрочем, что «но», было понятно и так. Юкки хотел объяснить, что в Райфе немало плюсов и что он стал бы неплохим лидером. Но маленький щенок чувствовал и правоту остальных. У Маттары тоже было много качеств. Вот, например, одно из них: сейчас он не раздулся от гордости, а, наоборот, смотрит на друзей растерянно.

– Я бы тоже выбрал Маттару, – сказал Сэм. – Заявляю как прошлый вожак. Кто за Маттару – встаньте.

Вита и Охотник, до этого сидевшие, поднялись на лапы. Получилось, что стоят все. Кроме Юкки. Он замер в странной позе, будто разрывался между сидячим и стоячим положением.

– Я не знаю… – пробормотал он. – Я правда не знаю…

Маттаре стало его жаль. Не станешь же сейчас говорить: «Да ты слеп, какой Райф!».

– Всё равно «за» большинство, целых пятеро, – рассудил Сэм. – Один «против» – это Райф. И два воздержавшихся – Юкки и сам Маттара, потому что за себя не голосуют… Ну, что ж, надо сообщить Марго.

«Представляю, что будет с Райфом, когда он вернётся», – подумал Маттара.

А Марго как раз заходила в комнату. Пятеро проголосовавших «за» подскочили и залаяли, наперебой сообщая хозяйке о своём решении.

Марго понимающе кивнула. Из ящика стола она достала зелёную шерстяную нитку – и повязала её на шею Маттары, аккуратно, чтобы узел не давил и сама нитка висела свободно. Это был символ лидерства.

И в этот миг прибежал Райф. Перепрыгнул картонную стенку – и ворвался в коробку.

– Что здесь случилось? – Он уставился на зелёную нитку на шее Маттары – и хватанул ртом воздух. Судя по всему, Райф был в шоке. – Так… Всё понятно.

– «За» было большинство, – сказала Лесси. – В смысле, за Маттару.

– Всё понятно, – машинально повторил Райф. – Стая сделала свой выбор.

– Сам виноват, – заявила Сэнди. – Прекрасно знаешь, почему такой выбор.

Райф встретился с виноватым взглядом Юкки.

– Ты тоже был за Маттару?

– Я сказал, что не знаю. – пробормотал он.

– Ну… Спасибо хоть на этом.

Когда Марго повернулась, чтобы уйти, Райф окликнул её со стола:

– Подожди, Марго!

Она обернулась на возмущённого пятнистого щенка.

– Что, Райф?

– Ты тоже считаешь, что это справедливо?

– А почему нет?

– Они могли хотя бы при мне проголосовать! Почему они меня даже не позвали?!

– А вот это как раз должно тебя беспокоить, – заметила Марго.

– Беспокоить? Да я просто злюсь на всех них!

– Вот это и плохо, – вздохнула она.

– Почему сразу я виноват?! Среди них один Юкки только чего-то стоит! Они все просто не любят слушать правду!  

Марго взглянула на него с удивлением, пряча невольную насмешливую улыбку.

– А вот это как раз можно сказать про тебя.

Глава  7. Секретный план

Ночью Маттаре не спалось. Он, закрыв глаза и не шевелясь, терпеливо лежал на своей подстилке. А сон всё не приходил. Непонятно, почему: ночь была как ночь. В проветренной комнате приятно пахло дождём. Вита, Сэнди, Охотник, Сэм и Лесси давно уже сопели, вздымая бока. А Юкки и Райф… они, кажется, о чём-то шептались.

Маттара встревоженно навострил уши.

– Короче, пойдём… – разобрал он слова Райфа.

– Куда?

– Подальше от наших. Здесь опасно говорить.

Маттара услышал, как Юкки и Райф поднялись с подстилок.

– Прыгай первый, я тебя подсажу.

– Ага…

Палевый метис осторожно приоткрыл глаза. Юкки напружинил лапы – и отчаянно прыгнул вверх, уцепившись за картонную стенку. Райф подтолкнул его носом – и кудрявый щенок спрыгнул с другой стороны.

– Ну? Всё нормально? – шёпотом окликнул Райф.

– Да! – донеслось со стола.

Пятнистый подросток тоже перемахнул стенку коробки.

Маттара подождал. Наверняка Райф и Юкки решили отойти подальше не только от жилища стаи, но и вообще от стола.

Спуститься на пол было довольно непросто – но вполне возможно. Рядом, у стены, как раз был стул со стопкой книг. Прыгаешь на эту стопку – потом осторожно спускаешься по корешкам книг, как по неровной лесенке. А вот рядом с самим стулом – портфель Марго. На него уже можно прыгать смело, потому что он совсем мягкий. Этот портфель был знаком каждому щенку из стаи, потому что в нём Марго нередко скрывала тех, за кого была в ответе, от посторонних глаз. Неужели этот портфель – тоже «рамки»?

Тяжёлая злость на Райфа неожиданно поднялась в Маттаре. Что пятнистый «товарищ» задумал на этот раз? И мало того, что задумал, – так ещё и хочет подбить Юкки! Только вот на что именно? В этом весь вопрос…

Спустившись на пол, Маттара неслышно зашагал по паркету. Пройдя уже почти всю комнату, он наконец снова услышал Юкки и Райфа. У дивана стояла картонная коробка из-под какой-то электронной вещи. За этой коробкой и прятались два щенка. Маттара во второй раз навострил уши. Даже дыхание затаил.

–…Аэропорт же совсем рядом! Такой шанс нельзя упускать!

– Но как же мы попадём на самолёт?.. Нас разве пустят?

– Ты смеёшься? Мы размером с мышей! Кого мы будем спрашивать!.. Проскользнём мимо людей, они нас даже не заметят! Я давно этот план вынашиваю. Ты в лагере был, а я всё думал, тысячу раз побег в голове прокручивал! Пойдёшь со мной?

– Не знаю… – задумчиво, но без страха сказал Юкки. Или он просто скрыл от друга свой страх…

– Ты не пожалеешь. – серьёзно пообещал Райф. – Там – свобода. Понимаешь ли ты? Сво-бо-да! Никакого контроля и присмотра! И никакой стаи. Мы станем сами себе вожаки. Весь мир будет принадлежать нам – потому что мы сможем гулять, где захотим! Тебе самому не надоело вечно трястись в карманах?    

– А как мы поймём, какой самолёт летит до Болгарии? – замирая, спросил Юкки.

– Ты не помнишь, что Охотник говорил? На самолёте должен быть флаг! Белый-зелёный-красный!

Волшебные собаки, в отличие от обычных, прекрасно различали цвета. Совсем, как люди. Неудивительно, что Охотник легко запомнил болгарский флаг.

– Так ты идёшь со мной? Я не просто так тебя зову. Мне именно ты нужен. Ты же мой друг. А они все… так. – Маттара ясно представил, как Райф пренебрежительно повёл пятнистым плечом.

– Мы правда самые лучшие друзья? – просиял Юкки.

– Естественно! Ты ещё сомневаешься?

– А когда мы уйдём?..

Райф что-то очень тихо прошептал, склонившись к самому уху кудрявого малыша. Даже Маттара не расслышал.

Он вдруг понял, что Райф и Юкки могут совсем скоро вернуться обратно в коробку. Вернутся – и увидят, что Маттары нет. И Райф поймёт, догадается, что тот за ними следил… Внезапный страх очень сильно ожёг Маттаре сердце. Метис попятился. Рысью, постоянно оглядываясь, побежал к стулу. Забираться обратно было труднее, чем спускаться. Преодолев необъятный пахнущий городской пылью портфель, Маттара перебрался на стул, поднялся по «лестнице» из книг. На самой верхней сердито собрался с духом – и прыгнул. Почти бесшумно приземлился на стол. На всякий случай быстро оглядевшись, перемахнул стену коробки, улёгся на свою подстилку – и закрыл глаза.

Удивительно – но сон пришёл очень скоро. Маттара будто выключился. И не услышал, как Райф и Юкки вернулись.

***

 

Марго зашла к щенкам рано утром, в шесть часов. Она всегда пораньше собиралась в школу – не потому, что любила учиться, а просто боялась опоздать на первый урок. Марго нравились в школе лишь некоторые предметы – например, русский, английский, литература. Нуднее же математики и географии для этой шестиклассницы не было ничего. Но опаздывать-то нельзя на любой урок – и поэтому Марго приходилось ставить будильник. Вставая раньше десяти утра, она в любом случае была очень сонной и потому собиралась вяло и неохотно, даже если мама сердито её торопила.

Привычно заглянув в коробку, чтобы выбрать двух щенков и взять их с собой, Марго обнаружила… что Райф и Юкки исчезли. Она недоумённо оглядела стол. Не найдя двух щенков и «в окрестностях» их жилища, Марго наклонилась над коробкой и громким шёпотом сказала:

– Эй, просыпайтесь!

Сэнди, Маттара, Лесси, Охотник, Сэм и Вита, зевая, садились на своих подстилках.

– Что случилось? – осоловело моргая, спросила Вита.

– Юкки и Райф исчезли!

Маттара похолодел.

Вот так… Оказывается, бывает, что с самого утра на тебя обрушивается весть о беде. Не успел ты даже проснуться – как мир вокруг изменился. И сама жизнь.

С чего, ну с чего он взял, что они отправятся в путь не сегодня, а завтра, или вообще через много дней? Да и как они улизнули на улицу с третьего этажа?..

Эта мысль немного успокоила Маттару. Он подумал, что Юкки и Райф, возможно, просто уснули в комнате. Можно ведь и не возвращаться на подстилки, а подремать возле тумбочки или вскарабкаться на диван…

– А ты в комнате смотрела? – вслух спросил Маттара хозяйку.

– Сейчас…

Она торопливо обошла комнату, выровняла и осмотрела со всех сторон стопку книг, приподняла портфель, открыла шкаф…

– Может, они меня просто разыграть решили? – пробормотала Марго.

– Юкки! Райф! – позвал Охотник. – Выходи́те, мы сдаёмся!

Ответа не последовало.

В комнату заглянула мама девочки – и щенки поспешно превратились в камень. Но они, как всегда, продолжали всё видеть и слышать.

– Марго, что ты ищешь?

– Сейчас… Учебник.

– Учебники нужно собирать вечером, – отрезала мама. – Я же сто раз говорила. А ты за компьютером сидишь допоздна.

– Ну, щас, мам! – с отчаянием и досадой сказала Марго. – Я найду…

Мама вышла из комнаты, и опасность на время миновала. Щенки совершили обратное превращение.

– Они, кстати, могли сбежать через окно, – вдруг сказала Сэнди.

Сэм удивлённо посмотрел на зарытое окно над столом.

– Не через это, – объяснила ретривер. – В гостиной окно часто открыто. А у подоконника стоят коробки. Может, Юкки и Райф по ним забрались? И там ведь дерево у самого окна. На землю они могли как раз по нему спуститься.

– В самом деле… – тихо сказала Вита.

– Но куда же они могли сбежать? – потерянно воскликнула Марго. – И зачем?

Маттара понял, что пришло время всё рассказать. Он обречённо шагнул вперёд и, не глядя на Марго, сказал:

– Я слышал, как они обсуждали побег. Но не знал, когда они сбегут.

– А куда? – дёрнулась к нему Марго. – Ты слышал?

– Они хотят попасть на самолёт… В общем, в Болгарию.

Марго медленно распрямилась.

Маттара смотрел себе под лапы – но прямо-таки чувствовал, как вся остальная стая, поражённая, не сводит с него глаз.

– Это правда, Маттара? – спросила Марго.

– Да. – Он едва кивнул. – Они это обсуждали.

– Почему же ты не рассказал мне?..

– Когда? – вяло огрызнулся Маттара. – Это было ночью.

– Можно было их разоблачить! – удивлённо подскочила Лесси. – Сказал бы им, что всё слышал! И они бы не осмелились убежать!

– Ага, зато Райф был бы очень рад, – бросил Маттара. – И ненавидел бы меня до самой смерти. А заодно и Юкки.

– Юкки не стал бы никого ненавидеть, – сказал Охотник.

– За Райфа – стал бы. – отозвался Маттара. 

Все помолчали.

– Я бы упросила маму полететь в Болгарию, но сейчас же весна… Эта чёртова школа! Она всё портит! – Марго чуть не заплакала.

Ещё бы: если случилась беда, о которой нельзя рассказать другим, объяснить, в чём дело, – нужно продолжать выполнять свои обязанности. Ходить в школу, сидеть на математике, пока Юкки и Райф невесть где! 

И тут Марго услышала Маттару:

– Не бойся. Я отправлюсь за ними и их верну.

Хозяйка вытерла глаза и уставилась на него.

– Ты что, с ума сошёл? Мало того, что эти двое сбежали, так ещё и ты за ними отправишься? Откуда ты знаешь, где их искать, если они уже улетели?

– А может, не улетели! Ты же всё время в Болгарии отдыхаешь именно в Созополе, Юкки и Райф туда и отправятся, больше некуда!

– Больше некуда?.. – Марго даже осипла от удивления. – Да в Созополе нет аэропорта! Это маленький городок, его на карте не видно! Те, кто хочет попасть в Созополь, летят до Бургаса! А Юкки и Райф могут приземлиться вообще в любом городе, где есть аэропорт! Хватило мне уже путешественников! Даже не думай! – рявкнула она на Маттару – и вышла из комнаты.   

Сегодня Марго никого не взяла с собой в школу. Она была расстроена – и зла на свою беспомощность. А что она могла сделать? Пешком отправиться в аэропорт в надежде перехватить Юкки и Райфа, если они ещё на земле? Как это возможно – если Марго и её маме по пути в школу и на работу, и до самой школы они всегда ехали вместе? Да и, скорее всего, беглецы уже улетели… Что стоит таким маленьким щенкам забраться в багажное отделение? И если на них ещё никто случайно не наступил, если они не ударились ни обо что при взлёте или посадке, – Юкки и Райф уже в Бургасе, или в Варне, или ещё в каком-то болгарском городе. А в каком – неизвестно…

Марго терпеть не могла эту неизвестность. И терпеть не могла Райфа за его вероломное предательство. А как это ещё назвать? Сбежал – да ещё и Юкки, наивного дурачка, охмурил, потащил с собой! Юкки же мелкий, верит всему, не может понять, что такое путешествие – опасно, что из него можно не вернуться живым! А Райфу хоть кол на голове теши… Марго честно и терпеливо пыталась найти с ним общий язык – так нет же!  Ну, теперь всё понятно. Оказывается, у этого пятнистого нахала был план: как улететь в Болгарию. И теперь Марго Райфа больше не увидит. И Юкки – тоже…

Когда шестиклассница и её мама ушли, в доме стало тихо.

Сидевший посреди коробки Маттара решительно поднялся на лапы.

– Ладно. Скажите Марго, что я обещал вернуться.

Глава 8. В погоню!

– Маттара, стой!

Он прекрасно знал, что его попытаются остановить. И заранее готов был бороться за своё решение.

– Ребята, послушайте меня… – сказал Маттара сразу всем. – Я ваш лидер. Значит несу за вас ответственность. За всех и каждого.

– Маттара, ты же можешь погибнуть. – глядя ему прямо в глаза, сказала Вита.

– Юкки и Райф тоже могут. – ответил он, не дрогнув. – Они отправились в такое путешествие… А мы должны сидеть и ничего не делать? Даже если бы я не был лидером… В общем, я должен полететь. Должен, понимаете? Это ведь я виноват. Лесси права: надо было их разоблачить. Надо было объяснить, что это слишком опасно… хотя  бы Юкки. Неужели злость Райфа на меня и моя обида на него важнее жизней их обоих?

Стая притихла. За окном, точно в ответ на мысли Маттары, прошумел самолёт.

– Правда, скажите Марго… Я вернусь. Вместе с ними.

– А если не вернёшься? – непривычно жалобно спросила всегда задорная Лесси. – Что будет, если не вернёшься?

Маттара лишь вздохнул, опустив голову.

– Ты же знаешь. Я не могу не полететь.

– Может, не придётся лететь! – с надеждой воскликнул Сэм. – Может, они там ходят вокруг да около и не решаются забраться на самолёт…

– Может быть, – механически ответил Маттара. На самом деле он был уверен, что Юкки и Райф уже улетели.

– Погоди, Маттара! – вдруг сказал Охотник. – В Созополе правда нет аэропорта. Что если Юкки и Райф прилетят в один город, а ты – в другой? Вы же легко можете разминуться!

Маттара, наморщив лоб, помолчал. Затем протянул задумчиво:

– Знаешь… Думаю, они в любом случае будут искать путь до Созополя. Например, машину, которая туда едет. И мы всё равно приедем в Созополь… Ты ведь именно про него рассказывал. И Райф говорил про море… Он хотел именно к морю. Оно, наверно, не во всех городах есть.

– Созополь на полуострове, – сказала Вита. – А есть ли море в Бургасе – не знаю… Мы этот город мало видели, но он, по-моему, почти, как Москва.  

– Ладно, ребят… Чем больше мы говорим, тем больше проходит времени – и тем меньше шансов найти Юкки и Райфа. – вздохнул Маттара. – Я пойду.

– Маттара, подожди. – подала голос до сих пор молчавшая Сэнди.

Она сказала это «подожди» по-другому. Не как Вита. Без испуга.

Маттара поднял на неё глаза.

– Я пойду с тобой.

А вот этого Маттара не ожидал. У него просто не было мысли, что кто-то захочет отправиться с ним. Сложно объяснить, что испытал он, услышав слова Сэнди. И изумление, и страх за неё, и… облегчение. Потому что когда с тобой попутчик, всё по-другому. Уже не так трудно искать дорогу и выпутываться из трудных ситуаций (а такие ситуации будут, уж в этом Маттара был уверен).

И всё же он должен был возразить:

– Я не могу подвергать тебя опасности.

– Маттара, ты не справишься один. – заявила она. – Не потому, что ты слабый, неопытный или… В общем, тут не всё от тебя зависит. Вдвоём нам будет легче путешествовать. Ты же понимаешь.

Он понимал. Ему всё ещё было стыдно, что он не предотвратил побег Райфа и Юкки, не разоблачил их – а, наоборот, трусливо бежал прочь, подальше от места, где они обсуждали план. А теперь нужно исправить ошибку… Это ошибка Маттары, не Сэнди. Но она искренне хочет помочь. Смотрит своими честными и бесстрашными золотисто-карими глазами.

– Ладно. – наконец сказал Маттара. – Отправимся вместе.

Сэнди шагнула к другу и сдержанно дотронулась носом до его плеча.

– Пойдём.

Но они пошли не сразу.

Стая обступила Маттару и Сэнди. Всем хотелось попрощаться. Лесси, Охотник, Вита и Сэм желали будущим путешественникам удачи, смотрели на них взволнованно и восхищённо. Почти с благоговением.

Маттара вдруг впервые ощутил грусть. Она затопила его так сильно, что на миг даже чувство вины захлебнулось в ней. Неизвестно, что будет… Может случиться так, что Маттара, не найдя Юкки и Райфа, навсегда останется в Болгарии и больше не сможет вернуться домой. Но… Сэнди будет рядом. Она сама понимает, что любая нелепая случайность может навсегда отрезать им с Маттарой путь в Москву. К стае. К Марго, истинной хозяйке, которая так любит своих питомцев… Но Сэнди готова рисковать. И её присутствие будет вдохновлять Маттару. Оно поможет ему, как ничто другое.

Портфель Марго забрала с собой, стопка книг на стуле была выровнена и больше не походила на «лесенку». Прежний путь со стола был закрыт. До гладильной доски было не допрыгнуть, да и слишком далеко она стояла. Так что Сэнди и Маттаре пришлось спускаться через подоконник. Забравшись на него, они по очереди прыгнули в бумажный пакет, в котором лежали старые вещи Марго, из которых она уже выросла и которые её мама собиралась кому-нибудь отдать и пустить на тряпки. Пакет, к счастью, был весь скособоченный, и щенки, выбравшись из него, съехали по нему на пол, как по горке.

Но спуститься со стола – это что… Это ещё ладно. Сэнди и Маттаре предстояло куда более сложное: спуск по дереву с третьего этажа. Девять метров! Это и для человека много – а уж что говорить про маленьких щенков…

Но Маттара уже почти не боялся. Опять же – благодаря подруге.

Пол в коридоре устилал мягкий ковёр. Проваливаясь лапами в ворс, они пересекли его и очутились в гостиной. Это была просторная комната с диваном и двумя креслами: одно стояло у шкафа, другое – у стола с ноутбуком. Напротив стола была тумбочка с телевизором. 

У подоконника грудой стояли коробки. Да, скорее всего, именно с помощью них сбежали Юкки и Райф… В несколько сильных прыжков Маттара и Сэнди забрались по коробкам на подоконник – и посмотрели вниз.

Ствол у дерева был неровный – но и не совсем пологий. Некоторые места были настолько крутыми, что у Маттары невольно ослабели лапы. Он сердито прогнал от себя это ощущение. Спокойно… Юкки и Райф спустились – значит, и они с Сэнди спустятся.

И тут в голове возникла совершенно непрошенная мысль: «А с чего ты взял… что они спустились?»

Маттара заледенел. Чёрный ужас потери на миг заглушил в нём все остальные чувства. Щенок зажмурился и мотнул головой. Снова постарался рассердиться. Нет же, нет! С ними всё в порядке. Малыш Юкки живым и целым добрался до земли. И его наставник – тоже.

– Маттара. Ты чего? – окликнула его Сэнди.

– Нет, ничего… Давай, я спускаюсь. Ты – за мной, ладно?

Сэнди кивнула.

Они выбрались на карниз через открытое окно. Оно было распахнуто через верх. Хорошо, что Марго и её мама, уходя, не закрыли его…  

Карниз был прохладный – ещё не нагрелся за утро. Времени-то было всего ничего… Часов семь, не больше. Дерево услужливо протянуло к карнизу одну из веток, точно приглашало: давай, залезай на меня.

Маттара коротко вздохнул и ступил на ветку. Тут же пошёл по ней, не давая опомниться собственному страху. Страху не только за себя – но и за Сэнди. Оборачиваться было неудобно – и Маттара боялся, что в следующую секунду раздастся испуганный вскрик сорвавшейся подруги… Но нет. Маттара слышал только её шаги и серьёзное, немного напряжённое дыхание.  

Щенки осторожно шли по стволу, огибая ветки. В особенно крутых местах лапы скользили по шершавой коре сами собой, Маттаре и Сэнди против воли приходилось пускаться почти бегом, отчаянно при этом тормозя. В головах обоих билась общая мольба: «Только не упасть, только не упасть!» Один раз палевый метис всё же потерял опору – и заскользил по коре на боку, но почти сразу врезался в торчавший из дерева сук и остановился. Сэнди резко затормозила рядом.

– Маттара, ты в порядке?

– Да… – выдохнул он. – Всё нормально. Пойдём дальше.

Спуск длился целую вечность. Проклятое дерево будто издевалось над щенками. Но вот почти и конец ствола… Самое крутое место. Щенки скатились с дерева кубарем – и упали в траву. Маттара, пошатнувшись, тут же вскочил.

– Сэнди!

– Я цела… – самка золотистого ретривера поднялась из травы.  

Оба, не сговариваясь, задрали головы, глядя на дерево.

– Просто высоченное… – протянула Сэнди, будто завороженная. – И мы это сделали.

– Ага, – кивнул Маттара – и самому себе напомнил Юкки. – Сэнди, а как ты думаешь… С ними ничего не случилось?

– Нет, – ответила она сразу.

– Я всё-таки прочешу траву, – глухо сказал Маттара.

И они с Сэнди молча прочёсывали место вокруг дерева ещё минуты две. 

– Я же говорила: ничего не случилось. С какой стати?

– Нужно было проверить. Ты же понимаешь. Пойдём дальше…

Почти сразу рядом с домом начинался лесок, пройдя который – окажешься в аэропорту. Для кого – лесок, а для кого – огромнейший лес. Но Юкки и Райф уже, наверно, давно прошли его…  

Глава 9. Все дороги ведут в аэропорт

– Ночь лучше в лесу переждать, – сказал Райф.

– Почему? – немного оробел Юкки. Он знал, что такое «лес», и наверняка ночью там будет не по себе… – Разве самолёты по ночам не летают?

– Самолёты всегда летают. Дело в нас с тобой. Мы в темноте будем плохо ориентироваться. Ещё подвернёмся… кому-нибудь под ногу.

– А-а… Тогда лучше правда переждать.

Волшебные собаки плохо видели в темноте. И, к тому же, в отличие от обычных, не имели хорошего нюха. Запахи они различали так же плохо, как и люди. Это было платой волшебных щенков за их способности.

«Лучше уж уметь разговаривать, чем хорошо чуять», – не в первый раз подумал Райф. – «А то обидно: болтают люди на своём наречии – а к собакам даже не прислушиваются! К тому же, если бы мы чувствовали запахи так же хорошо, как обычные собаки, остальные члены стаи смогли бы, чего доброго, выйти на наш с Юкки след… А они не смогут, даже если это придёт им в голову! Но самое главное – нам не надо есть. Вот что самое главное… Все живые существа – рабы своего голода. А мы-то – нет!» Эта мысль заставила Райфа улыбнуться.

– Пройдём лес до конца, – вслух сказал он. – Потом остановимся, а утром – отправимся дальше.

– Хорошо, – кивнул Юкки.

Оглянувшись на дерево, которое помогло им спуститься с третьего этажа на землю, щенки зашагали через траву.

Когда уже подошли к короткой асфальтовой полосе, Юкки вдруг замер, обернулся опять. На то самое окно, из которого они так мастерски улизнули только что... За этим окном – квартира, где на столе, в коробке из-под обуви спит стая. Спят друзья Юкки, с которыми ему так жаль расставаться. Если бы хоть можно было попрощаться… Но нет. Это как раз ни в коем случае нельзя. Если бы Юкки и Райф всё рассказали стае, разве им позволили бы уйти? А Марго – уж тем более не позволила бы… Да ещё засадила бы их под арест!

Юкки представил, как Марго утром мечется по дому и зовёт их. Виновато вздохнул. Ничего не поделаешь… Он сделал свой выбор. Раз и навсегда.

– Юкки! – позвал Райф. – Не отставай!

Он догнал Райфа и снова зашагал рядом.

– Чего ты загрустил? Ты представь, как мы заживём! Этого стоит расставание с ними. Тем более – зачем они нам? Больно надо с ними общаться!

Юкки знал, что будет скучать по остальным. Особенно по Маттаре. Но Райф был ему дороже всех. Он не мог бросить старшего друга. К тому же, путешествие в другую страну манило Юкки. Он давно о нём мечтал… И о полёте – тоже.

Юкки думал, что в лесу будет совсем темно. Но свет луны и видневшиеся отсюда огни ночного города превращали тьму в полумрак. Деревья в лесу были высокие и в основном прямые. Кроны некоторых из них стремились как можно сильнее заслонить небо. Но луна была упрямей – и хитрее. Она плыла по небу вслед за Райфом и Юкки и подмигивала им. Пару раз Юкки пытался обмануть луну: ни с того ни с сего останавливался, чтобы «подловить» её и уличить в погоне за щенками. Но луна сразу разгадала его манёвр. Стоило Юкки остановиться – как она замирала в иссиня-чёрном небе и терпеливо ждала, пока Юкки зашагает снова.

– Не отставай, – опять сказал Райф.

Юкки побежал – и луна ещё быстрее полетела вслед за ним.

– Райф! А луна может угнаться за самолётом?

– Конечно. От неё нигде не скроешься…

– А какая скорость у самолёта?

– Откуда я знаю? Большая!

– А что это у нас под лапами?

– Хвоя. Чувствуешь, как пахнет?

Юкки сильно втянул ноздрями воздух. Терпкий и приятный запах хвои, смолы, влажной земли вскружил ему голову. Не нужно было никакого особого нюха, чтобы вдохнуть в себя лес...

– Вот. – многозначительно сказал Райф. – Это – один из запахов свободы.

Вскоре щенкам попалась неглубокая лужа. Юкки посмотрелся в неё, затем коснулся воды лапой. Холодная оказалась вода – совсем не то, что в раковине.

– На свободе нам никто воду греть не будет, – сказал Райф. – Разве что, солнце.

– А в море вода очень холодная? – спросил Юкки.

– Увидим… – спокойно отозвался Райф.

Были у леса и свои, особенные звуки. Шелест листвы. Беспокойные голоса ночных птиц – Юкки их прежде никогда не слышал. Ещё какие-то непонятные шорохи... Без Райфа здесь, наверное, было бы гораздо страшнее.

А потом к звукам леса стали примешиваться другие. Постепенно нарастал шум машин.

– Ты тоже слышишь, Райф? По-моему, город начинается…

– Сейчас посмотрим.

Они шли, шли, а гул колёс становился всё громче. И наконец…

Наконец они увидели перед собой широченную пропасть. По дну этой пропасти носились машины.

– Дорога! – в отчаянии крикнул Юкки, и голос его почти утонул в городском шуме.

– А ты что хотел! – прокричал в ответ Райф. – Это Москва!

– Но как же мы перейдём?!

– Спокойно! Посмотри, вон там – мост!

Юкки повернулся влево. И правда – мост. Но он был построен для людей. Они и сейчас проходили по нему. Наверняка не так часто, как днём. Но всё же проходили.

– Там же люди!

– Не бойся! Мы пойдём с краю, они нас не заметят! Тем более, в темноте!

Щенки подобрались ближе к мосту.

– Ты первым пойдёшь. Я – за тобой, – говорил Райф. – Если что – успею схватить. Пойдём вот здесь, за перилами… Беги вперёд и на машины не смей смотреть. Понял?

– Понял, – кивнул испуганный Юкки. Сердце у него колотилось.

– Когда крикну «вперёд», ты побежишь. Побежишь – и всё, никаких раздумий и сомнений. Рви когти. Ясно?

– Ясно…

– Вперёд!

Юкки галопом рванулся по каменной кромке. Слева были перила, а справа… Нет, об этом лучше не думать. Райф же сказал: не смей смотреть на машины! Но даже если не смотреть – прямо чувствуется, как несутся они по дороге. Да ещё с таким громом! Этот гром отдаётся в самом мосту… На один ужасный миг Юкки показалось, что мост, вздрогнув, попросту сбросит щенка с себя. Но ничего не случилось, Юкки только запнулся – и, оглушённый, помчался дальше. Да когда же кончится этот мост?!

Наконец пропасть с машинами осталась позади. Юкки, не помня себя, ворвался в травяную чащу, не сбавляя хода, помчался через неё. Райф догнал его, на бегу подтолкнул носом:

– Давай вправо! Опять в лес! А тот тут люди близко!

Они отбежали как можно дальше от асфальтовой дорожки, по которой ходили люди. Щенки сбились с галопа, перешли на шаг и долго ещё, тяжело дыша, сидели на усыпанной прошлогодней хвоей земле. Кругом снова был лес. Он успокаивал Юкки своим дыханием и больше ничуть не казался зловещим.

– Хорошо, что в Созополе мало машин, – переводя дух, сказал наконец кудрявый щенок. – Вита говорила…

– Ты молодец, – серьёзно сказал Райф. – Не струсил, перебежал мост.

Юкки прямо-таки засветился от радости. Похвала Райфа влила в него новые силы. Он вскочил на лапы, готовый бежать сколько угодно, хоть до самой Болгарии.

– Не устал ещё?

– Не-а! – Юкки мотнул головой, тряхнув недлинными висячими ушами.

– Тогда пойдём дальше. Нужно дойти до конца леса, чтобы аэропорт уже стало видно. А на границе переждём ночь…

Они в самом деле дошагали до самого конца леса. Оба щенка сбились с лап. Но дело того стоило. Выглянув из-за дерева, они увидели впереди длинное овальное здание. Оно, казалось, сплошь было сделано из сверкающего стекла. На нём горели ровные большие буквы.

– «До-мо-де-до-во…» – по слогам прочитал Юкки. – Смотри, смотри, Райф! Это же самолёты, настоящие!

Издалека самолёты были похожи на белых птиц. Среди них, впрочем, попадались красные, синие, зелёные.

– Вон один поехал! – Юкки возбуждённо припал на передние лапы. – Гляди, Райф!

– Угу, – пятнистый метис не сводил взгляда с самолёта. Тот, белый, с какой-то надписью на боку, уверенно раскинув крылья, разворачивался, пока ещё неторопливо устремляясь на взлётную полосу. Юкки следил за ним горящими от радостного возбуждения глазами.

Самолёт набирал скорость. Набирал, набирал, набирал… И наконец Райф увидел на фоне потихоньку светлеющего неба, как могучая «птица» оторвалась от асфальтовой полосы. Гул двигателя грозной волной прокатился по земле…

– Ура-а! Он взлетел! – завопил Юкки и подпрыгнул так, что чуть не перекувырнулся в воздухе. – Ты видел?! Он летит!..

– Видел, – кивнул Райф. Ему впервые за всё путешествие стало страшновато при мысли о полёте. Самолёты же просто здоровенные… Это лишь сейчас кажется, что они – не очень большие. А на самом деле… Они ведь даже для людей огромные.

Райф тут же разозлился на самого себя. Ну, подумаешь, огромный! Всё огромное! Дома, море, горы… Главное – самолёт привезёт их Болгарию! К долгожданной свободе!

– Давай отдыхать, – сказал Райф своему ученику. 

Отдохнуть они решили во сне. Можно было, конечно, восстановить силы, превратившись на время в камень, но щенки Марго привыкли спать, им это нравилось. Это было куда интереснее, чем сидеть каменным истуканом. Всё видеть и слышать – но не двигаться, даже не моргать. Были, конечно, у превращения в камень свои плюсы: время бежит незаметно, ты не ощутишь скуки, даже если просидишь так три часа подряд. Но всё равно интереснее быть по-настоящему живым…

Юкки и Райф прилегли в ложбинке между древесных корней.

– Мы прямо в норе, – прошептал младший щенок. –  Как лесные звери…

– Хорошо, что эти звери нам не встретились, – зевнул в ответ Райф. 

Глава 10. Полёт в темноте

Они поднялись, когда солнце уже вовсю звенело лучами сквозь листву и хвою. По очереди потянулись, отряхнулись от земли.

– Ну? – спросил Райф. – Ты готов?

– Ага! – весело откликнулся Юкки.

Оба щенка посмотрели в сторону аэропорта. Здание преобразилось. Оно уже не светилось и казалось гораздо менее прозрачным, потому что в стекле отражалось голубое небо с белыми клочками облаков. Стало ещё лучше видно самолёты – и людей, сновавших около них.

– Итак, план. – произнёс Райф. – Мы заходим в самолёт не по трапу, не с людьми, а забираемся через багажное отделение…

– А что это?

– Это место, куда складывают чемоданы. Такой отсек в самолёте. В него забраться гораздо легче. Да и риска меньше… На трапе будет целая толпища людей.

– Трап – это такая лестница длинная?

– Вот именно. Там ещё ступени небось высоченные… В общем, не для нас вариант.

– Хорошо, – согласился Юкки. – Пойдём в это… в багажное отделение.

– Погоди. Сейчас главное – найти нужный самолёт…

Райф и Юкки вышли на асфальтовую полосу. Рядом была трава – но не длинная, как в лесу, а короткая, видимо, специально подстриженная людьми, чтобы всё вокруг аэропорта выглядело аккуратно.

Среди этой травы Райф отыскал светло-серый камень. Забравшись на него, вытянулся и прищурился, стараясь издалека разглядеть – нет ли на каком самолёте болгарского флага?

– Вот! Смотри! – наконец выпалил метис, выбросив вперёд лапу, и взволнованный Юкки тоже запрыгнул на камень. – Белый-зелёный-красный!

Эти цвета, один под другим, были на хвосте самолёта. Если бы Юкки и Райф умели, как Марго, читать по-английски, они сразу бы прочли, что самолёт – болгарский. Но волшебные собаки могли от рождения говорить и читать только на русском, потому что мастер был из России, а понимать остальные языки их можно было только научить. Марго не учила своих щенков английскому – они сами её никогда не просили. А написанные латинскими буквами на коробка́х имена щенков были не в счёт. Словом, незнание английского языка не остановило Юкки и Райфа. Хорошо, что Вита, Лесси и Охотник так подробно описали своё путешествие с Марго…

– Побежим? – замер Юкки.

– Да подожди ты! – воскликнул Райф. – Багажное отделение ещё не открыли! Вот когда откроют – сразу рванём!

– А, точно… – спохватился Юкки.

Щенки остались сидеть на камне. С такого большого расстояния люди вряд ли заметят их. Юкки опасался лишь, что они с Райфом не успеют забежать в самолёт, пока открыто багажное отделение. Райф тоже был напряжён. Он нахмуренно смотрел в сторону белого «боинга» с непонятной английской надписью на борту и с расцвеченным под болгарский флаг хвостом.

Щенки ждали долго. Райф уже начал изнывать от нетерпения – но в камень всё равно не превращался. Сегодня был самый особенный день в его жизни, и метис ни секунды этого дня не хотел проводить в обличии скульптуры. По крайней мере, пока они с Юкки не оказались в самолёте… Лететь долго, а в багажном отделении наверняка будет темно – вот там как раз и можно превратиться, чтобы время бежало быстрее.

Райф заметил наконец, что к нужному самолёту медленно подъезжает какая-то горка на колёсах.

– Это трап? – спросил Юкки.

– Постой… – протянул Райф и опять сощурил глаза. – Нет! Это конвейер! Для чемоданов! Вон и чемоданы как раз подвезли! Бежим!

– Сейчас? – неожиданно вырвалось у Юкки.

– Да, сейчас! – с силой рявкнул друг.

И они помчались по траве.

Впереди была не очень широкая асфальтовая дорожка. Стоило Юкки и Райфу оказаться на ней… как им бросились наперерез.

Нет, не люди. Это были Сэнди и Маттара.

На миг Райф подумал, что у него галлюцинации. Или в аэропорту бывают миражи. Или он принял за Маттару собственную тень. Вожак не мог оказаться здесь!

Но Райф сразу понял, что всё происходит взаправду. И надо убегать. Убегать как можно быстрее! Сделав крюк, он, петляя, понёсся дальше, оглядываясь на Юкки так часто, как только позволяла скорость собственного бега. Юкки – молодец, и сейчас не подвёл: практически не отставал. Кудрявая шёрстка стояла дыбом: ещё бы, он тоже не ожидал увидеть здесь членов стаи!

Райф тоже боялся. Ему не было так страшно ещё никогда в жизни. Даже когда они с Юкки спускались по дереву и пересекали длиннющий мост через гремящую реку машин. Если бы ужас, что их сейчас догонят, не заглушал в Райфе всё остальное, – ох, как бы он ненавидел Маттару!.. Этого вездесущего Маттару, который неизвестно как разгадал замысел Райфа и оказался у него «на хвосте» в самый неподходящий момент!

А Маттара и Сэнди не верили в свою удачу. Оказываются, Юкки и Райф не только не успели прилететь в Болгарию, но и вообще пока не сели на самолёт! Видимо, пережидали где-то ночь… Ну, что ж, разумное решение. Осталось догнать Райфа и прижать его к земле… А Юкки без Райфа не побежит дальше. Впрочем, если Юкки схватить, Райф тоже наверняка дальше не помчится… Или помчится?

Маттара не хотел для них обоих никакого зла. Но он должен был их задержать! Объяснить им: вы поступаете глупо, опрометчиво!

– Стойте! – закричал он на бегу. – Вы можете погибнуть в самолёте!..

– Не слушай его! – взревел Райф, оборачиваясь к Юкки. – Он просто хочет, чтобы мы остались! Беги быстрее!

К счастью для Райфа, Юкки послушал его, а не Маттару. Тяжело дыша, припустил рядом с другом через новое травяное поле. И опять по асфальту…

А люди в специальных зелёных жилетах с блестящими полосами уже грузили чемоданы на конвейер, распределяли их в багажном отделении.

Юкки нёсся почти вровень с Райфом. Никогда ещё маленький кудрявый щенок не бегал так быстро. Уже начинали болеть лапы, но Юкки не смел замедлить ход. Чем ближе был самолёт, тем сильнее билась у него в груди надежда – и тем сильнее был страх, что надежда эта может оказаться неоправданной… Маттара и Сэнди были совсем близко! Расстояние между убегавшей и догонявшей парой не увеличивалось – но, к счастью, пока и не сокращалось. К тому же, у Юкки и Райфа было больше сил: они-то ночевали в лесу, а Маттара и Сэнди почти без передышки пересекли лес!   

Очутившись рядом с конвейером, Райф без лишних церемоний ухватил Юкки за шкирку – и закинул его на движущееся полотно. Тут же запрыгнул и сам. Друзья прижались боками к чемодану и съёжились в его тени. Они в любой момент были готовы, что их заметят – и чужая ладонь ухватит их, стащит с конвейера, а чужие любопытные глаза примутся рассматривать… «Откуда здесь эти игрушки? Из чемодана, что ли, выпали?» Хорошо, если запихнут обратно в чемодан! А если возьмут себе? Мало ли для чего! Детям подарить или просто на полку поставить…

Но никого из щенков не заметили. Ни Райфа с Юкки – ни Сэнди с Маттарой, которые ехали на том же конвейере, только чемоданом ниже. Устраивать погоню прямо на ленте было опасно: легко можно свалиться, к тому же, тогда уж люди точно их обнаружат.

Когда Маттара очутился в багажном отделении, он понял: искать Юкки и Райфа бесполезно. Они уже спрятались за одним из чемоданов, за каким – поди разбери… А конвейер отъезжал прочь. Прыгать на землю немыслимо: высота страшная, живым не приземлиться.

Остаётся одно. Лететь…

Маттара залез на один из чемоданов, что лежали горизонтально. Вцепившись зубами в застёжку, с силой потянул её на себя, пятясь и надеясь не свалиться с чемодана. Вместе с Сэнди они забрались в плоский, но широкий карман, прижались друг к другу. Маттара знал, что не превратится в камень, пока не станет ясно, что это с безопасностью для себя сможет сделать и Сэнди. Вдруг она, превратившись, случайно выскользнет из кармана – и разобьётся?

Но самолёт пока стоял. Он стоял, терпеливо шумя двигателем, и слышно было сквозь этот шум, как переговариваются о чём-то люди, загружавшие в багажное отделение последние чемоданы.

А потом опускающаяся дверь стала отрезать дневной свет. Яркая изогнутая полоска становилась всё тоньше… Пока не исчезла совсем. Наступила кромешная тьма.

И в этой тьме они будут лететь неизвестно сколько. Маттара не помнил, какое расстояние между Россией и Болгарией. Помнил только, что не одна тысяча километров…

Все четыре щенка слышали, как к самолёту подъезжает трап, потом – как говорят друг с другом поднимающиеся по нему пассажиры.

– Как думаешь, Маттара и Сэнди успели пробраться в самолёт? – прошептал Юкки на ухо Райфу: беглецы тоже сидели в одном из чемоданов, в кармане.

– Да уж наверняка… – так же тихо проворчал Райф. – Ну, ничего. Главное, что мы успели!

Прошло ещё, по крайней мере, не меньше получаса, прежде чем самолёт наконец тронулся с места. Юкки отчётливо вспомнил, как, замирая, смотрел на выходящий на взлётную полосу «боинг». А теперь он сам был внутри…

Самолёт долго ехал и разворачивался, словно пилот не знал, откуда именно ему стартовать. Райф, всё стремившийся угадать миг, когда они выедут на взлётную полосу, наконец отвлёкся, расслабился со скуки.

И тут самолёт рванулся! Раздался высокий свист на одной ноте – это взбешённый двигатель заставлял машину нестись всё быстрее! Свист нарастал, нарастал… Юкки зажмурился, прижался к Райфу всем телом, обхватил друга обеими передними лапами…

Болгарский «боинг» оторвался от земли.

Всё будто перевернулось в Маттаре, голова отяжелела и закружилась. Он тоже закрыл глаза.

– Сэнди. Ты как?

– Мы что… уже летим? – спросила она незнакомым судорожным голосом.

– По-моему, да… Охотник это примерно так… описывал.

– Ну, всё… – выдохнула Сэнди. – Выбираться поздно.

– Кто бы спорил.

Это было странно, но Маттара не испытывал ярости к Райфу. Наоборот: осознав, что находится в летящем самолёте, палевый метис на миг ощутил небывалый восторг. Примерно такое же чувство охватило Маттару, когда Марго шёпотом окрестила его на Воробьёвых горах.

– Становится холодно, – снова обратился он к Сэнди. – Ты чувствуешь?

– Да. Наверно, лучше пока превратиться.

– Давай, – согласился Маттара.

И они обратились в каменные фигурки. То же самое сделали в «своём» чемодане начавшие замерзать Юкки и Райф.

Щенки летели в полной темноте – и, к сожалению, не видели землю с высоты. Не видели, что автомобили внизу стали теперь чуть ли не меньше них, а вся земля поделена на зелёные и коричневые квадраты. Не видели белых облаков, которые выглядят такими лёгкими и в то же время плотными, что на них, кажется, можно броситься ничком, как на пуховую перину…

И всё же четыре путешественника ощущали: высота под ними – неимоверная. А холод в багажном отделении – зверский. В «каменном» состоянии собаки не ощущали ни перемен в температуре, ни боли, – но всё те же Охотник, Вита и Лесси рассказали остальным, что пилот сообщил пассажирам о температуре за бортом самолёта.

– Минус пятьдесят градусов! Представляете, какая холодрыга?

В салоне было тепло. Но сейчас-то щенки летели не в салоне...

Время для них в самом деле шло быстрее, чем для тех же пассажиров-людей. Последние пытались чем-то занять себя: смотрели фильмы на планшетах, слушали музыку через плееры, читали журналы, электронные и бумажные книги.

Один раз самолёт вдруг стало трясти. Маттара не понял, в чём дело – и испугался за Сэнди. Вдруг она выскользнет из кармана? Если что, Маттара готов был сразу превратиться обратно, несмотря на холод, и подхватить подругу. Он не знал, что Сэнди сейчас думает примерно о том же и готова подоспеть на помощь ему самому… 

 

Глава 11. Погоня продолжается

 

Самолёт снижался, ходя плавными и широкими кругами, накреняясь то на одно, то на другое крыло. Щенки не слышали пилота и по-прежнему ничего не видели, но все четверо догадались: скоро будет посадка.

Райф наконец совершил обратное превращение из камня – и пихнул лапой Юкки.

– Превращайся…

Юкки передёрнуло. Он заморгал:

– Холодно…

– Знаю, что холодно. Всё равно уже не так. Если не ошибаюсь, мы совсем скоро приземлимся… Он уже эти колёса выпустил. Как их… шасси, по-моему. Так что, лучше не быть каменными. Надо успеть вцепиться в карман, вдруг тряхнёт? Видал, какие виражи он сейчас закладывает?

– Не видал, – помотал головой Юкки. – Я даже тебя не вижу. Но виражи – ничего себе…

Сэнди и Маттара тоже понимали, что опасно приземляться истуканами. Они лежали сейчас рядом и для тепла прижимались друг к другу.

– Знаешь, это… самое сумасшедшее приключение… в которое я когда-либо отправлялся, – вздрагивая, произнёс Маттара.

– Заметь, оно только начинается.

Самолёт приземлился мягко, людей даже не тряхнуло – а лишь слегка качнуло в креслах. К тому же, пассажиры были пристёгнуты. А вот всех четырёх щенков буквально бросило в глубину карманов. Хорошо, что в глубину, а не наоборот! Поди уцепись за ткань чемодана! Думаете, удобно?

Самолёт, раздухарившись, мчался по асфальту, словно собирался взлететь снова. Но нет – он, напротив, тормозил. Воздух всё тише свистел у его боков. Закрылки поднялись до отказа. Уступая им, успокаивался двигатель. «Боинг» замедлял ход. В багажном отделении становилось теплее.

Когда самолёт остановился окончательно, щенки выбрались из карманов и сели на чемоданах.

– Эй, Юкки! Райф! – окликнул Маттара. – Мы знаем, что вы здесь! Вы были на конвейере, так что хитрить нечего! Что вы собираетесь делать?

– В смысле? – донёсся откуда-то справа спокойный голос Райфа. – Сейчас? 

– Да, сейчас. – Маттара постарался говорить так же спокойно.

– Как – что? Жить в Болгарии. Безо всяких хозяев. Мы этого и хотели, правильно, Юкки?

– Ага, – робко подтвердил он.

– Юкки, дружок! – повернулась в сторону его голоса Сэнди. – С тобой всё в порядке?

– Конечно! – легко заверил Юкки.  

– Между прочим, ты, Райф, подвергал его большой опасности, – заявил Маттара. – Спустились по дереву с третьего этажа и при этом не свернули шею вы только чудом…

– Не такое уж и чудо, – фыркнул Райф во второй раз. – Или вам тоже повезло по счастливой случайности? – Он не зря сказал про случайность: явно напоминал о мастере, который ей придавал большой смысл, а заодно о том, что он вовсе не является для Райфа авторитетом. Несмотря ни на что – даже на то, что мастер подарил ему жизнь.

– А тот мост по дороге в «Домодедово»? – не унимался Маттара. – Вы оба могли с него сорваться!

– Могли, да не сорвались! – огрызнулся Райф. – И, кстати, Маттара! Мне интересно узнать, как ты понял, что мы отправимся в аэропорт?..

– Никак я не понял. – буркнул Маттара. – Просто услышал, как вы говорите о побеге…

– Ах, вот оно что! «Услышал»! Со стола! Мы же на полу стояли, у дивана! Да ты просто следил за ними! Шпион!

– Я не шпион! – вскинулся Маттара. – Я вожак и поэтому отвеча…

Он не договорил. Стала подниматься дверь багажного отделения. Юкки ахнул. Полоска света резанула щенков по глазам. Все четверо инстинктивно присели.

Когда дверь поднялась полностью, работники аэропорта – только уже другого, совсем другого, – начали грузить чемоданы на конвейер. Нельзя было терять время. Щенки тоже бросились на движущееся чёрное полотно, которое теперь работало в обратную сторону. Съехав по нему, они спрыгнули на асфальт и побежали прочь. Здесь, как и возле «Домодедово», были большие квадраты подстриженной травы. Разве что, деревьев больше. Очутившись на траве, щенки перевели дух – и, задрав головы, взглянули на здание аэропорта.

Этот аэропорт был немного поскромнее «Домодедово». Но всё равно выглядел здорово. Прямоугольный, двухэтажный, с большими окнами.

Райф разглядел название – и прочитал, как было написано:

– «Лети́ще Бургас».

– «Лети́ще…» – передразнила его Сэнди. – Откуда ты знаешь, как читать? 

– А что тут знать? – хмыкнул Райф. – Буквы же наши!

– Язык-то не наш!

– Хватит, – машинально сказал Маттара. Он пытался что-то сообразить. – Погодите. Так, мы – в Бургасе… Значит…

– Значит, надо искать путь до Созополя, – закончил Райф. – Пошли, Юкки.

– Стоп! – буквально взвился Маттара. Юкки замер, будто пришитый к месту. Райф лениво обернулся. – Самолёт до Москвы, вот что надо искать!

– Ищите, – повёл плечом Райф. – Мы-то причём?

– Вы полетите с нами!

– Ха. Ха. Ха. Разбежались…

– Райф, я серьёзно. – в самом деле очень серьёзно сказал Маттара. – Марго боится за вас.

– Пусть не боится. Наоборот, пускай порадуется за нас. Мы будем жить на свободе. А вы с Сэнди… оставьте нас в покое. Зачем мы вам нужны?

– Как – зачем нужны? – воскликнула Сэнди. – Вы – члены нашей стаи!

– Уже нет, – заявил Райф. – И отвяжитесь… Пойдём, Юкки.

Юкки виновато взглянул на Маттару и Сэнди.

– Не сердитесь на меня, ладно? Я буду скучать по вам, правда. Я пойду…

– Юкки, ну, хоть ты постой! – с горечью и досадой воскликнула Сэнди.

Он отчуждённо и как-то по-взрослому ответил:

– Извини, Сэнди, я не могу.

– Уносим лапы! – вдруг гаркнул Райф, обращаясь явно к младшему другу.

И Юкки, естественно, сорвался с места!

Маттара даже зарычал. Упрямством Райфа он был сыт уже по горло. Однако не имел права отступать.

– За мной! – крикнул он Сэнди и снова помчался за беглецами…

Маттара не знал, что Райф после общего рассказа Виты, Лесси и Охотника о Болгарии расспросил потом Охотника отдельно. Уже тогда идея побега в Болгарию зарождалась в Райфе… Возможно, он сам этого в то время не понимал. Тем не менее, в подробностях расспросил Охотника об их пути в Созополь. Пойнтер объяснил метису, что аэропорт, в котором они сели, находился в Бургасе, а из Бургаса до Созополя ехать около. Но что было самое главное: люди, когда едут отдыхать в Болгарию, в основном отправляются в город под названием «Солнечный Берег». Благо в Солнечном Береге аэропорта тоже нет, для отправляющихся туда людей выделяют целый автобус, который в середине лета забивается просто битком. А в Созополь едут всего ничего, максимум – человек пять, да и то – летом. А сейчас – май! И наверняка этот мужчина, который сейчас укладывает чемодан в багажник серебристого легкового автомобиля, собирается как раз в Созополь.

– Давай, шевелись! – опять бросил Райф Юкки.

Мужчина как раз открывал дверь и садился на переднее сиденье рядом с водителем. Юкки и Райф тоже проскользнули в салон. Сэнди и Маттара успели запрыгнуть в машину в самый последний момент – дверца захлопнулась, едва не прищемив вожаку стаи длинный хвост.

Четверо щенков, не сговариваясь, сразу перебрались к задним сиденьям – подальше от людей. Машина тронулась.  

Глава 12. Море

 

– И куда мы едем? – сердитым шёпотом спросил Маттара у Райфа.

– Куда, куда… В Созополь!

– На этой машине что, написано было?

– Не написано, а я знаю! Не спорь, если не разбираешься!

Сейчас в самом деле было не время для споров. Люди могли услышать щенков – и тогда всё пропало.

– Давай посмотрим в окно, – сказал Маттара Сэнди. – Хоть узнаем, где мы сейчас…

С задних сидений автомобиля свешивалось покрывало. Цепляясь за него зубами и когтями, палевый метис с трудом вскарабкался наверх. Следом забралась Сэнди – и Маттара за загривок вытянул её на сиденье. Оба щенка передохнули, затем полезли дальше – уже по самой дверце машины, точнее, по ручке, которая на ней была. И вот Сэнди и Маттара уже смотрят в окно на проносящийся за ним город.

Бургас в самом деле чем-то напоминал спальные районы Москвы. Но похож на столицу России точь-в-точь, конечно же, не был. Дома были пониже, машин – поменьше, хотя и тоже немало. Было только начало мая, но люди уже ходили в летней одежде. Некоторые – даже в шлёпанцах на босу ногу. Прямо на улицах стояли горшки с высокими пальмами. Тут и там попадалась реклама, непонятные надписи… Сэнди права: буквы хоть и «наши», а язык – совсем другой.

Водитель заворачивал, набирал и сбавлял скорость, притормаживал на светофорах. Сэнди и Маттара, позабыв обо всём, глазели на незнакомый город. Домов постепенно становилось всё меньше, и наконец шумные городские улицы остались позади. Машина застелилась по просёлочной дороге.

И тут за окном сразу, без предупреждения, началась голубая полоса. Нет… Целое голубое поле. Которому нет конца и края.

И Маттара понял, что впервые в жизни видит перед собой море.

Можно представить, что творилось сейчас в душе у щенка, украдкой видевшего из кармана лишь ручейки и пруды, а плававший только в наполненной тёплой водой раковине! Море, настоящее море… Оно поразило Маттару. Автомобиль ехал, ехал – а синее полотно всё не кончалось.

Стекло сверху было немного отодвинуто, так что в салон машины врывался воздух. Это был самый чудесный воздух на свете! Если бы Маттаре сказали, что в Болгарии нет ничего, кроме этого воздуха, – он всё равно поехал бы. Чтобы хоть раз вдохнуть… Пахло какими-то южными травами, цветами – и, кажется, ветром. Но это был особенный ветер. Он доносился с моря.

– Я не думала, что море такое огромное, – тихо сказала Сэнди, буквально прилипшая к стеклу справа от Маттары. – Это просто… потрясающе.

– Как думаешь, насколько оно глубокое?

– Даже сложно представить. Наверное, там глубина, как высота под самолётом… 

Это, конечно, было преувеличение. Но Маттара тоже подумал, что, если поплыть через море, в конце концов ощутишь под собой громадное пространство – такое же, как в небе. Да, море и небо были очень похожи. И там, и там был настоящий простор. И летать можно было и в небе, и в море… Маттара догадался об этом. Он как раз увидел, что по низким волнам идёт маленькая яхта. Паруса её ловили ветер, и она двигалась легко и быстро. Наверняка тот, кто ею управляет, ощущает себя летящим… Да и сами Сэнди и Маттара сейчас летели без крыльев, просто глядя из окна машины на Чёрное море.

Они даже не заметили, как Райф и Юкки пристроились рядом с ними. У малыша-Юкки захватило дух.

– Море… – выдохнул он.

Сэнди и Маттара обернулись.

– Свобода, – сказал Райф. И с вызовом посмотрел прямо в глаза Маттаре. – Ну, что? Жалеешь, что ввязался в эту авантюру? 

Маттара молчал. Он не терял надежды уговорить Юкки и Райфа вернуться к Марго. Но о путешествии ничуть не жалел. Эмоций, которые он успел испытать только за этот день, который ещё даже, судя по всему, не перевалил за полдень, хватило бы на целый месяц. Да что там – на целый год! Маттара знал: он никогда не забудет, как впервые пешком добрался до аэропорта «Домодедово», впервые полетел на самолёте, впервые увидел море – и вдохнул ни с чем не сравнимый южный воздух.

А тут ещё и трек заиграл. Тот самый, который Маттара слышал в лагере. В машине было включено радио. Щенки никаких песен почти не знали, потому что чаще всего Марго слушала музыку через наушники. Да и вообще, некоторые песни, звучавшие в машине, были на болгарском языке. И тут послышалась знакомая. Юкки тоже её узнал, переглянулся с Маттарой – но тут же скованно отвёл глаза. Видно, предчувствовал близкую погоню…

Но сам Маттара о погонях пока не думал. Он просто ехал, смотрел на море и слушал трек. Было здорово, вот и всё. Даже на самых ответственных заданиях и в самых трудных путешествиях бывают моменты, когда можно отвлечься и отдохнуть душой от суеты.

Райф оказался прав: они в конце концов приехали в Созополь. Маттара сам узнал этот город по описаниям Виты, Лесси и Охотника. Невысокие, в основном двухэтажные дома под красными черепичными крышами, спокойные, пропитанные лучами полуденного солнца улочки.

Самыми высокими зданиями в городке были отели: высота их достигала пяти, а то и шести этажей. Возле одного из таких зданий и остановилась машина, водитель которой вёз целых пятерых туристов – а думал, что одного.

Как только водитель и пассажир распахнули обе передних двери, щенки бросились из машины. Они побежали прямо к отелю, миновав стеклянные двери, за которыми были какие-то люди, и достигли обычной, деревянной двери, которая, видимо, и была входной. Дверь была в тени: с этой стороны у отеля стоял высокий забор, поросший плющом. Сверху на заборе лежала черепица. Если приглядеться, можно было заметить, что сделан забор не просто из камня, а из ракушечника. На нём прямо были следы от раковин гребешков и разных других моллюсков. У забора в окружении каких-то непонятных, незнакомых щенкам трав, рос скромный куст малины. 

Четыре путешественника зашли в травы, чтобы точно не попасться людям на глаза. Сэнди и Маттара притаились у стоявшего на земле глиняного кувшина.

А Юкки и Райф потихоньку отползали всё дальше и дальше в заросли…

– Давай за мной! – шептал Райф. – А то опять сейчас будет погоня… Пошли, я покажу тебе город!

 

 

 

 

Глава 13. Созополь

 

Продираясь через заросли, Юкки и Райф обошли здание отеля и прошмыгнули под хлипким деревянным заборчиком.

– Лучше перейдём дорогу, – сказал Райф. – На другой стороне зданий нет…

В самом деле: на другой стороне была только детская площадка. Два человеческих малыша качались на качелях, девочка лепила что-то в песочнице – а больше никого, кроме этих детей и их родителей, там не было. В мае Созополь почти совсем безлюден, и это было как раз на руку – точнее, на лапу – щенкам.

Машин на дороге не было. Только две у противоположного тротуара – но они никуда не ехали, просто стояли на парковке. Юкки и Райф резвой рысью перебежали асфальтовое полотно. Спрятавшись в траве, посмотрели с расстояния на находящиеся почти совсем рядом два отеля. Тот, что слева, был чуть ниже, но зато длиннее. К тому же, на нём было большое и заметное название: «МОРСКА ЗВЕЗДА».

– А где буква «я»? – оторопел Юкки.

– Не знаю… Свалилась, наверное. Пойдём!

И беглецы продолжили путь через траву. Иногда с травинок, потревоженные щенками, срывались мелкие жучки – и, улетая, растворялись в синеве неба.

Впереди был перекрёсток. Юкки и Райф окинули его взглядом. Дорога, идущая прямо, вела вглубь города. Правая – тоже. Посмотрев налево, Юкки возликовал:

– Ура, море! Вон там! 

Синее пространство виднелось далеко впереди, за железными перилами. Этих перил было две полосы. Одна была совсем прямая, как на мосту, а по наклону другой Райф догадался, что там – лестница.  

– Пошли, – снова кивнул он Юкки. – Только давай под машинами бежать, нас так точно никто не заметит.

Бежать под стоящими вдоль дороги машинами было страшновато. А ну как одна из них поедет? Пока Юкки и Райф перебегали под машинами, свет и тень сменяли друг друга. Стоило нырнуть под машину – становилось темно. Но как только пахнущее бензином большое железное брюхо кончалось – на щенков падал свет. Машины стояли спокойно, никто из них не поехал – и друзья благополучно добрались до тротуара с перилами.

– Живее, пока люди далеко! – торопил Райф младшего попутчика.

Они притормозили у лестницы – и стали осторожно, с паузами, прыгать вниз со ступеньки на ступеньку. Всякий раз, как Юкки приземлялся на очередную, у него захватывало дух. А море было всё ближе, и шум его становился всё сильнее…

Спрыгнув с последней ступеньки, Юкки охнул – и по плечи зарылся в песок. Песка оказалось ужасно много. Целое море песка. Но настоящее море, состоявшее из воды, было, конечно, во много раз больше. Оно беспокойно вздыхало и без конца облизывало берег. Волны накатывали на песок, отступали и тут же накатывали снова. Сейчас, когда вода была совсем близко, буквально в нескольких метрах, ветер трепал шерсть обоих щенков, а в воздухе остро пахло солью и водорослями.

– Здорово! – воскликнул Юкки.

– Только не вздумай соваться к волнам! Это тебе не раковина!

– Что ты, я не буду… – Юкки и в голову бы не пришло подходить сейчас к морю. – Давай просто по песку погуляем.

И они зашагали рядом, разгребая песок лапами.

В море никто из людей не купался. Дети и взрослые ходили по берегу, некоторые – по щиколотку в воде. «Хорошо им, большим», – подумал Юкки. – «Людям, наверно, никакие волны не страшны».

– Райф, а люди в море тонут? – спросил он у друга.

Пятнистый метис только фыркнул.

– Конечно! Целые корабли там тонут! Я однажды был в школе вместе с этой Марго, и они там с подругой говорили про «Титаник». Так вот, это был просто здоровенный корабль, в сто раз больше самолёта! Столкнулся с айсбергом – и потонул!

– Ой, – сказал Юкки – и шерсть у него встала дыбом от страха. – А что такое «айсберг»?

– Ну, это такая ледяная гора в море.

– Прямо в море? И в этом тоже айсберги есть?

– Э-э… Вряд ли. Здесь же юг.

Юкки вдруг споткнулся и упал. Что-то твёрдое было под песком. Щенок неловко вскочил и поджал лапу.

– Ушибся?

– Нет, я чуть-чуть… Что это было?

Райф подошёл, нахмурился – и лапой разворошил песок.

– А, это ракушка! Смотри.

Райф взял в зубы и поставил вертикально белый гребешок.

– Ух-ты! – Юкки радостно подпрыгнул. – Про них ещё Охотник говорил! Они от моллюсков.

– Пфу.. Ну, да, – Райф разжал зубы, и ракушка мягко свалилась на песок.

– Есть ракушки ещё больше, я знаю! Давай поищем?

– Давай, – согласился Райф. – Только не очень долго. Мало ли… Вдруг нас кто-нибудь найдёт?

– Люди? – вздрогнул Юкки.

– А про вездесущего Маттару ты забыл? Не знаю, как ты, а я уже замотался с этими погонями.

Юкки вздохнул. Он тоже устал убегать. И усталость эта была не столько физической. Если бы за ними гнались какие-нибудь враги, плохие звери или даже люди, было бы даже интересно. Но когда за тобой охотятся твои же друзья… Впрочем, для Райфа Сэнди и Маттара – вовсе не друзья. Он их не любит и сторонится. Но для Юкки по совершенно другой причине это была очень тяжёлая погоня.

Беглецы прошагали почти половину пляжа. Находили на пути другие, ещё более красивые ракушки, а один раз даже наткнулись на чёрного засохшего краба. Он лежал на песке, задрав вверх скрюченные лапы.

И тут по земле пронеслась тень.

– Птица! – Юкки и Райф вскинули головы.

Высоко над ними летела чайка. Разевая острый клюв и вздрагивая горлом, она издавала заливистые крики.

– Она смеётся! – удивлённо воскликнул Юкки.

– Да ну её, – фыркнул Райф. – Пойдём уже в город. На юге рано темнеет. Надо поискать какое-нибудь место для ночлега, – он вдруг остановился и полной грудью вобрал морской воздух. – Это будет вторая наша ночь на свободе…

Снова очутившись среди домов и машин, щенки увидели продуктовые магазины со стеклянными дверьми, коттеджи за решётчатыми заборами и отели – некоторые даже ещё выше, чем «Морска звезда», у которой, как думал Райф, отпала буква «я».

А позади города был лес. Это был настоящий дикий лес, он стоял зелёной стеной, воздымая к небу взъерошенные южные сосны, и Юкки понял, насколько этот лес больше и опасней леска, который им пришлось преодолеть на пути в «Домодедово».

Щенок поёжился. Болгарский лес и отталкивал, и манил его. Но Юкки знал: ночевать там он точно не осмелится.

Глава 14. Тоска по друзьям

 

На литературе, как назло, проходили «Маленького принца». «Мы в ответе за тех, кого приручили…» Естественно. Только этой фразы и не хватало, чтобы совсем растравить Марго душу. На уроках она только и думала, что о сбежавших Юкки и Райфе. Не могла сосредоточиться ни на примерах по математике, ни на географических названиях, ни даже на правилах по русскому.

Никто из одноклассников особо-то не обратил внимания на состояние Марго. Все были заняты своими делами. Разве что Сиракуз встревоженно спросил:

– Что случилось?

Сиракуз Оливе́йра был, пожалуй, самым нормальным парнем из шестого «а» и никогда не обижал Марго. Но разве могла она рассказать про собак, если даже маме, которой она доверяла больше всех, Марго не поведала их тайну?

– Всё нормально, – девочка заставила себя улыбнуться. – Просто я сегодня особенно не выспалась. Как зомби.

Сиракуз вряд ли поверил, что причина грусти Марго в недосыпании. Но понял, что одноклассница ничего не расскажет, и деликатно замолчал.

Сиракуз был из Южной Америки. В России они с родителями и братом жили уже очень давно, так что говорил мальчик без акцента. Сокращённо его в классе называли «Серый» – и это сокращение не нравилось Марго, как и «Рита» по отношению к её имени. Серый – это Серёжа, а Сиракуз… Да его имя вообще не надо сокращать.

Вы, наверно, сейчас подумали, что он нравился Марго. Но… нет, не совсем так. Марго нравился старший брат Сиракуза. Его звали Джеймс, и он учился аж в одиннадцатом классе. Марго при встречах с ним старалась сохранить невозмутимость – но это получалось только внешне. Пусть Марго не любила девичьих нарядов и украшений, но школьная любовь вовсе не была ей чужда. Всякий раз встречая Джеймса на школьных этажах, Марго чувствовала, как сердцебиение предательски учащается.

Джеймс и Сиракуз были похожи – оба смуглые, с короткими взъерошенными волосами, подтянутые и ловкие. Правда, в Сиракузе было больше худобы, чем подтянутости, но это было неважно. Поглядев на обоих, сразу можно было сказать: они – братья.

Джеймсу было восемнадцать лет, и он умел водить мотоцикл. Пределом мечтаний Марго было разок проехаться с ним в качестве пассажира. Но такого рода мечты обычно сбываются только в сказках… Марго в жизни не осмелилась бы попросить старшего брата Сиракуза покатать её на мотоцикле. Джеймс бы, наверное, только снисходительно усмехнулся.

Впрочем, даже само по себе мечтание о нём вдохновляло Марго и поднимало ей настроение.

Но сейчас даже мысли о Джеймсе не помогли ей прогнать грусть. Джеймс – это одно дело, а её собаки – другое. С побегом Райфа и Юкки ничего не поделаешь, и отвлечься от него – тоже невозможно…

Марго слабо верилось, что они оба, целые и невредимые, добрались до Болгарии. А даже если добрались – с ними всё равно может произойти что угодно. Может быть, они уже погибли, – а Марго даже не знает об этом… Ситуации хуже не придумаешь.

Но, оказалось, может быть ещё хуже.

Приехав домой, Марго первым делом подошла к коробке с щенками. И сразу увидела: на месте – только четверо.

– Где Сэнди и Маттара? – спросила она.

Щенки, как по команде, виновато вздохнули.

Марго бросилась к окну в гостиной, убедилась, что оно и правда открыто, и вернулась обратно в свою комнату.

– Они что, ушли?

– Мы не могли удержать Маттару, – тихо сказала Вита. – Он обещал, что вернётся… Вместе с Юкки и Райфом.

– А Сэнди пошла за ним, – добавил Сэм.

– Маттара всё равно бы побежал за ними, – серьёзно сказал Охотник. – Рано или поздно.

Марго устало опустилась на стул и положила голову на сложенные на столе руки. Потом ушла подальше от щенков, чтобы они её не утешали. Тошно было от утешений.

Зачем она вообще купила этого Райфа?! Выбрала бы другого щенка – или вообще никого! Марго теперь жалела, что вообще связалась с волшебными собаками. Кой чёрт дёрнул её год назад купить на Воробьёвых горах маленькую статуэтку спаниеля?

Марго вспомнила, как впервые увидела Лесси превратившейся. Собачка не заметила, как её хозяйка вернулась из школы, и весело кувыркалась на кровати. Марго очень медленно подошла… Остановилась возле кровати… И в этот миг Лесси испуганно обернулась.

– Помереть… не встать. – отчеканила пятиклассница.

Лесси, оправившись от испуга, рассказала ей про мастера. Марго слушала, раскрыв рот. В конце рассказа девочка торжествующе воскликнула.

– Я знала, что волшебство есть! А почему же ты так долго не превращалась?

– Боялась, – вздохнула Лесси.

– Чего боялась, глупая? – улыбнулась Марго.

– Что ты меня будешь заставлять превращаться – и кому-нибудь показывать за деньги.

– Да что ты! Ничего я не буду!

Потом Марго купила Виту, Охотника, Сэма. И было очень здорово, что у тебя живёт такая вот весёлая карманная стая.

Но позже оказалось, что больше здесь не веселья, а ответственности. У собак ведь такие разные характеры… И если Сэму довольно для целого мира обувной коробки, дома и школы – то Райфу подавай земной шар. А путешествовать в кармане Марго он не согласен… Как с ним можно было договориться? Если бы Марго всерьёз спросила, что его тревожит, – что Райф ответил бы ей? «Поди прочь, хозяйка мне не нужна»? Или «Отвези меня в Болгарию и оставь там»?

Тяжело было на сердце у Марго. А когда она засыпала, темнота и тоска словно душили её чёрными пальцами.

 

Глава 15. Первая ночь

 

Сэнди и Маттара сбились с лап, разыскивая беглецов.  Сначала они нашли на песке пляжа их следы – но в городе, где кругом брусчатка и асфальт, следы найти было просто невозможно.

Юкки и Райфа не было нигде. Маттара с подругой искали их в траве и в зарослях кустов, у корней редких деревьев, а один раз даже проскользнули в продуктовый магазин. Магазин был большой, прохладный, с отражающим свет полом и дверцами холодильников. Щенки хотели обойти помещение полностью, но испугались людей, которые ходили между рядами полок и выбирали себе продукты, складывая их в висящую на локте красную пластиковую корзину. Было слишком рискованно оставаться здесь, поэтому Сэнди и Маттара почти сразу выбежали обратно на улицу.

День постепенно клонился к вечеру. На улицах Созополя становилось всё темнее.

– Надо найти место, где будем ночевать… – задумчиво сказал Маттара.

– А может, в магазине? – предложила Сэнди.

– Что?

– Ну, да! В магазине! Они же закрываются на ночь, верно? А мы через какую-нибудь щёлку пролезем. Нам почти любой хватит! – Сэнди, видимо, нарочно бодрилась, чтобы уныние не охватило обоих путешественников. – А ночью в магазин как раз никто не зайдёт.

– Что ж… Давай попробуем, – согласился Маттара.

Они уже шли не по асфальту, а по брусчатке. Улицы кругом были старинные, домов с треугольными черепичными крышами было на них больше, чем современных, прямоугольных, со стеклянными дверьми. Сами щенки об этом не знали, но Созополь делился на две части: на Старый и Новый город. Сейчас Маттара и Сэнди оказались в Старом.

По рисунку на вывеске – кувшину с ручкой – они нашли гончарную лавку.В деревянной двери как раз оказалась подходящая щель – достаточно широкая, чтобы через неё могли проникнуть в помещение маленькие собаки.

– Может, тут заночуем? – предложил Маттара. Его почему-то потянуло в этот дом со страшной силой.

– Давай, – кивнула подруга.

Они, на всякий случай оглядевшись по сторонам, друг за другом юркнули в щель.

В окутанном полумраком доме царил удивительный запах. По-настоящему болгарский. Южными травами и морем пахнет не только в этой стране. А там, куда зашли Сэнди и Маттара, витал в воздухе аромат розового масла. Болгария – страна роз. У тех, кто был в ней хоть раз, запах цветов будет ассоциироваться именно с ней.

Сэнди и Маттара улеглись на одной из нижних деревянных полок. Рядом стояла глиняная миска, в которой лежали мешочки, источавшие всё тот же запах роз.

Устав от всего пережитого за этот долгий день, собаки-путешественники уснули почти мгновенно. Маттара успел только вспомнить, как увидел из окна машины Чёрное море.

Маттаре приснилось, как за ними с Сэнди гонится человек в огромных ботинках. Щенки, задыхаясь, неслись по брусчатке сломя голову, а человек шёл, шёл, и подошвы его грохали монотонно и зло. Нельзя было метнуться в сторону: улица, по которой шагал человек, была лишь чуть шире его самого, и броситься назад тоже было невозможно. За этими страшными шагами Маттара не слышал топота собственных лап, и рвущееся из груди дыхание тоже казалось беззвучным. Неотвратимость гибели, настигающей их с Сэнди по пятам, и пугала, и злила метиса. Хотелось подпрыгнуть и укусить этого человека – обладателя огромных и тяжёлых башмаков. Но сил и времени хватало только на отчаянный бег.

Неравная гонка продолжалась так долго, что у Маттары в конце концов подкосились лапы. Он свалился на брусчатку – и тут же что-то рухнуло сверху…

Он проснулся, не открывая глаз, хватая ртом воздух и изнемогая от жгучего страха, который взрывался и рассыпа́лся на искры в голове, как фейерверк. Но потом здравая мысль: «Это был сон…» прекратила невыносимые вспышки. Страх начал затихать. Дрожь в лапах унималась.

Глаза прямо через веки улавливали слабый свет. Маттара приоткрыл глаза и увидел, что наступило утро. За окном было пасмурно. Шумел дождь. Раздался вдруг негромкий, но раскатистый и весьма отчётливый удар грома.

Маттара огляделся. Магазин в свете дня (а точнее, утра) оказался совсем другим. Полки были уставлены глиняной посудой – коричневой с белыми, жёлтыми, оранжевыми, синими узорами. Тут были кружки, миски (возле одной из них и уснули щенки), совсем маленькие блюдечки. Среди посуды сидели весёлые куклы, некоторые из них держали в руках пузырьки с розовым маслом.

Раздался новый удар грома, и Сэнди тоже приподняла веки.

Маттара?

– Гроза, – сказал он.

Сэнди подняла голову, потянулась, встала на лапы. Прислушалась к дождю.

– Ничего не поделаешь. Надо выходить. Вдруг сейчас продавцы явятся?

Маттара сам это понимал. Он сошёл с полки и кивнул на дверь.

Выбравшись на улицу, щенки побежали по мокрой брусчатке. Холодные капли шлёпались им на загривки, на головы, и путешественники то и дело встряхивали мордами. Были у дождя и свои плюсы: люди не очень любят, когда с неба льёт, а потому сейчас они Сэнди и Маттаре вообще не попадались. Впрочем, дело было не только в дожде: сейчас было ещё очень рано. Через серую муть грозовых туч упрямо старался пробиться рассвет. Солнце окрасило часть неба в бледно-жёлтый и ждало теперь, пока гроза разрешит ему использовать всю палитру.

Щенки спрятались от дождя под лопухом рядом с забором, прутья которого облупились и покрылись ржавчиной. Из-за этих прутьев было хорошо видно море. Оно отражало небо и почти сливалось бы с ним, если бы не волны, служившие ломанной и постоянно меняющейся границей между верхом и низом. Вода гораздо сильнее, чем вчера, захлёстывала берег.

Маттара беспокойно вздохнул, не сводя с моря глаз. Его сердце резко билось в груди от непонятного чувства. Он не знал, что так оно бьётся у многих людей, когда они наблюдают за неукротимой стихией.

– Райф, а что это за остров?

Два беглеца сидели на стоящем возле дома блоке ракушечника, прикрытые от дождя козырьком черепичной крыши. Море билось о камни, и ветер швырял вверх целые охапки пены. На острове мигал маяк, прорезая вспышками туман дождя. Сам остров был вытянутый, серо-зелёный.

– Не знаю, – задумчиво сказал Райф. – Надо бы сплавать…

– Просто так? Без всего? – опешил Юкки.

– Да прям уж! На корабле, конечно. Только найти бы подходящий... И не сегодня. Видишь, что творится?

Юкки поёжился: сорвавшаяся с козырька холодная капля упала ему на макушку.

– Ну, что, как тебе на свободе? – спросил Райф.

– Здорово, – улыбнулся Юкки. – Я и не думал, что мир такой… большой.

– Я говорил! – торжествующе произнёс метис. – Никаких дурацких рамок!

И всё же Юкки не сказал своему другу всей правды. Да, на свободе было чудесно. Но Юкки всё равно не хватало дома. Дом – это место, где можно чувствовать себя  в безопасности. Если бы Марго жила на море, её щенки могли бы каждый день гулять по Созополю и возвращаться в свою родную коробку… Но, с другой стороны, разве хозяйка отпускала бы их так далеко?

Юкки неслышно вздохнул. Открывшийся ему мир был просто невероятным – и в то же время щенок скучал по «рамкам», по общению со стаей, с Марго… Прошло чуть больше суток, как между ними легла пропасть в три тысячи километров, – а казалось, Юкки и Райф улетели уже очень давно.   

 

Глава 16. А в это время в Москве

 

Шла большая перемена. Она длилась целых двадцать пять минут вместо пятнадцати. Большинство одноклассников Марго ускакали в находящийся рядом со школой магазин. Вообще-то, в этот магазин ходить не разрешалось, потому что в него можно было попасть только перейдя дорогу, а это «очень опасно».

– Вы же рассеянные, не смо́трите по сторонам! Там дорога узкая, вы думаете: пролетели – и всё! А недавно девятиклассника сбили, он руку сломал!

Но магазин возле школы всё равно оставался местом паломничества для учеников разных возрастов. И Марго периодически тоже туда ходила. А что? Там большой выбор, не то, что в буфете на первом этаже.

Охранники раньше пятого урока никого из школы не выпускали, но ученикам, естественно, давно были известны все тайные ходы. Самым популярным из них был ход из спортзала, через который во время физкультуры «легально» выбегали на уличную площадку играть в футбол. Иногда бдительные учителя запирали заветную дверь на ключ. Однако отдельные ученики ухитрялись выбираться ну улицу через окно в подсобке спортзала, где хранились маты, мячи, запасные верёвочные сетки и прочее, и прочее.

Сегодня Марго не пошла в магазин. Она выбралась на улицу, чтобы сверху, через другое окно, приоткрытое, но защищённое решёткой, посмотреть, как 11-ый «б» играет в волейбол.

В 11-ом «б» учился Джеймс.

Сейчас он был в красной футболке и белых шортах. Ловкий и быстрый, он обладал хорошей реакцией и почти моментально отбивал мяч. Но в другой команде были серьёзные соперники, и Джеймсу тоже приходилось непросто.

От стен спортзала эхом отлетали азартные крики:

– Аут!..

– Ну, что же ты!

– Димон, пасуй!

– Давай, Джеймс!

– У-ху-у! Одиннадцать – семь!

– Оле́-е, оле, оле, оле! Португалия, вперё-од!..

Марго улыбнулась. Всё-таки Джеймс помогал ей выдержать тоску… Причём, сам о том не подозревая. Марго сама сейчас не хотела, чтобы старшеклассники видели, как она за ними наблюдает.

Мяч ударился о подставленные запястья Джеймса – и неожиданно рикошетом полетел в окно. Громко ударился о решётку. Марго отшатнулась. Она испугалась не мяча, а того, что 11-ый «б» её обнаружит.

Притаившись под окном, Марго услышала, как из спортзала донёсся встревоженный голос Джеймса (с акцентом):

– Я кого-то убил?

– Да не-е! – засмеялся Димон. – Давайте уже дальше играть!

Марго кинула взгляд на часы. От перемены осталось десять минут, а наблюдать за классом Джеймса дальше было рискованно: вдруг опять попадут мячом в оконную решётку и оглянутся? Девочка вздохнула и отправилась в здание школы через один из тайных ходов.

На уроке истории Марго продолжала думать про Джеймса. Она мысленно слышала его голос, видела его весёлое смуглое лицо. Вспоминала, как он дурачился с одноклассниками. Марго сейчас не улыбалась, но по лицу её явно было заметно, что меньше всего её сейчас интересует Смутное время на Руси, о котором рассказывал учитель.

– А Вербицкая у нас опять в облаках витает! – очнулась она от громкого голоса. «Историк», скептически ухмыляясь, смотрел прямо на шестиклассницу.   

– Я слушаю! – невинно соврала Марго. 

– Ну, да, конечно… Сядь прямо! Хватит голову подпирать, она не отвалится! Итак, бояре…

Марго стала слушать одним ухом. Второе было отключено. Воспоминание неумолимо уводили её в зиму, в декабрь, когда Джеймс помог избавиться своему классу, и не только ему, от учительницы по кличке «Страус»…

Глава 17. Проделка

 

У младших Страус вела математику. У старших – геометрию, а также алгебру и начала анализа. Она была высокая, с мощными ногами, ступала величаво, чуть поднимая голову, отчего создавалось впечатление, что она гордится в себе абсолютно всем – даже походкой.

Марго и так математику не любила, а когда в шестом классе у них появилась Страус – почти возненавидела этот предмет. Объясняла материал она ужасно, а просьбы объяснить получше игнорировала. Это было примерно так:

– Понятно?

– Не-ет!

– Поехали дальше!

Может, вы думаете, что таких учителей не бывает – но они встречаются, не сомневайтесь…

Марго слышала в разговоре Сиракуза с Георгом (второй не был иностранцем), что Страус ведёт и у 11-го «б», где учится Джеймс. «Значит, и они от неё страдают», – мрачно подумала девочка.

Один раз Марго видела, как Джеймс что-то обсуждает с одноклассницей. Оба были сердитые и, кажется, говорили о Страусе. Джеймс показывал однокласснице тетрадь. Ученица 11-го «б» косилась на дверь кабинета математики, чуть поодаль от которого они стояли. Подойти ближе, чтобы услышать, о чём они говорят, у Марго попросту не хватило духа.

А однажды в декабре у шестого «а» случилось «окно» – это так называется свободный урок. Они весело шли по третьему этажу, собираясь через один из секретных ходов выйти из школы и отправиться в магазин. Как вдруг из-за двери кабинета алгебры донёсся гневный вопль:

– Оливейра!!

Сиракуз аж подлетел.

Но выяснилось, что обращаются не к нему… Из девятнадцатого кабинета вышла Страус и, пыша яростью, оглянулась на 11-ый «б»:

– Я сейчас же иду к вашему классному руководителю!..

Проревев это, она размашисто зашагала по коридору. Класс Марго поспешно расступился: на пути у этой учительницы лучше было не стоять, себе дороже.

Не успел Сиракуз заглянуть в кабинет, чтобы понять, что случилось, как в коридор высыпала добрая часть 11-го «б», среди них – Джеймс. Старшеклассников, видимо, ничуть не пугала расправа. Или пугала – но не до такой степени. Они смеялись. Немного опасливо, но всё равно весело.

– Что там случилось? – подскочил к брату недоумённый Сиракуз.

Джеймс взял его за плечо и обвёл глазами шестой «а».

– Ребят, вам лучше отсюда смыться. Сейчас что-то будет…

Одноклассники Сиракуза были наслышаны о строгости классной руководительницы его брата, и потому приняли решение продолжить путь к тайному ходу.

А вот сам Сиракуз остался. И Марго… Марго, если честно, осталась тоже. Понятно, что Сиракуз волнуется за Джеймса, потому что они – не просто братья, а очень близкие друзья, но… Почему Марго не может волноваться хотя бы за Сиракуза? Сопереживать ему как хорошему товарищу и однокласснику? Словом, Марго робко встала рядом с младшим Оливейра и стала ждать участи старшеклассников.

Они отошли подальше, когда в коридоре возникла стройная учительница с прямыми чёрными волосами. Это и была классная руководительница 11-го «б». 

Она вошла в кабинет и закрыла за собой дверь. Марго и Сиракуз услышали, как учительница спокойно произнесла:

– А теперь встаёт… Джеймс Оливейра.

Джеймс, видимо, встал. И кто-то ещё.

– Я тоже должен. Это была моя идея.

– Ах, твоя…

– Общая, – сумрачно сказал Джеймс.

– Ну, а где же… третий участник? Не притворяйтесь, вы знаете, о ком я.

– Вот, – сказал брат Сиракуза.

Последовала пауза.

– Он что… настоящий?

– Конечно, – в голосе Джеймса послышался намёк на гордую улыбку.

– И где ты его взял?

– Дома… В смысле, из террариума. Они у меня живут. Мадагаскарские тараканы называются.

– Господи… Ну, и что же вас… побудило придумать такую идею?

Судя по всему, она ждала ответа от Джеймса и его «сообщника», но тут буквально взорвался весь класс.

– Тамара Сергеевна! Она ничего не объясняет!

– Мы её просили, а она…

– Сегодня контрольная, все написали бы на два и три!

– Так нечестно, мы ведь тоже люди!

11-ый «б» кипел от праведного негодования…

– Ти-ше! – громко сказала Тамара Сергеевна. – Во-первых, не «она», а «Людмила Ивановна». А во-вторых – почему вы ни разу не посоветовались со мной? Вы считаете, я бы вас не выслушала?

– Однажды мы пожаловались на учителя, но вы сказали, что мы в этой ситуации не правы, – деликатно напомнила одна из учениц 11-го «б».

– Ситуации бывают разные, Маша. И здесь я вижу, что она плачевная… Но вы, надо сказать, тоже не ангелы. И надо же всё-таки думать. Да, я к тебе обращаюсь, Джеймс. Притаскиваешь в школу этих чудовищ… А если у человека инсектофобия?

– Чего? – робко переспросил кто-то.

– Боязнь насекомых, – пояснила учительница. – Причём, неконтролируемая. Кто из вас учится в школе с углублённым изучением иностранных языков, вы или я?

– А у нас… людмилоивановно-фобия, – мрачно заявил какой-то парень. – Причём, неконтролируемая.

11-ый «б» дружно расхохотался.

– Ти-ше! – опять громко сказала Тамара Сергеевна. – Вопрос с математикой мы решим. Тем более, вам в этом году сдавать ЕГЭ. Что же касается Джеймса и Васи…

Класс опять оживился:

– Джеймс и Вася! Супер-банда!

– Бонд, Джеймс Бонд…

– Угомонитесь! И сидите тихо до конца урока. Чтобы никто из кабинета не выходил! Ещё неизвестно, чем всё закончится!

– Пойдём, – шепнул Марго Сиракуз. – Уже почти всё ясно…

Закончилось тем, что Людмила Ивановна ушла из школы.

11-ый «б» и все остальные классы, у которых она вела, просто ликовали. Джеймса и Васю ещё долго поддразнивали – но без злого умысла.

У шестого «а» появилась Татьяна Викторовна, девизом которой было «На математике должна царить полная тишина». А у Марго никогда бы не хватило духу подойти к Джеймсу и дурашливо усмехнуться: «Спасибо за избавление!» Или хотя бы спросить: «А сколько у тебя всего этих мадагаскарских тараканов?»

 

 

Глава 18. Остров

 

– Смотри, Райф! Там написано «Остров Свети Иван»! Наверно, это тот самый!

Они явились в порт рано утром и теперь ходили, рассматривая таблички на лодках и катерах. И вот Юкки, похоже, нашёл нужный транспорт.

– Ну, что, поплывём? – усмехнулся Райф.

– Поплывём! – ответил Юкки, благоговея перед новым путешествием.

Трап, ведущий на катер, был совсем коротким. Юкки и Райф пробежали по нему за несколько секунд. В одном из углов катера, как раз рядом с кормой, свернувшись, как змея, лежал тонкий канат. За его витками и спрятались щенки. В катер постепенно заходили пассажиры. Старый канат, к счастью, никого не интересовал.

Это плавание показалось Юкки и Райфу больше похожим на поездку на машине, чем на полёт. Наверное, из-за шумевшего почти в точности, как у автомобиля, двигателя, а ещё из-за того, что вода, иногда ударявшая в днище катера, казалась твёрдой, как дорога.

Плыли не так уж и долго: остров-то рядом. Вскоре катер причалил у каменистого берега. Сошли на этот берег пассажиры и экскурсовод. Юкки и Райф, которые залезли на борт прямо с каната, заметили, что трап на сей раз не спустили.

– Что будем делать? – Юкки, похолодев, покосился на воду. Прыгать прямо в неё он боялся. Наверняка погрузишься с головой, придётся выныривать…

– Вон там большой камень, – кивнул Райф. – Допрыгнешь?

Камень был совсем близко, на том же уровне, что и борт катера. Юкки обрадовался и сиганул с катера первый. Камень резко пах пылью и сухими водорослями. Рядом приземлился Райф.

– Ну, ты даёшь… Пойдём. Будем неподалёку от них держаться, – мотнул он головой в сторону людей, которые вслед за экскурсоводом потянулись по острову.

В принципе, на острове Свети Иван не было ничего особенного. Так казалось некоторым людям. Кругом одна только сухая колючая трава под ногами, среди неё попадаются ломкие колоски. Прямо в этой траве – довольно крупные, больше куриных, яйца. Серые, пятнистые. Это были яйца чаек. Сами птицы, протяжно крича, беспокойно кружили в небе, иногда спускались в полёте и проносились совсем над головами людей. Туристы пугались и махали на них руками.

– Глупые люди! – посмеивался Райф. – Чайки их даже не задевают, только напугать хотят!

– О, смотри, черепаха! – завопил Юкки.

Небольшая сухопутная черепаха неспешно мяла траву чешуйчатыми лапами. Это было настоящее дикое животное! Юкки, опередив Райфа, в восторге забрался к ней на панцирь.

– Эй, подожди меня! – Райф запрыгнул следом.

Панцирь оказался тёплый. Черепаха либо вообще не заметила своих «наездников» – либо ей просто было лень их сгонять. Она продолжала флегматично бороздить травы острова с щенками на спине, пока те наконец не спохватились, что сильно отстали от людей. Юкки и Райф отправились дальше на собственных лапах.

Щенки прошли вместе с людьми весь их путь. Побывали у маяка, который охраняла сидящая за сетчатым забором молчаливая лохматая овчарка с умными глазами. Она строго посмотрела на Юкки и Райфа. Уж мимо неё-то не проберёшься… Это от людей легко скрыться, а от собаки – попробуй!

Рядом с маяком стоял невысокий белый дом всё с той же красной черепичной крышей. Судя по всему, это был дом смотрителя. Юкки смотритель маяка почему-то представился похожим на мастера. Таким же невысоким старичком, сверкающим очками и напевающим себе под нос.

От маяка люди повернули обратно к побережью. Там у них был пикник, а желающие (их оказалось немного из-за острых камней и холодной воды) искупались.  

Юкки и Райф ждали людей уже на катере, в своём прежнем укрытии возле каната, прыгнув на борт с того же камня. Пока плыли обратно, щенки отдыхали после долгого похода.

Примерно через полчаса катер причалил в Созополе. Солнце стояло высоко в зените.

 

Глава 19. Город на ладони

 

Ближе ко второй половине дня дождь утих, сквозь тучи стало проглядывать голубое небо. Всё ещё дул зябкий ветер, но море стало успокаиваться. 

Сэнди и Маттара бродили по городу в надежде наткнуться на Юкки и Райфа случайно. А что? Такое запросто может произойти. К тому же, если не знаешь, где искать, нарочно всё равно не найдёшь. Так что два палевых щенка «патрулировали» улицы и пляжи Созополя. Кроме людей Маттара и Сэнди видели обычных, больших собак – и кошек. Последние чаще всего оказывались одноглазыми.

– Наверное, после драки с чайками за рыбу, – предположила Сэнди. О таких драках рассказывала Марго.

Маттаре тоже казалось, что они в Созополе уже давно. Не второй день, а вторую неделю. Он мечтал найти возвышение, с которого было бы видно если не весь город, то хотя бы его часть. Возможно, тогда отдельные образы увиденных мест сложатся в единую картину.

Такое возвышение нашлось только к вечеру.

Когда Маттара и Сэнди, измотанные поисками беглецов, вернулись к тому самому отелю, куда их привезли вчера, и отдохнули в знакомых зарослях, солнце уже начало клониться к закату.

– А может, погуляем по ночному городу? – внезапно предложила Сэнди.

– «Погуляем…» – горько усмехнулся Маттара.

– Ничего, мы их ещё встретим. За пределы Созополя они не уйдут… А ночные огни всё-таки хочется увидеть.

– Мне самому хочется, – вздохнул Маттара. – Только эта чёртова тревога… Она меня всё не оставляет.

– Меня тоже, – призналась Сэнди. – Она нас не оставит, пока мы Юкки и Райфа не найдём. А сразу мы их всё равно не найдём.

Щенки выбрались из зарослей, поднырнули под калиткой и зашагали вверх по тротуару.

Сэнди увидела вдруг: в воздухе стремительно носятся чёрные тени.

– Маттара, смотри! Что это?

Он остановился, прищурился.

– Птицы?

Сэнди помолчала.

– Нет, не птицы… – И тут она ахнула, догадавшись: – Летучие мыши!

– Летучие мыши?!

На улице зажглись фонари. Свет одного из них на один короткий миг точкой отразился в маленьком круглом глазе пролетевшего мимо существа. Да, это были летучие мыши.

– Я думал, они только в пещерах…

– Я тоже думала, – отозвалась Сэнди. – Ну и дела… И как мы их вчера не заметили?

– Может, они не каждую ночь появляются. Кто их знает…

Щенки пошли дальше. Выбранная ими улица тянулась очень долго. Полное облаков небо становилось всё темнее. Над головами щенков то и дело проносился ночной ветер. Иногда он бросался к земле – и поднимал с дороги пыль, вертел её, старался бросить щенкам в глаза. В такие моменты Сэнди и Маттара жмурились, опускали головы.

Впереди показались два человека, и Сэнди с Маттарой метнулись с асфальта в траву. Вожак стаи бежал впереди. И тут резко затормозил на полном ходу! Правая лапа сорвалась в пустоту: впереди был откос!

– Сэнди, стой!..

Он крикнул это вовремя – и подруга, тоже затормозив, отшатнулась назад.

– Ух-ты! – уставилась она вниз. – Вот это обрывище!

Высоты «обрывища» хватило бы для того, чтобы человек, упав с него, не остался целым. Маттара уже собрался было рассердиться на его внезапное появление, на высокую траву, из-за которой они не заметили опасного места… И тут понял, что нашёл наконец точку, которую искал. 

Внизу сверкали огни вечернего Созополя. С откоса было видно весь порт. У причалов дремали яхты, катера и рыболовецкие суда. Лишь редкие корабли всё ещё бороздили море.

– Надо камень найти! – сказала Сэнди. – Дурацкая трава вид загораживает!

Они отыскали камень, залезли на него – и панорама Созополя открылась им во всей красе. Стало теперь видно не только порт, но и сам город. Светящиеся окна жилых домов, цветные вывески магазинов и названия отелей.

Глядя на всё это с высоты, Маттара испытал примерно тот же берущий за душу восторг, что и при виде моря. Путешествие продолжало дарить счастье вожаку волшебной стаи. «Я действительно никогда это не забуду… А когда вернёмся к Марго – попрошу её, чтобы взяла в Болгарию нас всех, восьмерых! Она должна согласиться…» 

– Смотри, Маттара.

Голос Сэнди отвлёк его. Вожак встряхнул головой.

– А?

– Луна… Ты видишь, какая она?

Повисшая в южном небе большая жёлтая луна была охвачена дымкой. Словно часть её света превратилась в пыль. Это было вовсе не из-за облаков: они луну не закрывали. Непонятная дымка исходила от неё самой. В Москве Маттара ни разу такой замечал такой луны.

– Странная, – согласился он.

– Ох, не к добру… – протянула Сэнди.

– Считаешь?

– Чувствую почему-то.

Словно желая подтвердить её предчувствие, резче и холоднее прежнего задул ветер. От него шерсть двух палевых щенков поднялась дыбом. 

– Пошли обратно к отелю, – как можно беспечнее предложил Маттара.

В этот миг тяжёлые облака прошила молния.

 

 

Глава 20. Буря

 

Сэнди и Маттара галопом бежали по кромке дороги. Ветер совсем разбушевался. Он опять швырялся пылью, и щенкам приходилось останавливаться, крепко зажмуривая веки и сжимая губы. Когда один из пыльных ураганов на миг затих, Маттара прокричал:

– Марго же говорила, что гроз в Созополе почти не бывает!

– Значит, нам просто не повезло! – послышался в ответ голос Сэнди.

Небо в очередной раз прочертила молния. Грома пока не было слышно, но с неба посыпались капли. Этот дождь был куда сильнее, чем сеявший после первой их ночи в Созополе. Куда там! Не прошло и минуты, как щенки вымокли.

– Может, превратимся в камень?!

– Опасно! – рявкнул Маттара. – Ветром унесёт и швырнёт о стену, разобьёмся вдребезги! Надо сначала найти укрытие!

А попробуй найди! Дождь лупит по земле, редкие прохожие забились под козырьки – но и туда ветер несёт холодные капли. В траве прятаться бесполезно. Ветер норовит опрокинуть щенков, потащить их по земле…

Дорога пошла под уклон. Под лапами щенков бежали целые ручьи. Резкая вспышка, панический вопль Сэнди:

– Берегись, Маттара!!

Он затормозил, поскользнулся, упал на асфальт, подняв брызги. А совсем рядом рухнула сорванная с дерева ветка, мокрыми листьями хлестнула по земле. Сжавшийся Маттара открыл глаза и увидел над собой Сэнди.

– Ты целый?

– Да…

Она, ухватившись зубами за его шкуру, заставила Маттару подняться.

– Бежим!

Гром наконец спохватился, что без него тут не обойтись. От его ударов в самом буквальном смысле содрогалась земля. Испуганно и возмущённо завыла сигнализация чьей-то припаркованной машины. И ещё одной…  

Дальше путешественники бежали недолго. Не успела ещё закончиться наклонная дорога, как порыв ветра заставил Маттару споткнуться, кубарем полететь с лап, кувырнуться через голову… Сквозь гром до него донёсся голос Сэнди – а потом вожак стаи ударился обо что-то головой и плечами. Мир окутала ватная тьма.

Он понял, что жив, вдыхая запах мокрой травы. Маттара лежал на правом боку и дышал, а рядом опять звучал голос Сэнди. На этот раз она не кричала, говорила негромко.

– Маттара, ты слышишь меня? Маттара… Очнись. Пожалуйста.

Сэнди просила так спокойно лишь из-за усталости. Она ведь сидела рядом с ним до самого конца бури, изнемогая от отчаяния и животного страха. Не смела заснуть, собственным телом закрывала Маттару от ветра и дождя. Готовая, что в любой момент на них свалится ветка.

Но ничего не случилось. Гроза наконец утихла. Пошёл обычный дождь. Он моросил и сейчас, но едва ли его можно было сравнить с бешеным ливнем, потрясшим город этой ночью.

Маттара открыл глаза.

– Сэнди… Что там? Буря кончилась?

Она вскочила.

– Ты лежи, лежи… Кончилась. Чёрт возьми, Маттара… Я думала, тебе конец.

– Да нет, – машинально сказал он. – Просто голова немного кружится… А так – ничего. Ты же знаешь, пару-тройку раз превращусь в камень – и всё пройдёт...  

Маттара осторожно поднял голову, огляделся.

Они были совсем рядом с отелем. Метрах в двадцати. Пальмы, стоящие в горшках рядом с «Морской звездой», были изрядно помяты.

– Ты бы видел, что здесь творилось, – прошептала Сэнди. – Пальмы прямо грохались. На втором этаже навес сорвало… Ужас.

– Может, даже хорошо, что я этого не видел, – невесело пошутил Маттара. – Интересно, что в это время творилось на море…

– Можно представить, – пробормотала Сэнди.

Отлежавшись, Маттара встал.

– Я в порядке. Пойдём в город.

Глава 21. Неравная борьба

Город после бури выглядел осоловело. Улицы его были закиданы мокрыми ветками, несколько тонких деревьев сломались и обречённо клонились к земле. Маттаре стало жаль эти деревья. Сэнди, видимо, тоже. Она очень грустно покосилась на них.

– Я уверен, эта буря побила какой-нибудь рекорд, – заявил Маттара. Он прихрамывал, но боль в плечах уже проходила. 

– А теперь уверена, что от погоды можно ждать всё, что угодно. Вот вернёмся к Марго и расскажем ей, как в Болгарии «редко идут дожди».  

– Да уж… – И тут Маттару обожгло. – Сэнди! А как ты думаешь, с ними всё в порядке? С Юкки и Райфом?

Она остановилась.

– Я уже думала об этом, Маттара. Ты лежал, а я думала про вас всех… Не знаю. Будем их искать. Мне кажется, они успели где-нибудь скрыться.

Маттара тоже хотел, чтобы ему так казалось.

– Давай пойдём на побережье, – сказал он, чтобы отвлечь Сэнди и себя от тревожных мыслей. – Посмотрим, какое море сейчас.

Они помнили, в какой стороне море, и отправились к нему, огибая обломанные ветки и глубокие лужи.

Море уже успокоилось, но было каким-то мутным. Судя по всему, шторм поднял со дна целые тучи песка и они до сих пор не улеглись до конца. Пляж был пуст. Лишь в конце его, возле скал, что-то лежало…

Или кто-то?

Сэнди ахнула. А Маттара, с резко забившимся сердцем вглядевшись в потерпевшее бедствие существо, понял, что это дельфин.

Они подбежали к нему, проваливаясь в мокрый песок. Коротконосый дельфин лежал на боку. Кожа у него была светло-серая и матово блестела в пасмурном утреннем свете. Для человека он был совсем не большой: метра всего-то полтора или чуть больше. Но по сравнению с волшебными собаками он, ясное дело, выглядел невероятно большим.

Дельфин был ещё живой. Видно было, что он дышит. Но сколько он продержится на суше, оставалось только догадываться. Людей поблизости не было.

– Что делать? – выпалил Маттара.

Сэнди растерянно смотрела в ответ.

– Я… я не знаю. Может, попробовать прокопать канал? Чтобы вода к нему поступала…

– Да, точно!

Но рыть лапами вязкий песок было очень трудно. Он был похож на кисель и в какой-то момент Маттара испугался, что попросту утонет в этом песке. К тому же, накатывали волны, и щенкам приходилось отбегать, чтобы не оказаться в воде с головой. Шерсть их моментально намокла. Лапы ныли от усталости. Буквально шатаясь, Маттара подходил к дельфину то с одной, то с другой стороны.

Стихия была беспощадна. Отвергнув одного из своих детей, она почти не оставила ему шансов вернуться обратно. Волны были слишком слабыми, чтобы затащить дельфина в море, и слишком сильные, чтобы позволить щенкам осуществить свой план по спасению. Но Маттара и Сэнди не думали сдаваться. Сдаться и отойти было гораздо хуже, чем продолжать выматывать себя борьбой с морем и берегом.

– Маттара… По-моему, это бесполезно, – тяжело дыша, виновато сказала Сэнди.

– Тогда я… тоже здесь умру! – рявкнул он. – Я не уйду отсюда! Я не могу его оставить! Он не должен здесь лежать и ждать своей смерти!   

– Я понимаю. Я тоже не уйду до последнего… Но мы здесь правда не поможем, Маттара. Мы слишком маленькие.

Он понимал. Он впервые по-настоящему почувствовал себя беспомощным и слабым. Даже во время недавней бури он верил, что сможет уклониться от удара стихии. И ведь она вправду его не убила! Но теперь беда грозила другому существу – помочь которому невозможно. И всё равно отступать нельзя… Бесполезно это или нет. Смысл в борьбе…

– Маттара, люди!

Он вскинул голову и снова пошатнулся. По пляжу шли два болгарских парня.

Щенки отступили к прибрежным скалам, скрылись среди камней, сами превратившись в камень. Однако из укрытия им был виден дельфин. И два парня – тоже.

Последние, в футболках и шортах, босые, остановились возле дельфина. Потом, переговариваясь о чём-то, стащили футболки, бросили их на песок. Не будь Маттара сейчас каменным, он и так замер бы в ожидании.

Парни вдвоём поволокли дельфина к воде: один тащил его за хвост, другой – подталкивал. Они даже не стали раскапывать песок вокруг него: видно, для них дельфин оказался не слишком тяжёлым.

Маттара видел, как два болгарина уже не шли, а плыли, продолжая тащить дельфина сквозь воду. А тот вдруг опомнился и, плеснув хвостом, поплыл сам. Парни долго и внимательно провожали его взглядами, а потом вплавь вернулись к берегу. Подняли с песка футболки и, пока не надевая их, продолжили оживлённый разговор на своём языке, зашагав по пляжу в другую сторону.

Дождавшись, пока они отойдут подальше, Сэнди и Маттара превратились обратно. Метис перевёл дух.

– Всё-таки он – счастливчик, – Сэнди улыбнулась, глядя на низкие волны.

– Если бы не те люди – мы бы и правда ничего не сделали, – сказал Маттара. – Но я не хотел бросать. Просто не хотел.

– Я понимаю, – повторила Сэнди. – Люди также… не любят сдаваться. По крайней мере, многие. Мне мастер однажды сказал. Потому что бороться легче. Странно, да? Ведь кажется, что легче сдаться.

– Нет, – покачал головой Маттара. В носу и даже на языке было солоно от запаха водорослей. – Нет, это не легче.

 

 

Глава 22. Ночная гонка

Сиракуз чаще всего приходит из школы раньше старшего брата, поэтому у него есть шанс успеть приготовить для Джеймса какой-нибудь розыгрыш. В плане розыгрышей маленький португалец весьма изобретателен. Он знает наверняка, что подействует на Джеймса, а что – нет, благо выяснил это методом проб и ошибок. И Сиракуз гордится, что это выяснил. Прикалываться над одноклассниками – это ещё ладно, но напугать Джеймса – дело весьма непростое. Ведь пока Сиракуз упражнялся в своих пуганиях – сам старший брат приучался не попадаться на его удочку.

Сегодня Сиракуз долго думал, как провести Джеймса. Очень многое шестиклассник уже испробовал. Прыжок из-за угла в чёрным покрывале, с бешеным воем, уже не «прокатит». Притворяться мёртвым тоже бесполезно. Джеймс отомстит. Принесёт из настольного террариума одного из своих мадагаскарских тараканов – и на счёте «три, два, один», если раньше не вскочишь, посадит тебе на руку. Сиракуз не понимал, что Джеймс нашёл в этих огромных тараканах, бескрылых, покрытых прочными щитками и выражающих недовольство громким шипением. Старший брат кормил их фруктами и салатом, брал их в руки и «выгуливал» питомцев на столе. Сиракуз же близко не подходил к его террариуму, где было целых три жирных таракана. Джеймс объяснял, что это самцы. На переднем щитке у них были бугорки. «Это как рога у оленей».

В общем, притворяться мёртвым лучше не стоило. И в шкафу тоже прятаться бесполезно…

Вдруг Сиракуза осенило. Можно было спрятаться в кровати! Нет, не под кроватью, а именно в ней. Дело в том, что решётка для матраса у Джеймса приподнималась, и, если залезть под неё и ухитриться её опустить обратно, тебя не увидит никто. Деревянный бортики спускаются до самого пола и разглядеть того, кто спрятался в кровати, нереально.

Сиракуз, окрылённый своей идеей, влетел в комнату брата. Родители были на работе, у Джеймса – семь уроков, и вернётся он где-то через полчаса. Когда до возвращения брата оставалось десять минут, Сиракуз с трудом приподнял решётку вместе с матрасом, быстро залез в деревянный ящик и, осторожно зацепив решётку пальцами, медленно опустил её обратно. Лежать было не очень удобно, но терпимо.

Наконец раздался звук, которого Сиракуз так ждал: в замке решительно повернулся ключ.

Джеймс ступил на циновку возле порога, как на минное поле. Прищуренно огляделся. Отчеканил на родном языке:

– Я знаю, ты где-то здесь, маленький негодник.

Сиракуз молчал. Он даже почти не дышал. Ни звука…

Поступью пантеры Джеймс обошёл коридор. Отодвинул дверцу шкафа. Постоял, тихонько хмыкнул и отправился на кухню, хотя там было спрятаться невозможно: под столом тебя сразу будет видно, а буфет и холодильник слишком тесные. Видимо, поняв это, Джеймс быстро вернулся, зашёл в комнату Сиракуза, в гостиную, и наконец – в свою. С криком «Ага!» распахнул дверцы шкафа. С досадой закрыл их. И – вот он, нужный момент! – с задумчивым вздохом улёгся на кровать. Сиракуз неслышно набрал в грудь побольше воздуха.

– Бу-у-у!

– А-а-а!..

Эффект получился лучше некуда! Сиракуз не видел, но почувствовал, как брата смело с кровати, как огромной пружиной. Затормозив о пол обеими ступнями, Джеймс недоумённо рявкнул уже по-русски:

– Ты где?!

Но Сиракуз не ответил: он мог сейчас только смеяться… Джеймс поднял железную сетку – и обнаружил «маленького негодника» в ящике для белья. Сиракуз лежал там и ухохатывался самым наглым образом. Самозабвенно и торжествующе.

– Ах, так! Я иду за тараканчиками!

– Не-ет! – Сиракуз мгновенно очутился рядом. – Так не честно! – заявил он со злорадной улыбкой. – Ты же купился! Моя победа! – добавил он по-португальски. – Это уже десятая за год!

– Так… – снова протянул Джеймс уже другим голосом, понимая, к чему он клонит. – И чего же ты хочешь?

За десять проигрышей один брат должен был чем-нибудь откупиться от другого. Такое было правило. Например, Джеймс мог решить Сиракузу «домашку» по английскому. А Сиракуз – покормить тараканов старшего брата (при этом, конечно, не касаясь их и очень быстро захлопывая крышку террариума).

Но сейчас Сиракуз попросил:

– Возьми меня с собой на ночную гонку!

Джеймс знал, что этот миг когда-нибудь настанет.

Он редко возил с собой Сиракуза, потому что любил большую скорость. Если что-нибудь вдруг случится с ним, с Джеймсом, – это ладно. Но если с Сиракузом… Старший сын Оливейра никогда себе этого не простит. И дело не только в скорости – в жизни столько дурацких случайностей, что никогда не угадаешь, всё ли сегодня будет в порядке. Вообще-то, Джеймс не боялся гонять. Он это очень любил. Но несчастных случаев никто не отменял, и поэтому Сиракуз лишь изредка мог покататься вместе с братом. И только днём. А сейчас впервые попросил о ночной поездке…

– Это ты у мамы с папой спрашивай, а не у меня, – хмуро сказал Джеймс.

– Ты же совершеннолетний!

– Ну и что? Ответственность за тебя не я несу, а родители.

– Ну, Джеймс…

– Ты думаешь, я тебя тайком повезу?

Сиракуз вздохнул.

– А ты попросишь вместе со мной? Хоть немного.

Джеймс помолчал. Он очень любил ночную дорогу, она дарила ему счастье, и этим счастьем, несмотря ни на что, хотелось поделиться с братом.

– Ладно, попрошу.

Сиракуз просиял, будто уже получил разрешение.

Мама и папа пришли вечером, почти в одно время. За ужином Сиракуз посматривал на Джеймса, но тот отвечал одними глазами: «Рано». И когда ужин закончился, Джеймс наконец сообщил родителям:

– Мы с Сиракузом хотим с вами поговорить.

Мама с папой переглянулись.

– У вас какая-то общая идея? – спросил отец.

– Можно сказать. Я сегодня вечером поеду кататься… И Сиракуз меня попросил взять его с собой.

Родители разом посмотрели на младшего сына.

– И давно ты хотел попросить Джеймса? – У мамы был спокойный голос, но в самой глубине взгляда уже появился тревожный огонёк. Он вспыхнул, как только она услышала слово «кататься».

– Давно, – вздохнул Сиракуз. – А сегодня он мне проиграл. Десятый раз.

– Вот как… – И мама взглянула на папу.

– В темноте ездить – это всё-таки не днём, – заметил тот. – Я бы и тебе сейчас не советовал, Джеймс… Тем более, завтра в школу.

– А мы все уроки сделали! – тут же сказал Сиракуз.

– У кое-кого экзамены… и кое-кому в этот год очень важно высыпаться, – заметила мама.

– Да гонки, наоборот, помогают в подготовке к экзаменам! – горячо воскликнул Джеймс. – Сразу мозги свежие делаются! А то я уже не могу!

Отец вздохнул.

Оба родителя прекрасно знали, что удержать Джеймса – невозможно, примерно как орла, привязанного на ниточку. Он всё равно улетит. А Сиракуз… Он, пожалуй, более покладистый, но скоро темперамент по-настоящему даст себя знать. В младшем брате живёт такая же свобода, как в старшем, и эта свобода не даёт им покоя.

Родители снова переглянулись. В любых делах, касающихся опасности, которой в той или иной степени подвергали себя оба сына, главное решение принимала именно мама. 

– Только без больших скоростей, – сказала она сейчас.

– Ура-а! – Сиракуз вскочил, едва не уронив стул.

– И не позже одиннадцати! – произнёс папа.

Недавно шёл дождь, и теперь мокрый асфальт шипел под колёсами. Сиракузу хотелось снять шлем, чтобы по-настоящему почувствовать, как хлещет навстречу мокрый ветер, но это было нельзя. И отпускать руки, даже если только одну, – тоже.

Джеймс сидел впереди и управлял мотоциклом, казалось, одной силой мысли. Едва заметный крен корпусом – и верный «железный конь» уже поворачивает. Пронеслось мимо светящееся название «Домодедово».

– Какая скорость? – крикнул Сиракуз. Из-за плеча брата спидометр было почти не видать.

– Восемьдесят! И больше не проси!

Сиракузу было достаточно и этой скорости – хотя он знал, что Джеймс может гонять гораздо быстрее. Шестиклассник просто был благодарен судьбе за ночную поездку. Это было не просто «катание», а действительно гонка. Многие огни уже проиграли. Другие всё ещё надеются, вызывающе сверкая впереди. И лишь луна безупречно держится вровень, своим пятнистым боком дразнит Джеймса и предлагает ему разогнаться быстрее. Но он давно, ещё в детстве раскусил её хитрость…

Вернулись они как раз к одиннадцати. Мама встретила их на пороге. Отец сидел за компьютером и делал вид, что совершенно не волнуется и уверен, что всё в порядке, но на самом деле прислушивался ко всему происходящему в коридоре.

– Так, в ванную – и спать! – сердито сказал брату Джеймс. – Быстро!

Сиракуз послушался без слов. В этот вечер он готов был безоговорочно подчиняться всему, что прикажет Джеймс. Сегодня брат подарил Сиракузу очень ценное. То, о чём маленький португалец боялся даже мечтать. 

«Как хорошо, что у меня есть такой брат», – подумал он, уже лёжа в постели. И вдруг, ощутив тень уже вроде бы прошедшей тревоги родителей, Сиракуз мысленно добавил: – «И пусть он будет всегда… Ну, пожалуйста!»

 

Глава 23. Тяжёлый выбор

 

Раньше они не замечали этого парка, хотя уже, по крайней мере, раза три проходили совсем рядом с ним. Скорее всего, кусты мешали Сэнди и Маттаре увидеть это интересное место.

День ещё не успел смениться вечером. Мягкий свет падал на кусты, на скамейки, на беззаботно шумевший фонтан, на пока ещё закрытый ресторан рядом с парком. Деревья, буйно цветущие в мае розовым цветом, тянулись к небу.

В парке играла знакомая латинская мелодия. Кажется, Марго её иногда включала дома при щенках, потому что Маттара этот мотив точно помнил.

– Это ламбада, – улыбнулась Сэнди. – Может, потанцуем?

Маттара опешил:

– Собаки же не умеют танцевать!

– Как люди – не умеют. Но зачем, как люди? – Сэнди склонила голову, весело блестя глазами.

Маттара ещё не видел её такой. Да и сам чувствовал себя по-новому. Его за эти два с половиной дня словно насквозь продуло мягким южным ветром свободы.

– Смотри, можно ведь просто переставлять лапы в такт музыке, и всё, – сказала Сэнди. И в самом деле начала шагать под музыку, немного припадая на лапы и покачивая плечами.

Маттара стеснялся. Он не «танцевал» никогда в жизни. Веселился и прыгал только на Больших Погромах, да ещё дурачился с кем-нибудь в шутливой борьбе. В том числе – с самой Сэнди. И тут…

Поначалу он не знал, куда деть собственные лапы. А потом постарался переступать и кружиться, как Сэнди. Они пошли по кругу, и Маттара почти не смотрел на Сэнди, чаще – на незнакомые деревья в розовых цветах. А один раз бросил взгляд поверх головы подруги…

И увидел Юкки и Райфа.

Беглецы были метрах в пяти. Стояли в траве возле другого дерева и о чём-то болтали.

Маттара молча сорвался с места. Полетел галопом так, что ветер в ушах засвистел. Сквозь этот свист услышал, как где-то позади, поспевая за вожаком, мчится Сэнди.

Юкки и Райф среагировали быстро. Буквально ломясь через зелёные стебли, бросились в сторону моря.

Погоня продолжилась уже на пляже. Юкки, просто не выносивший таких погонь, отчаянно выл про себя ещё в предыдущие разы, а в этот раз буквально потерял голову. Он помчался так, что обогнал Райфа на три корпуса – такого ещё не бывало! Юкки просто летел, а главное – совсем рядом было море.

– Отойди от воды! – закричал на него Райф – но Юкки не слышал, уши ему забивал ветер и мучительная боль, прокатывавшаяся от груди к голове. Это разрывалось на части от тоски его большое сердце, в котором было место и для Райфа, и для Сэнди, и для Маттары.

Люди сказали бы, что море сегодня – спокойное. Волны с мерным шипением ровно накатывали на берег. Но одной волны хватило бы, чтобы сбить Юкки с лап…

И наконец такая волна накрыла его, свалила на бок, потащила по мокрому песку. Юкки хотел позвать Райфа – но задохнулся от ужаса и попавшей в рот воды.

Надо сказать, совершенно не меньший ужас испытали все трое щенков, что бежали следом. У Маттары всё просто перевернулось в душе. Он не поверил собственным глазам. Только что Юкки мчался по берегу впереди всех – и тут…

Райф был к другу ближе всех – и первым прыгнул в воду. Ухватив Юкки за загривок, он хотел было развернуться к берегу – но коварная волна потащила пятнистого щенка назад. Райф с силой грёб лапами, стараясь уцепиться ими за песчаное дно, которое буквально рассыпа́лось и развеивалось водой в пыль… И когда Райф подумал, что они с Юкки оба пропали, в загривок старшего беглеца вцепились чьи-то зубы. Сэнди и Маттара тащили Райфа и Юкки к берегу. Точнее, одного Райфа, а тот не выпускал из собственных зубов загривка друга.

Спустя минуту все четверо были на сухом песке. Маттара, Сэнди и Райф едва переводили дух. А Юкки…

Он лежал на боку и не двигался. Из-за мокрой шерсти он казался ещё меньше, чем есть. Глаза его были плотно закрыты.

Волшебство в мире существует, это правда. Но не всякое волшебство спасает от смерти.

Маттара вспомнил, как однажды Сэм, заигравшись в воде, нечаянно нахлебался. Но тогда Марго быстро вытащила его и усадила на бортик. И Сэм тогда не терял сознания. С минуту он просто сидел, кашляя и отплёвываясь.

А что делать с Юкки? Райф и Маттара стояли и растерянно смотрели на него. Оба пытались сообразить, как заставить его очнуться.

– Отойдите, – вдруг резко сказала Сэнди.

Они чисто машинально шагнули назад. Сэнди приблизилась к Юкки и стала обеими передними лапами с силой нажимать ему на грудь.

Время для Маттары будто застыло, и он не знал, сколько этого времени прошло, прежде чем Юкки вдруг дёрнулся. Не открывая глаз, он зашёлся в кашле, повернулся на бок, и изо рта его полилась вода.

Маттара услышал, как Райф шумно перевёл дух. А потом – собственный голос:

– Ты молодец, Сэнди.

Она посмотрела в ответ – и Маттара понял, что подруге было так же страшно, и она тоже не была уверена, что сможет спасти Юкки.

А тот, протяжно дыша, поднял голову.

– Что случилось?.. – хрипло спросил Юкки. – Меня что, утащило?

– Я же кричал тебе: отойди от моря! – Райфа трясло от пережитого ужаса – и от облегчения. – Балбес…

– Прости, Райф… – Он сел, роняя капли с морды и ушей. – Это ты меня вытащил?

– Да мы тебя втроём тащили! – Райф покосился на Сэнди и Маттару. – Я сам чуть не потонул…

– Простите, – испуганно сказал Юкки, обводя глазами всех троих. – Я случайно…

– Ладно, главное, что ты живой… – вздохнул Маттара. – Лучше уйти с пляжа.

– Сам пойдёшь? – спросил Райф у Юкки.

– Ага… Со мной всё нормально, – всё ещё виновато заверил он, поднимаясь на лапы.

Четверо щенков вернулись в парк. Сели на кромке пустой и растрескавшейся асфальтовой дорожки. Юкки немного побыл каменным, чтобы набраться сил и прийти в себя после такого события. Потом снова стал живым.

– Пора прекращать эти погони, – решительно сказал Маттара. – Они подвергают нас опасности. Вот сегодня Юкки чуть не попал в беду…

– Вот именно! – бросил Райф. – Это вы нас подвергаете опасности! Прекратите за нами носиться!

– Лучше ты, Райф, прекрати носиться от нас, – отчеканила Сэнди.

Пятнистый щенок оскалился.

– Какое вам дело до нас с Юкки?! Что вы к нам прицепились?!

– Потому что Юкки – наш друг! – Маттара шагнул к Райфу, напружинив лапы. – Не только твой!

– Но он же пошёл со мной, верно?..

– Да Юкки просто испугался, что ты на него злиться будешь, если он не пойдёт!

Райф повернулся к Юкки:

– Это правда?

Кудрявый щенок съёжился.

– Я просто думал… Райф, понимаешь, я… – Он запнулся и замолчал.

– Нам из немногих так повезло! – сердито продолжал Маттара, глядя на пятнистого собрата. – Нам достался истинный хозяин, о таких ходят легенды, – а ты умудрился от него сбежать!

Райф уставился на вожака.

– Послушай, я глазам не верю! Ты преодолел такой огромный путь, чтобы найти меня и вернуть обратно, а сам разве сможешь вернуться домой?!

На миг Маттара почувствовал, как оборвалось сердце.

Он впервые за время пребывания в Болгарии подумал о возвращении домой. Вернулась мысль, которая обожгла его впервые ещё в Москве. Как они с Сэнди вернутся? Ведь нужно найти машину, которая едет до аэропорта! Допустим, Маттара её всё же найдёт. А как потом отыскать нужный самолёт? Разве это так просто? Если непросто – наплевать, но весь вопрос в том… возможно ли?

Выдавать свой страх перед Райфом – и даже перед самим собой – было нельзя. Маттара решительно нахмурился.

– Я вернусь, и тебя с Юкки верну тоже! Я обещал Марго, слышишь?

– Пусть отвяжется от нас! И ты отвяжись! Пошли, Юкки.

Но маленький Юкки нерешительно топтался на шершавом асфальте.

– Послушай, Райф… Может, всё-таки полетим домой? 

Райф глухо зарычал.

– Я так и знал. Так и знал, что ты меня бросишь! Сам клялся в верности, полетел со мной за две тыщи километров, а сам…

– Но они ведь наши друзья! – Юкки растерянно кивнул на Сэнди и Маттару.

– Вот и иди к ним! – отрезал Райф. – Кто тебя держит? 

Юкки стоял, беспомощно глядя то на него, то на Маттару. Стоял над пропастью, перед самым сложным выбором в своей жизни.

Райф был зол. И Маттара был зол. Он еле сдерживался. Он устал от этой бесконечной погони. Он уже понимал, что Райфа не вернуть.

В самом деле – зачем тащить его насильно? Райф принял решение. Так Маттара и объяснит Марго. А Юкки… Ведь видно, что не хотел навсегда удирать из дома! Он ушёл вслед за Райфом, околдованный привязанностью к нему! Но разве сто́ит Райф верности этого малыша с большим и чутким сердцем? Самовлюблённый Райф!

Маттара вдруг понял, что весь этот огромный путь проделал не столько ради него – сколько ради Марго и Юкки. Маттара подспудно догадывался об этом и раньше. А сейчас – осознал со всей ясностью.

Успокоив злость, толчками нарастающую в груди, Маттара заставил её отступить. Сейчас было не время для ярости, а для драки – тем более.

– Только ты можешь принимать решения. – тихо сказал он Юкки. – Ты – и больше никто. Ты хочешь вернуться домой? 

Глаза Юкки заблестели сильнее. Он не заплакал, только опустил веки – и кивнул.

 

Глава 24. Разрыв

– Предатель. – низким голосом сказал Райф.

Юкки, дёрнувшись, обернулся, словно тот его укусил.

– Это его решение. – повторил Маттара. – Юкки тебе не принадлежит. Если он из-за своей доброты потащился за тобой в путешествие, это ещё ничего не значит!

– Ну так пусть отправляется обратно! Никто его не держит! – повторил Райф и перевёл взгляд на Маттару. – А ты – катись к своей ненаглядной Марго. Ты же её любимчик. Не зря она поддержала твою кандидатуру на пост вожака.

– Разве в этом дело? В должности вожака? – спросил он ровным звенящим голосом.

– Маттара, не заводись… – негромко протянула Сэнди.

– Во всём дело! В тебе! – выкрикнул Райф. – Ты весь из себя такой правильный и смелый, в погоню помчался! Лишь бы своей надзирательнице угодить!

– Не смей её так называть. – процедил Маттара сквозь сжатые зубы. – Хорошо, если пришло время откровений, я тоже скажу… Ты уже всю стаю достал! А Юкки… Любовь слепа! Он из-за своей любви бросился за тобой, а ты на самом деле – просто эгоист!

И в этот миг Райф прыгнул вперёд, на Маттару.

Они сшиблись в воздухе и упали в траву рядом с асфальтом, покатились, путаясь в стеблях. Юкки и Сэнди с криком бросились к ним обоим. Сэнди оттащила Маттару, а щуплый Юкки, вцепившись могучему Райфу в длинное ухо, изо всех отчаянных сил потащил его на себя.

Райф пошатнулся – и уставился на испуганного Юкки, уже отпустившего его ухо, с непонятной отрешённостью. И с ней же в голосе выдохнул:

– Вот, значит, как… Значит, на том и попрощаемся.

И, не добавив больше ни слова, бросился прочь.

Юкки всем телом подался за ним… и остался на месте.

Маттара полу-лежал в траве, подняв плечи и голову. Он тяжело дышал, сердце сильно и часто стучало в груди. Саднило укушенное Райфом правое плечо. Драка, которой Маттара так хотел избежать, всё же случилась. Не было уже злости на Райфа, была только усталость и тоска. Маттара слушал, как дышит рядом Сэнди, как их дыхания перебивают друг друга. Не было уже злости на Райфа. Была только усталость – и горечь.

Юкки стоял, всё глядя вслед Райфу. Словно превратился в камень. Но по-настоящему он сейчас, конечно, не превращался.

– Если хочешь – иди за ним. – Не поднимаясь, Маттара мотнул головой в сторону, куда убежал Райф. – Мы не будем больше гоняться. Мы всё объясним Марго.

– Но я правда хочу вернуться… – прошептал Юкки. – Правда, Маттара…

– Тогда пошли. – Вожак встал. Грустная Сэнди молча слизывала кровь с его плеча. – Пойдём, ребята. – повторил Маттара. – Мы сделали всё… что могли тут сделать. Райф уже нам всё объяснил. Пошли… 

– А куда? – проглотив слёзы, спросил Юкки.

– Найдём машину, которая едет в аэропорт. Как-нибудь… найдём.

***

«Вот и всё», – гудело в голове у Маттары, пока они шли к отелю. – «Вот и всё. Путешествие закончилось. Мы выполнили нашу задачу. Юкки с нами. Мы сейчас будем искать нужную машину. Потом – нужный самолёт… И прилетим в Москву. К Марго – и к нашей стае».

Маттара не чувствовал радости. Он был просто убит. Юкки, мужественный малыш, сделавший свой выбор, с минуту абсолютно молча оплакивал своё решение. Потом проглотил последние слезинки и теперь молча шагал рядом с ним и с Сэнди. Юкки, самый младший из стаи, казался теперь повзрослевшим. Что-то новое появилось в его блестящих карих глазах. Какое-то незнакомое выражение. Юкки словно смотрел глубоко в себя – и одновременно видел весь мир.

– Наверняка сегодня вечером или ночью какой-нибудь турист поедет в аэропорт, – сказала Сэнди. – Нам должно повезти…

– Будем ждать, – откликнулся Маттара.

Оба посмотрели на Юкки. А он, глядя перед собой, неожиданно сказал чужим голосом:

– В конце концов, кто и что может быть для Райфа дороже свободы? Он ведь тоже выбрал. И нельзя его за это винить.

Сэнди, Юкки и Маттара сидели в знакомых зарослях возле отеля. Ждали. А в головах сами собой носились воспоминания. Какой долгий путь проделали они… И теперь их ждёт обратный. Обратный, говорят, всегда легче. Или тяжелее… Смотря куда возвращаешься. Но они-то возвращались домой. В их настоящий дом…

Юкки закрыл глаза. Вся «авантюра», как называл её Райф, казалась сном. Может, и Болгария сейчас просто снится кудрявому щенку? Может, ничего не было, – ни ночного разговора о побеге, ни дороги через тёмный лес, ни полёта на огромном «боинге» с бело-зелёно-красным флагом на хвосте? Вдруг скоро Юкки проснётся – и увидит, что он дома, в картонной коробке, на подстилке? И Райф, который тоже окажется рядом, помирится наконец со стаей? И всё будет, как раньше, даже ещё лучше?.. Как хотелось на это надеяться! Ведь бывают же в мире чудеса! Столько чудес!

Но сердце уже давно, с самого первого дня побега, порвано надвое. И никаким чудом его не склеить.

 

Глава 25. Двойная сплошная

 

Когда уже почти совсем стемнело, щенки услышали, как у самой калитки с шорохом колёс остановилась машина.

Через несколько минут входная дверь отеля отворилась – и оттуда вышел сонный тучный мужчина. Он зевал и за выдвижную ручку катил за собой чемодан.

– Он уезжает! За ним! – прошипел Маттара.

Щенки скоро обогнали тучного мужчину и были уже возле автомобиля. Турист и водитель погрузили чемодан в багажник. Одна из передних дверец машины осталась открытой. Сэнди, Юкки и Маттара устремились к ней… И чуть не ахнули от ужаса! В машине, рядом с водительским местом, был ещё один человек!

– Спокойно… Пробираемся тихо… – шепнул Маттара.

И они пробрались. Сразу проскользнули под креслом, как в прошлый раз.

Водитель вернулся за руль. Объёмный турист опустился на левое заднее сиденье и в очередной раз зевнул. Поехали…

«Прощай, Созополь», – запоздало подумал Маттара. И грудь его внезапно сжало от тоски. Это была новая, другая тоска: по городу, который он за неполные три дня успел полюбить. – «Ну, ничего», – мысленно попытался утешить сам себя вожак стаи. – «Наверняка мы здесь не последний раз. Главное – вернуться домой. А там попросим Марго взять нас всех с собой… И снова увидим Созополь. А Райф-то остался здесь, один… Но он ведь сам, чёрт возьми, остался! Он этого и хотел! Даже Юкки признал: Райф сделал свой выбор!»

Маттара исподлобья оглядел салон автомобиля.

Тучный пассажир храпел, задрав голову к потолку. Водитель весело болтал о чём-то со своим другом. Оба то и дело принимались смеяться, но мужчину на заднем сиденьи нельзя было, видимо, разбудить даже пушкой. Никто не обращал внимания на щенков.

Сэнди, Юкки и Маттара забрались на окно и стали смотреть на дорогу. Всем троим уже приходилось видеть ночной Созополь – но не из окна машины. Сейчас неподвижные огни проносились мимо, убегали назад. Дорога шла вверх. Промелькнуло и исчезло невысокое здание странной формы, из которого били в небо прожектора. В окно машины опять стало видно порт: водитель проезжал мимо возвышения, с которого можно окинуть взглядом почти весь город. Это было не то возвышение, где сутки назад стояли Сэнди и Маттара, но похожее…

Созополь остался позади. Машина застелилась по просёлочной дороге вдоль моря. Ярко вспыхивали в свете фар белые таблички с чёрными названиями. Эти таблички Маттара видел и при свете дня, но сейчас, ночью, они были ещё заметнее. Видимо, люди специально сделали их отражающими, чтобы никто и в тёмное время не терялся на незнакомой трассе. 

Маттара смотрел на дорогу, на рекламные щиты и раскидистые деревья, и молчал. Его попутчики тоже молчали. Слышен был только шум врывающегося в приоткрытое окно на передней дверце ветра, весёлую болтовню на болгарском языке да храп тучного туриста.

Наконец одна из белых табличек ахнула надписью «Бургас».

– Скоро приедем. – негромко сказал Маттара. После долгого молчания его голос прозвучал хрипловато.

Все трое, несмотря на подавленное состояние, не сомневались, что приедут в аэропорт. Куда ещё мог собираться пассажир с таким здоровым чемоданищем?

Вот она, заветная надпись «Летище Бургас»! Стрелка указывает вперёд и в то же время направо. Сейчас они поедут прямо по этой стрелке…

Машина просвистела мимо. И табличка «Летище Бургас», как и многие другие, осталась позади. Маттара успел увидеть, как беспомощно мигнула чёрная стрелка, показывающая совсем в другую сторону.

Сэнди, Маттара и Юкки переглянулись с нарастающей паникой.

– Но он же едет в аэропорт! – сказала Сэнди и бросила растерянный взгляд на водителя, потом на безмятежно спящего туриста. – Он же…

– Может, он просто поехал другим путём?

– Но дорога в аэропорт была там! Почему он просто не завернул? – Маттара смотрел в окно, как на страшную бурю.

– А может, он… в другой аэропорт? – пробормотал Юкки, но надежда в его голосе уже гасла.

С минуту все просто молчали, придя в ступор от такого неожиданного и нелепого поворота событий.

Маттара чувствовал, как дрожат лапы. Никогда ещё на него не наваливалась такая слабость. Он вдруг пошатнулся, свалился с окна, и, ухватившись когтями за обивку, обречённо съехал по ней вниз, на сиденье. Друзья тут же съехали следом.

– Что же делать? – тихо спросила Сэнди. В блестящих глазах Юкки читался тот же вопрос.

– Я не знаю… Остаётся только… ехать. 

И они ехали дальше, опустив головы. Никто больше не пытался добраться до окна и посмотреть, куда. До этого мига Маттара не терял надежды, что они доберутся домой так же легко, как и попали сюда. А это, если говорить о подобных путешествиях, и в самом деле было легко. Но сейчас… Сейчас их троих везли прочь от аэропорта, от самой главной ниточки, соединяющей их с домом. 

А болгарский водитель вдруг остановился, чтобы высадить своего друга. На миг Маттара машинально прянул вперёд – но остался сидеть. Выходить сейчас было бесполезно, даже опасно. Что ждёт их в Бургасе?

– Этот парень же вернётся в Созополь? Как думаете? – спросил Маттара Юкки и Сэнди.

– В конце концов, наверное, вернётся… – вздохнула ретривер уже спокойнее. – Но не раньше, чем отвезёт туриста. Значит, придётся ждать. А потом искать другую машину. Или ждать прямо в этой… Вдруг он потом поедет в аэропорт?

И тут Сэнди замолчала. Её до боли обожгло вновь вспыхнувшей надеждой! Потому что водитель поворачивал! Он поворачивал как-то странно, постоянно оглядываясь, словно боялся, что его может кто-то увидеть. Но потом он как-то сразу собрался – и очень быстро завернул, помчавшись обратно!

Щенки не могли видеть, что водитель пересёк двойную сплошную. Они вообще не знали, что это такое и что через эту черту на дороге разворачиваться нельзя. Сэнди, Юкки и Маттара поняли одно: они едут обратно! Им было страшно поверить в свою удачу. И лишь когда табличка – уже другая табличка, но с той же заветной надписью «Летище Бургас» – снова отразила свет фар и машина покорно завернула, куда указывала стрелка, все трое переглянулись с жалобным и счастливым беззвучным криком.  

 

 

 

 

 

Глава 26. Обратный самолёт

Самолёты с болгарским флагом летали не только в Болгарию, но и из неё в другие страны. Такой мог доставить путешественников домой, и всё же садиться на него было рискованно. Мало ли куда он полетит… А вдруг не в Москву?

К счастью, нашёлся самолёт с российским флагом на боку и на хвосте. Этот уж точно привезёт куда нужно.  

Щенки проникли на борт, как и в прошлый раз, через багажное отделение, по конвейеру. И опять залезли в плоский карман чемодана. Они уже чувствовали себя увереннее и не боялись предстоящего полёта.

«Мы правда должны лететь», – подумал Маттара. – «Мы не могли потащить его за собой насильно…» Он словно оправдывался перед южной землёй, на которой остался Райф – и с которой ему самому, несмотря ни на что, было так жаль расставаться.

Самолёт вырулил на взлётную полосу и пошёл на разгон. Маттара не мог поверить, что путешествие скоро закончится. Что по приземлении останется только пройти лес с мостом через большую дорогу – и они уже будут дома… Интересно, получится ли забраться по дереву обратно на третий этаж? Вряд ли получится… Ну, ничего, они что-нибудь придумают. Может, встретят Марго, когда она будет идти в школу – или из школы. Уж если им удалось попасть в Созополь – то домой они точно попадут…

Как только взлетевший самолёт убрал шасси, щенки обратились в камень. Такое превращение спасало от скуки в полёте, от физической боли и усталости. Только вот не спасало от тяжёлых мыслей. Предстояло ведь ещё рассказать Марго, почему щенки вернулись без Райфа…

***

Когда самолёт приземлился в Москве, уже занимался рассвет.

Дождавшись, пока полностью поднимется дверь и пустят конвейер, щенки прыгнули на него. Доехали до самого низа и, стоило человеку в спецодежде поднять чемодан, рванулись прочь и помчались по асфальту. У Маттары всё ещё саднило плечо (после первого превращения раны не заживают), но он не сбавлял скорости.

– Вот и всё! – тяжело дыша, на бегу кричал Маттара. – Ребята, мы в Москве! Теперь осталось только до дома дойти!..

– Маттара… – как-то странно сказала Сэнди.

– А? – Он резко остановился.

– Смотри. – сказала Сэнди, не двигаясь с места и задрав голову.

Юкки тоже остановился, изумлённо поднял морду.

Маттара повернулся – и уставился в ту же сторону. На здание аэропорта. На название…

Сердце у Маттары не просто упало – оно прямо-таки рухнуло куда-то вниз.

– «Внуково»! – в отчаянии сказала Сэнди.

– Всё. – глухо повторил Маттара – уже совсем другим голосом. – Вот и всё. – В глазах у него от долгого смотрения в одну точку уже поплыли круги, но он не опускал голову, словно от одного его взгляда могло чудесным образом поменяться название. 

Всё разом куда-то рухнуло. Рассыпался план возвращения. «Внуково»! Шах и мат… У метиса даже в ушах зазвенело. Маттара машинально опустил взгляд – и понял наконец, что на шее уже нет зелёной нитки, которую ему повязала Марго. Когда с него слетел символ лидерства – непонятно: то ли в драке с беглецом-Райфом, то ли ещё раньше, когда спасали Юкки из воды. Маттара не верил в приметы, но было в этом что-то символическое. Какой он вожак, если не может помочь своей стае?

– Но мы же проделали такой долгий путь из другой страны! – воскликнул Юкки. – А сейчас-то уже в Москве! Почти конец пути!

– До сей поры нам везло, Юкки. – всё так же глухо отозвался Маттара. – Не может везти всю дорогу. 

– Но мы же не будем сдаваться!

– Я думаю, что делать. – пробормотал он. – Я думаю… Вот что. Вот… Давайте… зайдём в здание. Может, там есть карты какие-нибудь… Или что-то ещё. Может, мы по ним найдём…

– Что, дом? – встрепенулся Юкки.

– Дом – это вряд ли… Хотя бы нужный аэропорт. А там уже близко будет до дома…

– Ты не отчаивайся, Маттара, – как-то жалобно сказал Юкки. – Помнишь, мастер говорил про судьбу? Всё держится на случайностях! Может, опять будет случайность, которую мы ждём?

– Если мы её ждём – значит, это уже не случайность, – невесело усмехнулся Маттара. Но назло всем трудностям распрямился и прочно расставил на асфальте лапы. – Ладно… Пойдём. Надо действовать.

 

До сей поры они видели здания аэропортов лишь снаружи. А теперь словно оказались в отдельном городе.

Потолок был ужасно высокий, его подпирали колонны, а на нём самом были бесконечные перекрестья железных планок. Повсюду висели электронные табло. Кое-где стояли магазины – прямо внутри здания, и это делало аэропорт ещё больше похожим на город. Было просторно, как на улице. Кругом было много стекла, и начищенный пол тоже сверкал под лапами и отражал всё не хуже зеркала.

Время от времени по всему помещению каким-то холодным эхом раскатывался женский голос:

– Открыта посадка на рейс номер 2835 Москва-Шарм-эль-Шейх…

– Рейс номер 3955 Москва-Лондон задерживается на два часа…

– Закончена посадка на рейс номер 6273 в Мадрид…

Из этого аэропорта можно было попасть почти в любую точку, улететь за несколько тысяч километров. Но Маттаре, Юкки и Сэнди был нужен всего лишь «Домодедово»! А они даже не знали, где он находится! Идти пешком наугад? Смешно! Москва – огромный город. Чтобы обойти его, человеку понадобится чёрт знает сколько времени, а уж маленьким собакам!..

Но что же теперь-то, в самом деле? Не могут же они остаться во «Внуково» навсегда!

Есть вариант – опять сесть на самолёт до Болгарии. А потом тут же найти самолёт до России и уже из Болгарии добраться до «Домодедово».

А если опять привезёт во «Внуково»? Сколько вообще в Москве аэропортов? Маттара вспомнил: Марго говорила, что четыре! А им нужен только один! 

При мысли, что путешествие так и не закончится, Маттару даже замутило от усталости и невыносимой тоски. Хотелось сесть посреди «Внуково» и завыть в небо. Точнее, в потолок с перекрестьями железных планок… А толку-то? Никто здесь не поможет! Кому нужны волшебные щенки! А если и нужны – только для того, чтобы их показывать за деньги! Марго – одна из тысячи, если не из миллиона… Маттара потемневшим от безнадёжности взглядом окинул аэропорт. На креслах в зале ожидания сидели редкие люди. И взгляд щенка вдруг задержался на парне. Тот сидел с раскрытым нетбуком на коленях и, откинувшись на спинку кресла, смотрел десятый сон.

Глава 27. Сообщение

Маттара сам не знал, почему парень с нетбуком приковал его взгляд. Он-то чем может помочь?

Но через минуту щенок понял: может.

– Что ты задумал, Маттара? – услышал вожак голос Сэнди.

– Сейчас… У меня тут одна идея… – обмирая, откликнулся он. – Только нужно кое-что проверить… Лезьте за мной.

Они с лежавшего на полу чемодана залезли на сиденье, а с сиденья – на колени к спящему парню.

– Спи, моя радость, усни… – опасливо протянул Маттара – и взглянул на экран.

Есть! Парень сидел «Вконтакте». Точнее, сейчас-то как раз не сидел…

– Маттара… – снова сказала Сэнди, а Юкки сделал большие глаза.

– Подождите, – выдохнул он – и на трясущихся лапах ступил на кромку нетбука.

Маттара помнил, как хозяйка не раз заходила при них на сайт «Вконтакте». Там её так и звали – «Марго Вербицкая».

– Сэнди, иди сюда. Видишь сенсорную мышку? Двигай курсор. На «людей». Я сейчас найду Марго.

– Маттара, ты гений. – шёпотом сказала она. Юкки, видимо, потерял дар речи.

– Сейчас, сейчас… – вожак, стараясь унять в лапах дрожь, с трудом набрал по буквам имя хозяйки.

К счастью, «Марго Вербицких» было совсем мало, и Маттара быстро нашёл нужного человека. Какое счастье, что она зовёт себя на сайте именно так, а не «Маргарита»!

– Наведи курсор на «сообщения», – шепнул он Сэнди.

Сообщение должно было быть как можно меньше. Был риск, что парень проснётся в любую минуту, так что копаться было нельзя. До некоторых букв Маттара не мог дотянуться оттуда, где он стоял, а прыгать на них боялся – вдруг заест кнопку? Поэтому пришлось один раз обежать нетбук и залезать на него с другой стороны. Вожак напечатал всего два слова. Оба получились с маленькой буквы – но это было неважно, совершенно неважно: «внуково вход дэ маттара».

Щенок с замершим сердцем нажал на «энтер» – и дождался, пока сообщение отправится.

– Всё! Отходим! Она приедет за нами!

– Ты гений, Маттара! – выдохнул на сей раз Юкки.

Щенки выбежали из зала ожидания.

– Пойдём на улицу! Будем ждать её! – обернулся Маттара к попутчикам.

Они не знали, сколько придётся ждать. Но главное, что ждать – можно! Марго приедет, обязательно приедет! Она не может не приехать!

А парень с нетбуком наконец проснулся. Осоловело хлопая глазами, он увидел странное сообщение, которое либо ему отправил неизвестно кто, либо он сам во сне отправил неизвестно кому. Пожав плечами, парень удалил его.

Но он удалил сообщение лишь у себя. До Марго оно успело дойти. И теперь она обязательно его прочтёт…

***

Сегодня была суббота, выходной, но маму вызвали на дежурство, так что с утра она уехала на работу.

Марго, проснувшаяся от звука закрывшейся двери, больше уснуть не смогла. Она последнее время вообще мало спала и ела. Мама спрашивала, что случилось, но Марго заверяла, что «всё нормально, просто от уроков устала».

Три дня назад исчезли Юкки, Райф, Сэнди и Маттара. И ни слуху ни духу. Ни единой весточки. А какая может быть весточка от маленьких собак – да ещё и из другой страны? По голубиной почте они, что ли, эту весточку отправят?    

Марго с самого начала не тешила себя надеждой на их возвращение. Какой смысл надеяться, когда шанс просто мизерный? Лучше отключиться и стараться не думать ни о чём… Но и это было невозможно. Науке давно известно, что совсем не думать человек не может. А думать о чём-то другом, не о пропавших собаках, тоже не получалось.

Эти мысли как раз и не давали Марго спать. И в субботу она поднялась в половину девятого, хотя в выходные могла проспать до полудня. Девочка отправилась к компьютеру – просто так, чтобы в очередной раз попытаться отвлечься. Включила ноутбук, подождала, пока он загрузится, зашла на сайт «Вконтакте», где сидела не только она, но и все её одноклассники. 

Увидев сообщение от незнакомого парня, Марго непонимающе прищурилась. А потом прочла…

И вскочила с кресла.

Разве так бывает, чтобы за одну секунду сердце забухало в висках и в горле? Даже звон, кажется, пошёл по комнате… Марго сжала руками виски – и всё перечитывала, боясь поверить, четыре заветных слова с маленькой буквы, без знаков препинания: «внуково вход дэ маттара», «внуково вход дэ маттара»…

Марго ворвалась в свою комнату. Её крик поднял щенков с подстилок:

– Вставайте! Маттара в Москве! Он во «Внуково» прилетел!

Сэм, Охотник, Вита и Лесси так и подскочили.

– Что? Маттара прилетел?..

– Да! Он во «Внуково»! – и с радостью, и с отчаянием выпалила Марго.

– А с кем он? Один? – спросил Сэм.

– Я не знаю, не знаю! Он прислал всего два слова по Интернету! «Внуково» – и своё имя! Я не знаю, как он это сделал!

– Может, за него человек написал?

– Не знаю! – лихорадочно повторила Марго. – Надо как-то до него добраться!

– А где «Внуково»? – спросила Лесси.

– У чёрта на рогах, в том-то и дело! – Марго мерила комнату беспокойными шагами. – Ладно… Сейчас по Интернету поищу, как добраться своим ходом…

Но по дороге в гостиную Марго осенило. Мысль была абсолютно сумасшедшая… Но так точно доберёшься быстрее – и вряд ли заблудишься!

Она бросилась на поиски мобильного телефона.

 

 

Глава 28. Джеймс

 

Марго схватила со стола свой мобильник. Быстро отыскала номер Сиракуза. Только бы он ответил сейчас! Только бы всё сложилось удачно! Господи, что она задумала? Но ведь им нужно, чтобы она приехала как можно скорее! Каково сейчас им, что значит её, Марго, страх, по сравнению с их страхом? «Внуково»! Почти шестьдесят километров! 

Беспорядочные мысли Марго прервал голос Сиракуза:

– Алло?

– Сиракуз! Это я!

– Привет, Марго.

– Слушай, мне нужен… твой брат.

– Мой брат? – очень удивился одноклассник.

– Ну, да, Джеймс! Мне нужно срочно с ним поговорить… Прямо лично! Сиракуз, дело жизни и смерти, я не шучу! Вы сейчас на улице, да? – Из трубки доносился шум машин.

– Нет, это я на улице, с пацанами гуляю! А Джеймс дома. К ЕГЭ готовится. Или не готовится, а делает вид, что готовится, – весело сказал Сиракуз. Но тут посерьёзнел. – А что случилось? Что за дело жизни и смерти?

– Я потом расскажу! Слушай, так можно… зайти к Джеймсу? Мне очень нужна его помощь, именно его, тут больше никто не поможет!

– Хорошо, – решительно сказал Сиракуз. – Я сейчас предупрежу его, что ты придёшь.

– Спасибо, Сиракуз! – Марго чуть не заплакала. Она думала, что одноклассник будет неловко отнекиваться и оправдываться, не решаясь напрямую сказать, что Джеймсу не нужны никакие «малявки» со своими проблемами, даже если это для них «вопрос жизни и смерти». Но всё оказалось не так! Если Сиракуз согласен – значит, Джеймс, по крайней мере, выслушает её! – Я через полчаса где-то приду! Ладно?

– Ладно!

Через двадцать минут Марго была уже готова. Она и сейчас осталась верна себе и не нацепляла никаких украшений. Тем более, ехать в юбке на мотоцикле – немыслимо, а заколки могут мешаться, когда на голове уже будет шлем. Ну, если у Джеймса есть запасной… И если они вообще поедут.

Итак, Марго надела джинсы, серую футболку с голубым силуэтом птицы на груди, повязала на шею лёгкий платок цвета этой птицы – и взяла с вешалки мамину кожаную куртку с глубокими карманами на молнии. Обулась она в лёгкие бело-синие кроссовки. Ну и, естественно, расчесала светлые волосы. В прихожей она в последний раз глянула на себя в зеркало и, коротко вздохнув, вышла за дверь, заперев её на ключ. На вешалке осталась лежать записка: «Мама, я в гостях у Сиракуза. Приду к вечеру».

***

Марго робко нажала на кнопку звонка. Дверь отворилась почти тут же. На пороге стояла мечта.

Мечта представляла собой худого смуглого парня в футболке с орлом, расцвеченным под португальский флаг. «У нас обоих сейчас на футболках птицы», – машинально отметила Марго.

– Э-м-м… Привет, Джеймс.

– Привет, – торопливо кивнул он. – Ну, заходи. Что у тебя случилось?

Марго переступила порог, и Джеймс закрыл дверь.

– Сиракуз говорит, у тебя дело жизни и смерти.

– Да. Для меня это… именно так, – Марго облизнула пересохшие губы. – Слушай, Джеймс… У тебя ведь мотоцикл на ходу?

– Ну, да.

– Наверное, ты сейчас подумаешь, что я просто рехнулась. Но я на месте всё тебе объясню. Просто мне нужно как можно быстрее попасть…

– Куда?

– Во «Внуково».

Темно-карие глаза Джеймса округлились.

– Я же говорила, – вздохнула Марго. – Ты сочтёшь меня сумасшедшей.

– Да нет, не сочту, – Джеймс, всё ещё удивлённый, пожал плечами. – Просто это неожиданно было. Ты друзей хочешь встретить, что ли?

– Да! Одних… друзей. И нужно как можно быстрее… Я потом заплачу тебе, Джеймс.

Португалец замахал на неё руками.

– Не хватало нам ещё о деньгах говорить! Ты же подруга моего брата. Тем более, у тебя дело жизни и смерти.

– Я всё объясню, Джеймс. Когда доберёмся. Ты сам всё увидишь… – Марго чувствовала: лучшей платой, лучшей благодарностью Джеймсу будет та самая тайна. Главная тайна собак мастера. – Только ты обещай… ладно? Обещай никому не рассказывать об этих моих друзьях.

Джеймс засмеялся:

– Ладно, не буду!

Пока он искал запасной шлем, Марго робко переминалась в коридоре. Она ни разу ещё не бывала у Сиракуза. Пожалуй, они были приятелями, а не друзьями, как сказал Джеймс… Но то, что Сиракуз и его старший брат с таким пониманием откликнулись на её просьбу о помощи, неожиданно удивило и тронуло Марго. Она улыбнулась и провела ладонью по птице на своей футболке.

«Пускай Джеймс о них знает», – подумала хозяйка волшебных собак. – «Ему можно доверить такую тайну».

Португалец вышел из комнаты, обхватывая руками два шлема. Джеймс был уже в форме – в чёрных кожаных штанах и куртке с красными полосками на рукавах. Один шлем он протянул Марго.

– Его обычно Сиракуз нацепляет, если со мной едет. По идее, тебе впору должен быть. Примерь.

Марго примерила шлем. Стекло в нём было немного тонированное, и Джеймс сквозь него казался ещё более смуглым.

– Ага, вроде впору, – сказала девочка, снимая шлем.

– Тогда пойдём. Слушай, а у тебя дома знают, что ты со мной едешь?

– Ну… – замялась Марго. – Я сказала, что я в гостях у Сиракуза. Вернее, написала. Сейчас дома никого нет, мама на дежурстве.

– Просто ты сказала, что нужно там оказаться «как можно скорее»... Вот я и дёргаюсь малость. Придётся гнать?

– Да нет, не придётся! – Марго испугалась – но не за себя, а за самого Джеймса. – Просто на мотоцикле и так быстрее всего. Ты не мчись.

– Хорошо. Пойдём, – брат Сиракуза натянул сапоги и открыл дверь.

 

 

Глава 29. Незабываемые мгновения

В жизни бывает по-всякому. Наверное, у многих есть мечта, которая кажется им слишком нелепой, по-детски наивной. Про такую мечту думают: «Не может быть. Да и вообще, с чего, с какой стати мне должно повезти?»

Но иногда всё поворачивается так, что ты не можешь поверить в происходящие события. Чудеса бывают разные. Есть чудо в чистом виде – как, например, волшебные собаки, собратья Маттары. А есть чудеса, которые со стороны могут показаться простыми случайностями. Сбывается мечта, на исполнение которой ты не надеялся. Возвращается тот, кого ты уже не ждал. Протягивает руку помощи человек, с которым ты даже заговорить раньше боялся.

Настоящим чудом была для Марго поездка с Джеймсом. Шестиклассница знала, что запомнит навек, как сидела с ним на одном мотоцикле. Она думала, что не решится обнять брата Сиракуза, как обычно обнимают тех, кто за рулём, пассажиры байков. Но когда сели на «железного коня» Джеймса, португалец сам велел ей «держаться как следует». И теперь Марго держалась, чувствуя, как он дышит, – а мимо проносились деревья, просто бесконечной вереницей, и двигатель ободряюще рычал, словно хотел сообщить, что очередной километр из пятидесяти с лишним – позади. Ещё на километр Марго стала ближе к своим необычным друзьям…

А может быть, только к Маттаре?

Может, он просто единственный, кто выжил из всех четверых? И ждёт её, просто уничтоженный тоской? Ведь этого никто не исключал… От такой беды не спасёт даже чудо, даже мечта по имени Джеймс…

Но если так – хотя бы Маттара живой! Вернулся! Хотя бы он! Это уже счастье! Она-то думала, что лишилась всех четверых!

С одной стороны, Марго хотела добраться до «Внуково» поскорее, чтобы Маттаре не пришлось так долго ждать. Сообщение он отправил двадцать минут седьмого утра! Он уже тогда прибыл в аэропорт, а Марго ещё спала! А с другой стороны – хотелось задержать и растянуть каждую минуту, каждый миг пути… Когда Марго ещё поедет с Джеймсом? И куда?

В двенадцать лет обычно не веришь, что такая глупость, как время, может сделать счастливые воспоминания грустными из-за их неповторимости. К тому же, главное, что это – было. Ведь если посмотреть здраво, любой, даже самый счастливый миг, становится воспоминанием. И чем живее след от такого воспоминания – тем живее оно само. Чтобы сохранить воспоминания с их подробностями, люди делают фотографии, читают книги, которые читали тогда, слушают музыку, которую слушали тогда. И всё возвращается. На то нам и дана память, чтобы снова делать прошлое настоящим. И Марго знала: она ещё не раз мысленно проедет трассу между двумя аэропортами, не раз прижмётся к Джеймсу – даже если сам он в это время будет где-то далеко…

***

Когда чего-то очень долго ждёшь – час, два, три, – в конце концов перестаёшь обращать внимание на время. Наступает странная отключка. Ты вроде бы не спишь – но и не совсем бодрствуешь. Глаза открыты, но в голове столько усталых и сумбурных мыслей, что ты ничего не видишь. А о чём именно твои мысли – даже не поймёшь… И вроде бы уже нет ни выжидательного напряжения, ни страха, что случится непоправимое и никто не приедет. Просто уже сил не хватает. Ты отрешился от самого себя.

Сэнди, Юкки и Маттара ощущали сейчас именно такую отрешённость. Они сидели на асфальте недалеко от шлагбаума, возле входа «D», и ждали. «Оказывается, можно не замечать времени, даже когда ты не превратился в камень», – думал Маттара. – «Да… Оказывается, можно».

Ещё недавно он приглядывался к каждой машине. Но все они были с другими людьми, не с Марго. И проезжали под полосатыми шлагбаумами… А те поднимались и опускались… От этих монотонных подниманий и опусканий и от тоски можно было сойти с ума. А потом всё исчезло. Наступила отрешённость.

Метрах в десяти от шлагбаума затормозил мотоцикл. За рулем был парень в чёрной кожаной куртке с красными полосами на обшлагах. За ним – пассажир. Поменьше него, тоже в кожаной куртке и в сбившемся на шее голубом платке.

Пассажир вдруг соскочил с мотоцикла, бросился прямо к собакам, стаскивая шлем… Юкки, Сэнди и Маттара увидели взлохмаченные светлые волосы, сияющее лицо с блестящими от слёз голубыми глазами… Распустившийся платок летел за Марго по воздуху, как голубой флаг…

Маттара, молча задохнувшись, бросился навстречу. Юкки и Сэнди бежали по обе стороны от вожака.

Секунда – и Марго взяла всех троих в свои ладони. Шлем болтался у неё на локте.

– Ты приехала, – севшим голосом сказал Маттара, прижимаясь головой к её щеке с мокрой дорожкой.

– Как я могла не приехать?

Они помолчали.

– А где Райф? – всё так же тихо спросила Марго уже без улыбки.

– Остался в Болгарии.

Марго кивнула. Маттара понял: она была готова, что вернутся не все.

– Хотя бы вы трое вернулись… Это уже настоящее счастье.

– Я сам вернулся, – сказал Юкки.

– Я понимаю… Ладно, поехали, ребята.

Она положила их в карман кожаной куртки и застегнула молнию. Щенки превратились в камень.

Марго вернулась к Джеймсу.

– Всё. Миссия выполнена, – улыбаясь, сказала она.

– А где же твои друзья? – изумился Джеймс.

Марго молча положила ладонь на закрытый карман.

Джеймс весело засмеялся:

– Гномы, что ли? Или смурфики?

Марго, загадочно блестя глазами, покачала головой.

– Я лучше дома тебе покажу. Подальше от людей.

– Ну, ладно! Ты прямо заинтриговала – кто там у тебя? Во «Внуково», что ли, портал находится? В мир маленьких человечков?

– Не придумывай, – засмеялась и Марго. – Не человечки это… И портала нет. Они прилетели на самолёте.

– Как же их пустили? – прищурился Джеймс.

– А они не спрашивали. Они же маленькие… Ты думаешь, наверное, что я тебя разыгрываю.

– Да нет, почему, – смутился Джеймс.

Оба опять надели шлемы и сели на мотоцикл.

 

 

Глава 30. Главная тайна

Сиракуз, видимо, всё ещё «гулял с пацанами»: дома никого не оказалось. Джеймс позвал Марго на кухню.

– Ты какой чай любишь?

– Да любой…

– Я заварю азорский. У нас в Португалии его очень любят.

– Я даже не слышала о таком, – призналась Марго.

– Он вроде бы простой – но вкусный. На Азорских островах собирают…

Марго держала в ладонях трёх каменных щенков. А потом, решительно вздохнув, опустила их на покрытый клеёнкой стол.

– Джеймс…

Старший брат Сиракуза обернулся.

– Вот они.

Джеймс подошёл, внимательно склонился над столом.

– Ребята, не бойтесь. – тихо сказала Марго. – Можно превращаться. Джеймс – не враг.

Они помедлили. Затем превратился Юкки. А уже после, почти одновременно, – Сэнди с Маттарой.

Джеймс оцепенел. А потом выпалил со вполне русской интонацией:

– Ух-х ты ж… ёшкин ко-от!..

– Не забудь: ты обещал их не выдавать, – значительно сказала Марго.

– Я… не выдам… Только… Откуда они?! Где ты их взяла?!

– Их делает один волшебник. Где он живёт – никто не знает. Даже они сами. Он их отсылает на продажу, как самые обычные статуэтки. И некоторым везёт – они находят настоящего хозяина, которому можно доверить тайну.

– А они что… говорящие, что ли? – осторожно спросил Джеймс.

– Ага, – робко подтвердил Юкки.

Джеймс даже подскочил:

– Вау!.. Рехнуться!

– Я почти так же сначала отреагировала, – засмеялась Марго. – А потом привыкла… Там чайник вскипел.

Они готовили чай, а поражённый Джеймс всё качал головой и что-то негромко говорил на родном языке.

– А у тебя их трое? – наконец спросил он Марго по-русски.

– Нет, восемь. Остальные дома… А эти – видишь – в путешествие отправились.

– На самолёте!

– Ага…

– Обалдеть! А… зачем?

– Это долгая история, – подал голос Маттара.

– Которую вы нам сейчас и расскажете, – заявила Марго. Они с Джеймсом вернулись к столу с кружками чая. – Давайте, выкладывайте. Что там было?

И три щенка, сменяя друг друга, стали рассказывать про своё путешествие. О полёте в Бургас, о поездке в Созополь, о самом Созополе, о море, о побережье, о ночных огнях, о летучих мышах, о страшной буре, о спасённом дельфине, о кораблях в порту, об острове Свети Иван и о гнёздах чаек, о парке, где вечером включили ламбаду… Только о погонях и о Райфе не было ни слова. Юкки рассказывал от своего имени: «Я нашёл ракушку, я был на острове…» И глубоко в его карих глазах видела Марго печаль расставания с близким другом. Юкки не в силах был рассказать о том резком разговоре, о короткой, но яростной драке Райфа и Маттары, о том, как Райф бросил своему младшему напарнику: «Предатель…» Его низкий голос и сейчас стоял у Юкки в ушах. Наверное, поэтому уши иногда принимались болеть, аж в горле отдавалось.

– То есть ты послал Марго сообщение с чужого нетбука?! – продолжал поражаться Джеймс. – Ай да продвинутый пёс! Впрочем, тебя же в честь диджея назвали…

– В честь кого? – остолбенел щенок.

– А я разве тебе не говорила? – подняла брови Марго. – Есть такой диджей. Он, конечно, не самый известный, но это неважно. Я ценю всех, чьи треки меня вдохновляют. Я с самого начала «примеряла» его имя к щенкам-мальчикам. Но мне казалось, что оно никому не подходит. А потом увидела тебя.

Марго и Джеймс пошли в другую комнату, и там португалец включил компьютер.

Марго заметила стоящий на столе террариум.

– Джеймс… Кто это?!

– Мадагаскарские тараканы! – довольно ответил он.

– А-а, те самые? Обалдеть… Пруссия отдыхает…

Маттара, занятый мыслями о диджее, почти даже не обратил внимания на страшных насекомых. Он следил за пальцами Джеймса на клавиатуре. Португалец зашёл в Интернет, что-то набрал.

– Вот он, Маттара. – сказал Джеймс.

Щенок изумлённо мигнул. На экране была фотография сероволосого иностранца с резким лицом и внимательными глазами.

– Его так зовут? – тупо спросил вожак стаи.

– Да, – кивнула Марго. – Это фамилия.

Пёс Маттара вдруг тяжко смутился. Он не мог смотреть на этого человека. Он не верил, что есть хоть что-то общее с тем, кто может свободно путешествовать по миру, – и с ним, маленьким щенком, вынужденным постоянно скрываться от людей.

– А включи его трек какой-нибудь. – тихо попросил метис свою хозяйку.

– Сейчас… Можно, Джеймс?

И заиграла музыка.

Маттара узнал трек тут же. Это была та самая песня, которую он слышал в лагере из тумбочки – и которая играла в машине, пока они ехали из Бургаса в Созополь.

Все три щенка растерянно переглянулись.

– Юкки! Ты помнишь?

– Ага!

– О чём вы? – улыбнулась Марго.

– Я слышал его! – тёзка диджея уже без невыносимого смущения уставился на фотографию. – Это он поёт?..

– Он не поёт, – качнула головой Марго. – Это его напарник. Маттара написал музыку.

– Ну, всё равно…

Они в молчании дослушали трек. Пёс Маттара, пока музыка не затихла, сидел с закрытыми глазами – и всё вспоминал, как врывался в салон автомобиля морской воздух, как летели они по дороге навстречу городу Созополю…

Когда трек закончился, Джеймс попросил Марго:

– А покажи сообщение, которое тебе Маттара прислал!

– Сейчас покажу. Кстати, надо его дома заскринить…

– Это точно!

Через несколько минут в замке щёлкнул повернувшийся ключ. Щенки вздрогнули – и сразу совершили превращение. Марго положила их в карман на джинсах.

– Это Сиракуз, – Джеймс поднялся и пошёл к двери.

Из коридора вскоре послышалось:

– Ну, что, нагулялся?

– А ты готов к ЕГЭ?

– Да, блин-компот, хоть сейчас напишу!

Марго высунулась в коридор:

– Привет, Сиракуз!

– А-а, ты здесь! – возликовал одноклассник. – Рассказывай про дело жизни и смерти!

– А вот это невозможно. – важно произнёс Джеймс. – Это военная тайна.

– Ну-у… Я так и знал, – вздохнул Сиракуз. – Теперь у вас от меня будут секретики, как у старых бабок на скамейке.

Джеймс и Марго дружно захохотали.

– Представь себе. – серьёзно произнесла Марго. – Ладно… Пойду, что ли, домой. Спасибо вам за всё, ребята.

– Да я-то что сделал? – удивился Сиракуз.

– Поднял Джеймса по тревоге.

Одноклассник отмахнулся.

– Ты к нам заходи, если что.

– И вы ко мне заходите! Мама не будет против!

– Наши родители тоже, – кивнул Сиракуз – и шмыгнул к компьютеру.

– Куда? – рявкнул Джеймс. – Иди руки мой и обед разогревай!

– Бе-е… – Сиракуз состроил старшему брату унылую рожу – и направился к ванной.

Марго с улыбкой проводила его глазами.

– Правда, спасибо тебе за всё, Джеймс.

– Тебе спасибо. – искренне сказал он. – Благодаря тебе я снова в чудо поверил. Как в детстве.

Марго посмотрела на точки щетины на его подбородке, и ей на миг стало грустно.

– Слушай, Марго… – неловко начал Джеймс. – А можно я потом Сиракузу расскажу? Мы всё друг другу доверяем. У нас одна душа на двоих. Дело даже не в том, что мы братья, а так получилось. Мы – одно целое, понимаешь? Не выдам я – не выдаст он.

– Хорошо, – кивнула Марго.

– Просто я вот о чём подумал… Может, мы себе тоже заведём таких собак? И возьмём с собой?

– Куда?

Джеймс вдруг отвёл глаза:

– В Португалию. Мы туда улетаем.

– На лето? – спросила Марго, отчаянно надеясь, что это так.

– Вообще-то… Наверное, на всю жизнь, – как-то виновато сказал Джеймс.

«А ведь я знала», – подумала Марго. – «Я догадывалась. Счастье не может быть вечным. Люди уезжают, сказки кончаются».

– Сдам вот экзамены – и отправимся…

– Везучие, – сказала Марго. – Будете жить у моря.

– Ты к нам сможешь прилетать.

– Угу…

Оба помолчали.

– Ну… До конца экзаменов больше месяца, – беспечно сказал Джеймс. – Ещё успеем повидаться.

Марго кивнула, постаравшись улыбнуться без грусти.

– Ладно… Я пойду. Спасибо тебе ещё раз.

– Не за что, – он по-дружески легонько ткнул её  в плечо.

Уже шагая по солнечной улице к своему подъезду, Марго думала, что не всё потеряно. В конце концов, можно ведь будет связаться по тому же Интернету… А главное – их связывает теперь нить. Общая тайна. И знание, что они оба – а точнее, трое – могут прийти друг другу на помощь.

 

 

Глава 31. Неожиданное возвращение

Увидев Сэнди, Юкки и Маттару, вся остальная стая возликовала. Друзья радостно накинулись на путешественников, буквально завалили их вопросами. Пришлось всё рассказывать заново. Но они не успели начать, как вдруг Юкки вздохнул и, подойдя к краю коробки, сказал:

– Вы расскажите, ребята. Про всё. А я пойду… по столу погуляю.

Он подпрыгнул, с трудом уцепился за стену коробки – и приземлился на стол с другой стороны.

Вита, Сэм, Лесси и Охотник перевели глаза на Сэнди и Маттару.

– Ребята, где Райф? – тихо спросила Вита.

– Он не захотел возвращаться, – хмуро бросила Сэнди. – Что мы могли сделать?

И они с Маттарой рассказали о последней погоне, последнем споре, после которого произошёл разлом. Остальные слушали молча, с какими-то виноватыми глазами.

– Сэнди, ты расскажи про путешествие в целом, – попросил Маттара и перепрыгнул стену коробки.

Он скоро нашёл Юкки. Тот лежал возле резного прозрачного стакана, куда Марго сложила всякие мелкие безделушки. Глаза у Юкки были закрыты и можно было принять его за спящего, если бы не слёзы, медленно катившиеся вниз по его морде.

Маттара тихо дотронулся носом до его плеча.

Юкки открыл глаза.

– Я правда хотел вернуться. – сказал он без голоса. – Не думай, Маттара, что ты виноват. Мне кажется, ты так думаешь.

– Я беспомощен. – вырвалось у Маттары. – Я вообще не знаю, что думать. И что делать. Хоть расшибись.

– Не надо расшибаться. – Юкки поднял на него взгляд, сам не поднимаясь. – Если бы я остался в Созополе, я тосковал бы по всем вам. И по Марго. Я сейчас особенно понял, как мне не хватало дома. Но Райфа и Болгарии мне так же сильно не хватает. Я просто разрываюсь. Неужели третьего не дано?

Маттара помолчал.

– Знаешь, я поговорю с Марго кое о чём. Насчёт Созополя – в том числе…

– А ведь правда, – прошептал Юкки. – Она ведь летом полетит в Болгарию… Вдруг мы Райфа найдём? И сможем с ним повидаться хоть недолго? Я смогу… Хотя он, наверное, меня ненавидит. – Кудрявый щенок снова закрыл глаза.

– Да брось, Юкки! Он рассердился, это да, но при чём тут ненависть?

– Я предал его…

– Вы просто сделали свой выбор – каждый! – почти крикнул Маттара. – Ну не плачь, Юкки…

– Извини, Маттара. Знаю, вам с Сэнди тяжело это видеть. Вы начинаете думать, что заставили меня… Но вы не заставили. Я скоро перестану плакать, – повторил Юкки.

***

Ночью Маттара попросил хозяйку:

– Возьми меня с собой в спальню. Нам надо поговорить.

Марго без слов взяла его в ладонь.

Придя в спальню, она поставила щенка на тумбочку, потушила свет, вернулась и легла на кровать.

– Говори, Маттара.

– Я про Болгарию. Вы с мамой ведь именно туда полетите летом?

– Да. Билеты уже давно купили.

– В общем… Такое дело. Я хотел попросить, чтобы ты взяла нас всех. И ещё… чтобы ты отпускала нас погулять. Ну, кто хочет… Раньше, когда Райф говорил мне про рамки и про свободу, я был просто в бешенстве, а потом понял: некоторые рамки в самом деле можно убрать. Мы два с половиной дня жили на свободе… Не спорю, совсем без дома жить опасно. И мы всегда хотели вернуться. Мы скучали по тебе, по нашим… Но дни, проведённые в Созополе, были потрясающими. Мы ехали на машине, мы видели море, ночной город с высоты. Я никогда этого не забуду. И если бы только это повторилось… В смысле, ты ведь можешь отпускать нас не на весь день. Просто на несколько часов. И мы договоримся, где будем встречаться. Например, у отеля.

Наступила тишина.

– Знаешь, Маттара, я в самом деле недооценивала вас, – заговорила Марго. – Когда вы все четверо удрали, я думала, что живым не вернётся никто. Я была в этом почти уверена. Можно сказать, похоронила и вас, и свою надежду. Я так привыкла, что вы всё время у меня под контролем, в руке, в кармане, в портфеле… Я думала, что и вы привыкли тоже. Но вы проделали огромнейший путь. Мои маленькие собаки, за которыми я следила в оба, без меня преодолели дорогу в две тысячи километров – причём, туда и обратно, на самолёте, ездили в автомобилях, плавали на корабле – и, в конце концов, сумели отправить мне сообщение с чужого компьютера. Честное слово, Маттара… я просто поражена вами.

Он смущённо опустил голову.

– То, что нам удалось отправить сообщение, – чистая случайность.

– Но вам удалось, – веско заметила Марго. – То, что Джеймс водит мотоцикл, – тоже случайность…

– Из таких случайностей и состоит судьба. Так мастер говорил.

Хозяйка и пёс вновь помолчали.

– Очень жаль, что Райф не захотел вернуться. Если бы я с самого начала поняла, что вы способны очень на многое, и давала бы вам больше свободы… Или хотя бы пообещала дать её вам в Болгарии, этим летом…

– Ты не виновата, – сказал Маттара. – Насильно мил не будешь.

Марго вздохнула.

– И всё равно грустно… Ты взгляни на всю ситуацию. Вроде бы никто не виноват – а от этого не легче… Ну, ладно. Главное, что вы все живы. Я теперь думаю, что и Райф живой. Он ведь хотел свободы… Значит, он счастлив.

– Юкки тоскует. – сказал Маттара.

– Что же тут поделать… Мы его всем будем поддерживать. Правда же?

– Конечно.

– Спи, Маттара… И не волнуйся. Я вас всех возьму с собой в Болгарию.

В воскресенье, около часа дня, когда Марго и её мама уже успели проснуться и даже позавтракать, вдруг раздался звонок в дверь. Марго первая подбежала к ней и с интересом посмотрела в глазок.

– Марго, кто там? – спросила мама из коридора.

– Это мой друг Джеймс! – ликующе воскликнула она.

Мама удивилась – но деликатно удалилась в комнату.

Марго открыла дверь. Он был в знакомой мотоциклетной экипировке.

– Привет, Джеймс!

– Привет… Слушай, ты не поверишь, – серьёзно начал он с порога.

– Да ты проходи! Что случилось?

– Вот…

Джеймс шагнул в прихожую и раскрыл ладони.

В них была каменная фигурка метиса далматина с длинными ушами.

 

 

Глава 32. Размышления Райфа

Марго сначала и вправду не поверила. Первую минуту она смотрела на щенка во все глаза и не говорила ни слова. А потом выдохнула:

– Это же Райф!.. Как он у тебя оказался?

– Очень странно оказался. Еду я по дороге… И тут меня останавливает один старичок. Невысокий такой. Держит картонку в руках – а на ней «Хэй, Джеймс» написано по-английски. Ну, я, честно говоря, прифигел немного, остановился… А старичок протягивает его, – Джеймс кивнул на Райфа. – И говорит: «Он решил вернуться. Его давно ждут свои. Ты знаешь, кому его отнести». Я на пса уставился… А старичок исчез.

– Мастер… – прошептала Марго. Озноб пробежал у неё по спине.

– Что?

– Это был мастер. Тот волшебник. Создатель собак.

– Что, правда, что ли? – Джеймс ещё сильнее понизил голос.

– А кто это ещё мог быть?.. Откуда он знает твоё имя? И про Райфа?

– Да… Действительно. Он ведь заранее меня ждал. И знал, что… я сам знаю про собак.

– Спасибо, Джеймс. Я и не думала, что Райф вернётся, – Марго, всё ещё не веря, смотрела на пятнистого щенка.

Потом зашла в комнату, опустила Райфа в коробку. Взглянув на остальных, приложила палец к губам. Затем вернулась в коридор к Джеймсу.

– Пошли пить чай! Ты меня чаем угощал, теперь моя очередь, ясно?

– Я твою маму стесняюсь, – признался Джеймс.

Марго засмеялась:

– Да ладно, никто тебя не съест!.. Пошли!

Райф, как только за Марго закрылась дверь в комнату, превратился из камня в настоящего щенка. Неловко оставаться истуканом, когда на тебя так пристально смотрят целых семь пар удивлённых глаз. И это ещё мягко сказано – «удивлённых»!

– Ну… что? – наконец неуклюже буркнул Райф.

– Райф, это ты? – осторожно спросил Юкки.

– Кто ж ещё…

– Ты откуда? – Маттара стоял посреди коробки, не моргая.

– Ну, откуда… Из «Домодедово».

– Сам прилетел? – опять спросил Юкки.

– Нет… Не совсем. – Райф наконец поднял голову и исподлобья, с хмурой неловкостью оглядел остальных. – Я так понял, вы ждёте рассказа?

– Да! – разом сказали все семеро.

***

Райф знал, что Юкки больше не последует за ним. Поэтому, убегая прочь, не оглядывался.

Этого следовало ожидать. С самого начала в глубине души у Райфа жила догадка: полная свобода – выбор его одного. Юкки он позвал с собой не из-за схожих убеждений, а просто потому, что в стае никого не было ближе. Этот день должен был настать… Райф же, в конце концов, не слепой. Уже не раз и не два видел он в глазах Юкки не только восхищение, но и сомнение. Понятное дело – младший друг вспоминал о доме… Напрасно Райф заверял его, что Юкки забудет стаю. Ничего он не забыл. И будет вспоминать ещё долго.

Райф нарочно старался отвлечь его. Даже отправился с Юкки на остров. Но всё было тщетно. Юкки думал о возвращении, даже если не говорил об этом с другом.

Дело было не в Маттаре. Это не он заставил Юкки вернуться. Если бы за ними никто не гонялся, Юкки всё равно мучился бы оттого, что не может сказать Райфу о своих терзаниях. О главном вопросе, который не даёт ему жить спокойно: остаться здесь – или вернуться? А Райф обо всём этом прекрасно знал – и в конце концов тоже бы извёлся. Сейчас он уже откровенно жалел, что потащил с собой Юкки. Надо было сбежать одному, и всё тут! И никаких проблем, никакой погони бы не было! Для стаи и для Марго Райф бы просто как в воду канул! Максимум все догадались бы, что он слез с третьего этажа по дереву, но о «Домодедово», о путешествии на самолёте точно никто бы не подумал!

Юкки, само собой, в таком случае был бы ранен в самое сердце. Друг исчез навсегда, не попрощавшись.

Райф хмуро усмехнулся. А сейчас что, разве не ранен?.. Ему не хотелось вспоминать глаза Юкки, услышавшего «Предатель!» от того, кто был ему ближе всех. Нет, лучше бы Райф с самого начала убежал один!

Сейчас пятнистый бродяга направлялся к крепостной стене. Он хотел пройти её поверху всю, целиком. Стена очень длинная, на это уйдёт немало времени. Тем лучше… Долгая дорога поможет отрешиться от горьких мыслей, от злости на себя. Стена, однако, не бесконечная… Но потом можно пойти ещё куда-нибудь! Куда угодно, лишь бы подальше от парка, от места дурацкого расставания!

Стена состояла из круглых камней. Забраться по ним на самый верх было довольно легко. И Райф забрался. Со стены открылся красивый вид на море. Прежде Райф обрадовался бы ему, но сейчас пребывал совершенно не в том настроении. Хотелось просто идти, идти по городу, не останавливаясь, пока хватит сил.

Но Райф всё же остановился. Уже после стены, преодолев наклонный бордюр рядом с лестницей, он прошёл до конца улицы и увидел скалы. Райфа вдруг потянуло на них со страшной силой. Море бушевало, билось о каменные массивы и напоминало Райфу его же самого. Он тоже бился о гору, лежащую на собственных плечах, и бессильно падал, рассыпался на брызги. А может быть, скалы манили щенка просто потому, что они – его родня? Ведь и Райфа изначально высекли из камня…

Он ступал по скалам осторожно, боясь провалиться в какую-нибудь расселину. Скалы были усыпаны ракушками, засохшими улитками и крабьими клешнями. Задувающий с моря ветер становился иногда таким сильным, что Райфу приходилось замирать, прочно расставляя все четыре лапы, чтобы его не сдуло.

Остановившись почти у самого края, он сел и стал смотреть, как солнце погружается в море. Оно уже почти совсем затонуло, остался только самый краешек. Луна чувствовала себя в небе полноправной хозяйкой. Она была просто огромной. Едва ли увидишь в Москве такую луну.

Нет, лучше не думать о Москве.

Райф сидел, и морской ветер трепал его пятнистую шерсть. Он долго так смотрел на волны, не двигаясь и стараясь не вспоминать сегодняшнее. От солнца остался лишь красный отсвет. «Ты держись, я вижу твой сигнал», – подумал Райф. – «Не тони совсем. Зачем ты меня бросаешь?» Но отсвет наконец исчез, и небо совсем потемнело. Важная луна медленно катилась по нему, поднималась всё выше.

Райф превратился в камень – и просидел на скале всю оставшуюся ночь. А ранним утром совершил обратное превращение и поплёлся куда глаза глядят.

Он ходил по городу целый день, почти не замечая ничего вокруг. Видел только дорогу под лапами. Казалось, что во всём городе пусто, что исчезли не только люди, но даже дома, потому что у самого Райфа было пусто на душе.

Он бездумно шагал вдоль дороги, ведущей из города, когда сверху вдруг послышался негромкий голос:

– Куда же ты бредёшь?

Райф оцепенел. На миг пустота сменилась ужасом, но тут же пришло равнодушие и лёгкое раздражение. Райф поднял голову…

И увидел мастера.

Глава 33. Разговор по душам

 

Да, он сразу узнал этого старичка с недлинными серебряными волосами. Мастер с высоты своего роста (хотя и по людским меркам был невысок) смотрел на Райфа с какой-то печальной снисходительностью.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Райф, не двигаясь.

– Да вот, решил повидаться. Мне показалось, тебе нужно с кем-то поговорить?

Райфу было нужно, но гордость и здесь заставила его взвинтиться:

– Мне?! Ха… Никто мне не нужен!

– А мне показалось… – повторил мастер. – Что ты по кому-то тоскуешь.

Райф с еле слышным вздохом остановился.

– Откуда ты знаешь, что я в Болгарии?

– Ну… Я же всё-таки волшебник, – мягко произнёс мастер. – С помощью снов я время от времени слежу за теми, кого создал. Я же в вас всех душу вложил. Иначе вы бы не были живыми… И между нами есть связь. Ты не против, если я возьму тебя на ладонь? Так просто удобней разговаривать.

– Бери, – хмуро разрешил щенок.

Мастер наклонился и поднял Райфа с земли. И тут пятнистый беглец уставился ему прямо в лицо горящими от злого, абсолютно искреннего отчаяния глазами.

– Почему в мире всё так?! Почему не бывает счастья? Почему нужно выбирать либо одно, либо другое, но оба выбора ничего хорошего не принесут?! Если счастье невозможно… зачем тогда вообще жить?

– Глупый Райф… – вздохнул мастер с прежней грустной улыбкой. – «Невозможно» – это когда кто-то умер. А у тебя живы все друзья. И хозяйка…

– Да при чём здесь хозяйка! Чем она может помочь?! Ведь от неё я и сбежал! И нет у меня никаких друзей!

– Почему? Есть друзья.

– Нет! – рявкнул пятнистый метис и даже топнул передней лапой по ладони мастера. Райф сейчас просто кипел, шерсть на его загривке встала дыбом. – Кому я нужен?!

– Прежде всего – Юкки. – произнёс мастер. – Ты вот сейчас сказал: «Нужно выбирать либо одно, либо другое, но оба выбора ничего хорошего не принесут…» Ведь такой выбор и Юкки пришлось сделать. Ты думаешь, ему сейчас хорошо без тебя?

Шерсть на загривке Райфа опустилась. Он понурил плечи.

– Я беспомощен. – Сам того не зная, Райф повторил слова Маттары. – Если я выберу Юкки – я лишусь свободы. Если я выберу свободу – лишусь общения с Юкки. А мне это одинаково нужно! Понимаешь? Я не буду без чего-то одного счастлив, никогда! Ты зря, мастер, сделал меня таким. Ты вообще зря вдохнул в меня жизнь. Лучше бы я был бездушным камнем, который вообще ничего не видит и не чувствует!

– Постой. – мастер поднял другую ладонь. – Райф, как ты можешь утверждать, что счастье невозможно, когда ещё не всё попробовал?

– Но… что ещё можно попробовать?

– Как – что? Поговорить с Марго!

Райф уныло фыркнул.

– Да она даже слушать не будет…

– С  чего ты взял? Вот с чего. Ты. Взял. А, Райф? – внимательно спросил мастер, отделяя почти каждое слово. – Ты хоть раз говорил с Марго о свободе?

– Нет… Я думал, это бесполезно. Она так трясётся над нами…

– Ну, правильно. Ты всё решил заранее. А ведь нужно было подобрать верные слова.

– Какие слова?

– Объяснить, что для тебя свобода – это счастье. Я уверен, она стала бы отпускать тебя.

Райф снова вздохнул.

– Я не знаю. Как я могу быть уверен?

– Знаешь, а ведь Маттаре тоже нравится на свободе… – невозмутимо, как бы между делом заметил мастер.

– Маттаре?

– А ты разве не замечал, как он наслаждается ветром и простором? В те минуты, когда он за тобой не гонялся.

– Тем не менее, к Марго он вернулся…

– Я уверен, Маттара совсем скоро обратится к Марго с той же просьбой. Давать вам, волшебной стае, больше свободы. Знаю, ты наверняка считаешь Маттару занудой, для которого правила – превыше всего. Но ты ошибаешься. Ценность свободы он понимает – и, надо сказать, ничуть не хуже тебя.

– Но ведь он раньше не просил Марго!

– Он не знал… Путешествия меняют, Райф. И людей, и собак. Они делают их счастливее. Дарят им новые миры. Путешествия вдохновляют и спасают. И если ты когда-нибудь задавался вопросом, существуют ли чудеса без магии… То путешествия – одни из таких чудес. 

– Я это знал, – тихо сказал Райф. – Даже пытался доказать остальным…

– «Пытался доказать!» – усмехнулся мастер. – Ты ставил себя выше них. Говорил, что их интересы ограничены. Кому такое понравится? Это у тебя изначально характер бродяги, а остальная стая привыкла постоянно проводить жизнь в убежищах! Как ты выражаешься, «смотреть на всё через рамки». Да и вообще, Райф… Каждый сам выбирает. Кто-то не путешествует – а мир для него всё равно большой.

– Я бы всё отдал, чтобы Марго согласилась отпускать нас! – горячо сказал Райф.  

– Я просто уверен, она согласится. А сейчас… Смотри, уже вечереет. Давай эту ночь переждём в Болгарии. Отоспимся… А завтра сядем на самолёт. Завтра как раз будут самые лучшие условия для твоего возвращения. А сегодня лучше подождать.

– Хорошо, – согласился Райф.

Они ещё, по крайней мере, час гуляли по городу. Снова наступила ночь. Но Райф уже не ощущал жуткой тоски, настигшей его вчера.

Мастер, остановившись на том же возвышении, что и недавно Маттара, показал Райфу с высоты часть ночного Созополя.

– Красиво, – выдохнул Райф. – Я ещё не был в этом месте.

– Да, замечательный город. Ничуть не хуже Солнечного Берега… По-моему, даже лучше.

Мастер жил в Старом городе, на съёмной квартире. Когда он уже спал, Райф обошёл её кругом. Ему понравилась сама атмосфера помещения. Пахло деревом, сухими травами и – даже здесь – морем.

Райф по креслу забрался на подоконник и ещё долго смотрел на звёзды. Окно было приоткрыто, и такой уже родной южный воздух до слёз щекотал ноздри. 

Утром мастер и Райф отправились в аэропорт. У мастера не было чемодана, только рюкзак. Райф всю дорогу до Бургаса смотрел в окно. Один раз шёпотом спросил у мастера:

– А ты дашь мне в самолёте смотреть в иллюминатор?

– Обязательно, – кивнул тот.

Когда вышли из машины, Райф снова окликнул:

– Мастер.

– А?

– Я, в общем… Тут хотел сказать… Одним словом…

– Да не за что, Райф. – Оказывается, мастер умел понимать своих собак и без слов.

Из «Домодедово» шли пешком. Точнее, мастер шёл пешком и нёс Райфа на ладони.

– А ты прямо так и заявишься к Марго? Она, наверно, упадёт.

– Хм… Вообще-то, я в некотором роде инкогнито. Так что… Можно передать через другого человека. Вон он как раз едет, – и мастер указал на приближающуюся, пока ещё маленькую фигурку мотоциклиста.

– Кто это? – недоумённо спросил Райф.

– Джеймс.

– Какой Джеймс? – испугался Райф. – Я не знаю никакого Джеймса!

– Зато он… многое знает… – мастер рассеянно полез в рюкзак, достал оттуда картонку и маркер, крупными буквами написал на ней «HEY, JAMES!» – и поднял её в воздух.

Как и следовало ожидать, мотоциклист, увидев надпись, остановился. Стащил шлем – и мастер увидел потрясённое смуглое лицо Джеймса.

– Ничему не удивляйся. – мастер протянул ему успевшего превратиться в камень Райфа. – Он решил вернуться. Его давно ждут свои. Ты знаешь, кому его отнести.

Джеймс большими глазами посмотрел на Райфа. В это время мастер исчез.

И Джеймс отвёз Райфа к Марго.

А что было дальше – вы уже знаете.  

Глава 34. Бродяги

Райф, конечно, не всё рассказал стае. Только передал им разговор с мастером, да и то – не полностью. Не упомянул, что они с мастером говорили о Маттаре. Добавил ещё, как мастер буквально с рук на руки передал его, Райфа, Джеймсу.

– Ну… собственно, вот. – неуклюже завершил Райф своё повествование. – Как думаете… Марго нас согласится отпускать?

– А я уже поговорил, – сказал Маттара.

Райф удивлённо повернулся к нему.

– Серьёзно?

Маттара кивнул.

– Вчера ночью.

– И?.. – Райф замер.

– И она согласилась. Сказала, что недооценивала нас.

– Это правда?

– Ты не веришь?

Райф честно признался:

– Я боюсь поверить.

– А ты не бойся, – посоветовал Маттара. – И ещё Марго возьмёт в Созополь всех. Без исключения.

Райф долго выдохнул, опустил веки.

– Значит, мастер был прав.

– Конечно. Он же волшебник, – сказал Юкки.

– Дело не в этом, Юкки, – Райф не открывал глаз. – Он волшебник в понимании чужих чувств.

Первую неделю после возвращения Райфа они с Юкки были какими-то неуклюжими в общении друг с другом. А потом между ними не осталось неловкости. К тому же, Райф изменился. Маттара его почти не узнавал. Исчез самовлюблённый и заносчивый пёс – остался смелый и деловитый. Впрочем, смелым Райф и так был всегда, ещё до путешествия. Но теперь невозможно было представить, чтобы он с кем-то подрался из-за подстилки, ревниво на кого-нибудь посмотрел или бросил кому-нибудь ядовитое словечко. Райф стал гораздо более чутким. Может, он таким и был в глубине души с самого начала… Но ему мешало ощущение, что кто-то вечно ущемляет его свободу.

Теперь же, когда Марго стала больше понимать своих щенков, всё изменилось. Райф (и не только он) с нетерпением ждал лета. Он тоже успел соскучиться по Созополю. Марго, уставшая за год от уроков, спала и видела любимый приморский городок. Она не забывала о своём обещании и собиралась взять с собой всех восьмерых щенков.

Теперь, когда всё было в порядке, у Маттары осталась только одна печаль: он скучал по Созополю. Город стоял у него перед глазами. И даже когда Марго в очередной раз собралась купать своих щенков в раковине, Маттара, вспомнивший бесконечное синее море, хотел отказаться.

Но Райф позвал его:

– Да пойдём, Маттара! Будем дальше учить Юкки плавать.

Застенчиво улыбающийся Юкки стоял тут же, и Маттара согласился.

***

– Эй, Юкки, Райф, идите сюда!

Они подбежали, минуя неудобные камешки.

– Мы кое-что нашли, – пояснил Маттара.

– Когда успели? – усмехнулся Райф.

– Утром! – Сэнди кивнула в сторону моря. – Пошли, покажем!  

Сэнди и Маттара привели друзей к бассейну, который создала сама природа – казалось даже, что специально для щенков. По размерам и глубине был он чуть больше раковины, в которой обычно плавала стая. Камни легли так, что эту маленькую часть берега не захлёстывало волной. Вода поступала в бассейн тонкой струйкой.

– Супер! – восхитился Райф. – Это место надо запомнить.

– Только бы камни не сдвинуло волной, – озабоченно сказала Сэнди.

– Если что – попросим Марго что-нибудь сделать! – сказал Юкки.

Он плавал уже гораздо лучше. Страха перед водой у Юкки не было, потому что он, когда волна в злополучный день попыталась утащить его в море, почти ничего не помнил.

Вода в бассейне была замечательная – прозрачная, без ниточки водорослей. Они плавали все вчетвером, просто так и наперегонки. Потом выбрались на берег, отряхнулись, подставили солнечным лучам подсыхающую шерсть.

Они прилетели в Болгарию неделю назад. На этот раз не самостоятельно, а, конечно, с Марго. Хозяйка отпускала их гулять с утра до полудня, и за два-три часа щенки успевали побывать в самых интересных местах. Периодически путешественники брали с собой Виту, Сэма, Лесси или Охотника, но те отправлялись с ними не всегда. Стая оставалась одним целым – и в то же время разделилась на две части. На следопытов-сорвиголов, любящих самостоятельно обходить город, и на более осторожных щенков, предпочитающих гораздо больше времени проводить в кармане у Марго.

Летом Созополь ожил. На улицах пахло жареной рыбой, попкорном и сладкой ватой. В парке теперь было много детей: они дрались на надувных мечах и самозабвенно нарезали круги на маленьких джипах.

Райф однажды сказал, что надеется встретить на улицах Созополя мастера. А вдруг?.. Но, к сожалению, от мастера не было ни единого знака. Джеймс его тоже не встречал.

Семья Оливейра уже была в Португалии. Перед отъездом Джеймс и Сиракуз выбрали себе на Воробьёвых Горах по щенку. Младшему брату понравилась немецкая овчарка, которую он назвал Линдой, а старшему – шоколадный лабрадор, который получил имя Хоу. Линда была весёлая и заводная, почти, как Сэм, а Хоу – робкий и нешумный. Однако в общем Большом Погроме, который устроила стая Марго вместе с новыми знакомыми, поучаствовал с радостью…

***

Следующим летом Марго отпустили в Португалию к Джеймсу и Сиракузу. Город Порту оказался по атмосфере чем-то похож на Созополь. Там тоже были побережья, дома с треугольными черепичными крышами. Разве что, дома эти были повыше, да ещё посреди города стоял замок. По утверждениям Марго, в Порту было даже что-то от Амстердама. Ну, ей лучше знать… 

Жаль, что в Португалии щенкам удавалось погулять самостоятельно реже, чем в Болгарии. Всё-таки в малознакомой стране Марго за них нервничала. Но всё же отпускала неутомимых четырёх путешественников исследовать Порту. Знала, что они без этого не могут.

Глава 35. Расставание

Проходили годы. Марго взрослела. У некоторых людей есть дар – до самой старости оставаться детьми. Я имею в виду не инфантильность, а способность верить в сказку. Это в самом деле великий дар, и не всем удаётся пронести его через года.

Чем старше становилась Марго, тем больше у неё было забот. В девятом ей нужно было сдавать экзамены. Но ГИА – это ещё ладно… Настоящий кошмар начался в одиннадцатом, когда перед Марго замаячил ЕГЭ. Щенки тихо, как мыши, сидели в своей коробке, пока хозяйка занималась с репетиторами. Они приходили к ней почти каждый день: по английскому, по истории, по алгебре и геометрии… 

Нет, не думайте, Марго не забывала своих щенков. Она продолжала общаться и играть с ними. Но, что поделать, куда реже, чем раньше, и всякие развлечения вроде купаний для «карманной стаи» прекратились.

– Что-то Джеймс перестал заглядывать, – вздохнул Юкки.

Райф хмуро усмехнулся:

– Спохватился!.. Он давно уже в Россию не приезжал.

– А что с ним случилось?

– Что случилось? О, с Джеймсом произошла одна страшная, но неизбежная вещь, – вздохнул Райф. – Он повзрослел. И даже завёл себе невесту.

Поражённый Маттара обернулся.

– Какую невесту?

– Обыкновенную, – меланхолично ответствовал Райф. – Португальской наружности.

– А как же Марго? – тихо спросила Лесси.

– А ты думала, всё будет, как в сказке? – опять хмуро фыркнул Райф. – «Жили он долго и счастливо?» Я был в кармане у Марго, когда они об этом говорили с Джеймсом. Она для него – «младшая сестрёнка», он так и сказал.

– А Марго?

– Она, по-моему, рада и этому. Но всё равно грустит. Они тогда ещё о чём-то говорили, только я ни черта не понял.

– По-английски? – понимающе спросил Маттара.

Райф кивнул.

В последний раз, когда щенки видели Джеймса, он был совсем взрослый. Лицо обрамляла бородка, голос огрубел ещё сильнее. Он говорил по-русски с ещё бо́льшим акцентом, поэтому с Марго нередко вёл английские диалоги. Так было удобнее им обоим.

Так вот, значит, как повернулась жизнь…

У Марго тоже была своя сказка. В этой сказке не было принцев и принцесс, не было замков и блестящих корон, не было фей и магических существ, а были светловолосая девушка и смуглый босой парень, стоящие на берегу океана и весело глядящие друг другу в глаза. Это была сказка без магии. И она так и осталась сказкой.

И тут Сэм с надеждой подскочил:

– Но ведь есть Сиракуз!

Райф обречённо покачал головой.

– Господи, Сэм… Ты что, правда не понимаешь? Ты не понимаешь, что эти два брата – совершенно разные люди? Даже если бы у Джеймса был не младший брат, а близнец, – он что, разве смог бы его заменить? Попробуй, Марго такое скажи…

Стая молчала. Все знали, что Райф прав.  

***

Наступил день, когда Марго сказала, что Райфу, Юкки, Сэнди и Маттаре лучше жить у другого хозяина.

– Я не смогу так часто с вами путешествовать… Надо ЕГЭ сдавать. Пол-лета коту под хвост. А как в университет поступлю – каникул будет меньше, да ещё и экзамены каждый год… А вам общение нужно. Я всех не смогу отдать, сердце разрывается. Но вы, вы четверо… Вы ведь очень любите путешествия.

– Кто способен тебя заменить? – воскликнул Маттара.

Марго виновато улыбнулась:

– Не прибедняйся, Маттара. В мире много людей, которые могли бы стать хорошими хозяевами для таких щенков, как вы.

– Нет, мало! Мастер сам говорил!

– У меня есть подруга, – сказала Марго. – Замечательная подруга. Честное слово… вам с ней будет гораздо лучше. Вы не пожалеете.

– Не пожалеем, что расстались с тобой? – медленно переспросила Сэнди.

– Я ведь не навсегда исчезаю. Я буду навещать вас. Простите меня, ребята. Это решение мне самой далось очень нелегко. Но вам так будет лучше. Я обещаю.

Щенки неловко молчали.

– Я не отдаю вас на произвол судьбы. Я в самом деле знаю этого человека. Ей можно доверять подобные тайны.

 

 

Эпилог.

 

– Ну, вот… такая история, – после долгого молчания наконец сказал Райф.

Я, оперевшись локтем на подушку, полу-лежала на кровати и, не отрываясь, смотрела на щенков.

Точно не знаю, сколько они рассказывали. Я вообще забыла о стоящих на тумбочке часах. В глазах из-за зелёного ночника плавали пятна, иногда закрывали от меня щенков. 

– Слушайте, ребята… – сказала я наконец. – Ну, вы даёте. Это всё правда было?

– Правда, – серьёзно сказал Юкки.

– А ты не веришь? – обиделся Райф.

– Нет, что ты, я верю… Просто это невероятно. Эта история прямо в голове не умещается.

– У нас у самих не умещается!

«Так может, записать?» – подумала я. Но постеснялась сказать вслух. Поэтому сказала другое:

– Вы не волнуйтесь, ребята. Я буду брать вас собой в путешествия. Всегда.

– А ты бываешь в Болгарии? – робко спросил Юкки.

– Конечно! – заверила я. – Мне ведь Марго про неё и рассказала!

– А в какой город прилетаешь? – насторожился Райф.

– В Созополь как раз и приезжаю из Бургаса! И этим летом туда поеду…

– Да? – просиял Юкки. – Ура!

Сэнди опередила Райфа с очередным вопросом:

– Ты ведь нас будешь отпускать, как Марго? Пожалуйста…

– Если вы будете осторожны, – произнесла я. – И если вечером вдруг увидите луну в дымке… В общем, вы поняли.

– Ага! – кивнул Юкки, отчего его висячие уши болтнулись.

А Маттара вдруг попросил:

– Можешь меня на подоконник посадить?

Я встала с кровати и с тумбочки пересадила палевого метиса на широкий белый подоконник.

– Спасибо…

Вернувшись на кровать, я обратилась сразу ко всем щенкам:

– Марго сказала, что таких, как вы, больше не… – Я запнулась, подбирая нужное слово. «Делают» казалось каким-то не подходящим. – …не создают. Правда?

– Да, на Воробьёвых горах наших больше нет, – сказала Сэнди. – Марго не раз там бывала. И ты ведь сама сегодня видела.

– Может, ещё появятся… Или мастер был совсем старый?

– Мы не знаем, сколько ему лет, – насупился Райф. – Он никогда не говорил… А по виду и не поймёшь. Глаза молодые.

– Он же волшебник, – горячо сказал Юкки. – Волшебники долго живут!

– А может, для него это и было долго, – подал голос Маттара, не поворачиваясь от окна, за которым была ночная Москва. Мы жили высоко, на десятом этаже. Деревьев поблизости не было. Из нашей квартиры щенки не сбежали бы в аэропорт. Да и какой аэропорт? И «Внуково», и «Домодедово», и «Шереметьево» были от нашего дома очень далеко… – Не бывает бессмертных людей.

– А может, бывает! – без строптивости, скорее, просто с отчаянным упрямством заспорил Юкки.

– Я на той неделе опять на Воробьёвы отправлюсь, – сказала я. – Посмотрю… Может, кто появился.

– Спасибо, – тихо сказал Юкки.

– А вы сами – бессмертные? В смысле, если с вами ничего не случится, вы так и будете… жить вечно?

– Да, – сказал Райф.

Я снова перевела глаза на Маттару. Он по-прежнему стоял на подоконнике и смотрел на большой город, который никогда не спит.

***

Когда я вышла из троллейбуса, с неба медленно западали редкие крупинки снега. Холодный ветер трепал капюшон за моей спиной. Ноябрь…

Я приехала сюда без щенков, одна. Не хотела, чтобы они загрустили, если увидят пустые прилавки. Одно дело – просто услышать, что их собратьев на Воробьёвых горах не было, другое – увидеть своими глазами, что на широких столах нашлось место всему – но только не маленьким каменным собакам.

Я перешла на ту сторону дороги и оказалась на смотровой площадке. Но с неё мало что было видно: город окутал туман. Даже «Лужники» в нём едва различались.

Ряды прилавков были очень длинными – и это меня радовало. Значит, тем дольше будет со мной надежда. А если никого не найду… Что ж, приеду ещё раз. И буду приезжать, пока будет возможность. Моим четверым это очень важно. И мне самой.

Я прошла вдоль прилавков раза три. Всё думала, что не слишком хорошо смотрю. Даже продавцов спрашивала:

– У вас не таких маленьких каменных собак? – И нерешительно разводила большой и указательный пальцы, оставляя между ними три сантиметра.

Но все продавцы качали головами и отвечали, что «таких не завозили».

Я уже собралась уходить, когда вдруг увидела возле одного из прилавков смуглого парня.

В первую минуту я просто оцепенела. Потом шагнула вперёд, приблизилась к нему. Парень внимательно разглядывал статуэтки разных зверей, будто что-то искал. От волнения у меня пересохли губы.

– Извини… Ты – Джеймс?

Он повернулся мгновенно. В тёмно-карих глазах сверкнуло изумление.

– Ты знаешь моего брата?

– Ой, Сиракуз! Такой взрослый…     

Для меня он, как в рассказе четырёх щенков, был сверстником, даже чуть младше, потому что я была сейчас в седьмом, а не в шестом. Но сейчас передо мной стоял одиннадцатиклассник, ему было лет семнадцать-восемнадцать. Угольные волосы зачёсаны назад, под носом – тонкие усы.

– Да, это я, – сказал он всё ещё растерянно, с акцентом. – Откуда ты знаешь про нас?

Я молча мотнула головой: отойдём. И мы отошли от прилавков.

– Мне про тебя рассказали собаки. Маттара и… остальные. Я подруга Марго.

Сиракуз опустил руку в просторный карман серого пальто и вытащил двух маленьких щенков – немецкую овчарку и бурого лабрадора.  

– Линда… и Хоу? – вспомнила я имена.

Сиракуз заулыбался. Положил их обратно.

– Боятся. Не превращаются пока…

– А где Джеймс?

– Он в номере сейчас. Мы на две недели в России. Кстати, Джеймс хотел с Марго повидаться.

– Наверное, она уже знает…

– Возможно, – сказал Сиракуз.

Мы помолчали, глядя на падающий снег.

– Ты сейчас никуда не торопишься? – спросила я португальца.

– Да нет. Так просто гуляю…

– Может, ко мне пойдём? Я чай заварю, – я весело усмехнулась, вспомнив историю щенков: – Азорского, правда, нет.

Сиракуз тоже весело прищурился. Я увидела, как снежинка зацепилась за его чёрные ресницы. 

– А дома никого нет?

– Да ладно, чего ты стесняешься?

– Ну… спросят – кто такой, зачем пришёл?

– Мама на работе. А если бы даже спросила… Что значит – кто такой? Мы же все повязаны одной тайной!

– Ну… о’кей, – улыбнулся он. И тут обернулся, будто вспомнил что-то. – Постой… А собак там больше нет?

– Нет, – вздохнула я. – Я всё там прочесала. Продавцы говорят – не завезли ещё.

– Может, этот мастер просто отдохнуть решил? Ну, бывает же творческий отдых.

– Бывает… – Я помолчала. Мы смотрели в сторону прилавков. – Я буду искать, Джеймс. Зачем сдаваться?

– Я Сиракуз, – сказал он.

– Извини…

– Да ничего, – улыбнулся парень. – Пойдём.

И мы зашагали рядом через дорогу сквозь холодный ноябрьский ветер.

Прочитано 187 раз
Поделившись с друзьями, Вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"

Комментарии (0)

Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

Опубликовать комментарий как Гость. Зарегистрируйтесь или Войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением

Детский календарь

Десерт-Акция. Поэзия

Поздравляем наших защитников!

14.02.2018
Поздравляем наших защитников!

Дорогие защитники Отечества, поздравляем вас с праздником! Берегите наш прекрасный мир, ...

Десерт-Акция. Проза

День защитника Отечества

14 Февраль 2018
День защитника Отечества

В канун Дня защитника Отечества давайте вспомним тех, кто защищал Родину в тяжёлые дни войн. В...

Официальный портал Международного творческого объединения детских авторов " Дети Книги " © 2008
Все материалы опубликованные на портале "Дети книги" защищены авторским правом. Любые перепечатки только после согласования с администрацией и при условии ссылки на данный ресурс.
Логотип МТО ДА - автор Валентина Черняева, Логотип "Дети книги" - автор Елена Арсенина