Авторы о себе

Ай, браво!

Последние новости

Наши встречи. Сахалин, Городец, С.- Петербург 14.06.18

Автор:Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА
от 14 Июнь 2018
Наши встречи. Сахалин, Городец, С.- Петербург 14.06.18

№105 Письмосказки

Автор  Опубликовано в Новая сказка-2015 Суббота, 10 Октябрь 2015 20:39
Оцените материал
(0 голосов)

 

 

 

Содержание:

  1. ПИСЬМОСКАЗКИ
    1. 1 Начало пути.
    2. 2Путешествия
  2. ИСТОРИИ ПИСЬМОСКАЗОЧНИКА РУСТАМА
    1. Я взмахнул волшебной палочкой…
    2. Как я провел лето
  3. ИСТОРИИ ПИСЬМОСКАЗОЧНИКА ЮРЫ
    1. История с драконом
    2. История с принцессой
    3. Никчемная история

 

ПИСЬМОСКАЗКИ.

Начало пути.

 

Пролог

 

В разных царствах-государствах, а точнее в Украине и России жили-были замечательные сказочники Юра и Рустам. Юра был из Киева, а Рустам из Красноярска. А познакомились они в Одессе. Рустам там бычков ловил, да на волю отпускал. А Юра там ел-пил, да по усам у него не текло. Потому что не было у него усов.

И вот встретились они и подружились. И дружили-дружили, пока не разъехались. Но, прежде чем разъехаться, договорились письма друг другу писать. Юра в Красноярск, а Рустам в Киев. Одно письмо в двадцать дней. Это получится за год ровно 18 писем. Потому что 20 умножить на 18 будет как раз 365.

Конечно, если посчитать на калькуляторе получится по-другому. Но ведь Юра с Рустамом сказочники, а значит - еще немного и волшебники.
Юра плюнул, Рустам дунул. И получилось 18 умножить на 20 - ровно один год. А один год писем - это ровно одна книжка. Вот она перед вами. И хотя чужие письма читать не хорошо, но Рустам плюнул, Юра дунул - и письма, которые попали в книжку, стало читать - хорошо.

Так что если хотите узнать, откуда берутся Эйфелевы башни или что делать, если ваш троллейбус уехал в космос - эти «Письмосказки» написаны прямо для вас.

 

Юра – Рустаму. Письмо № 1

Сегодня, в середине февраля, ко мне в дверь постучалась Весна. Я поначалу подумал, что это обычная девушка. Была она в синих джинсах и зеленой футболке. На ногах – сандалии. Увидев на пороге незнакомку, я поздоровался и поинтересовался:

- Здравствуйте! Что вам угодно?

- Мне угодно, чтобы вы немедленно вышли на улицу, улыбнулись солнцу и посмотрели, как цветет сирень!

-Хм. А если не выйду?

- Так не бывает! Посмотрите на меня внимательно. Узнаете?

     Но сколько я ни смотрел, никак не мог узнать. Только вдруг входная дверь поросла зеленой травой, а дверной звонок запел соловьем.

- Мы знакомы?

- Мы встречаемся каждый год! И обычно вы мне рады.

     Тут я не на шутку испугался. Каждый год встречаюсь с человеком, но никак не могу вспомнить ни об одной встрече. На половике выросли подснежники вперемешку с ландышами.

     Сразу у дверей у меня висит аптечка. Ну, на всякий случай. Я покосился в ее сторону и даже потянулся, чтобы открыть. Нужно было срочно принять какое-то лекарство для восстановления памяти.

- Вы, пожалуйста, не волнуйтесь! Вы меня не помните не потому, что с памятью что-то стало. Просто раньше я приходила иначе.

- Чертовщина какая-то, - подумал я.

- Меня зовут Весна.

- Вы из Болгарии? Или, может быть, Сербии? Знакомое какое-то имя…

- Я отовсюду, - ответила девушка и звонко рассмеялась, – ну как вы до сих пор не поняли, я – Весна! Самое прекрасное время года!

- Время года? – до меня стало постепенно доходить, что в дверях стоит не просто человек, а…

     И тут на лестничной клетке откуда ни возьмись появилась женщина в белом. От нее повеяло холодом, а из левого глаза выпала льдинка.

- Что это ты тут делаешь, дорогуша? – не очень приветливо поинтересовалась она у девушки. Ландыши и подснежники съежились.

- Я пришла, - с улыбкой ответила Весна.

- Рано явилась. Мне еще здесь гостить не надоело.

- А я уж заждалась, так и хочется в гости!

     Я решил вмешаться в разговор, тем более, что и трава на дверях уже покрылась инеем, а звонок хрипло закашлялся:

- Простите, что тут происходит?

- Погода шутит, - ответила женщина в белом. – Я, например, Зима. И по календарю у меня еще есть пара недель. А наша общая знакомая Погода заперла весь снег с морозом у себя в чулане.

- А когда не морозно и бесснежно, появляюсь я, - все так же улыбаясь, добавила Весна.

- Но твое время еще не пришло, - нахмурилась Зима.

     Меня вдруг осенило – это сон! И сразу стало легче, ведь во сне могут происходить самые невероятные вещи, даже Весна с Зимою могут оказаться людьми.

- Как здорово, что вы мне приснились! У меня к вам столько вопросов! Откуда идет снег? Почему растет трава? Отчего лед твердый и скользкий? Кто включает солнце?...

- Да вы, господин хороший, - перебила меня Зима, бросив мне прямо в лоб снежок, - не в себе!

- В себе! В себе! – закричал я радостно и умылся остатками тающего снежка.

- Вот, полюбуйся, что ты с человеком сделала своим преждевременным приходом! – сказала Зима Весне.

     Весна опустила глаза в пол, кивнула.

- Наверное, ты, Зима, права – всему свое время.

- Постойте! Не надо расстраиваться, ведь это…

     Ведь это просто сон, хотел сказать я, но в дверях уже никого не было – ни девушки в джинсах, ни женщины в белом. Не было также никакой травы на двери, никаких цветов на половике, а дверной звонок я даже проверять не стал.

     И знаешь, Рустам, когда мои новые знакомки исчезли, я остался стоять на том же месте, а не проснулся в кровати. Вот теперь и скажи мне, сон это был или не сон?

     Кстати, когда я пошел на кухню, чтобы заварить себе чай, за окном начался снегопад. Потому что по календарю до весны еще целых две недели!

Твой друг, Юра.

Рустам – Юре Письмо №2

Юра, дружище. Ну и чудные же сны (или не сны) тебя посещают. И Весна тебе искристая, и Зима в метельном платье. Но даже если это был сон, ты не представляешь, как я тебе завидую. Сейчас объясню, почему.

Неделю назад я вышел из дома по своим делам (просто чужие дела у меня как раз уже закончились). Я шел-шел, шел-шел и вдруг увидел длинную-длинную-длинную (и еще немножечко предлинную) очередь. Голова очереди была в одном конце улицы, а хвост - в другом. Я подошел поближе и осторожно подергал очередь за хвост.

Ты же и сам знаешь, Юра, что дергать кого-то за хвост надо очень осторожно. Например, если дернуть за хвост ящерицу, то он может оторваться. А если дернуть льва, то оторваться может что-нибудь у тебя. А если дергать за хвост первую попавшуюся очередь, то может случиться вообще что угодно и как попало.

К счастью, мне попалась довольно миролюбивая очередь. Она недовольно поворчала, но потом все-таки призналась, что стоит за колбасой. Об этом мне вежливо поведал веселый старичок с хоккейной клюшкой в руках.

- За какой такой колбасой? – внезапно возмутилась стоящая рядом дама в камуфляжном бальном платье, - никакой колбасой здесь и не пахнет. Сегодня первый день распродажи волшебных палочек!

- Волшебные палочки? Да кто вам это сказал? – не выдержала бойкая старушка на ходулях, - мне совершенно точно известно, что здесь дают эликсир бессмертия!

Тут все начали очень громко спорить, махать руками и всем чем попало. И миролюбивая очередь очень быстро превратилась в рассерженную толпу. Я и глазом не успел моргнуть (ни правым, ни левым, ни обоими сразу), как толпа проглотила меня, пережевала и выплюнула, оторвав две пуговицы и сломав каблук.

И вот я весь пережеванный и без двух пуговиц захромал на одном каблуке домой. Дома я выпил литр валерьянки, успокоился и лег спать. Однако, сколько я ни лежал, заснуть у меня никак не получалось. Я пересчитал всех овец на свете, потом всех слонов и принялся за крокодилов. Но сон ко мне никак не шел. Тогда я встал, включил свет и огляделся. Ну, так и есть! Случилось самое страшное: Я ПОТЕРЯЛ СОН! Наверное, это произошло в толпе, и теперь мой бедный сон лежит где-нибудь одинокий и голодный. А может, его уже подобрал какой-нибудь случайный прохожий.

Я бросился вон из дома, обошел все улицы вдоль и поперек (и наискосок тоже) – но от сна не осталось ни следа. Словно он растаял, как дым. Поэтому я поспешил домой и написал такое объявление:

«ОБЪЯВЛЕНИЕ! ВАЖНОЕ!

ДОРОГИЕ ЛЮДИ! У МЕНЯ ПОТЕРЯЛСЯ СОН. СОВСЕМ МАЛЕНЬКИЙ, БЕЛОСНЕЖНЫЙ, ЛИШЬ РЫЖИЕ ПЯТНА И КИСТОЧКОЙ ХВОСТ. ОЧЕНЬ ЛАСКОВЫЙ. ЛЮБИТ СЛУШАТЬ НА НОЧЬ СКАЗКИ СО СЧАСТЛИВЫМ КОНЦОМ. ЕСЛИ ВЫ ЕГО НАЙДЕТЕ, ВЕРНИТЕ ПОЖАЛУЙСТА! СПАСИБО!»

Вот такое объявление я написал и повесил на самом главном столбе города. Но пока на него никто не отозвался, и сна у меня ни в одном глазу (ни в левом, ни в правом, ни в обоих). Дорогой Юра, повесь, пожалуйста, такое же объявление у себя на дубе или на телевизоре – вдруг кто-нибудь его прочитает и вернет мне мой сон.

Искренне твой, Рустам.

Юра – Рустаму. Письмо №3

 

Дорогой Рустам!

До того был впечатлен прочитанным, что ночью твой сон приснился мне. Я присел рядом с ним на скамейке и попытался уговорить вернуться, но он смеялся и корчил рожи. Тогда я попробовал его прогнать в сторону Красноярска, но тоже безрезультатно. В конце концов, решил просто запомнить адрес, по которому во сне мне приснился твой сон. Но когда проснулся, то напрочь забыл и дом, и улицу, и номер квартиры… Тогда я поехал в центр и, как ты и просил, повесил объявление на самом главном столбе.

А по дороге назад со мной случилось вот что.

Я сел в совершенно пустой троллейбус. Двери закрылись и механический голос в динамиках сказал:

- Следующая станция – Космос!

Я подумал, что это название нового кинотеатра. Но троллейбус резко набрал скорость, затем отцепил от проводов штанги, оттолкнулся ими от асфальта и… взлетел! Город за окном стремительно удалялся вниз, потом мы вошли в облако, а когда поднялись еще выше, то я увидел звезды и Землю. Она была размером с футбольный мяч!

Механический голос предупредил:

- Осторожно! Заходим в зону метеоритов!

Что тут началось! Метеориты проносились тут и там, а когда один из них угодил в мой троллейбус, механический голос сказал:

- Ой!

Мне очень-очень захотелось домой. Я вдруг вспомнил, что давно не ел, и сразу услышал урчание в животе.

Кроме метеоритов и звезд в космосе не было ни одной живой души. Во всяком случае, в моем поле зрения.

- Эй, троллейбус! – робко позвал я. – Мне вообще-то домой нужно!

Тут в нас попал очередной метеорит. А голос из динамиков произнес:

- Ай!.. С тобой, дядя, скучно космический океан бороздить!

- А с тобой страшно! – не остался я в долгу.

- Ты не капитан, - продолжил свою речь троллейбус. – И не романтик! Ой!..

В одно окно троллейбуса влетел небольшой осколок метеорита, а вылетел в другое.

- Да уж… Видишь, до чего дошло?

- До чего же? – спросил я.

- До того, что с тобой каши не сваришь, - загадочно проскрипели динамики.

- На Земле я могу и кашу сварить, и шашлык приготовить. А в космосе, да еще и без предупреждения и соответствующей подготовки – не до каши и не до жиру. Потому что быть бы живу!

И снова в нас угодил метеорит.

- Полегче там, булыги! – возмутился троллейбус.

- Летим назад, пока нас вовсе не подбили!

- А ты жалобу в троллейбусное депо писать не будешь?

- Нет, клянусь твердью земною!

Из динамиков прозвучало:

- Осторожно! По просьбе пассажира возвращаемся на Землю. Пристегните ремни безопасности!

- Какие ремни, - возмутился я. – Откуда в троллейбусе ремни безопасности?

Троллейбус занервничал и задрожал:

- Да не ной ты! Это я для порядка сказал. Можешь держаться за поручни. Сейчас будет сильно трясти.

Но я не успел ухватиться за поручень. И меня тряхнуло так, что я, как тот осколок метеорита, просто вылетел в окно.

- Ааа!

- Осторожно, окна закрываются! – услышал я механический голос стремительно удаляющегося троллейбуса.

Мы разлетелись в разные стороны…

Я падал и кричал, пока не зацепился за крыло пролетающего мимо самолета. А под ним о чем-то пело зеленое море тайги, которое мы довольно быстро миновали. В лицо мне дул холодный ветер, а раздувшийся капюшон, зацепившийся за крыло, стал сильно гасить скорость полета.

Пришлось совершить экстренную посадку.

Меня сняли с самолета и повезли в медпункт. Там мне сделали укол от охлаждения и напоили горячим чаем.

Когда меня перестала бить нервная дрожь, сотрудники аэропорта сказали, что на улице уже стоит троллейбус, едущий в мою сторону.

- Нет! – воскликнул я. – Только не троллейбус!

Сотрудники не стали возражать и усадили меня в рейсовый автобус.

Двери закрылись и механический голос автобуса произнес:

- Следующая остановка ко… кхе-кхе… ко… кхм-кхм…

Автобус закашлялся, а я испугался, что он тоже объявит космос и все начнется сначала.

- Следующая остановка - конечная! Простите, что-то в выхлопную трубу попало.

Добравшись домой, я подумал, а что, если все произошедшее и есть твой сон, явившийся мне наяву? Если это так, то забирай его, пожалуйста, скорее назад, потому что вот уже несколько дней я хожу по городу только пешком, обходя троллейбусы десятой дорогой. На это уходит очень много времени. Так много, что иногда я не успеваю дойти до дома, как надо уже возвращаться на работу. А когда подхожу к работе, оказывается, что уже пора домой.

Я, конечно, окреп физически, но и устал сильно.

Так что, Рустам, чужого добра мне не надо. Если это действительно твой сон, то пусть он тебе и снится.

Твой бессонный друг.

Рустам - Юре. Письмо № 4

 

Юра, привет.

Очень переживал, читая твое письмо. Уже давно и хорошо известно, что переходя дорогу надо обязательно посмотреть по сторонам (то ли сначала влево, а потом вправо, то ли сначала вправо, а потом влево. Я, честно говоря, не очень хорошо помню). Но после твоей истории я понял, что буду теперь поглядывать на всякий случай и наверх тоже. А то вдруг свалится мне на голову случайный автобус или троллейбус.

Правда, я как-то слышал, что на одного человека по имени Исаак упало огромное яблоко. И от этого у него родилась в голове гениальная идея. Говорят, что он даже выскочил из ванны и в чем мать родила, то есть в одной сорочке, стал бегать по улицам и кричать «Эврика, эврика!» Но, думаю, что если на меня упадет автобус, то я так скакать уже не буду. И ничего путного, конечно, не придумаю.

А у меня, Юра, все уже хорошо. Сон обнаружился в самом неожиданном месте – у меня дома. Оказывается, он вовсе никуда не пропадал, а просто поломался, или, как говорят специалисты по снам: «был нарушен». Я отнес его в сонную мастерскую, его починили, и он «наладился». Мой сон стал таким крепким, что когда у меня дома случился пожар, я даже не проснулся. Пожарные вытащили меня на улицу, погасили пламя, занесли меня назад, навели в квартире порядок, приготовили ужин, поели и уехали – а я продолжал сладко спать. Вот какой здоровый теперь у меня сон!

Однако случилась у меня и одна неприятность. Недавно я вернулся домой, и сразу пошел спать. Но где-то в районе дивана кто-то больно-пребольно вцепился мне в правую ногу. Я закричал и опустил глаза. И представляешь, Юра, оказалось, что в мою бедную ногу вгрызается ноутбук! Я с перепугу так дернулся, что ноутбук отлетел через всю комнату к окну. Несколько мгновений он лежал без движения, а потом зашевелился и опять бросился на меня. Что было сил я бросился вон из комнаты, но тут мне преградил дорогу рассерженный телевизор. Я попытался проскользнуть мимо него, но он очень больно упал мне на пальцы ноги. Я взвыл и поскакал дальше на одной ноге. А ноутбук с телевизором гнались за мной по пятам пока не загнали меня в кухню.  Я захлопнул дверь и прижал ее всем своим весом, потом достал из кармана сотовый телефон и стал дрожащими руками набирать номер службы спасения.

- Алло, слушаем вас, - вежливо ответили мне в службе.

- Спасите! Помогите! SOS! – заорал я, чувствуя, как телевизор с ноутбуком бьются в тонкую перегородку.

- А что случилось? – поинтересовались спасатели.

- На меня напал телевизор и ноутбук!

- Ну надо же! Ха-ха-ха! – весело ответили спасатели и повесили трубку.

Потом я позвонил в милицию, полицию, на метеостанцию – но везде надо мной только смеялись. Наконец, я дозвонился до психбольницы. И только там меня внимательно выслушали и пообещали помочь.

- Диктуйте адрес, - сказали они.

Но тут кто-то больно-пребольно укусил меня за ухо. Это был МОЙ СОТОВЫЙ ТЕЛЕФОН!

- Ой, - сказал я и потерял сознание.

Очнулся я уже на больничной койке.

- Вам очень повезло, - сказал врач, похожий на Айболита, - мы подоспели вовремя. Еще немного и было бы поздно.

- Почему? - спросил я.

- Скажите, - ответил доктор, - а вы часто сидите за ноутбуком?

- Очень часто, доктор. Игрушки, интернет, общение, сами понимаете…

- А телевизор вы подолгу смотрите?

- Да, доктор. У меня подключено кабельное телевидение. Поэтому по телевизору все время идет что-нибудь интересное.

- Ясно, - сказал доктор, - ну про телефон даже не спрашиваю, и так ясно. А в последнее время вы также часто пользовались телевизором, ноутбуком и телефоном?

- Увы, нет, - честно признался я, - в последние несколько дней я спал по 20 часов в сутки. А в остальное время дремал.

- Вот! – доктор даже поднял палец, - типичная картина. Сначала вы приучили свои вещи к своему постоянному вниманию, а потом неожиданно бросили. Вот они и озверели!

- Но что же делать?

- Не бойтесь, - успокоил меня врач, - я поставил им уколы, и сейчас они совершенно безобидны. Но в будущем постарайтесь не уделять им много времени. Чтобы они снова не привыкли. Час-два в день – вполне достаточно.

- Спасибо, - от всей души поблагодарил я доброго доктора и похромал домой.

И вот, Юра, пишу я тебе письмо на ноутбуке. Рядом что-то нежно лопочет телевизор, а на коленях ласково мурлыкает сотовый. Но пишу я тебе письмо уже целый час, а потому быстренько закругляюсь. Желаю тебе всего хорошего. И твоему компьютеру, телевизору и телефону тоже. Не обижай их. Но и не балуй. «Всему свое время» - так мне доктор написал в рецепте.

Искренне твой, Рустам

Юра –Рустаму. Письмо №5

Дорогой Рустам!

С утра выглянул в окно и увидел, как ярко сияет солнце. Птички поют, листья зеленеют. А ведь еще недавно мне было совсем не до пейзажей и птичьих голосов. И вот почему.

Буквально на днях выхожу я на кухню, чтобы заварить себе утренний чай и вдруг слышу какой-то странный звук. Я подошел к входной двери и выглянул в глазок. В коридоре никого не было. И вдруг дверь сказала:

- Так, хватит, я тоже чай хочу.

От неожиданности у меня пропал дар речи. Ты только представь себе: дверь, и вдруг говорящая!

- Ну, чего стоишь, рот разинув, угощай! – снялась с петель и заскрипела в сторону кухни дверь.

- Постой! – наконец-то воскликнул я. – Твое дело не чаи распивать, а стоять на страже квартиры и не впускать в нее непрошеных гостей!

- Да кому ты нужен?

Представляешь, она заявила мне, что я никому не нужен!

А даже, если это и так! Разве это повод оставить вход в квартиру открытым – заходи, кто хочешь, бери, что плохо лежит?

- Немедленно вернись на место! – повысил я голос на свою входную дверь.

- Не-а, - спокойно ответила она и ручкой потянулась к чайнику.

Я понял, что криком делу не поможешь, что надо менять тактику, что дверь надо брать хитростью.

- Хорошо, давай посидим немножко, чаи погоняем.

- Варенье есть? – бесцеремонно поинтересовалась дверь.

- Есть. Грушевое, ореховое, яблочное.

- Значит, только деревянное?

- Почему же деревянное? – удивился я. – Грушевое, ореховое, яблочное…

- Я и говорю, все из плодов деревьев.

Своим заявлением дверь поставила меня в тупик. Поэтому не очень уверенно я выставил на стол еще и баночку земляничного варенья.

- И что это? – ехидно спросила дверь.

- Земляничное…

- Опять из плодов растений.

Я совсем растерялся.

- Но ведь другого варенья и не бывает.

- Ха-ха! Рассмешил до слез, - рассмеялась дверь, хотя ни одной слезинки не проронила. – А как же варенье из карасей, а? Или мышиный джем? Ну, или на худой конец цукаты из волнистых попугайчиков?

- Первый раз слышу, - ошарашенно пробормотал я.

А дверь продолжила перечисление:

- Гусиный мармелад…

Тут на кухню заявился самый настоящий гусь.

- Тут кто-то что-то говорил о гусях?

Дверь сразу стала тише воды, ниже травы.

- Да вот, - сказал я, - дверь гусиного мармелада просит… Простите, а как вы оказались у меня на кухне?

Гусь ничуть не смутившись, ответил:

- Что значит как? Шел мимо, смотрю – открыто. Я и вошел. Я, видите ли, считаю так – если двери нет, значит, хозяева - гостеприимные ребята. Но, судя по тому, что тут услышал…

- Что? – насторожился я.

- Ну, про… язык не поворачивается… гу-си-ный мармелад?

Действительно, как-то при гусе название лакомства звучало неуместно.

- Это все дверь, - сказал я.

- Ха-ха, - скрипнула дверь. – Где это вы видели говорящие двери?

- Ха-ха! – подхватил гусь. – Действительно!

- Да я и гуся-то говорящего вижу первый раз, - удивился я.

Гусь приосанился.

- Сей факт говорит только о вашей умственной отсталости и общей недоразвитости.

Я обиделся.

- Позвольте! Вы ворвались ко мне в дом и еще имеете наглость меня оскорблять?

А тому - как с гуся вода:

- Это констатация факта.

Дверь одобрительно заскрипела.

Теперь, дорогой Рустам, снова представь, в какой странной и непостижимой ситуации я оказался. Сначала дверь, сошедшая с петель, затем гусь, с которого как с гуся вода. И оба, оба! Разговаривают!

Тут еще появился медведь.

- Так, чую запах сладкого. Здрасьте вам!

Мне стало страшно, и я прикинулся ветошью.

- Варенье! – обрадовался медведь, увидев банки на столе. – Подвинься гусь, тебя я на десерт попробую.

- А я сюда не для того пришел, чтоб меня на десерт пробовали, - сказал гусь.

- А я сюда не для того пришел, что разрешения у говорящего гуся спрашивать! – передразнил его медведь, и почесал когти об мою входную дверь.

- Полегче, косолапый! – возмутилась та.

- Тут еще и дверца какая-то голос подавать будет? – зарычал медведь.

Я решил пока не высовываться, чтобы не дразнить гусей. То есть медведя.

- И буду! – неожиданно заартачилась дверь. – Буду! Потому что я стою на страже этого дома! Я решаю, кого пускать, а кого - нет!

И давай выталкивать медведя к выходу.

- А ты, гусь, останься. Из тебя я повидло еще делать буду!

Дверь действовала решительно и быстро. Медведь в мгновение ока оказался за нею в коридоре. А гусь, не дожидаясь, пока из него повидло начнут делать, подпрыгнул и улепетнул в открытую форточку.

Только после этого я позволил себе прокашляться и отхлебнул не такого уже и горячего чаю. В доме стало тихо. Я сделал еще глоток, съел ложку орехового варенья и с опаской покосился в сторону входной двери.

Тишина.

Допив чай, я подошел к двери, посмотрел в глазок. Никого.

Тогда я открыл ее и осмотрел с внешней стороны.

Ни одной царапины. А ведь медведь чесал об нее свои когти и следы должны были остаться.

Я зажмурился и потряс головой. Неужели показалось?

Закрыв дверь, я щелкнул дополнительным замком и снова прошел на кухню. Заварил дневной чай, потому что, хоть мне и показалось, что все произошло довольно быстро, часы показывали полдень.

Но потянувшись за чашкой, снова услышал странный звук.

На этот раз пришли слесари.

- Будем бронировать дверь, - сказали они. – Действуем по разнарядке ЖЭКа. Плановое бронирование района.

И ты знаешь, я так обрадовался новости и этим простым ребятам, что захлопал в ладоши и закричал:

- Как это вовремя!

Они удивленно переглянулись и молча принялись за работу.

И вот сегодня утром я прошел мимо обновленной двери, усиленной бронью, вышел на кухню, выглянул в окно, а там солнечно и птички поют. На радостях я сел за стол и стал писать тебе вот это письмо, которое совершенно нетрадиционно заканчиваю - вопросом:

Как у тебя дела, дорогой Рустам?

Рустам – Юре Письмо №6

Вот уж странные вещи творятся вокруг. Ой, я кажется, забыл поздороваться: привет, Юра! А теперь опять скажу: вот уж странные вещи творятся вокруг. У меня вон давеча компьютер с ума сошел. Но компьютер-то ладно – он умный, ему есть с чего с сходить. А дверь-то твоя чего разбушевалась? Хорошо хоть на тебя кидаться не стала!

И вообще, я заметил, что вещи последнее время ведут себя как-то странно. Я бы даже сказал: ВЕСЬМА ПОДОЗРИТЕЛЬНО. Такое впечатление, что им надоело быть бесправными и бессловесными, вот они и начали безобразничать. То чайник ненароком кипятком обольет, то булавка уколет. А недавно мне палец дверью прищемило (уж не родственница ли моя дверь твоей двери?)

А, знаешь, что я еще заметил, Юра? Если многие вещи стали себя вести, как живые, то многие люди стали наоборот - потихоньку превращаться в вещи. Например, позавчера я пришел на работу и не нашел своего соседа по комнате. Нашелся он только через несколько часов. Оказалось, что сосед прикинулся тумбочкой и спокойно посапывает себе в углу. Я засунул в него стопку служебных бумаг – а ему хоть бы хны, так и продолжил спокойно спать дальше.

Потом меня вызвал к себе начальник. Я поднялся к нему в кабинет, но никого не увидел. Наученный горьким опытом, я не растерялся и внимательно осмотрел помещение. И начальник сразу нашелся! Оказывается, что он вдруг превратился в большой славянский шкаф. Пока я растерянно топтался возле начальника, в кабинет дружно ввалилась толпа грузчиков. Они взяли шкаф и понесли.

- Куда вы его тащите? – спросил я.

- На повышение, - ответили грузчики, - будет теперь стоять этажом выше.

Голова моя закружилась, и я вышел в приемную. Секретарша-кулер, что-то недовольно пробулькав, протянула мне стакан ледяной воды.

- Ой, наверное, я заболел, - решил я и пошел домой.

На выходе вахтер-турникет вежливо выпустил меня на улицу. Там я чуть не сбил с ног то ли зонтик, ставший стройной девушкой, то ли стройную девушку, ставшую зонтиком.

- Извините, - сказал я

- Ничего-ничего, - ответила девушка-зонтик и пошла дальше, тут же затерявшись в толпе спешащих кошельков, пакетов, бутылок и газет.

Совершенно обессиленный, но чрезвычайно взволнованный я зашел домой, прошел в ванну, проглотил пару килограммов грязного белья, закусил стиральным порошком, запил водой и стал стирать. Признаюсь тебе, что стирка всегда меня успокаивает, когда я волнуюсь. Самое главное, когда стираешь белье из цветного хлопка – не нагреваться больше 60 градусов, а то ткань может полинять.

А еще главное, чтобы ни случилось с тобой или окружающими – постарайся не забыть снова стать человеком. А то, так навсегда и останешься какой-нибудь тумбочкой.

С горячей надеждой на встречу

Твоя стиральная машина, твой друг Рустам.

Юра – Рустаму. Письмо №7

Дорогой Рустам, не так давно сидел я на скамейке в парке, ел черные семечки и слушал по радиоприемнику трансляцию футбольного матча «Динамо» - «Шахтер». Напряжение матча было так велико, что незаметно для себя я довольно быстро съел все семечки, целлулоидный пакет, пальцы на правой руке, потом пальцы на левой руке, да и обе руки обглодал по локоть.

И все бы ничего, но игра была очень интересной и нервной. А когда я нервничаю, то не перестаю жевать. Поэтому подгрыз столетний дуб, под которым стояла скамейка. Дуб упал и смял милицейскую будку, откуда, прижатый к полу милиционер стал дуть в свой свисток. А я думал, что это свистит судья.

После дуба я съел свои кроссовки и обе ноги. Цапнул пробегавшую мимо собаку породы такса и, не обращая внимания на возмущенные крики хозяйки, сжевал и ее.

Про детскую площадку вообще молчу – от нее остался только песок.

Когда матч закончился, я огляделся вокруг. Было тихо и безлюдно. В стороне стояла группа милиционеров и врачей. Они с опаской смотрели на меня и боялись приблизиться.

Я спросил у них:

- Что случилось?

И тогда они рассказали мне, что, кого и в каких количествах я съел, пока слушал трансляцию.

От ужаса я хотел схватиться за голову, но было нечем. Хотелось бежать от людей, но ноги-то тоже были съедены.

Врачи, поняв, что им больше ничего не грозит, подошли и уложили меня на носилки. Под вой сирены в сопровождении милицейской машины меня привезли в больницу. Там старый профессор дал мне снотворное, разрезал живот и достал оттуда собачку, ее хозяйку, запчасти от моего тела, которые пришил назад. Ну, опилки, шелуха, одежду и обувь он просто выбросил в мусорный контейнер, как непригодные к повторному использованию.

Сейчас я лежу в палате, такса, которую я проглотил целиком, принесла мне килограмм египетских апельсинов и полкило грузинских мандаринов. А ее хозяйка меня очень жалеет, поэтому, пока я подбородком печатаю это письмо, чистит цитрусовые (хозяйка тоже была проглочена целиком). Конечности мои чешутся, значит – заживают.

Зато теперь у меня сильно развилась голова и все, что с ней связано. Например, ушами я могу аплодировать. А носом могу чесать под глазом, хватать яблоки и отправлять их в рот.

По-моему, я превращаюсь в слона.

Но это не страшно. Если что – устроюсь в зоопарк. Там слоны всегда в цене.

Только надеюсь, что все закончится хорошо, я снова смогу писать руками, снова буду грызть семечки и слушать в парке трансляции по радио. А ушами хлопать только из удовольствия.

Хозяйка таксы ушла, передав тебе привет и оставив мне гору чищеных апельсиновых и мандариновых долек, которые, как ты, Рустам, уже знаешь, я спокойно беру носом.

За окном темнеет, зажглись фонари и скоро объявят отбой. Но спать совсем не хочется.

Я вот что думаю, дорогой Рустам. Через два дня «Динамо» будет играть с «Металлистом», и матч обещает быть нервным. Доктор сказал, что к тому времени со мной будет все в порядке. Поэтому у меня к тебе просьба: вышли, пожалуйста, мне мешок черных семечек да побольше. Чтоб семечки не закончились до конца игры. Я тебе потом тоже что-нибудь пришлю: хочешь что-нибудь съедобное, а не хочешь – так просто письмо. Засим, хлопая ушами, жму носом твою руку.

Не пропадай!

Постскриптум. Не пропадай я написал потому, что жду семечек. А так – просто до свидания!

С надеждой на лучшее, голова и туловище твоего друга Юры.

 

Рустам – Юре. Письмо №8

Привет, Юра.

Это очень хорошо, что у тебя осталась еще голова на плечах. Ведь всем известно, что в голове находится рот. А ртом ты можешь говорить, пить, кушать, а также щелкать разные семечки и орехи. Что очень важно, потому что еда - это строительный материал, из которого можно снова отрастить себе все остальное: руки, ноги и даже хвост, если тебе вдруг сильно этого захочется.

Только прошу тебя: будь осторожней, а то отрастишь по ошибке лишнюю руку или ногу. Хотя, с другой стороны, три руки могут оказаться очень кстати. Вот пойдешь ты, к примеру, на охоту. И поймаешь большого и сердитого медведя. И будешь ты его держать изо всех сил двумя руками. И, как назло, конечно же, в этот момент тебя укусит в лоб комар или просто захочется поковырять в носу. И если у тебя всего две руки – придется терпеть, пока медведь от голода не ослабнет. А с тремя руками – раз, и почесал лоб или поковырял, где хочешь! Ну красота ведь!

Если ты правша, то лучше отращивать себе еще одну правую руку. А если левша – то левую. Но учти, что зимой для трех рук придется покупать две пары варежек или перчаток. И одна варежка или перчатка окажется лишней. А все потому, что в наших магазинах варежки и перчатки продают только парами. Однажды я обошел за день 38 с половиной магазинов и нигде не нашел комплекта из трех варежек или перчаток.

Поэтому, если ты вдруг решишь не останавливаться на наборе из двух рук – то я советую тебе отращивать сразу четыре. Тогда ты сможешь играть на пианино в четыре руки. А еще сможешь очень культурно кушать вилкой и ножом, читая при этом интересную книжку. А еще ты сможешь подтягиваться много раз. Посмотри, как удобно получается: пока на одной паре рук подтягиваешься – другая пара в это время отдыхает. Так что, я подумал, может даже, лучше отрастить себе сразу шесть рук. (Видел я одного такого дяденьку-индуса на картинке. И лицо у него было при этом счастливое-счастливое).

С ногами то же самое – чем их больше, тем лучше. Вот представь, какая печалька, если у тебя всего две ноги и на одну из них уронили какое-нибудь пианино. Или наступил какой-нибудь носорог или слон. И придется тебе тогда хромать - пока нога не заживет. А если у тебя ног много, то можно на больную ноженьку совсем не наступать. Вот ведь как здорово!

Правда, если у тебя будет много рук и много ног, то для них понадобится гораздо больше еды. Так что придется рано или поздно отращивать еще одну голову, чтобы было куда кушать еще. Со второй головой, кстати, тоже классно. Во-первых, не зря же говорится в пословице: «Одна голова хорошо, а две лучше». Во-вторых, ты сможешь спать на работе или учебе. Спать надо по очереди – одна голова спит, другая учится или работает. В-третьих, даже если ты окажешься совсем один-одинёшенек на необитаемом острове или планете, ты сможешь хором петь песни. В-четвертых, при желании, можно самому с собой играть в «города». Знаешь такую игру? Например, одна голова говорит: «Красноярск». Получается последняя буква К. И тогда другая голова говорит город, начинающийся с этой буквы: «Киев», например.

В-общем, можно найти космиллион и еще одну причину, почему две головы лучше, чем одна. Но я вот еще что подумал: а вдруг головы поссорятся? Тогда беда! Например, одна голова будет любить вареную свеклу, а вторую будет от свеклы тошнить. Или одна голова будет любить футбол, а другая фильмы про любовь. Трудно им тогда будет. Но тут уж ничего не поделаешь – придется договариваться.

Так что, Юра, вот что я думаю: отращивай-ка ты на себе все, как у обычных людей. Две руки – не больше, две ноги – не больше. И два крыла еще. И прилетай ко мне поскорее – посидим, поболтаем, семечки полузгаем.

Кстати, семечки, как ты и просил, я тебе уже послал. По электронной почте. Целых три мешка, то есть тьфу ты, три файла семечек. Кушай на здоровье и поправляйся.

Твой друг, Рустам

Когда будешь отращивать крылья, не забудь еще и хвост вырастить. Им в полете рулят.  А то до меня ж тебе лететь прямо-прямо и налево. А если ты налево повернуть не сможешь, то так и пролетишь незнаемо куда.

Юра – Рустаму. Письмо №9

Дорогой Рустам!

Конечно же, я не стал следовать твоему последнему совету отращивать только то, что растет у всех людей, и сразу отрастил себе вторую пару рук. Правда, выросли они не вперед, а назад. Поначалу-то я обрадовался, решив, что так будет даже удобней – можно, например, забраться в кустарник малины и обрывать ягоды по всему периметру.

Но когда дошло до дела, выяснилось, что для этого нужно бы вырастить еще и пару глаз на затылке. Без дополнительной пары глаз задние руки совсем ни к чему. Утром я вышел на спортивную площадку и стал подтягиваться на турнике. Пока подтягивался на передней паре рук, все было хорошо. Когда стал подтягиваться на задней, то сразу потерял сознание. Очнувшись, нащупал на затылке большущую шишку. Оказалось, во время подтягивания я крепко стукнулся головой об турник, опять же, потому, что не видел, куда подтягиваться.

В общем, одни неудобства.

Тогда я попробовал отрастить новые глаза, но вместо этого, на затылке выросло два ряда длинных ресниц. Это как раз мне понравилось больше, ведь, как ты помнишь, раньше я был лысый совсем, а теперь на голове появились хоть какие-то волосы.

Радовался, однако, я не долго. Испортилась погода, пошел дождь, и новые руки с ресницами решили, что наступила осень. Они вдруг пожелтели, завяли и опали. Так что я снова двурук и лыс, как в прежние времена.

И вот, вернувшись в свое обычное состояние, я вышел на улицу, оттолкнулся от земли и допрыгнул до облака. На нем я удобно уселся и стал смотреть вниз, где и что происходит. Но и внизу все было как обычно: люди побольше шли на работу, люди поменьше – в школу и детский сад. А некоторые продолжали спать в своих кроватях. Ничего интересного.

В поисках развлечений я перешагнул с облака на тучу и слегка на ней попрыгал. Она фыркнула и плюнула вниз дождем. Люди засуетились, открыли зонтики и стали двигаться гораздо быстрей. Только те, что оставались в своих кроватях, никак не отреагировали на дождь.

Ах так, подумал я и столкнул свою тучу с тучей, летевшей по соседству. Раздался такой мощный гром, что я чуть сам не оглох.

Люди пулей вылетели из своих кроватей, оделись, открыли зонтики и тоже побежали на работу.

Чего я добился? Ничего хорошего – промочил ни в чем не повинных, разбудил спящих. Нахулиганил, в общем.

Мне стало стыдно за свои бессмысленные поступки. Нужно было срочно сделать что-нибудь полезное. Я спустился на землю, перевел бабушку через дорогу, поднял обертку от конфеты с тротуара и выбросил ее в урну и даже посадил дерево.

Сделал это я так: нашел огрызок большого яблока, который какой-то некультурный человек бросил прямо на дорогу. Принес огрызок в парк, закопал его посреди песочника. Полил газированной водой и приказал: яблоня, расти! Тотчас из песка появился росток и потянулся вверх. Уже через час я сидел в тени большущей яблони и ел только что созревшее яблоко.

Ближе к обеду ко мне пришли дети из соседних домов. И сначала расстроились, что посреди песочницы выросло дерево, но потом поняли, как это удобно. Во-первых, песок как был, так и остался. Во-вторых, появилась тень. В-третьих, теперь стало можно, не отрываясь от игры, срывать и есть вкуснейшие яблоки.

Дети мне сказали «спасибо!» и попросили посадить еще грушевое дерево, ананас и даже дерево, которое бы плодоносило бутылочками с мультифруктовым соком. Я сказал, что таких деревьев не бывает. И в ответ дети стали смеяться надо мной, а один из них достал из своей сумочки бутылку с соком и спросил:

- Как ты думаешь, откуда эта бутылка?

Я ответил, что из магазина.

- Правильно, а как она попала в магазин?

- Ее привезли из консервного завода.

Дети снова громко рассмеялись. А тот, с бутылкой, бросил ее в песок, прикопал и произнес:

- Дерево, расти!

И знаешь что, дорогой Рустам? Действительно выросло дерево! И на нем действительно были плоды в виде бутылочек с соком. Только сок был яблочным. А дети хотели мультифруктовый.

- Посади нам мультифруктовое! – заныли они. Я пошел в магазин, чтобы поискать семена такого дерева, но пришел домой и написал тебе это письмо. А за семенами уже пойду завтра.

Просто мне захотелось немножко полежать в кровати.

Я укрылся одеялом и услышал, как за окном пошел дождь. А потом с неба шандарахнул такой гром, что я вскочил, оделся, раскрыл зонтик и побежал на почту отправлять письмо.

Пиши и ты, не пропадай.

И при всяком удобном случае вместо хулиганства совершай хорошие поступки!

Твой, уже совершивший добрый поступок, друг.

Рустам – Юре. Письмо №10

Юра, добрый день!

Меня очень заинтересовали твои опыты по выращиванию яблони. Я сразу же пошел в библиотеку, перерыл сто тысяч книг и вот что в конце концов нашел. Ты не первый, кто занимается выращиванием волшебных деревьев. Известный ботаник Корней Чуковский, например, в своей книге сообщает о чудо-дереве на котором растут башмаки, сапоги, ботинки и другие несъедобные вещи. А в сказке «Золотой ключик» Буратино сажает пять золотых, чтобы выросло денежное дерево. Вырасти оно, правда, не успевает, потому что научный эксперимент прерывают кот Базилио и лиса Алиса. А еще в одной английской сказке я нашел упоминание о волшебном бобе, который за одну ночь может вырасти до самого неба. В общем – чудесных деревьев кругом столько оказывается, хоть пруд пруди. Хотя зачем прудить ими пруд? Лучше сказать: «хоть лес ими леси».

Окрыленный новыми знаниями, я тоже решил вырастить что-нибудь волшебное. Я долго думал, что будет расти на моем дереве, и решил, что это будут не ботинки, не бобы и даже не деньги. Я решил выращивать Эйфелевы башни. Потому что я с детства всегда мечтал побывать на Эйфелевой башне. А есть она только в Париже. И не каждый взрослый, а уж тем более ребенок, может позволить себе съездить в Париж. И я подумал, что будет очень хорошо, если в каждом городе и деревне будет по своей собственной Эйфелевой башне. Чтобы и взрослые и дети в любой точке планеты могли залезть на нее.

Первым делом надо было добыть семечко. Дело в том, что парижане очень гордятся своей башней. И они совсем не хотят, чтобы она расплодилась по всему миру. И это понятно: если в каждом городе и деревне будет стоять своя Эйфелева башня, то никто уже тогда и не поедет в Париж. Вот поэтому парижане поставили бдительную охрану. И никому-никому еще не удалось вынести с башни ни семечка, ни отростка.

Однако у меня был хитроумный план. Для начала я взял и выиграл в лотерею миллион рублей. С такой кучей деньжищ я уже мог добраться не только до Парижа, но и обратно. Поэтому я быстро собрал чемодан, сложил в него деньги и рванул во Францию. Там я сразу же направился к Эйфелевой башне. Вокруг нее стояло тысяча вооруженных полицейских, чтобы никто не смог унести даже маленького семечка. Самый главный французский полицейский подошел ко мне и сказал:

- Вы можете взобраться на самый верх, чтобы полюбоваться нашим самым прекрасным в мире Парижем. Но предупреждаю – на башне нельзя ничего рвать, а уж тем более уносить с нее. Нарушителей мы садим на три года в банку с улитками. А злостных нарушителей – в банку с очень некрасивыми улитками.

Я очень испугался. Но потом вспомнил про тысячи тысяч детей мира, которые, может быть, никогда не смогут попасть в Париж. И тогда я сказал себе:

- Смелее, ты должен сделать это, -  и полез вверх (а это больше 300 метров!).

Лез я на башню полдня. Хорошо, что у меня был с собой рюкзачок. И здорово, что в рюкзаке был термос и бутерброды. И совсем уже замечательно, что в термосе был горячий чай. Бутерброды и чай подкрепили мои силы в пути, и я смог добраться до самой вершины. Оттуда мне открылся настолько великолепный вид, что у меня даже закружилась голова, и я чуть было не упал. Но тут мне на глаза попало семечко. Оно попало мне прямо на левый глаз. Это все потому, что я был внимателен и держал глаза открытыми. О, это было самое лучшее семечко в мире. Из него можно было вырастить замечательную Эйфелеву башню. А она дала бы еще целую кучу семечек. Оставалось только тайно вывезти мою добычу из Парижа.

Я спустился вниз. Самый главный французский полицейский подошел ко мне и спросил:

- Надеюсь, вы не брали никаких семечек?

- Нет, - соврал я и покраснел. Потому что врать очень нехорошо.

Тогда самый главный французский полицейский закричал:

- Вы, наверное, врете! Я должен вас обыскать!

Он обыскал меня четыре раза, но ничего не нашел. Потом меня обыскали тысяча полицейских. Каждый – по четыре раза. И все равно они ничего не нашли. Пришлось им отпустить меня не солоно хлебавши.

Сгорая от стыда, но гордый за выполненную миссию я вернулся из Парижа домой. И только тебе я расскажу, как все было: я проглотил семечко башни. И теперь башня растет прямо во мне. И раз уж у тебя, Юра, опять появились руки, то ты должен мне помочь. Завтра ночью я пойду в главный сквер нашего города, выкопаю там яму и зароюсь в нее. На следующий день из меня должна прорасти молоденькая Эйфелева башня. Когда она крепко встанет на ноги, ты должен выкопать меня обратно и отвезти в ближайшую столовую, поскольку к тому времени я совсем ослабну от голода. Если ты этого не сделаешь, то я так и останусь жить под землей. А это так грустно, ведь там даже телевизора нет.

Жду тебя с надеждой и нетерпением.

Твой Рустам.

Юра – Рустаму. Письмо №11

 

Дорогой Рустам!

Надеюсь, с тобой все хорошо, несмотря на то, что я не смог приехать к тебе в Красноярск. Если ты все еще под землей, то это не так уж плохо – там полно всякой живности вроде кротов и дождевых червей. А питаться можно корнями, есть очень даже вкусные. Например, морковка, свекла, редиска и даже картофель, пусть и не жареный.

Если же ты выбрался, то это еще лучше, потому что ты снова стал тем Рустамом, каким я знал тебя раньше.

Так или иначе, спешу поделиться с тобой историей, которая произошла со мной на днях и из-за которой я не смог уехать из Киева тебе на помощь.

Недавно городские активисты объявили у нас субботник. Субботник – это когда добровольно в выходной день люди выходят на общественно полезные работы. У нас это была уборка парка отдыха.

Я, конечно же, записался в ряды добровольцев. Оделся в тренировочные штаны и старый халат, на голову напялил сетку от комаров, а на лицо маску от пыли.

Полдня мы убирали парк, и когда, наконец, в нем не осталось ни грамма мусора, уселись передохнуть и пообедать. Все достали из своих сумок и рюкзаков бутерброды, завернутые в газеты и целлофановые пакеты, воду в бутылках и чай в одноразовой посуде.

Отдохнув и перекусив, мы увидели, что парк снова завален мусором. Это уже был мусор после нас. Потому что мы, где ели, там и бросали бумагу, бутыли и пластиковые пакеты.

Делать нечего, пришлось снова взяться за уборку территории.

К вечеру парк был чист, но мы снова проголодались. Еды, однако, у нас уже не осталось. Тогда каждый позвонил своему другу и попросил его привезти что-нибудь перекусить.

Друзья приехали быстро. Кто-то привез целый кузов грузовой машины еды, кто-то всего лишь столитровую бочку кваса. С пустыми руками не было никого.

Естественно, мы устроили пир горой!

В полночь в небо полетели петарды и зажглись бенгальские огни. Кто-то привез музыкальный центр, и начались танцы…

Утром парк опять было не узнать. Как-будто по нему прошлось татаро-монгольское иго. Вся зелень вытоптана, слой мусора – по колено, догорали костры из срубленных деревьев.

Мы заново принялись за уборку, а убравшись, поняли, что все равно парк уже не парк. Пришлось ехать в городской сад и покупать семена травы и саженцы деревьев.

Мы так усердно высаживали зелень, что к концу дня буквально валились с ног.

Тогда приехали люди из мэрии, им очень понравилось, как мы преобразовали парк отдыха. По этому поводу мэр устроил официальный праздник. Откуда ни возьмись появилась сцена, а на ней звезды эстрады, вдоль аллей выстроились ларьки с вкусной едой и всякими напитками, закружились карусели…

Как ты, наверное, уже догадываешься, Рустам, следующим утром мы в который раз продолжили уборку парка.

И так прошло еще несколько дней. Поэтому я не мог не то, что выбраться к тебе, а просто домой доехать и то было невозможно.

Однажды вечером, когда готовился очередной праздничный пикник по случаю успешного субботника, вдруг раздался тонкий детский голос:

- Да хватит праздновать! Остановитесь! Оставьте парк в покое!

И всем сразу стало немножко стыдно. Все вспомнили о том, что есть дом, есть школа и основное место работы. Есть, в конце концов, друзья в других городах и странах, которым тоже необходимо наше внимание.

Мы вышли из чистого парка и разошлись по своим делам.

Дорогой Рустам, если у вас вдруг объявят субботник, помни, что главное – вовремя остановиться!

А еще лучше – приезжай в гости, я устрою тебе субботник строго по графику и с заранее приготовленными мешками для мусора. Опыт есть!

Обнимаю, твой Юра

 

 

Рустам – Юре. Письмо №12

 

Ну, и редиска же ты, Юра. Даже выкопать из-под земли меня не захотел. Пришлось мне заняться самовыкапыванием. Ну да ладно, обидно только, что опять не увиделись. Но к тебе я сейчас тоже приехать не смогу. Сейчас я расскажу из-за чего.

Над вашими приключениями в парке я очень долго смеялся. Ведь любому понятно, что если уж взялся за что-то, то надо доводить дело до конца. А не метаться из стороны в сторону. Начал уборку – уберись, а не перекусывай. И это правило касается всего на свете, а не только уборки парков.

Отсмеявшись над твоим письмом, я решил не повторять чужих, то есть ваших ошибок. Например, я пошел за хлебом и молоком. Но на полпути понял, что хожу совершенно неправильно. Ведь как я хожу? То правой ногой, то левой. То правой, то левой. И получается такое же мельтешение, что и у вас. А знаешь, как надо ходить правильно? Уж если начал идти левой ногой, то так и надо дальше топать -  только левой! Кто там шагает правой? Левой! Левой!

Сказано -  сделано. Я допрыгал на левой ноге до магазина, купил буханку хлеба и хотел уже было попросить молока, но подумал, что это тоже неправильно. Уж если взялся покупать хлеб, то надо покупать хлеб, а не набрасываться на разные продукты. Поэтому я скупил в магазине весь хлеб и запрыгал домой. А молока покупать не стал.

И тут я подумал, что опять поступаю неверно. Что за суета такая: то в магазин, то домой? Уж если пошел в магазин, то надо обойти все магазины. А если пошел в хлебный, то, значит, надо обойти все хлебные магазины. Поэтому я обскакал на одной левой ноге все булочные нашего города и скупил все хлебобулочные изделия. Насколько хватило денег.

В конце концов, на левой ноге натерлась огромная мозоль. Я упал без сил прямо посреди улицы. Пока я лежал и пытался прийти в себя, голуби склевали весь мой хлеб. Так что остался я на улице без денег, и без хлеба.

От огорчения я вздохнул. И тут меня осенило, что всю жизнь я то вдыхаю, то выдыхаю. То вдыхаю, то выдыхаю. И так все время без остановки. Опять неправильно! Тут же я попробовал только вдыхать – но мои легкие чуть не лопнули от натуги. Тогда я решил только выдыхать. Но через полминуты у меня в глазах потемнело, и я потерял сознание.

Когда я пришел в себя, то понял, что жизнь штука сложная. И чтобы жить, лучше вести себя по-разному. То есть, по обстановке. Решив это, я вдохнул, выдохнул, встал на ноги, точнее на правую ногу, и поскакал домой. Но скакал я на одной ноге не из-за каких-то дурацких правил, а только потому что на левой у меня была страшная мозоль.

Фотографию этой мозоли я тебе на память и высылаю. Вставь ее в рамочку и повесь на стенку. Пусть она служит тебе напоминанием, что жизнь штука сложная. Но интересная.

Правда, иногда еще и скучная. Вот, например, я сейчас лежу с больными ногами на диване. Потому что, по дороге домой мозоль появилась и на правой ноге. А целый день лежать на диване – о-о-чень скучно. Но я знаю, что скоро получу от тебя новое письмо, которое меня развеселит и вдохновит на очередные глупости.

Так что, жду от тебя ответа с нетерпением.

Твой Рустам.

Юра – Рустаму. Письмо №13

 

Привет, Рустам!

Вот ты мне написал, как скакал по городу то на одной, то на другой ноге, и я подумал, что для прохожих, наверное, это было странное зрелище – взрослый дядя без всякой тебе скакалки прыг-скок средь бела дня по тротуару. А потом вспомнил, как однажды тоже вышел в магазин, а попал в другую реальность.

Дело было так.

Прекрасным солнечным утром я нарядился, как всегда, по моде и по погоде, чтобы сходить за булкой и молоком. А выйдя из дома, увидел, что прямо передо мной стоит пустой скафандр. Это такая штука, в которой космонавты выходят в открытый космос, а водолазы – в открытое море. Никаких признаков присутствия хозяина костюма вокруг не было. Поэтому, набравшись смелости, я решил скафандр примерить.

Ты представляешь, он оказался тютелька в тютельку, как будто на меня шили! И как только я застегнул последнюю молнию, вдруг увидел в стекло шлема, что все вокруг закрыто в клетки. И не в какие-нибудь клетчатые рубашки или штаны, а в самые настоящие металлические. Каждое дерево, каждый куст, каждый дом. Даже соседский кот сидел на подоконнике в клетке, как какая-нибудь канарейка. Да и сам соседский дом тоже был за решеткой.

В ужасе я произнес вслух:

- Что это?

А умный скафандр ответил мне:

- Осторожно, ты вышел в закрытый космос!

- Но я же шел в открытый магазин!

На это скафандр ничего не ответил.

Я подумал, что если мой город стал закрытым космосом, то, возможно, море все еще осталось открытым? И быстро погрузился в Днепр, а по нему впал в Черное море. Удивительное дело! Даже пузыри углекислого газа, вырывавшиеся к поверхности воды, оказывались в маленьких клетках. Я уж не говорю про рыб, дельфинов и редких купальщиков.

Море тоже было закрытым!

Тогда я выбрался на берег и решил избавиться от скафандра. Правда, немного опасался, что сняв его, сам окажусь за решеткой. А, возможно, и в атмосфере, непригодной для жизни!

Но как только я избавился от шлема, вокруг меня собрались отдыхающие и стали тыкать в меня пальцами и смеяться:

- Вы только посмотрите на него! В скафандре на пляж заявился! Ха-ха-ха!

- У человека, наверное, чувствительная к загару кожа, вот он и прячется от солнца таким странным способом!

- Дядя, вам сапоги не жмут? – спросил совсем уж мелкий отдыхающий, стоявший передо мной даже без трусиков.

А его мама сказала:

- Какой странный тип, наверное, маньяк, - и увела сына за руку в прибрежное кафе угощаться жареной рыбой.

Выбравшись из скафандра, я пошел на помойку, набил его пустыми бутылками и всяким другим мусором и забросил подальше, чтоб ни у кого не возникло соблазна примерить этот костюм.

Возвращаясь на поезде в свой город, я думал: «Как хорошо, что наши космонавты и водолазы выходят исключительно в открытый космос и океан, а мы живем на открытой планете!»

Кстати, в тот день я так и остался без булки и молока. Но и без решетки.

Чего и тебе желаю, дорогой Рустам!

Рустам – Юре. Письмо №14

 

Ах, какую замечательную историю я услышал от тебя, Юра. Да ты ведь просто открыл мне глаза. И теперь я понял, как много значит одежда в нашей жизни. Не зря же говорят в народе: «По одежке встречают». Это еще и потому, что одежда может изменить нас до неузнаваемости.

Вот, например, есть у меня бейсболка с надписью «Суперпацан». Когда я ее надеваю, она тут же запихивает меня в джинсы, кожаную куртку, зашнуровывает тяжелые ботинки, цепляет черные очки и идет гулять. При этом, бейсболка ведет себя очень грубо: толкает прохожих, щелкает семечки прямо на асфальт и даже два раза подралась с другими бейсболками. Раньше я сильно переживал, что это я так нехорошо себя веду. А теперь понял, что все дело в бейсболке.

Еще есть у меня солидный костюм. Вот в нем я ни единого разика ни с кем не подрался. Совсем даже наоборот: костюм таскает меня по театрам, на выставки и презентации. Несколько раз мы даже попадали вместе с ним на свадьбу. В общем, очень такой приличный костюм. И дружбу он водит только с приличными костюмами.

А еще есть у меня старые кроссовки. На вид ничего особенного, но как только я их надеваю, мне сразу хочется куда-то скорее бежать, бежать, бежать. Поэтому я их выгуливаю (то есть пробегиваю) утром перед работой. И я заметил, что по утрам многие выгуливают свою старую обувь. Так что у нас теперь много друзей среди других старых кроссовок.

Но ведь получается, Юра, что это одежда диктует мне, как себя вести: куда и с кем пойти, что кушать, о чем разговаривать. Поняв это, я немного расстроился. Конечно, я люблю свою одежду, но не до такой же степени, чтобы всю жизнь плясать под ее дудку.

Поэтому вчера прямо с утра я решил начать новую жизнь. Я встал, умылся и вышел в коридор, где стояли кроссовки. Они радостно запрыгали:

- Надень нас! Надень нас!

Но я сурово цыкнул на них и остался босиком. Из шкафа тем временем тихонько ныл костюм:

- Пойдем в ресторан, я кушать хочу!

Но и костюм я тоже слушать не стал.

- Правильно, мужик, - заорала с вешалки бейсболка, - плюнь на все, айда в парк, потусуемся там!

Но я уже зажал уши и выскочил за дверь. Ты не представляешь, какое это ощущение свободы, когда ты идешь по улице сам, куда хочешь. И никто тебе не указывает. Я шел по городу и душа моя пела, так громко, что все прохожие оглядывались и провожали меня долгим взглядом.

А потом ко мне подошел полицейский.

- Гражданин! – сказал он. - Почему вы разгуливаете по городу в одних трусах?

Я посмотрел на себя и понял, что он прав. И мне сразу стало неудобно и холодно. А трусы задрожали на ветру и испуганно зашептали:

- Пойдем домой… Ну пойдем домой…

А полицейский взял меня под локоть и повел в тюрьму.

- Отпустите меня, пожалуйста, - заныл я, - честное слово, такого больше не повторится.

- Я бы вас отпустил, - мягко сказал полицейский, -  но вы должны быть примерно наказаны, - сурово закончила полицейская фуражка.

Тут, на мое счастье, ветер сорвал фуражку, она упала на землю, покатилась и перестала командовать полицейским.

- Скорее уходите, - шепнул мне полицейский и погнался за фуражкой.

- Спасибо! – промямлил я в ответ и побежал домой.

Я мчался в одних трусах по городу и думал, что есть, наверное, такая одежда, в которой можно показаться на улице, но которая не будет мной командовать. Потом я подумал, что не одежда красит человека, а человек одежду. А потом я решил, что я больше не буду слушать свою одежку, а сам буду решать, чем и как мне заниматься.

Поэтому, когда я добрался домой, я надел костюм, сунул ноги в кроссовки, нацепил на голову бейсболку и пошел на футбол. Но не потому что так решил костюм, или захотели кроссовки, или придумала бейсболка. А потому что, в этот день играла команда, за которую я очень сильно болею.

И ты знаешь, Юра, и костюму, и кроссовкам, и бейсболке игра очень понравилась. Одни только трусы были недовольны, потому что остались под брюками и ничего не разглядели. В утешение, я вечером устроил трусам просмотр фильмов по телевизору.

Так что, Юра, не все так плохо. Просто будь повнимательней к своей одежде. Тогда и она не будет вести себя, как избалованная принцесса или капризный принц. А всегда ведь лучше договориться, чем ругаться, не правда ли?

С наилучшими пожеланием,

Рустам

PS Кстати, передай пожалуйста привет своей тельняшке. От моей тельняшки.

А еще моя тельняшка просила сказать, что они не виделись с самой Одессы, и она очень скучает.

Юра – Рустаму. Письмо №15

Дорогой Рустам! Сегодня я встал с утра пораньше, чтобы написать тебе письмо и сообщить, что все приветы переданы, дела поделаны – осталось вот только письмо написать, отчитаться.

Но только я уселся за стол, достал ручку и бумагу, как за окном зашумел дождь, небо затянули беспросветные тучи, а глаза сами собой стали слипаться. Это было начало дня, когда из кровати вставать не хочется, наоборот – валяться бы да валяться.

Была ни была, подумал я, письмо напишу в обед, а пока еще немного понежусь под теплым одеялом. Но вернувшись к кровати, я увидел, что одеяло убежало, убежала простыня и подушка тоже ускакала. Остался только голый матрац. Сдаваться не хотелось, но и просто на матраце особо не понежишься.

Оказалось, постельного белье и подушка просто струсили и спрятались в шкаф от грома и молний. Что ж, пока они дрожали в шкафу, я все-таки сел за стол, чтобы написать это письмо. Тем более, что и рассказать есть что.

Например, позавчера вечером я вышел на веранду, чтобы просто посидеть за чашечкой зеленого чая и послушать тишину. Звезд над городом обычно не видно, так что в небо пялиться было не интересно. Но на этот раз, оно было чистым, и я даже увидел пару звезд.

Должен тебе признаться, что на звезды я не смотрел с самого детства и немножечко подзабыл, как они выглядят и как себя ведут. Те две, которые я обнаружил позавчера, довольно активно двигались в темноте. Одна из них даже спустилась на мою веранду, а потом и вовсе села мне на плечо. Вторая продолжала кружить где-то там высоко. И в какой-то момент стала мигать, как будто подавая сигналы.

Та звезда, что опустилась на мое плечо, быстро погасла. Я смахнул пепел и понюхал пальцы. Оказалось, кто-то сверху бросил непотушенную сигарету, и одна из искр просто прилетела ко мне. Ничего необычного. С другой стороны, из-за такой небрежности курильщика мог возникнуть самый настоящий пожар. А так на моей пижаме просто появилась новая дырка.

Я погрозил невидимому курильщику кулаком и потерял интерес ко второй звезде, решив, что и она тоже сигарета. Правда, на всякий случай продолжил держать ее в поле зрения, чтоб если что вовремя сообщить на пожарную станцию о пожаре.

Так прошло довольно много времени. Мигающая в высоте сигарета не гасла. Тогда я крикнул:

- Эй там, наверху! Прекратите курить!

И тут звезда резко увеличилась в размере, став как футбольный мяч, и взорвалась. Когда после внезапной вспышки я снова смог разглядеть очертания двора, выяснилось, что по нему ходит нечто странное. Было оно очень похоже на моего соседа Колю, только черного цвета.

Хорошенько присмотревшись, я понял, что это Коля и есть, но сильно выпачканный сажей.

- Коля! – позвал я его. – Ты что там делаешь?

- Уже ничего, - грустно произнес он.

- А что делал?

- Доставал звезду с неба. Для жены. День рожденья у нее сегодня.

- А не ты ли курил там в небе?

- Я курил. Я когда дело делаю, всегда курю.

- Выходит, это от твоей сигареты искра пропалила мне пижаму!

- Выходит, что так.

В голосе Коли звучала такая грусть, что я не стал его ругать.

- Так а со звездой что?

- Что-что, - сказал Коля и стал пыхтеть новой сигаретой. – Приставил я к небу самую длинную лестницу. Полез наверх. Звезд сейчас на небе всего ничего. Но одну я нашел.

- И где она?

Коля пожал плечами.

- Я до нее не добрался. Сначала пытался сбить ее шапкой. Но ни разу не попал, хотя несколько раз шапка пролетала настолько близко, что закрывала звезду полностью.

- Вот от чего мне казалось, что звезда мигает, - сказал я сам себе.

- Потом я пытался сбить ее булыжником. Но тоже ничего не вышло. Тогда я разозлился и решил ее потушить - раз уж она моей жене не достанется, то пусть не достается никому.

- Довольно странная логика.

- Теперь уж поздно жаловаться…В общем, я залез на лестницу с пожарным шлангом и довольно мощной струей стал тушить звезду. Она сильно нагрелась, увеличилась и взорвалась…

- Значит, еще на одну звезду в небе стало меньше, - печально подытожил я рассказ соседа Коли.

- А вот и нет, - возразил он. – От звезды остался звездный камень, сейчас я подведу к нему электричество, и он засияет, как новый! Кусочек от него подарю жене, остальное пусть, так и быть, снова на небе сияет.

Должен тебе сказать, дорогой Рустам, что сосед мой Коля работает электриком и имеет официальное звание «Золотые руки». Через пять минут он действительно подвел к камню провода и, щелкнув тумблером на генераторе, зажег его! А перед тем, как забросить камень назад на небо, отколол от него кусочек для своей жены. Звезда засияла ярче прежнего.

- Маша! – закричал он. – Маша! Смотри, какую я тебе звезду дарю!

Во двор вышла его жена Маша. Приладила к кольцу на пальце горящий осколок и радостно спросила:

- А где же ты ее взял?

- Это долгая история.

И я рассказал вместо Коли, как дело было.

- Так что, получается, что ты можешь теперь вот так любой булыжник в небо запустить и сделать его звездой? - поинтересовалась Маша.

- Не знаю, не пробовал.

- Так давай попробуем, - обрадовался я.

Коля взял обыкновенный кирпич и проделал с ним тот же фокус, что и со звездным камнем. В небе засияла еще одна звезда.

- Ура! – закричали мы одновременно. И стали запускать в небо все кирпичи и булыжники, которые нашли во дворе.

Небо стало таким звездным, каким оно бывает только за пределами города, где-нибудь в деревне. Конечно, некоторые звезды надолго не удерживались и падали. Но тогда мы все загадывали желания. И это было так здорово!

Я загадал, что, когда ты выйдешь на свой балкон, то с неба пусть упадет звезда, чтоб и твое желание могло сбыться. Так что, получив письмо, в тот же вечер выйди посмотреть на звезды. Увидишь мой привет! Ведь если мы зажгли звезды, значит, они кому-то нужны.

Обнимаю, Юра.

Рустам – Юре. Письмо №16

Привет, Юра


Получил вчера твоё письмо про звездного электрика Колю. Надеюсь, что с ним всё уже в порядке.

У меня тоже был один знакомый электрик. Правда, звезды он не зажигал. И звали его не Коля, а дядя Миша. Зато он очень сильно бился током. Конечно, он поступал так не нарочно, но окружающим от этого было не легче.

Особенно страдали дяди Мишина жена и дяди Мишины дети. Ведь им даже в самый жаркий день приходилось ходить в резиновом комбинезоне и перчатках. Жена даже хотела уйти от дяди Миши. Очень уж она нервничала, когда ее неожиданно током стукали. Тогда дядя Миша пошел по врачам, но врачи от него попрятались, потому что тоже нервничали, когда их било током. И только один молодой врач не испугался. Он осмотрел дядю Мишу и сказал:

- Это неизлечимо.


Дядя Миша так расстроился, что из него выскочила молния и сожгла растущее напротив больницы дерево. Тут врач понял, что дело плохо. И что если дядя Миша расстроится еще больше, то может взорвать весь город.

 - Подождите, мне кажется, есть один выход! - закричал он - вам надо устроиться на работу, где ваше электричество будет полезно стране и народу!

И дядя Миша бросил работу обычного электрика и пошел работать на электростанцию генератором. Там к нему присоединили провода. Теперь дядя Миша сидит целый день на работе и смотрит очень грустные или очень веселые фильмы. И читает очень грустные или очень веселые книжки. И от этого из него по проводам выходит очень много грустного и веселого электричества. Теперь он обеспечивает током весь свой район. За день из него все электричество высасывают, и домой дядя Миша приходит уже практически обесточенный.

Вот не зря же говорят, что главное, правильно найти свое место в жизни.А место это находится очень просто. Когда ты попадаешь на это место, ты сразу чувствуешь, что тебе ну ни в какую не хочется из него уходить. А когда уходишь, то знаешь, что скоро обязательно вернешься.

У меня, например, есть такое место. Это моя любимая, теплая, пушистая кровать. Каждое утро я с сожалением покидаю ее. И каждый вечер с наслаждением возвращаюсь. Я могу валяться в кровати часами, глядя в телевизор, читая книги и кушая попкорн.

Правда, последнее время от такого лежания я начал очень быстро толстеть. И от этого я перестал помещаться в кровать. Пришлось отказаться от попкорна и заняться спортом. Теперь я каждый вечер совершаю пробежку по парку (а пару глав назад выгуливал по утрам старые кроссовки, точнее – выбегивал). А чтобы кровати не было скучно, беру ее с собой. Люди поначалу удивлялись, когда видели бегущего по парку человека с кроватью на спине. Но постепенно все привыкли и теперь не обращают на меня никакого внимания. Я даже недавно повстречал бегающего дедушку со старым диванчиком на спине. И мы понимающе улыбнулись друг другу на бегу. И побежали дальше по вечернему парку. Парк у нас хороший, зеленый. И бегать по нему можно до самого позднего вечера, потому что, когда темнеет, в парке зажигаются фонари. И светят они ярко-ярко. Потому что в них работает ток, который насмеял и наплакал за день бывший электрик дядя Миша.

Когда ты заглянешь в наши края, то обязательно устроим совместную пробежку по парку. У меня есть одна знакомая тахта - я тебя с ней обязательно познакомлю.

С надеждой на встречу
Рустам

Юра – Рустаму. Письмо №17

Дорогой Рустам!

Начал тебе писать письмо на компьютере, но что-то случилось с клавиатурой – слиплись все кнопки. Тогда я взял в руки шариковую ручку и стал писать на листе бумаги. Но из шариковой ручки вытекли все чернила. Я весь испачкался, некоторые кляксы не отмыл до сих пор. Потом я взял карандаш, но у него оказался слишком мягкий грифель, он все время крошился.

- Ах, так! – разозлился я. – Тогда вместо письма, я сам отправлюсь к Рустаму!

Сказано – сделано. Я уселся поудобней на ковер-самолет, позвонил пограничникам, предупредил их о своем маршруте, чтобы случайно не стали меня задерживать на границе, и полетел.

Некоторое время полет проходил нормально, но над Уральским хребтом поднялся сильный встречный ветер. Мало того, что я сам чуть не слетел с ковра, так еще и сам ковер развернуло вихрем и понесло назад. Да с такой скоростью, что я пролетел над Киевом, как фанера над Парижем.

Ветер стих только тогда, когда подо мной оказалась вода без берегов. Я посмотрел на компас, просчитал маршрут и понял, что каким-то образом оказался над Балтийским морем.

Должен тебе сказать, что там, в небе, не то чтобы и жарко. Я так продрог, что зуб на зуб не попадал.

С большим трудом я развернул свое транспортное средство к югу. И когда немного согрелся, почувствовал, что страшно проголодался. Но все мои запасы свалились с ковра еще над Уралом. Пришлось срочно приземляться на обед.

Судя по карте, подо мной была Турция. Ну, решил я, почему бы и нет. Гостеприимные турки накормили меня вкусными блюдами, названия которых я не запомнил. Но зато захотел спать.

Ну, думаю, еще один час опоздания уже ничего не решает, посплю.

Спящего меня турки перенесли на ковер-самолет, чтобы было спать мягче. Но ковер-самолет решил, что раз пассажир на месте, то можно лететь дальше. И полетел почему-то домой. А над самым Киевом ковер-самолет сломался. Что-то там у него забарахлило, и он, как тряпка, полетел вниз. А с ним и я. От резкой потери высоты я проснулся, но успел лишь вдохнуть побольше воздуха, прежде чем упасть на самую середину Днепра…

Когда спасатели доставили меня домой, я подумал, что больше в ближайшее время никуда уезжать не буду. Потому что вот и к тебе не доехал, и попутешествовать толком не смог – все как-то на скорую руку.

Так что давай уж ты приезжай в Киев.

P. S. Поскольку компьютер мой до сих пор в том же состоянии, а других пишущих принадлежностей у меня не появилось из-за свежей боязни покидать дом, письмо это за меня на своем смартфоне написала спасатель тетя Нина. Письмо получилось коротким, потому что ей надо спешить, спасать людей, попавших в беду. Вот прямо сейчас поступил новый вызов, так что побежа…

Рустам - Юре. Письмо №18

Юра, ты мне очень сильно напомнил про мое детство.

Рядом с нашим домом был магазин ковров. И кроме обычных ковров, там продавали еще и ковры-самолеты. Только стоили они очень дорого. А какие они были прекрасные! Пушистые, самых различных цветов и оттенков, с разными замечательными рисунками или, как сейчас говорят: с крутым тюнингом и аэрографией. Я с пацанами часто стоял возле витрины и жадно рассматривал эти чудесные ковры, горько жалея, что никогда мне не придется на них полетать.

Но однажды я постарался и закончил четверть на одни шестерки. Это было очень трудно, потому что самая высшая оценка в школе тогда была пять с плюсом. И чтобы получить шестерку, приходилось приложить немалые усилия. Если учитель просил решить одну задачу, то я решал их сразу десять. Если на физкультуре просили отжаться пять раз, я отжимался пятьдесят пять раз и на одной руке. А если мы писали сочинение, то я придумывал целый роман, потом печатал его в типографии и приносил в школу. И вот таким образом мне однажды удалось получить шестерки по всем предметам.

Когда я принес домой табель с оценками, папа с мамой даже глазам не поверили и понесли показывать его соседям. Но соседским глазам они тоже не поверили и побежали в школу. А там учителя, рыдая хором от умиления и восхищения, подтвердили, что я теперь самый настоящий и единственный в мире шестерочник. И что после окончания школы мне, наверное, вручат алмазную медаль. И тогда родители решили наградить меня за учебу и пошли в магазин ковров.  Конечно, самый лучший ковер-самолет они мне купить не могли. Денег хватило только на небольшой половичок. Но летал он ничуть не хуже больших ковров. И не беда, что не так высоко и не с такой скоростью. Ведь у других ребят даже такого половичка не было.

А сколько много разных чудесных приключений мы пережили вместе с ним - можно целую книгу написать. Один раз он мне даже спас жизнь. Однажды на нас напал один невоспитанный дракон и хотел съесть. Точнее съесть он хотел меня, а половичком потом вытереть рот. Потому что он хоть и был невоспитанным драконом, но при этом был чистоплотным. С перепугу половичок так задрожал, что из него вылетело целое облако пыли. Пыли накопилось так много, потому что мы уже целый год путешествовали по Африке и нигде не могли найти приличного пылесоса. И от этого облака на меня напал ужасный чих. И я начал чихать не переставая. На десятом чихе дракон сказал:

- Будьте здоровы!

Он хоть был и невоспитанным драконом, но знал, что когда кто-то чихает, надо желать здоровья.

Когда я чихнул в пятидесятый раз, дракон спросил:

- Вы что, больны?

А когда я чихнул в сотый раз, дракон с криком:

- Мама, он меня сейчас заразит! - улетел в Антарктиду и больше не возвращался.

С тех пор я могу с полным правом говорить:

- Чихал я на всяких там драконов.

Правда, потом я продолжал чихать не переставая почти месяц. Но, согласись, Юра, что чихать месяц - это лучше, чем сидеть у дракону в желудке. Поэтому половичку я был очень благодарен.

А потом я подрос, и стал тяжелым для половичка. Как он ни пыжился, но никак не мог оторвать меня от земли. И наши полеты прекратились. Но до сих пор я храню ему верность и не летаю на других коврах.

Зато от моей бабушки Зои Уонамейкер мне досталась замечательная метла, на которой я смог бы вмиг долететь до Киева. Поэтому я сел на эту метлу и долетел. Правда, по пути на границе меня обстреляли из зениток и рогаток. Но это я сам виноват, потому что летел очень быстро и не успел кинуть в пограничников свой загранпаспорт.

Я опустился на окраине Киева, спрятал метлу в кусты и отправился искать тебя.
- Скажите, пожалуйста, - обратился я к первой попавшейся бабушке, - как мне найти замечательного детского писателя Юру?
- Иди, внучок, прямо-прямо, потом поверни направо и возле старого дуба будет его дом.

Я пошел прямо-прямо, а потом направо. Но, видимо, я свернул не там, потому что никакого дуба не было и в помине. Тогда я спросил у первого повстречавшегося мне дедушки:

- Скажите, пожалуйста, где я могу найти замечательного детского писателя Юру?

- А ты, милок, поди назад-назад, а потом поверни налево, там возле высокого ясеня и будет его дом, - ответил мне дедушка.

И я пошел назад-назад, а потом налево. Но, видимо, опять повернул не туда. И таким вот образом я бродил по Киеву и спрашивал дорогу у первых попавшихся людей самых разных возрастов и профессий. И они посылали меня в самые разные стороны и к разным деревьям. Это были пожарники, учителя, дворники, и даже один министр. А посылали они меня к сосне, березе, буку и даже к одному баобабу. Но я все никак не мог найти дом замечательного детского писателя Юры.

И тогда я догадался спросить дорогу у детей. И дети сразу взяли меня за руки и отвели прямо к твоему дому. То есть не совсем прямо, потому что надо было идти прямо-прямо, влево, назад, направо, вверх, наискосок, вприпрыжку, на север, ползком, вброд, слегка пританцовывая и напевая тру-ля-ля-ля. И наконец нашел твой дом. И там действительно росли разные деревья: и дуб, и сосна, и береза, и бук, и даже один баобаб.

А возле самых дверей, на дереве, названия которого я не знаю, висела записка:
"Не ждите. Я полетел в гости к своему другу, замечательному детскому писателю, Рустаму. Вернусь послезавтра. Или через неделю. Или через год, если мне в гостях понравится. Юра".

Я очень огорчился, что не застал тебя. И очень обрадовался, что застану тебя у себя в гостях. То есть у себя дома. То есть, у меня дома в гостях. Ой, что-то я совсем запутался. Но это все от огорчения, что я тебя так и не увидел.

К сожалению, я  не мог ждать до послезавтра, или неделю, или год. Потому что помнил, что дома меня ждет любимый половичок. А я оставил ему корму всего на один день. А еще я понял, что дома ждешь меня ты. А тебе я корма вообще не оставлял. Так что я побежал назад к метле и рванул скорее в обратную сторону. По дороге меня еще раз хотели обстрелять на границе - но я закидал стрелков шишками, которые предусмотрительно собрал возле твоего дома.

У себя дома тебя я тоже не застал. Но тут ко мне подошел почтальон и передал мне твое письмо про ковер-самолет. Как это грустно, что у нас не получилось встретиться. Но хорошо, что мы все-таки встретимся. Я даже знаю «как». Но об этом - в следующем письме.

Твой друг
замечательный детский писатель
Рустам

 

 

ПУТЕШЕСТВИЯ

 

Рустам – Юре Письмо №1

Здравствуй, Юра.

Ты ни за что не отгадаешь, где я только что побывал, потому что побывал я в Копенгагене.

Копенгаген - это такой город. Город - это такое место, где много больших домов. Ну а, что такое дом, ты, наверное, знаешь.

Занесло меня туда совершенно случайно. Вообще-то, я собирался в Саратов к тетке. Поэтому я пошел на железнодорожный вокзал и в кассе сказал:

- Дайте мне один билет до Саратова.

Милая девушка-кассир улыбнулась мне и протянула билет до Копенгагена. Дело в том, что стоя в очереди за билетом я сильно проголодался. И тут я вспомнил, что у меня с собой есть 16 пирожков. Я тут же начал их есть. И к тому времени, как подошла моя очередь, я как раз запихивал себе в рот последний шестнадцатый пирожок.

- Куда вам, - спросила кассирша

- Айте йе аын ыэт о а-а-о-а, - сказал я четко и внятно. Любой нормальный человек сразу бы понял, что я сказал: "Дайте мне один билет до Саратова". Но, наверное, девушка была глуховата, и она дала мне билет до Копенгагена. А, может, всё дело в том, что я говорил с набитым ртом.

Мне надо было сразу заподозрить неладное. Потому что, когда поезд тронулся с места и разогнался, колеса начали отстукивать: копЕн-гагЕн, копЕн-гагЕн. Но я так хотел спать, что упал на полку и заснул. Проснулся я только на вокзале Копенгагена. Сердобольный проводник не стал меня будить, а просто вынес из купе и положил на солнышко.

Я открыл глаза и удивился - какой красивый вокзал! Я встал и пошел по городу. Честно сказать, я думал, что приехал в Саратов, поэтому всё вокруг очень удивляло меня. И старинные европейские дома с черепичными крышами, и люди разговаривающие по-датски, и названия улиц:  Стрегёт, Стройет, Эстергаде, Ньюхавн... В общем, Саратов изменился до неузнаваемости. Особенно сильно мои подозрения усилились, когда я вышел к морю. В нескольких шагах от берега на огромном булыжнике сидела самая настоящая русалочка.

- Добрый день, - сказал я.

Русалочка улыбнулась мне, но ничего не сказала.

- Вы не подскажете, какой это город? – не унимался я, - видите ли, я ехал в Саратов, но мне кажется, что попал я совсем в другое место.

Русалочка изумленно посмотрела на меня и покрутила пальцем у виска. Но вслух так ничего и не сказала. Тогда я сделал третью попытку:

- Скажите, пожалуйста, как вас зовут?

Это очень хороший вопрос. Я его всегда задаю, если сильно заблужусь и повстречаю кого-то. Если, например, прохожий ответит, что его Иван, то скорее всего я в России. Если признается, что его зовут дон Педро, то возможно я попал в Испанию. Ну а если я услышу: РРРРРРРРРРРРР!  - то это значит, что я заблудился в тайге и разбудил медведя или снежного человека. Вот таким безотказным методом я воспользовался.  Но и в третий раз русалка ничего мне не сказала. И тогда я догадался: она просто не может говорить!!!

Ну а дальше все было совсем просто: я знал всего одну русалку, не имеющую голоса. Это была русалочка из сказки, которую я читал еще в детстве. Сказки, которую написал датский сказочник Андерсен. Тогда я сказал русалке:

- Ханс, Кристиан, Андерсен, - потому что это были единственные слова, которые я знал по-датски.

Русалка радостно закивала мне головой. Так я понял, что нахожусь в Копенгагене. В благодарность я купил русалочке два килограмма селедки и побежал обратно на вокзал.

- Ханс Кристиан Андерсен Саратов, - сказал я кассирше, и она тут же выдала мне билет до Саратова. Вот что значит, разговаривать с ртом, не набитым пирожками!

Я вскочил в вагон, упал на полку и заснул. Но прежде чем заснуть я убедился, что колеса выстукивают:

- Сара-тов-тов, Сара-тов-тов.

Так вот я побывал в городе, где жил знаменитый сказочник Андерсен. А если ты мне не веришь, то можешь сам отправиться туда, выйти на набережную, найти русалочку и удостовериться у нее. Только помни, что она понимает только по-датски. Поэтому по-датски и скажи ей:

- Ханс, Кристиан, Андерсен РУСТАМ!

И она обязательно кивнет тебе головой!

Твой друг, Рустам

Юра – Рустаму. Письмо № 2

Дорогой Рустам!

С большим интересом прочитал о твоих приключ4ниях в незнакомом городе, и вот, что скажу. Это всегда очень интересно и поучительно оказываться там, где еще не был. Особенно, случайно.

Вот, например, я недавно как планировал попасть в город Тбилиси, так в него и попал. А там, знаешь, сейчас какие чудеса? Там, кроме исторических памятников, есть современный пешеходный мост, который светится разными цветами, как только на город опускается ночь. Там фуникулер, а к нему в придачу - на другом конце города – канатная дорога с большими кабинками. А еще там очень вкусно. Вот все, буквально все, там очень вкусно: хачапури, шашлыки, хинкали, кучмачи, люля-кебаб, чахохбили, сациви, чашушули… Долго перечислять, а есть захотелось быстро.

Так вот, собрался я в Тбилиси. Взял большущий чемодан, набил его до отказа одеждой для себя и подарками для друзей – не поднять. Решил перебрать вещи. Ну, пришлось не брать с собой мотоциклетный шлем, водяной пистолет, железный грузовик, фильмоскоп, переносной холодильник и даже, представь себе, пришлось оставить дома мой любимый складной велотренажер! Подарки для друзей я перебирать не стал.

Теперь чемодан можно было поднять, но нести все равно оказалось тяжело. Так что я спускался к такси, на котором собирался добраться до аэропорта, ровно один час тридцать четыре минуты и две секунды. Таксист так долго решил не ждать, и, когда я весь мокрый от пота, наконец дотащил свой багаж со второго этажа, машины под подъездом уже не было.

Пришлось просить соседа подбросить меня до аэропорта, но сосед отказал – ему срочно нужно было везти бабушку в дом престарелых, где ее давно заждался незнакомый соседу дедушка. Бабушка там работала, а дедушка – жил.

Хорошо, что мой чемодан был на колесиках! С большими трудностями я докатил его до трассы и стал ловить попутку.

И вот, ты только подумай, никто не захотел даже притормозить, кроме огромного самосвала, груженого желтым песком. При этом в кабине уже сидеть было негде, потому что там уже сидели сосед со своей бабушкой – у него по дороге сломался автомобиль!

Кое-как я взобрался в кузов и сел на самом верху песчаной кучи.

И грузовик понес меня вместе с чемоданом на огромной скорости в сторону аэропорта.

Нужно сказать, что на скорости песок из-под моего тяжелого чемодана стало выдувать встречным ветром. И вскоре я уже катился с кучи вниз. Да так лихо, что и не заметил, как вылетел на проезжую часть, а потом и вовсе скатился в кювет…

До аэропорта было по-прежнему далеко. Хорошо, что чемодан не сломался! Правда, я, например, вывихнул ногу, разбил коленки, поцарапал ладони и на лбу набил большую шишку. Вот так приключение! А еще я испортил свой праздничный наряд, в котором хотел предстать перед своими друзьями в Тбилиси.

В кювете, кроме меня было еще несколько людей. Стюардесса Анжела, бортмеханик Дима и пассажир Георгий. Все они, как и я собирались лететь в Грузию, но по разным причинам оказались в высокой траве на обочине трассы. Анжела ехала на велосипеде, но ее сдуло с дороги воздушной волной от рейсового автобуса. Дима ничего не помнил, кроме того, что ему нужно в самолет. А Георгий сказал, что он ехал в бочке с квасом и весь квас выпил. Потом испугался, что его будут за это ругать. Поэтому на ходу сошел, но сразу же выяснил, что сделал это слишком рано.

Мы сели думать, как же нам добраться до аэропорта вовремя. Дима предложил ехать на хромой собаке. Она как раз хромала мимо.

Анжела сказала, что сначала собаке нужно сделать перевязку. Она достала из своей сумки аптечку и быстро и умело перевязала дворняге ногу. После чего мы все уселись собаке на спину (чемодан на вытянутых руках пришлось катить сбоку по асфальту) и поехали в аэропорт.

Ты уже, наверняка, догадался, что на свой рейс мы опоздали. Пришлось два дня гулять по терминалу в ожидании следующего рейса. За это время с нами тоже много чего интересного произошло, но, если я начну все описывать, то пропущу и этот рейс. Его как раз только что объявили, а мне еще нужно успеть бросить это письмо в почтовый ящик, которых в любом аэропорту днем с огнем не отыщешь.

Так что, дорогой Рустам, прости, что вот так заканчиваю свое письмо, ничего толком про Тбилиси не рассказав. Да и что я мог толком рассказать, если я еще туда даже не вылетел?

Вот уже прозвенел третий звонок, и у меня появилось опасение, что я добрался в аэропорт, а в театр. Что тоже не плохо, но совсем не отвечает цели моей поездки.

Рустам, про Тбилиси я тебе позже напишу…

Юра – Рустаму. Письмо № 3

Здравствуй, Рустам!

Пока почтальон несет мое письмо по долинам и по взгорьям, решил я сообщить тебе о еще одной своей поездке. Дело было так давно, что уже всего и не упомнишь, но кое-что память хранит до сих пор.

Я тогда еще ходил в садик и жил не в Киеве, а в Ашхабаде. И вот мой папа взял летний отпуск и повез меня из Ашхабада, столицы страны Туркмения, в Баку, столицу страны Азербайджан. В Ашхабаде было жарко, а вокруг пустыня Каракум. По пустыне этой ходят верблюды и едят верблюжью колючку – растение, как ты понял из названия, колючее и в придачу не вкусное. Но только не для верблюдов. Они ее, где только найдут, там тут же и съедят. А в Баку летом тоже жарко, но есть Каспийское море, в него впадает река Волга.

В общем, поехали мы поездом через пустыню и доехали до города Красноводска. Там наши вагоны заехали внутрь большого корабля под названием паром. И на этом пароме должны были переплыть море, чтобы потом выгрузиться в Баку и поехать дальше по своим делам.

Так вот, пока вагоны аккуратно заполняли трюм парома, папа повез меня на пляж. Помню, что вода, не смотря на довольно высокую температуру воздуха, была прохладной. Но мы все равно решили искупаться. Папа взял меня за руку и пошел в воду, а навстречу нам с моря шла волна. Она, скорей всего, соскучилась по людям, потому что на пляже, кроме меня и папы – хоть шаром покати – ни одного человека!

Волна с разгону ка-а-ак обнимет меня! Ка-а-ак закрутит меня! Ка-а-ак вырвет из папиных рук! И утащила в море! Я очень сильно сопротивлялся, а слышал, как папа чертыхается на берегу и зовет меня. Но волна не особенно обращала внимания на его крики. Только предупредила, что вернет меня сразу в Баку. Тогда папа скорей побежал в порт, рассказал капитану парома о случившемся, капитан дал гудок, и паром сразу же очень медленно поплыл в Баку.

А я остался кувыркаться на волне. И скоро мне стало совсем холодно кувыркаться. Я пожаловался волне, тогда она сказала:

- Раз так, то сейчас я позову на помощь большущую рыбу, она тебя проглотит, а у нее в животе теплынь! Будешь плыть как под одеялом, а я с рыбой поиграю!

Так и сделала. Приплыла огромная рыбина, каких я в аквариуме никогда не видел, проглотила меня и понеслась по волнам.

Хорошо, что рыба до этого проглотила кресло-каталку, буфет с ирисками и телевизор! Мне сразу стало спокойней. Я включил какой-то канал и увидел в новостях сообщение про себя. Репортер говорил, что мальчика Юру забрала волна и понесла в город Баку, куда уже на пароме медленно, но решительно плывет папа Юры. В телевизоре папа помахал мне рукой, и я совсем успокоился. В кресле-каталке было удобно качаться в такт волнам, поэтому я сразу уснул.

Когда я проснулся, был желудок. То есть я по-прежнему находился в желудке у рыбы и не знал, день уже или ночь уже. А рыба, видимо, знала. Она выплюнула меня в набегавшую волну, и оказалось, что уже новый день. Вода была гораздо теплее, чем на том пляже, где нам с папой так и не удалось толком отдохнуть. На горизонте маячил город.

Я очень обрадовался. А когда рядом прогудел паром, обрадовался еще сильнее. С парома кричал и махал руками папа. Он кричал волне что-то не совсем хорошее и требовал, чтоб она вернула сына отцу.

Волна сказала:

- Да пожалуйста! Тем более, он мне самой уже надоел. Я думала, он веселый парень, а он дрых всю дорогу!

Мне вообще-то такие слова не понравились, но пришлось промолчать, чтоб волна не обиделась и не отнесла подальше от парома.

Когда уже в Баку меня отпаивали горячим чаем, пришло письмо от бабушки из Белоруссии. Она писала, что сильно соскучилась и просила поторопиться, не задерживаться в Баку. Так что в тот раз столицу Азербайджана мне посмотреть не удалось. А папа был так рад, что волна сдержала слово и вернула сына отцу, что сразу согласился с бабушкой, и мы не стали нигде задерживаться. Правда, в поезде по дороге в Белоруссию я вылетел в окно, но сразу залетел в другое окно этого же вагона – так быстро ехал поезд! Но по сравнению с волной и рыбьим желудком это приключение показалось мне мелочью.

Я к чему вспомнил эту историю: может быть, почтальон с моим письмом сейчас пересекает горы на спине у орла? Или его за подтяжки подцепил своими рогами лось и медленно тащит его над болотом? Ведь у почтальонов работа – не сахар. Но одно мне известно наверняка. Уж если почтальон взялся доставить письмо или посылку, то он это сделает!

Так что, как только ты получишь и это письмо, так сразу и отвечай!

Твой друг Юра

Рустам – Юре. Письмо № 4

 

Добрый день, утро, вечер, ночь, Юра.

Я так пишу, потому что, во-первых, не знаю, когда письмо дойдет до тебя. А во-вторых, потому что земля такая большая, что, когда в одном месте восходит солнце, в другом месте оно уже заходит. И ты представляешь себе — это всё одно и то же солнце на одной и той же земле.

Ты очень интересно написал про почтальонов, и я задумался. Я вот знаю, что когда-то давным-давно бумаги еще не было, а письма писали на табличках из глины. Представляешь, как тяжело было их таскать почтальонам? Наверное, одно письмо могло занять целый мешок. А почтальоны ходили с целыми караванами. А еще за много лет до этого, люди вообще писали, выбивая знаки прямо на камнях. И тогда, я думаю, почтальоны должны были ездить на слонах. Или динозаврах.

Поэтому я решил купить себе почтового слона и отправился за ним в Индию. Я слышал, что там самые лучшие в мире почтовые слоны. Я пришел в Индию и сказал: «Намасте!»  На их языке это означает «Здравствуйте!».  Ты, наверное, можешь удивиться, откуда я так хорошо знаю индусский язык. Но я признаюсь: у меня был с собой русско-индусский разговорник. Мне подарила его еще моя бабушка, которая когда-то давным-давно уже ездила в Индию в гости к йогам. Одного йога она даже привезла домой и посадила на комод. Йог неподвижно сидел в позе лотоса, а бабушка изредка протирала с него пыль.

Ну так вот, в русско-индусском разговорнике самым первым словом было «Здравствуйте!».  И это совершенно правильно. Ведь, когда ты приходишь в какое-нибудь знакомое или незнакомое место, ты первым делом здороваешься. Конечно, если ты хорошо воспитанный человек.  Например, если ты будешь грабить банк, ты войдешь внутрь и скажешь:

-        Здравствуйте. Это ограбление. Все на пол.

Ну согласись, что если ты забежишь в банк и заорешь:

-        Это ограбление! Все на пол! - уже глупо после этого говорить: «Здравствуйте!»

Поэтому все, кто лежат на полу, сразу поймут, что ты плохо воспитанный человек.

Итак, войдя в Индию, я первым делом поздоровался: «Намасте». И индусский пограничник в чалме, тоже поздоровался со мной: «Намасте». Чалма это такая шапка, вроде полотенца намотанного на голову, но очень красиво и удобно. Когда моешь руки перед едой, всегда можно вытереть их этим полотенцем, а потом опять надеть его на голову.

Мне захотелось спросить у индуса-пограничника:

-        Скажите любезнейший, а где у вас можно тут приобрести хорошего почтового слона. Да желательно подешевле.

Но тут возникло одно неприятное обстоятельство. Оказалось, что в моей сумке разлилась банка с малиновым вареньем. Эту банку дала мне в дорогу бабушка, та что ездила в Индию. Она просила передать ее индийским йогам. Потому что им, как выяснилось, очень нравится малиновое варенье, сваренное по бабушкиному рецепту. Ведь благодаря этому варенью, они в несколько раз быстрее достигают нирваны.  А нирвана - это такое состояние, ну как бы тебе объяснить... Ну это когда ты словно налопался до отвала вкуснейшего малинового варенья и тебе больше уже ну совсем ничего не хочется.

Ну так вот. Варенье в моей сумке разлилось и залило русско-индусский разговорник. И все страницы слиплись намертво, кроме первой, где было написано «Здравствуйте» и последней, где было написано «До свидания» - «Пхир милеге» . Но прощаться, когда ты только что зашел, как-то не очень удобно, поэтому я сказал пограничнику-индусу:

- Намасте! - и изобразил ему почтового слона. Для этого, правда, мне пришлось вытянуть себе нос на целый метр. Было очень больно, но на что не пойдешь ради хорошего дела. Пограничник сразу меня понял. Он покрутил пальцем у виска и ответил:

- Намасте! - что, как я догадался, означало, садитесь в автобус номер 26, проезжайте 500 километров прямо, потом сверните направо, там будет лавка, где продают почтовых слонов.

- Намасте, - сказал я пограничнику, что означало, «Большое спасибо, я обязательно воспользуюсь вашим советом.

Я так и поступил: сел в автобус, поехал прямо, а потом направо, и попал точнёхонько домой. Видимо, все-таки индусский пограничник не совсем правильно понял меня. А я не совсем правильно понял индусского пограничника. Поэтому, как ты уже догадался, я остался без почтового слона.  И это письмо шлю тебе вместе с почтовым медведем. Благо, у нас их тут в Сибири хоть пруд пруди. То есть, хоть лес леси. Правда, сейчас зима, и я боюсь, как бы мой мишка не заснул где-нибудь по дороге. Но я ему выдал большую банку кофе Нескафе («Нескафе — почувствуй себя настоящим медведем!»), так что надеюсь, что все-таки письмо до тебя доберется.

Твой друг, Рустам. Намасте, ой, то есть: пхир милеге!

Юра – Рустаму. Письмо № 5

Дорогой Рустам!

За твоим письмом пришлось идти в зоопарк, куда на время поселили жить почтового медведя, потому что у нас в Киеве медведи просто так по улицам не шастают. Но ты, пожалуйста, не волнуйся, я лично проследил за тем, чтобы ему выделили самую лучшую комнату и кормили едой из лучших ресторанов города!

Когда я возвращался домой из зоопарка, то сел в первую попавшуюся маршрутку. Мне-то всего нужно было проехать две остановки. К моему удивлению, она привезла меня прямо под дом, а не Рио-де-Жанейро или Касабланку, как обычно бывает, когда заранее не ознакомишься с маршрутом. Поэтому я даже немного загрустил. Особенно, читая про то, как ты побывал в Индии.

Чтобы не грустить, пришлось достать из антресоли запылившиеся сапоги-скороходы – подарок, не помню уже чей. Но только я их протер и привел в порядок, как они скоропостижно… сбежали. Так что не оставалось ничего другого, как просто заварить чай и усесться у окна смотреть вдаль.

За окном, правда, никакой дали не оказалось. Вместо нее весь горизонт загораживала какая-то огромная стена! Высунувшись из окна подальше, я понял, что это не просто стена, а пирамида. Таких полно в Египте. Так я в Египте и оказался! Вокруг был песок, ходили караваны верблюдов. Между верблюдами можно было разглядеть не то бедуинов, не то талибов – я в них не разбираюсь, потому что не был готов к такому резкому повороту событий.

Ты скажешь, так не бывает, чтобы дом ни с того, ни с сего взял вдруг да и оказался в другой стране да еще в такой далекой! Согласен, не бывает. Но со мной так произошло! Просто сапоги-скороходы не сами убежали, а «приделали ноги» к дому и унесли его куда там у них глаза глядят.

Конечно же, я попал внутрь парочки пирамид. И вот, что тебе скажу: это очень познавательно! Я узнал многое из истории Египта, например, что фараонов (это такие богатые царьки) хоронили в этих самых пирамидах. Да не одних, а со всеми слугами и даже домашними животными! Так что внутри оказалось довольно мрачно – мумии, мумии, мумии, ни одного живого существа, кроме смотрителя. Да и тот по-нашему не понимает. Пришлось общаться на пальцах. Только не спрашивай, как он на пальцах объяснил, что одного из фараонов звали Тутанхамон. Объяснил и все.

Когда же я устал толпиться среди мертвых и крутить пальцы (со стороны мы, наверняка, были похожи на бандитов из криминального фильма), то сдул пыль с сапогов-скороходов и они снова побежали! Хорошо, что я заранее привязал себя к дверному косяку веревкой из верблюжьей шерсти! Благодаря этому предусмотрительному действию мне удалось на ходу запрыгнуть в дом.

Как ты, наверное, уже догадался, сапоги принесли мой дом в… нет, не в Киев. Во всяком случае, не с первого раза. Сначала они сгоняли к Индийскому океану, чтобы я их там помыл. Помня, что нужно всем подряд говорить: «Намасте!», мы с домом произвели на местных жителей благоприятное впечатление. Но почтового слона захватить не успели, потому что сапоги опять припустили по пыльной дороге.

В Киев мы вернулись в полночь. В небе стояла полная луна. Почтовый медведь, хорошенько отдохнув в нашем зоопарке, уже стоял наготове, ожидая моего ответа. Поэтому я немедленно сел за стол и на скорую руку написал тебе ответ. Медведь взял мое письмо, откуда-то вытащил балалайку и под песню «Светит месяц, светит яркий» поспешил в сибирские леса.

В нагрузку к своему ответу, я передал мешочек песка из Египта. Не знаю, правда, зачем тебе в Красноярске египетский песок, но совсем без подарка отправлять медведя не хотелось.

Дорогой Рустам, я пошел спать.

Рустам – Юре. Письмо № 6

Юра, привет. И большое спасибо тебе за песок!

Он очень пригодился. Я налил полную ванну теплой воды, добавил в нее морской соли (поваренная соль тоже бы сгодилась, но это уже не совсем то). На стенку я повесил календарь с фотографией верблюда на фоне пирамид. А на пол рассыпал твой (то есть египетский) песок. И словно по волшебству я попал из зимней снежной морозной Сибири прямо в жаркий туристический Египет. Пусть ненадолго, но все равно – это очень подняло мне настроение.

Вообще, Юра, человек должен иногда встряхиваться и отправляться в какое-нибудь место, которое совсем не похоже на то, где он живет. Такое место называется – экзотическим. И таких мест на земле полным-полно. Надо просто хорошенько поискать.

Много лет назад, когда я только начал путешествовать, я еще не знал этого секрета. И все города и страны, в которые я попадал, казались мне на одно лицо. Все они были очень похожи на мой родной город. Наверное, потому что путешествовал я в основном из гостиницы в гостиницу. И ничего толком не видел, точнее не хотел видеть. И вот однажды я попал в город Бухару. Это такой город в Узбекистане. Узбекистан это такая страна в Средней Азии. А Средняя Азия - это такое место посередине Азии. Ну в общем, можешь сам взять линейку и на карте найти, где у Азии середина. Поселился я, как всегда, в гостинице, и выходить из нее (тоже «как всегда») не собирался. Но тут я с ужасом обнаружил, что у меня закончились мыльные пузыри. Дело в том, что, находясь в гостинице чужого города, иногда, а точнее всегда, становится скучно и тоскливо. И поэтому я придумал такой способ избавления от скуки и тоски. Я стал пускать мыльные пузыри. Потому что, когда ты видишь, как они летят, переливаясь всеми цветами радуги, тогда вдруг ощущаешь, что наш мир немножечко волшебный.  И тебе становится на миг радостно и светло.  Потом пузырь лопается, и тебе опять становится грустно и темно. Но можно надуть новый мыльный пузырь и начать любоваться на него.

Но в грязном номере дешевой гостиницы в Бухаре, я вдруг обнаружил, что забыл мыльные пузыри дома. В панике я обратился к дежурной по этажу. Ею оказалась узбек в полосатом халате и тюбетейке, но он ничем мне не смог помочь.

- Дарагой, зачэм тэбе пузыри? - удивился он, - возми у миня арбуз!

Арбуз, Юра, это такой полосатый пузырь. Или, точнее, ягода. Большая и тяжелая. Вообще-то на пузырь он не очень похож. А уж тем более на ягоду. Больше всего он похож на огромный зелено-полосатый баскетбольный мяч. Только внутри он красный и с косточками. Впрочем, я ни разу не разрезал баскетбольные мячи. Может они внутри тоже красные и с косточками.

Когда узбек понял, что я не хочу арбуз, он схватил меня за руку и закричал:

- Нэ хочэшь арбуз, возми дыню! Дыня спелый совсем, вкусный!

Дыня, Юра, это такой желтый пузырь. Или точнее, ягода. Только почему-то она не круглая, а овальная. Как мяч в рэгби. Или в американском футболе. А если ее разрезать, то она внутри сочная и сладкая. Но все-таки это не мыльный пузырь. Поэтому я покачал головой и отправился на улицу.

На улице был вечер. И в огромном черном небе было много-много звезд. Звезды, Юра, это как совсем маленькие мыльные пузыри. На самом деле они большие, просто огромные, просто находятся от нас далеко-далеко. Даже дальше, чем Америка. Но если долго смотреть на звезды, то тоже вдруг чувствуешь, что наш мир немножечко волшебный.

- Правда, замечательно, - спросил меня чернобородый узбек в чалме. Он проезжал мимо меня на осле, и тот вдруг встал как вкопанный.

- Да, очень здорово, - согласился я. Тогда чернобородый узбек слез с осла, подошел и поклонился

- Меня зовут Ходжа Насреддин, - сказал он.

- А меня зовут Рустам, - представился я.

Потом мы сели на ступеньки и стали смотреть на звезды, которые медленно поднимались из-за горизонта. Словно кто-то выпускал много-много мыльных пузырей. Но они не лопались, а взлетали высоко в небо и там кружились в своем бесконечном танце. Потом к нам присоединился дежурный узбек из гостиницы. И мы всю ночь ели арбуз, а потом дыню. А Ходжа Насреддин рассказывал нам свою историю: «Присоединившись к большому купеческому каравану, Ходжа Насреддин пересек бухарскую границу и на восьмой день пути увидел вдали в пыльной мгле знакомые минареты великого, славного города.»

Всю ночь рассказывал Ходжа про свою жизнь и про славный город Бухару. А когда взошло солнце, он отправился в путь. А я отправился спать. А куда ушел узбек в полосатом халате – я даже и не знаю. Но с той поры Юра, я вдруг понял, что все города очень разные и интересные. И люди тоже разные и интересные. И только звезды над нами – все время одни и те же.

Хотя говоря, что, если переехать в Южное полушарие, там звезды совсем другие. Надо как-нибудь попробовать. Южное полушарие – это южная половина Земли. Земля – это такой огромный шар,  очень похожий на огромный мыльный пузырь. Поэтому мне иногда так страшно за нашу Землю: ну а вдруг она лопнет? Но с другой стороны, может быть, именно поэтому на Земле столько много чудесных мест. Надо просто хорошенько поискать. А еще лучше – просто внимательно присмотреться.

На этом заканчиваю свое письмо. Потому что за окном уже ночь. И мне просто пора уже выйти на улицу и полюбоваться на звезды.

Поки-поки. Твой друг, Рустам

Юра – Рустаму. Письмо № 7

Здравствуй, Рустам!

Получил твое письмо. Очень мило, что ты так подробно рассказал мне про Среднюю Азию и что такое арбуз с дыней! Но, как говорится, повторение – мать учения, ведь я тебе не раз говорил, что сам родом из Ашхабада, который как раз и расположен в Средней Азии. Лучше бы ты мне подробней рассказал про регби и американский футбол, которые я никогда не смотрю, потому что ничего в этих играх не смыслю.

Но поскольку начинать письмо с бухтения не очень красиво, я его тут же и заканчиваю. Не письмо, конечно, а свое бухтение.

Лучше расскажу тебе, как однажды попал в Шервудский лес, что в Англии. Я бродил между деревьев и посидел даже под Дубом-майором! Это такой уникальный дуб, которому не то восемьсот, не то тысяча лет, представляешь? Лично я – не представляю, но посидеть под ним было очень даже интересно и вот почему. Стоило мне присесть под кроной дуба-старожила и прикрыть от усталости глаза, как тут же услышал странный свист и какой-то дикий крик. Открыв глаза, я обнаружен, что окружен людьми в необычной одежде. Все эти люди были вооружены луками и целились своими острыми стрелами прямо в меня. «Какая интересная постановка», подумалось мне, умеют же люди развлечь туристов! Но тут один из ряженых артистов пребольно ударил меня палкой в лоб.

- Позвольте! – возмутился я. – Что за странный обычай – лупить гостя палкой по голове?

А мне и отвечают:

- А ты давай деньги, богач! Мы их раздадим беднякам!

Я:

- Да какой же я богач? Я с трудом силой мысли выбрался из Киева в Англию! И кроме мыслей, ничего у меня нет!

Они мне:

- Хитрец какой! Думает, что его никчемные мысли кому-то нужны! Деньги давай!

Я:

- Да кто вы вообще такие?

Они:

- Мы – разбойники Робин Гуда!

- Какого еще Робин Гуда?

- Знаменитого! Который отбирает золото у богачей и раздает его беднякам!

- Но у меня из золота только зуб и тот уже истерся!

Один из артистов, представившихся разбойниками, вышел вперед, приказал мне открыть рот, заглянул в него и разочарованно произнес:

- Да уж, золота там и вправду кот наплакал. Давайте, ребята, его просто повесим.

- Как это повесим? – разволновался я.

Артисты:

- А за ноги! На одной из веток старого дуба!

Я:

- Да что это за безобразие такое!?

Но я и договорить-то толком не успел, как меня уже связали колючей толстой веревкой и действительно подвесили за ноги.

От страха я сильно зажмурился. А когда снова открыл глаза, вокруг меня толпились туристы, а работники Шервудского парка бежали ко мне с лестницей, чтобы поскорее снять.

Пришлось, конечно, написать жалобу на артистов. Но, по-моему, на эту жалобу никто не обратил особого внимания, решив, что я спятил. А я ведь не спятил. Просто собирал грибы в Ирпенском лесу под Киевом. Потом смотрю – уже собираю грибы в Англии. И когда меня высмеяли за мою жалобу, смотрю – снова в Ирпенском лесу. Но и это не конец, потому что оказалось, что я отравился и лежу в палате киевской больницы.

Дорогой Рустам, если когда-нибудь окажешься в Шервудском лесу у старого Дуба-майора, ни в коем случае под ним не засиживайся, иначе окажешься в киевской больнице. С другой стороны, это верный способ нам с тобой встретиться. Потому что от больницы до моего дома рукой подать, и я смогу тебя навещать и носить тебе апельсины, которые людям с отравлением есть не желательно, поэтому их буду есть я.

Так что так или иначе, жду тебя в гостях,

твой друг Юра.

Рустам – Юре. Письмо № 8

Дорогой Юра, постараюсь воспользоваться твоим советом и не засиживаться под тенью дуба. И вообще, потянуло меня вдруг совсем в другую сторону - на восток. Захотелось мне расслабиться под сенью сакуры. Сакура - это такая японская то ли слива, то ли вишня, с которой, словно снег осыпаются белые лепесточки. А ты в это время сидишь внизу и думаешь о возвышенном. Или сочиняешь стихи из трех строчек. Такие стихи называются хайку и писать их очень просто. Вот смотри:

"Снег за окном.
Минус сорок мороз.
Наверно, зима"

или

"Кончились деньги.
Не на что больше купить
Мне чупа-чупс"

Вот видишь, как просто. Но, как я уже говорил, лучше всего писать такие стихи, сидя в одежде самурая под сакурой.  Я внимательно изучил "Настольную энциклопедию волшебника-поэта", из которой узнал, что самураи и сакуры водятся в районе города Токио. А город Токио водится в Японии.

Поэтому я пошел в самолетную кассу и сказал:
- Дайте мне, пожалуйста, один билет до Токио.
- Куда-куда? - переспросила бабушка-кассир.

Ну вот везет же мне на плохо слышащих кассиров! Я набрал побольше воздуха и закричал ей прямо в ухо:
- До Токио! Токио! Токио! Токио! Токио!
- А-а-а, - просияла бабушка и протянула мне билет, на котором была нарисована целая куча каких-то значков. Благодаря "Настольной энциклопедию волшебника-поэта" я уже знал, что это не значки, а иероглифы. Такие маленькие рисуночки, которыми в Японии пользуются вместо букв. Очень экономно кстати. Вот, нам чтобы написать слово «самолёт», надо использовать целую кучу разных букв: «С», «А», «М», «О», «Л»,  «Ё» и еще «Т». А японец нарисует значок самолёта и все! К тому же еще в школе мне всегда казалось, что гораздо интереснее рисовать, чем писать.

С таким разрисованным билетом я сел в самолет и полетел в Японию, в славный город Токио. Как только мы приземлились, я тут же побежал в сувенирный магазин и купил себе самурайское кимоно. И меч. Меч, кстати в Японии тоже совсем не меч, а КАТАНА. С японского катана переводится, как "длинный японский меч". И вот, одетый, как самурай, и вооруженный катаной, я пошел за город искать подходящую сакуру.

Не успел я выйти за город, как вдруг из кустов выскочил какой-то террорист. Я понял, что он террорист, потому что на нем была черная одежда, а все лицо, кроме глаз, замотано черным платком. В руках у него были две палки, связанных цепочкой. Потом я узнал, что такие палки называют нунчаку. Террорист прыгнул на меня с криком "Йоуайяя!", что в переводе с японского означало:
- Йоуайяя!

Но я применил секретный прием "Прямовглаз". Заключался он в том, чтобы брызнуть нападающему прямо в глаз из газового баллончика, который я всегда ношу с собой. Террорист завизжал и упрыгал обратно в кусты. А я пошел дальше. Но тут на меня выпрыгнуло два террориста с нунчаками. На этот раз я применил суперсложный прием "Дваразапрямовглаз" и пошел дальше. Вдруг из-за кустов на меня выпрыгнуло три террориста...

Короче, через час я так еще и не добрался до сакуры. Зато у меня закончился в баллончике газ. А вокруг меня скакала толпа террористов. Но поскольку у них всех очень слезились глаза, они всё время скакали мимо меня. Наконец, главный террорист смог подпрыгнуть ко мне совсем близко и
спросил:
- А зачем вы брызгаете на нас чем-то ядовитым? Это же нечестно!
- А зачем вы прыгаете на меня? - ответил я вопросом на вопрос.
- Но вы же самурай, мы просто обязаны напасть на вас и побить с помощью нунчаку. А вы должны отбиваться мечом.
- Хорошенькое дело, - возмутился я, - пролететь полпланеты, чтобы получить палками по голове.
- Как? - разволновался предводитель террористов, - разве вы не самурай?
- Нет, - признался я.
- Тогда мы просим у вас прощения! - упал на колени предводитель. И все террористы упали вслед за ним и стали биться головой о землю.
- Да не надо, не надо, - стал успокаивать я их, - и вообще, почему это вы должны драться с самураями?
- Потому что мы ниндзя! - гордо ответил предводитель. А все ниндзя закричали:
- Мы ниндзя! Йоуайяя!

И предводитель рассказал, что ниндзя всегда бьют самураев. А самураи бьют ниндзя. Это такая японская традиция.

- Погодите, погодите, - удивился я, - вот у меня с собой "Настольная энциклопедия волшебника-поэта". Я наизусть выучил статью про Токио - ни о каких ниндзя в статье не написано.
- Токио? - пожал плечами главарь, - а почему вы решили, что вы в Токио? Это Киото - главный город ниндзей.

Не Токио? Киото? Как же я сюда попал? Я стал судорожно вспоминать. И вспомнил полуглухую бабулю кассиршу, которой я кричал на ухо:
- Мне билет в ТО-КИО-ТО-КИО-ТО-КИО-ТО-КИО-ТО-КИО-ТО-КИО!

Ну и естественно, она все перепутала!

- Вы чем-то расстроены? - спросил меня главный ниндзя
- Понимаете, - объяснил я, - я специально летел в Токио, чтобы посидеть под сакурой.
- Так в чем же дело? - просиял главарь. - У нас тоже есть совершенно замечательные сакуры, садитесь под любую. А пока, просим вас отобедать вместе с нами!

Я согласился. Ниндзя настолько были рады нашей встрече, что даже позвали в гости самураев. И мы все сидели, пили, ели, пели народные песни. Потом, конечно, немножечко подрались. Ну а как же без этого? Традиция все-таки. Но главный самурай и главный ниндзя следили, чтобы все было по-честному, и чтобы никого не поранили. А потом меня торжественно отвели под самую лучшую сакуру и оставили там одного.

И я сидел в самурайской одежде, совершенно один, на меня, кружась, падали лепестки сакуры. И тогда вдруг у меня родились такие строчки:

Ниндзя и самураи.
Люди в разной одежде,
Но с одинаковыми сердцами.

Вот, чувствуешь, как хорошо и правильно пишется под сакурой. И неважно, где эта сакура растет - в районе Токио, или Киото, или где еще. Удачных тебе писаний, друг мой.

Юра – Рустаму. Письмо № 9

Дорогой Рустам, какая интересная у тебя случилась история с сакурой! Но должен тебе сказать, что не только в Киото и Токио. Есть в Украине такой город под названием Ужгород. Так вот в нем растет целая аллея японских сакур!

А вот в Италии, например, сакура точно не растет. Я, во всяком случае, не видел. Много другого видел в Италии, а сакуры – нет. В Африке тоже не видел. Правда, в Африке я пока и сам не был. И если тебе кто-то скажет, мол, был на Мадагаскаре или в Республике Конго и видел там потемневшего Юру, не верь. То был не я.

А в Италии меня встретить можно было. Между прочим, там жил великий ученый Галилео Галилей, заслуги которого перед наукой так велики, что в средние века современники не очень-то дружили с чересчур умным Галилео. Даже старались его побольней обидеть и выказать ему свое недоверие на самом высоком уровне. Некоторым не нравилось, что Галилей открыл, что Земля вертится вокруг своей оси, а сейчас этот факт в каждом учебнике есть, ну, что Земля вертится. А в те темные времена такое заявление пугало и настораживало людей. Папа Римский и тот, бывало, журил ученого: да отрекись ты от своих открытий и знаний, причем публично. И Галилео, между прочим, отрекся, но, говорят, после этого он все-таки воскликнул: «И все-таки она вертится!».

Знаешь, как я попал в Италию? Я узнал, что Земля вертится. Тогда я соорудил большой трамплин на пружине и ка-а-ак прыгнул! Взлетел так высоко, что чуть головой не врезался в Луну. А пока летел, Земля подо мной вертелась. Так что когда я стал падать вниз, то упал уже не на Крещатик в Киеве, но на площадь Синьории во Флоренции. От радости я закричал:

- И все-таки она вертится!

Меня тут же схватили на руки люди в одинаковых футболках и шарфах фиолетового цвета. «Ну все, подумал я, сейчас заставят отрекаться!» И правда, толпа понесла меня на большущий стадион, чтобы как можно больше людей услышало мое отречение от всемирно известного факта, что Земля вертится не только вокруг Солнца, но и своей оси.

- Что вы за люди? – кричал я. – Остановитесь!

А они мне:

- Мы – фанаты «Фиорентины», самой лучшей футбольной команды Италии, родом из Флоренции! И мы не можем остановиться, потому что сейчас начнется матч с самой худшей командой Италии – туринским Ювентусом! Ты должен быть свидетелем триумфа нашей любимой команды!

Не знаю, как ты, Рустам, а я все время думал, что «Ювентус» команда посильней «Фиорентины». Но решил промолчать, потому что фиолетовых фанатов было много, а я один. К тому же, знаешь, какая мне разница, какой клуб в Италии самый сильный, если сам болею за «Динамо» Киев?

В общем, начался футбол, и на фанатов в фиолетовом стало страшно смотреть. Потому что их самая лучшая команда с первых же минут решила проигрывать самой худшей команде с разгромным счетом. Только не проси меня его называть, потому что многим людям во Флоренции больно об этом вспоминать. А я не большой любитель делать больно.

Когда матч закончился, обо мне никто не вспомнил. Стадион опустел, и я сидел один одинешенек. Тогда я встал и пошел к настоящему легкоатлетическому батуту. Я стал на нем прыгать все выше и выше, пока снова чуть не ударился головой об Луну. Тогда я расправил руки, словно крылья, разглядел внизу точку похожую на Киев и полетел вниз.

Ты, возможно, удивишься и решишь, что я немного привираю, но опустился я прямо на свое кресло за своим же рабочим столом! И чтоб даром время не терять, сразу же стал писать тебе письмо.

А ты сразу же на него пиши ответ.

Твой друг, Юра.

Рустам - Юре. Письмо № 10

Привет, Юр.

Честно говоря, я не очень люблю футбол. Наверное, это потому что мне в детстве несколько раз очень сильно прилетело мячом по лицу. Еще (тоже честно говоря), я не очень люблю хоккей. Наверное, даже чуть больше, чем футбол. Потому что шайбой по лицу – гораздо больнее, чем мячом. Есть еще много разных игр с мячами, шайбами, битами и другими предметами. Игр, которые я не очень люблю с самого детства. Но в целом, я, конечно, за спорт. Я даже провел себе домой кабельный спортивный канал и с удовольствием слежу, как другие люди прыгают, скачут и бегают.

Кстати, ты не знаешь, откуда взялся такой вид спорта, как прыжки с шестом? Я тут познакомился с одним древним седобородым китайцем, и он рассказал мне такую историю.  Когда-то на древний Китай очень часто и коварно нападали древние варвары. И тогда китайцы решили построить Великую Китайскую Стену. Точнее сказать, они еще не знали, что это будет Великая Китайская Стена. Сначала они хотели поставить просто забор. Только они закончили работу, как прискакали варвары, с разбегу перепрыгнули через забор, и, как обычно, побежали грабить Китай. Китайцы очень расстроились и построили забор повыше. Но и варвары были не лыком шиты – они притащили с собой школьные батуты и опять легко преодолели препятствие. Тогда китайцы рассердились и построили Китайскую Стену. Однако варвары со свойственным им коварством стали использовать при прыжках шесты (вот как зародился этот вид спорта - прыжки с шестом!!!). Бедные китайцы напряглись и возвели стену на огромную высоту. Варвары поударялись о нее и попадали на землю. Но самый мудрый варвар поднял палец в небо и сказал: «Однако, умный в стену не пойдет, умный стену обойдет». Варвары очень обрадовались, обежали вокруг стены и опять начали грабить Китай. Пришлось несчастным китайцам достраивать стену, не только в высоту, но и в длину. А варвары смеялись над ними, и каждый день бегали вокруг стены. Это продолжалось на протяжении нескольких сотен лет. В конце концов, стена стала очень длинной и Великой. А варвары стали бегать вокруг нее марафонские дистанции (вот как родился этот вид спорта – бег на марафонскую дистанцию!). Но варварам это быстро наскучило. Представь себе сам – вот бежишь ты вокруг стены, бежишь час, другой, третий. И вот ты уже обежал вокруг нее - но тут солнце начинает садиться и тебе уже пора бежать обратно домой. Даже не пообедав. Короче, помучались варвары так несколько лет, да и махнули рукой.  Договорились с китайцами, те прорубили в стенках ворота, и варвары спокойно ходили в Китай через ворота. Правда, не для того чтобы грабить, а чтобы торговать.

А я вот думаю – даже немножко жаль, что варвары так быстро сдались. Ведь сколько много интересных видов спорта можно было бы придумать еще. Например, если бы они делали подкопы под стену – родился бы вид спорта по скоростному ползанию под землей. А если бы использовали большую рогатку – родилось бы что-нибудь еще.

Вот такую историю мне рассказал китаец. Ты можешь мне не поверить. Я ведь тоже сначала не поверил ему. Но китаец пригласил меня в гости, и я своими глазами увидел эту Великую Китайскую Стену. Через нее и правда не перепрыгнешь даже с шестом. И очень утомительно бегать вокруг. Так что все, что рассказал мне старик, оказалось чистейшей правдой. И если у тебя все же остаются сомнения – просто слетай в Китай и посмотри на эту Стену. Поверь мне, она стоит того.

Вот с таким нынче китайским приветом

Рустам

Юра – Рустаму. Письмо № 11

Дорогой Рустам, когда я получил твое письмо, то как раз сидел перед телевизором и смотрел чемпионат мира по легкой атлетике.

Есть большая разница между тем, чтобы участвовать в соревнованиях и смотреть на них из дому. Например, если ты участник соревнований, значит долго и изнурительно работал над собой, тренировался, бегал без устали вокруг дома или даже нескольких в жару и в холод. Это очень тяжело. Зато потом, когда ты выигрываешь соревнования, то получаешь медаль, о тебе пишут газеты и весь дом или даже город, а то и вся страна тобой гордятся. Это очень здорово.

В детстве я посещал много разных спортивных секций. Это хорошо для растущего организма и для здоровья. Но каждый раз, когда меня уже собирались отправлять на какой-нибудь турнир, со мной обязательно что-то случалась – то руку сломал, то друг камнем в глаз попал, то еще что-нибудь неприятное.

В общем, когда в очередной раз я достиг заметных результатов в тренировках и меня снова записали на соревнования, за несколько дней до них я оказался в больнице. Мне сделали операцию на печени.

Тогда я решил следить за спортивными соревнованиями из дома, сидя у телевизора, потому что каждому свое. Не могут все быть чемпионами, как и все не могут только и делать, что глазеть в телевизор.

Оказалось, что следить за соревнованиями тоже интересно. Во-первых, ты начинаешь узнавать в лицо не только своих спортсменов, но и их соперников. Во-вторых, ты узнаешь кто из какого города и из какой страны. В-третьих, ты радуешься за победы своих, гордишься ими и составляешь ту армию поклонников, ради которых спортсмены и становятся чемпионами. Так и получается, что спортсмены не могут жить без фанатов, а фанаты – без спортсменов. Мы нужны друг другу.

Что еще интересного можно извлечь из того, что чемпионом стал не ты? Например, профессиональный спортсмен много путешествует – ездит на чемпионаты в разные страны. Но времени посмотреть эти страны толком у него мало. А у меня этого времени больше.

Вот я сидел перед телевизором, смотрел чемпионат по легкой атлетике и пил лимонад. А знаешь, откуда я его взял? Из Женевы, где он и был изобретен в том виде, в котором сейчас продается повсеместно.

Как-то раз я вышел из дома, чтобы проветриться. Я подошел к киоску «Прохладительные напитки» и заказал стаканчик лимонной газировки. Она была такой вкусной, что я заказал еще. А потом еще. В какой-то момент я почувствовал, что газировка проникла во все части моего тела. Подул случайный ветерок и меня отнесло от киоска в сторону, потому что я стал как воздушный шар – надутый и легкий. Потом подул ветер посильней, и я вылетел за пределы города. А ты знаешь, какие ветра гуляют в поле? Ого какие! Так что я и глазом не успел моргнуть, как улетел в далекие края.

Подо мной проносились деревни, города, моря. Над одним городом ветер стал уменьшаться (лучше «ослабевать») и штаниной я зацепился за шпиль высокого здания. А когда пытался отцепиться, об этот шпиль поранился. Из раны и вышел весь газ. Так что я снова стал нормальным, но при этом очень несчастным, потому что боюсь высоты.

Но вскоре приехали пожарные и сняли меня со шпиля. Оказалось, что я зацепился за собор Святого Петра в Женеве! Пожарные стали отпаивать меня вкуснейшим лимонадом и рассказали, что именно в их городе и была изобретена установка для изготовления газированной воды. Добрые пожарные сказали, что от их газировки получаешь удовольствие вкусовое, а не лётное. Так что я мог пить смело, не опасаясь, что снова взлечу.

Действительно, лимонады оказались чрезвычайно вкусными и даже, как мне показалось, полезными. Я пил и вспоминал добрым словом Якоба Швеппа – изобретателя газовой установки.

Немало удивившись моему рассказу про необычный полет, швейцарские пожарные снабдили меня несколькими ящиками лимонада и посадили на поезд до Киева.

Когда я приехал домой, как раз начался чемпионат мира по легкой атлетике. Так что я смотрел его по телевизору и пил вкуснейший лимонад, об изобретении которого немного узнал, что называется из первых рук.

Дорогой Рустам, не уверен, что профессиональным спортсменам можно рекомендуют пить лимонад. Но тебе-то можно!

Надеюсь, ты читаешь мое письмо, попивая прохладительную шипучку.

Рустам – Юре. Письмо № 12

 

Дорогой и легкий на подъём Юра!

Я тоже очень люблю различные шипучки. Но не только за то, что они вкусные, а иногда еще и полезные, а потому что один знакомый волшебник научил меня специальному секретному заклинанию. Действует оно вот так: выпиваешь стакан шипучки, произносишь заклинание и тут же переносишься в местность, с названием, как у шипучки. Правда, не на всех газировках это работает. Например, я никогда не мог попасть в «Кока-колу» или «Пепси». Не получилось у меня также путешествие в «Буратино» и «Крем-соду». К своему огорчению, я выяснил, что не так уж много в мире, куда я могу переместится с помощью этого заклинания. Но недавно я все-таки нашел одно место. Было оно очень здоровское и удивительное и называлось - Байкал. Ты же знаешь, что это такое огромное чудесное озеро посреди России. Про него даже песня есть: «Славное море - священный Байкал». Мне, правда, раньше не было понятно, почему он священный и почему море – но как только я его увидел, так сразу понял – просто он такой и есть. Огромный, как море. И священный, как не знаю что.

Кстати, забыл сказать, что у заклинания оказался один неожиданный эффект. Произнеся заклинание, я оказался, как раз ровнёхонько посередине Байкала. До ближайшего берега было километров тридцать. А до дна целый километр. «Вот и попил Байкальчика» - с испугом подумал я. Но тут возле меня кто-то фыркнул. Я повернулся и встретил взгляд двух красивых черных-пречерных глаз.

- Кто вы кхе-кхе, о прекрасная незнакомка, кхе-кхе? – спросил я. Я кашлял вовсе не оттого, что успел простудиться. Просто я, во-первых, был очень смущен. А во-вторых, я просто не очень хорошо плаваю, вот и хватанул воды. Хорошо еще, что она была очень вкусная и полезная. А прекрасная незнакомка ответила:

- Как, разве вы меня не узнали? Я же Байкальская Нерпа!

- Какое у вас красивое имя! – восхитился я. - «Нерпа»… И фамилия тоже красивая! Могу ли я пригласить вас на чашечку кофе?

Нерпа покраснела и кивнула головой. Она взяла меня под руку, и мы стали медленно прогуливаться в сторону берега, ведя светскую беседу.

- А вы знаете, что в Байкал втекает более ста рек и ручьев, а вытекает всего лишь одна река Ангара, - спросила меня Нерпа.

- Как вы прекрасны, - ответил я ей.

- А к нам, между прочим, приезжал сам Жак-Ив Кусто, и влюбился в меня, - согласилась Нерпа.

- Это не удивительно, ведь вы само совершенство!

- Байкал – самое глубокое озеро, - не сдавалась Нерпа

- Он не чудеснее ваших глаз, - сообщил я ей.

В общем, когда мы доплыли к берегу, Нерпа пришла к выводу, что я самый милый собеседник на свете. А я очень замерз. Потому что хоть вода в Байкале вкусная и полезная, но очень уж холодная. Выбравшись из воды, я нежно посмотрел на Нерпу, но будучи, человеком честным, признался ей, что женат.

- Нам не суждено быть вместе! – воскликнул я. - Но мы можем остаться друзьями.

Нерпа обиженно фыркнула, ударила хвостом и уплыла, не говоря ни слова. А я почувствовал себя самым распоследним подлецом.

Поэтому, когда я вылечусь от жесточайшей простуды, я куплю себе гидрокостюм, огромный букет водорослей и бутылочку «Байкала». Надо же мне как-то извиниться перед Нерпой.  А пока извини. Заканчиваю письмо, потому что пора ставить горчичники.

Рустам

Юра – Рустаму. Письмо № 13

Дорогой Рустам!

Во-первых, выздоравливай. А, во-вторых, всем известно, что самая полезная вода не Байкальская, а Трускавецкая. Сам Трускавец расположен в предгорьях Украинских Карпат. И буквально на каждом шагу там можно попить лечебной минеральной воды. И не только попить! Вот ты бы мог вместо горчичников, принять горячую минеральную ванну. А знаешь, как звучат названия минеральных источников? Рустам, это песня! Бронислава, Юзя, София, Нафтуся. Это только четыре источника навскидку, а их там в четыре раза больше.

А, в-третьих, в Трускавец не надо попадать каким-то волшебным способом. Достаточно купить билет на поезд и, лежа на мягкой полке, ехать по горам и лесам и смотреть на всю эту красоту в окно.

Как-то раз я так и поступил. Взял билет из Киева и прибыл в Трускавец. Я был болен различными хроническими болезнями, от которых нужно было поскорей избавляться, чтоб не пришлось прописываться в аптеке. А ведь лекарства, Рустам, удовольствие не из дешевых.

В общем, я сходил на обследование, и врач порекомендовал мне пить три вида минералки, а с утра принимать еще и ванну.

Я стал стремительно выздоравливать. Через пару дней я стал настолько здоровым, что уже не помещался в своем гостиничном номере. Ванна подо мной скрипела, а ноги торчали из нее наружу. Голову тоже приходилось укладывать в дополнительную ванну.

Когда я шел к специальному бювету пить Нафтусю, то цеплял головой уличные фонари и лбом сбивал ветки деревьев, столько во мне было здоровья!

Мышцы мои налились необычайной силой, в животе больше не урчало, кости не болели. Во всем организме чувствовалась легкость.

Когда я разбил головой все уличные фонари и сломал несколько деревьев в городском парке, местные жители деликатно сообщили мне, что дальше выздоравливать некуда, и так уже придется делать капитальный ремонт в городе.

На четырех большущих грузовиках меня привезли на вокзал, но в вагон я, конечно же, со всем своим здоровьем уже не помещался. Пришлось грузить мое здоровое тело на товарный поезд.

Я ехал на открытой платформе, так что по дороге меня немного продуло. Поэтому здоровья немного уменьшилось. Но не сильно, а в самый раз – так, что я снова стал того же роста, что и был. Но при этом организм мой остался крепким, тело стройным и даже лицо оказалось несколько красивее, чем обычно получается на фотографиях.

Так что, приехав в Киев, я уже помещался и в метро, и в троллейбус, а главное – в свою квартиру.

Скажу тебе по секрету, с тех пор никакая зараза меня не берет. Так что бросай свои горчичники в мусорное ведро и дуй с попутным ветром к нам.

Дорогой Рустам, говорят, что разные там Колы не полезны для здоровья, а наоборот.

Твой здоровенный друг, Юра

Рустам - Юре. Письмо № 13

Привет, Юра.

Хорошего человека должно быть много. А хорошего писателя – тем более. Так что будь здоров, расти большой. А квартиру нужно завести себе резиновую – чтобы под любой размер подходила. Хотя, конечно, для творческой работы - пространство, где существует творец – очень-преочень важно. Например, я люблю, когда у меня под боком много-много книг и мало-мало людей. Поэтому мне очень нравятся библиотеки. Но, к несчастью, я еще люблю творить в горизонтальном положении или вообще на голове, а нашим библиотекарям это почему-то не очень нравится. Кому-то нравится работать в кафе, кому-то на дереве. А несколько лет назад судьба занесла меня в Грецию, в славный город Афины. Там меня встретили очень радушно, отвели к берегу моря и посадили в какую-то бочку. Я сначала подумал, что это какое-то лечение.  Сейчас очень много таких лечений, когда тебя сажают в бочку, наливают что-нибудь вкусное или не очень и оставляют на какое-то время. Я уже слышал про мёдотерапию, нефтетерапию и даже борщетерапию. Поэтому я с нетерпением ждал, чем же меня зальют в этой греческой бочке. Но курчавые греки ничем меня заливать не стали, а объяснили, что в этой бочке жил древний философ Диоген. После этого греки ушли по домам, оставив меня наедине с самим собой и исторической бочкой. Сначала я долго ворочался в ней – все мне казалось неудобным. Потом тело как-то само собой расслабилось и мне стало уютнее. Внезапно на стенке бочки я разглядел вырезанную надпись: «Здесь был Диоген». И как-то вдруг, многие вещи стали казаться мне более простыми и понятными. И небо, и море, и крик чаек, и касание ветра – все это было таким настоящим, как и несколько тысяч лет назад, когда здесь сидел Диоген и размышлял о жизни. И наслаждался ею. Я решил, что теперь, когда я что-то понял, я навсегда останусь жить в этой бочке, как древний грек. Но вскоре вернулись современные греки – и выгнали меня прочь. Потому что в бочке хотел посидеть уже другой желающий. Но ты же меня знаешь – я не такой, чтоб отступать. Дома я поехал в деревню и купил там бочку ничуть не хуже диогеновской. Я приволок ее домой, поставил посреди зала и теперь живу прямо в ней. Я слушаю, как, словно море, шелестит мой телевизор, чувствую, как мои щеки обдувает вентилятор, слышу, как чайкою кричит на меня моя жена. И я вполне счастлив. Я уже даже накарябал на стенке бочки: «Здесь был Рустам». Глядишь, еще через пару тысяч лет, какой-нибудь случайный турист прочтет эту надпись и вдруг поймет, что не в космолетах счастье!

Кстати, Юра, а не наладить ли нам торговлю такими бочками? Будут они как две палочки твикс – в одной упаковке. Только в одной будет написано: «Здесь был Рустам», а в другой «Здесь был Юра»? Давай, думай скорее, а то глазом не успеем моргнуть, сопрут у нас с тобой эту идею.

С теплом, из бочки

Рустам.

Юра – Рустаму. Письмо № 14

Здравствуй, дорогой Рустам!

Во-первых, надеюсь, ты заметил, как ловко я избежал письма номер 13, и его написал ты? Не то чтобы я был такой уж суеверный, но перестраховаться никогда не помешает. Во-вторых, уверен, что ты уж точно не суеверный, а значит – с тобой ничего такого и не случится. Потому что случается обычно как раз с теми, кто чего-то такого как раз ждет. Во-вторых, твоя идея с бочкой мне очень понравилась. Но, если ты помнишь, я стал чрезвычайно здоров. И мне понадобится не просто бочка, а бочища! А теперь, представь, сколько деревьев нужно будет срубить, чтобы наделать много-много туристических бочищ под меня! Я как подумаю, так аж мурашки бегут по телу.

Тем не менее, дорогой Рустам, как-то раз мне тоже довелось сидеть в бочке. Да не просто сидеть, а плыть в ней по морю, как в известной сказке поэта Александра Сергеевича Пушкина!

Дело было так. Круизный лайнер, совершавший кругосветное путешествие, попал в шторм и стал терпеть бедствие. Все туристы лайнера поместились в спасательных шлюпках, и только я один замешкался и остался без места. Корабль накренился, и по палубе покатились бочки, в которых хранилось белое вино для тех, кто купил билеты подороже. Одна из этих бочек едва не раздавила меня. Но в последний момент мне удалось ее перепрыгнуть – откуда только такая прыгучесть взялась!

Бочка сильно ударилась о борт корабля и из нее выскочила пробка, а вслед за пробкой из бочки полилось вино. Должен признаться, что я немного этого вина отпил, хоть в стоимость моего билета это и не входило. Но ситуация была такова, что от волнения у меня пересохло в горле и его срочно нужно было смочить. Это раз. А к тому же, пустая бочка могла заменить мне спасательную шлюпку. В общем, я действовал во благо спасения собственной жизни.

Когда вино закончилось… то есть вылилось, я сбросил бочку за борт и сам сиганул в нее. Бочку очень сильно качало на волнах, и вскоре мне стало так плохо, что сильно измученный я заснул. И мне снились разные сны один страшней другого.

Когда я проснулся, над бочкой светило солнце и ее совсем не качало. Было слышно, как снаружи кто-то страшными голосами орал зловещую песню про сундук мертвеца и бутылку рома.

Как выяснилось позже, бочку и меня в ней выбросило на берег пиратского острова Тортю (бывший Тортуга) в Карибском море. Когда-то на этом острове жили одни только пираты и нравы были у них те еще – никакой тебе демократии, а сплошная анархия (значение этих слов ты сможешь легко найти в интернете). Пираты промышляли грабежом и убийствами. Поэтому, когда я услышал слова пиратского гимна, то решил, что моему кругосветному путешествию, а заодно и существованию на этой прекрасной планете пришел конец.

Но, дорогой Рустам! Слава богу, мы живем в цивилизованном мире! И нынешнее жители выловив из моря бочку, не стали заглядывать вовнутрь, а сразу притащили ее на центральную площадь, где происходило театральное действо в честь местного Дня независимости или чего-то в этом роде.

Поэтому, вместо того, чтобы грабить и убивать, когда я осторожно выглянул из бочки, местные наоборот согрели меня, накормили и напоили. И даже купили мне самый дорогой билет на следующий лайнер.

Раз в году они присылают мне в сувенирном сундуке бутылку рома в память о моем чудесном спасении. Когда-нибудь я тебя им обязательно угощу.

А пока, как говорится, пока!

Твой много раз спасенный друг, Юра.

Рустам – Юре. Письмо № 15

Привет Юра, извини, что долго не писал. Я тут случайно играл в одну волшебную лотерею и мне достался бесплатный тур по 1000 городам мира. И все последнее время я только и мотался из страны в страну, из города в город. А на каждом новом месте меня ждали экскурсии, осмотры, музеи… Иногда даже на то, чтобы заморить червячка времени не оставалось, не говоря уже о том, чтобы черкануть письмо.

Я видел город, где люди спали прямо на улице – так там было тепло. А в другом городе, прежде чем выйти на улицу, надо было пробиваться сквозь трехметровую толщу снега – так заносило дома за ночь. В одном городе дома стояли на сваях прямо в море – и на пляж идти не надо. А в другом городе дома крепились к высокой скале, и люди ходили друг к другу в гости  по крутым горным тропам или подвесным мостам. Очень много чего увидел я в своей поездке. Когда мне исполнится 1000 лет, и я выйду на пенсию, я обязательно напишу толстую и интересную  книгу про свою поездку. Но пока пишу коротко письмом.

Долго я путешествовал, но вдруг оказалось, что я уже проехал 999 городов и мне осталось посетить всего лишь один только город. До этого я почти никогда не задумывался: куда поехать? Просто говорил в турфирме: «хочу в город со слонами» или «хочу в город, где живут люди с собачьими головами». И в турфирме мне тут же выдавали путевку и билеты. Но раз город оставался последний, надо было использовать оставшуюся поездку с умом. Я думал всю ночь и на следующий день пришел в турфирму и сказал: «Я хочу отправиться в самый лучший город на свете». Опытные служащие сначала растерялись, но потом, проконсультировавшись с Великим Гуглом, выдали мне путевку и билет. Меня привезли в аэропорт, посадили на самолет, я закрыл глаза и уснул. Когда я проснулся, мы уже приземлились. На улице был поздний вечер. Я вышел из самолета, поймал такси и поехал в гостиницу, с любопытством оглядывая окрестности. Ведь это был самый лучший город на земле! К моему удивлению, и даже возмущению, город ну никак не был самым лучшим. Меня встретила куча стандартных панельных коробок, ухабистая дорога и плохое освещение. Я уже хотел подать жалобу в международный волшебный трибунал. Но рассудил, что утро вечера мудренее и отправился спать второй раз.

Утром меня разбудил экскурсовод. Я обулся, оделся, почистил зубы, и мы отправились в пешую прогулку. Надо признать, что при свете дня город выглядел чуть лучше. Но все равно он оставался довольно серым и невзрачным. Между тем, экскурсовод затащил меня в какие-то гаражи, стоящие по колено в лужах. «Все!» - мысленно закричал я – «пишу в трибунал!». Но тут экскурсовод начал свою лекцию:

- Обратите внимание, сказал он, - вот с этого синего гаража на этот зеленый гараж ловко прыгал великий волшебник и сказочник Рустам, когда ему было 10 лет. Правда, тогда он был еще не великим, но прыжки ему удавались гораздо лучше, чем сейчас.

Меня как будто током ударило. Я внимательно огляделся вокруг: да, точно. Именно по этим гаражам я носился в детстве. А вон там стояла… то есть стоит водопроводная колонка, из которой мы набирали воду в брызгалки и обливали друг друга. Брызгалки делались из маминых дефицитных шампуней, за что наши обиженные мамы таскали за уши будущих волшебников и сказочников.

- А вот обратите внимание на тополь… - продолжал экскурсовод, а я уже лез на дерево, чтобы добраться до развилки, где когда-то сидели мы  с будущей волшебницей Леной, щелкая семечки и рассказывая друг другу анекдоты.…

- А вот хоккейная коробка, - начал было экскурсовод

- На которой я забил свой самый первый в жизни гол, - перебил его я, прямо чувствуя, как вливается в меня то чувство азарта и победы, а в ушах стоят крики «Давай! Молодец!»

Целый день ходили мы с экскурсоводом по городу, не выискивая исторические достопримечательности, а повторяя все мои детские маршруты. Мы проехали на великах и искупались в озере на краю города. Мы зашли в парк и прокатились на колесе обозрения. А потом зашли в тир, и я стрелял, пока не натер себе мозоль на пальце. Я почти ни разу не попал, как и тогда в детстве, когда у меня было всего пять выстрелов. Но в утешение я купил себе 100 порций мороженного. Какое это было счастье! Правда, на пятой порции мороженного, я понял, что погорячился. И мы с гидом раздали 95 порций детям. Мы гуляли по городу целый день, а поздно вечером я вернулся домой.

- Где ты был? - спросила меня мама, - и почему ты такой грязный? Ну-ка быстро марш в ванную, а потом кушать и спать! Ты уроки-то сделал?…

Пришлось идти делать уроки. Но зато потом мама разрешила посмотреть мне мультфильм и еще немного перед сном поиграть в солдатиков. На ночь она зашла ко мне в комнату, присела на кровать и поцеловала меня в лоб.

- Спокойной ночи, мое золотце, - сказала она

- Спокойной ночи, мамочка, - сонно ответил я, - а знаешь что?

- Что?

- Когда я вырасту, я обязательно стану волшебником, вот!

- И что ты тогда сделаешь? - спросила мама.

- Тогда я сделаю так, чтобы ты всегда улыбалась!

- Договорились, - улыбнулась мама, - а теперь спи.

Она встала, подоткнула мне одеяло и ушла. А я медленно провалился в сон в самом лучшем городе на земле, в самом лучшем доме и в самой лучшей квартире…

* * *

Ведь у каждого, Юра, есть самый лучший город – желаю и тебе возвращаться в него время от времени, ведь ты же тоже волшебник.

Твой друг,

Рустам

Юра – Рустаму. Телеграмма

ДОРОГОЙ РУСТАМ ТЧК ПИШУ ТЕБЕ С ПЛАНЕТЫ МАРС ТЧК ЗДЕСЬ ТАК СЕБЕ ЗПТ ВОЗРАЩАЮСЬ В СВОЙ ЛУЧШИЙ ГОРОД ТЧК ТВОЙ КОСМИЧЕСКИЙ ДРУГ ЮРА ТЧК

ИСТОРИИ С ВОЛШЕБНИКОМ РУСТАМОМ

 

Я взмахнул волшебной палочкой…

Я взмахнул волшебной палочкой, и у всех танков на земле тяжёлые громыхающие гусеницы вдруг превратились в прекрасных разноцветных бабочек. Танки взмыли в воздух и стали порхать от цветка к цветочку и пить нектар через дула. А воевать они больше не захотели. Ну и замечательно!

А танкисты испугались и повыпрыгивали из танков. К счастью у них были с собой парашюты, так, на всякий случай. И теперь танкисты парили в воздухе, как пух от огромных одуванчиков. И в том месте, куда приземлялся танкист, тут же вырастал огромный пушистый одуванчик.

И все были счастливы. Кроме генерала. Генерал заплакал и пошёл домой. Но возле дома он увидел, как его внуки, захлёбываясь от смеха, гоняются с сачками за порхающими танками и сдувают с одуванчиков пух. И генерал перестал плакать и тоже засмеялся.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и с неба густо-густо посыпались снежинки.  Все взрослые похватали своих деток и заспешили домой. А самый маленький мальчик остановился возле подъезда, поймал снежинку на ладонь, слизнул её и закричал до самого неба:

- Это же пломбир!!!

Тут уже и взрослые не выдержали, остановились и стали ловить снежинки на ладони и слизывать их. Только одна старая и страшная мороженщица с красным носом всё ворчала недовольно, потому что никто теперь к ней не подходил и не покупал мороженое. Но я ещё раз взмахнул волшебной палочкой, и в руках мороженщицы оказался огромный букет сирени.

- Ах, какой замечательный букет, - изумилась она, сунула нос в самую гущу цветов, вздохнула и на глазах помолодела и превратилась в Прекрасную Даму. Дама тут же стала раздавать всем детям мороженое бесплатно.

А потом набежали рыцари и стали биться в её честь. Не до смерти, конечно. Но если даже кто из них и умирал, я его тут же оживлял. И вообще, если кто-то (даже не рыцарь) случайно умирал (от неразделенной любви, например), я тут же взмахивал волшебной палочкой, и он вскакивал на ноги и начинал радоваться жизни. Потому что любовь у него уже была разделённая.

Через некоторое время пломбирный снег перестал идти. И мороженое у Прекрасной Дамы закончилось. Но всё равно все продолжали радоваться так шумно, что даже мама, выглянув в окно, строго погрозила мне пальцем. Но, не выдержав, тоже рассмеялась. И только крикнула мне:

- Скорее верни мне палочку, а то у меня тут, кажется, торт пригорает!

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и стал славным рыцарем, одетым в боевую броню. А палочка превратилась в острый меч.

- Эй-эй, - закричал хулиган Ивочкин, - так нечестно!
- А девчонок маленьких обижать честно? - воскликнул я и грозно шагнул к Ивочкину.
Но подлый Ивочкин поставил мне подножку, и я, громыхая латами, грохнулся на землю. А палочка-меч отлетела к ногам Ивочкина.
- Ну, держитесь, - пригрозил он и быстро подобрал волшебную палочку, - сейчас вы у меня все попляшете!

Раз! И Ленка оказалось заточённой в высокой-высокой башне.
Два! А Ивочкин превратился в грозного дракона.
Три! И у дракона в лапах появился огромный сливочный пломбир. На волшебной палочке.

- Ах, так! - подумал я, вскочил на коня и во весь опор помчался на дракона. Бамс – я и со всего ходу врезался в огромный драконий живот. Ленка с высоченной башни что-то ободряюще мне кричала, а подлый Ивочкин от неожиданности подавился пломбиром и поэтому никак не мог выпустить в меня струю пламени. Тогда он стал пинаться. Но ноги у дракона были короткие и он упал, уронив пломбир на землю. Я схватил палочку-меч, но пожалел Ивочкина и не стал рубить ему голову, а просто превратил его назад из дракона в обычного хулигана. Потом я Ленку из башни освободил. А саму башню оставил - пускай стоит. Будем теперь в рыцаря и принцессу каждый день играть.


- А меня возьмёте? - пробурчал Ивочкин.
Мы с Ленкой переглянулись
- Только чур, больше подножки не ставить, - предупредил я.
- Ладно, - согласился Ивочкин.
- Тогда возьмём, - согласился я, - будешь драконом.
- Ну вот, опять драконом, - возмутился Ивочкин, - я рыцарем хочу!
- Хочется-перехочется, - возмутился я, - ты вон вчера целый день рыцарем был!

А Ленка промолчала. Потому что ей было всё равно, кто будет рыцарем, а кто драконом. Лишь бы она была принцессой и за неё бились бы до полусмерти.


- Ну, и ладно, - сказал я сам себе, - поехали.

И я взмахнул волшебной палочкой

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и время остановилось. И уже не надо было скорее мчаться домой и делать уроки, потому что время остановилось, и теперь его у нас было целый океан. Можно было за это время выучить сто тысяч уроков. Поэтому можно было их пока не учить, а, наконец, поиграть в войнушку, в мушкетёров, в прятки, в голю, в футбол, в ножички и ещё в миллион миллиардов игр. Ведь солнце остановилось, и день стал длинным-предлинным.

- Здорово, правда? - спросил я Ярика, когда мы уже устали играть и упали на скамейку.

- Я есть хочу, - тихо пожаловался Ярик.

- И я тоже, - признался я, - айда к нам.

Дома на кухне мама варила борщ.

- Подождите минутку, - сказала Мама - борщ вот-вот доварится.

Мы подождали минутку, посмотрели мои марки, подождали ещё, поиграли в солдатиков, подождали ещё. А борщ всё не варился и не варился.

 - Постой, сказал Ярик, - если время остановилось, то борщ, наверное, так никогда и не сварится?

- Наверное, - неуверенно согласился я, - что делать будем?

- Может, давай вернём все назад, как было?

- Давай, - согласился я, взмахнул волшебной палочкой, и БАЦ время потекло, понеслось, рвануло. И тут же на кухне сварился борщ. А за окном стало темным-темно.

- Мальчики, кушать, - позвала мама - а потом сразу за уроки.

Мы с Яриком вздохнули и пошли кушать. А потом делать уроки. И тут уже никакая волшебная палочка нам помочь не могла – ведь учительница у нас ух какая дотошная -  сразу видит, если мы волшебство использовали. И тогда сразу же родителей в школу телепортирует.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой, и жирная красная двойка в дневнике превратилась в стройную пятерку. Здорово! Потом я исправил двойку по математике. Немного подумал и исправил тройку по русскому языку. Тоже на пятерки, конечно. А чего мелочиться - стану-ка я круглым отличником! Сказано - сделано. И мой дневник закраснел от пятерок, а портфель стал в два раза тяжелее от похвальных грамот.

Вот теперь классная жизнь у меня начнётся. Дома все будут рады. А в школе – почти перестанут спрашивать. Вон, Синицыну-зубрилу, которая на одни пятерки с первого класса учится, почти не вызывают ведь. Хоть она всё время руку и тянет. И меня не будут. И бабушка испечет мне черёмуховый торт. Даже нет! Она будет печь его мне теперь каждый день! У меня ведь пятерки до конца школы проставлены!

Возле школы меня ждали все учителя с директором во главе. Увидев меня, они закричали, хором:

- Ура! Скорее едем!

- Куда? - испугался я

- Как куда, на районную, городскую и краевую олимпиаду по математике, русскому и пению! И научно-практическую конференцию по физике-химии-биологии! И на вручение нобелевской премии!

Еле-еле я от них вырвался и убежал. Они гнались за мной несколько кварталов. Особенно долго бежал учитель физкультуры, который хотел отправить меня на чемпионат мира по бегу, ходьбе и прыжкам в длину. Я забежал за угол, взмахнул волшебной палочкой, и стройная пятерка опять превратилась в жирную красную двойку. А проходящая мимо Синицына показала мне язык.

И я подумал: может, мне все пятерки этой задаваки тоже в двойки превратить? А потом решил, что, пожалуй, не надо. Мне ж ещё двойку по математике исправить нужно. А если я Синицину обижу - кто же мне тогда даст списать?

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой, и тут же посуда самоперемылась, а полы самопротёрлись.

Правда, когда швабра с тряпкой старательно натирали пол на кухне, швабра случайно стукнула тарелку. Тарелка пытавшаяся в это время перелететь на стол из раковины,  упала и разбилась. Или разбилась и упала. Тогда я скорей взмахнул волшебной палочкой, и тарелка тут же крепко-накрепко склеилась обратно. Но склеилась вместе с половой тряпки. И теперь тарелка с застрявшей в ней тряпкой дёргались на полу, безуспешно пытаясь оторваться друг от друга.

Тогда я взмахнул волшебной палочкой, и тарелка опять раскололась, а тряпка отлетела и врезалась в кучу перемытых тарелок, отдыхающих на столе. Куча развалилась, и часть тарелок упала на пол и разбилась. А тряпка тут же стала собирать осколки. Но осколки, всё время уворачивались, резво скакали и пытались запрыгнуть в раковину, чтобы вымыться заново.

Я схватился за голову, а потом за волшебную палочку, взмахнул ею и закричал: "Пусть всё будет, как было раньше!". И тут же в раковине оказалась гора немытой, но целой посуды, а пол снова стал грязным.

Я вздохнул, отложил волшебную палочку и взялся за обычную швабру. Так всё-таки быстрее и надёжнее будет.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и - ничего не произошло. Я взмахнул опять - то же самое. Она сломалась! Моя!! Палочка!!! Мама покрутила ее в руках и отдала папе. Папа несколько раз махнул ею - безрезультатно. Тогда он подумал и сказал:

- Все понятно. Она сломалась.

Я заплакал. Папа погладил меня по голове и сказал:

- Не спеши расстраиваться. Мы отнесем ее в мастерскую и там ее починят.

На следующий день мы понесли палочку в мастерскую. Но ни одна мастерская не бралась за починку волшебных палочек. В одних мастерских чинили только электронику. В других - только сотовые телефоны. Наконец, в одном старинном заброшенном замке мы нашли дедушку с седой бородой и армянским акцентом. Он согласился нам помочь. Дедушка, надел очки, взял палочку, зажал ее в специальные волшебные тиски, взял волшебную отвертку и начал колдовать. Поколдовав минут десять, он вернул мне палочку и сказал:

- Попробуй, дорогой

Я взмахнул волшебной палочкой, и с неба посыпались цветочные лепестки. Дедушка ласково посмотрел на меня, потом на папу и сказал:

- Триста рублей.

Папа дал ему деньги и спросил:

- А что с ней было?

- Батарэйка кончилась, - ответил дедушка, - слэдующий раз можете сами поменять.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой, и небо стало синего цвета, а трава зелёного. И это было самое настоящее чудо, потому что много-много лет подряд небо было свинцового цвета, а трава чёрного. Раньше в чёрной траве не тренькали кузнечики, а в свинцовом небе не летали птицы. Зато сейчас появились и птицы, и кузнечики, и бабочки. А вдали за зелёной травой засверкала самая настоящая речка. И я понёсся к ней во весь дух, на ходу срывая с себя майку и шорты, и кубарем бухнулся в прохладную воду. А вместе со мной сто тысяч миллионов девчонок и мальчишек по всему земному шару бухнулись в сверкающую воду, и плавали, и ныряли, визжа от радости. А потом целую вечность валялись на щекотном песке, чувствуя, как солнце осторожно слизывает с кожи сверкающие капельки воды.

Потом, правда, мне очень-очень долго пришлось отыскивать волшебную палочку в слишком густой зелёной траве. Но это уже такие мелочи.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и оказался возле самой радуги. Ну наконец-то! Я потрогал её, и рука у меня тоже стала радужной. Радуга немного пружинила, но стоило лишь чуть посильнее надавить, и рука тут же проваливалась в мягкое и пушистое.

Потом я осторожно попытался забраться на радугу. Это оказалось довольно легко - радуга была не очень крутая, а ноги проваливались в неё по щиколотку и держались крепко. Правда с непривычки, я всё равно, пока лез, все коленки и локти перепачкал. А потом, когда, скатывался с радуги - всю спину и попу. А потом - когда снова лез - ещё больше перепачкался.

А потом я ещё долго валялся на радуге, и глядел, как проплывают внизу маленькие кудрявые облака. А потом я лепил радужные снежки и швырял их вниз. Они долетали до земли и взрывались разноцветными брызгами. И когда я спустился на землю, то увидел радужные дома, радужных детей, радужных коров, радужные деревья и радужную дорогу, по которой шла радужная мама и радостно мне улыбалась.

Такие вот мы все и ходили радостные и радужные. До следующего дождя.

А после него была новая радуга.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и у всех людей на свете выросли крылья. Дети сразу стали носиться по небу и играть в догоняшки. Мамы тут же оделись в новые платья и упорхнули на курорт. А папы оделись в старые куртки и улетели в турпоход. На земле стало пусто и скучно. Даже не с кем в прятки поиграть. Я хотел махнуть волшебной палочкой обратно, но вдруг понял, что тогда все могут попадать на землю и разбиться.

До самого вечера я бродил по пустому двору и думал - что же делать? А вечером дети проголодались и прилетели домой, мамы вернулись с курортов, а папы с турпоходов. Я быстренько махнул волшебной палочкой, и крылья у людей исчезли. Так что все на следующий день стали думать, что это им приснилось. Кроме детей, конечно. Дети, конечно, хорошо помнили, что они летали по-настоящему.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой и оркестр грянул: трубы затрубили, скрипочки заскрипели, барабан загрохотал. Получилось ужасно громко, здорово и неожиданно. Так неожиданно, что на сцене принц в белом вздрогнул и уронил прекрасную принцессу. Она больно ударилась и заплакала. Оркестр смешался и замолк. А в зале недовольно зашумели.

Я снова взмахнул палочкой. Оркестр грянул пуще прежнего. Получилось ещё громче, здоровее и неожиданней. Так неожиданней, что принц, который решил отнести принцессу в медпункт, опять вздрогнул и уронил её. Принцесса ударилась ещё больней и зарыдала. А в зале стали свистеть и улюлюкать.

В отчаянии я взмахнул волшебной палочкой опять. На этот раз оркестр просто превзошёл сам себя. Даже я испугался. Принц с принцессой спрятались за занавес. А зрители начали выбегать из зала.

Тогда я вздохнул и вернул палочку дирижёру.

- Извините, -  сказал я, - у меня пока не получается.

- Тебе просто надо ещё поучиться, - ответил дирижёр.

Он взмахнул волшебной палочкой, и в воздухе поплыла чудесная музыка. Такая чудесная, что принцесса сразу выздоровела, и они взялись с принцем за руки и затанцевали, смеясь. А на душе у всех стало легко и светло.

* * *

Я взмахнул волшебной палочкой, и мама перестала плакать, а папа упал перед ней на колени и сказал:

- Дорогая, прости меня, пожалуйста!

Потом папа вскочил и достал из-за спины букет роз. И коробку конфет. И новые серёжки. А мама обняла папу и сказала:

- Конечно же, я тебя прощаю!

И мы пошли в кино, цирк и зоопарк. А вечером мы всей семьёй кушали торт и смотрели кино.

И папа гладил маму по руке, а она улыбалась.

И папа шептал что-то маме на ухо, а она смеялась так заразительно, что я тоже смеялся.

И так теперь было каждый день.

Безо всякой волшебной палочки.

 «Как я провел лето»

1.
- Главное в летнем отдыхе - это хорошенечко его спланировать,- объявил Папа и мы дружно склонились над картой.
- Антарктида отпадает сразу, - решил Папа, разглядывая белое пятно внизу карты.
- Почему? - удивилась Мама.
- Там холодно, - объяснил Папа, - а у меня от холода не отдых, а одни сопли да кашель получаются.
- Альпы… Альпы… - задумчиво продолжил он, вперив взгляд в середину карты, -там, кажется, довольно высоко?
- Это горы, - подтвердил я, - мы их недавно на географии проходили.
- Не подходит, - отрезал Папа, - у меня боязнь высоты.
- Может, тогда Египет, - робко предложила Мама, - там пирамиды и верблюды, мне про них соседка рассказывала.
- А еще она рассказывала, - нахмурился Папа, - что в Египте очень сухо. А у меня от суши, между прочим, кожа трескается, - и Папа решительно отыскал на карте Египет и перечеркнул его красным фломастером.

Весь вечер мы колдовали над картой, и вскоре она вся покрылась папиными крестиками. Оказалось, что Папа является счастливым обладателем целого букета чудных заболеваний. У него была аллергия на кенгуру, слонобоязнь, водопадофобия и еще много чего. В конце концов, на карте осталось лишь одно чистое место.
- Бермудский треугольник, - прочитала Мама и вопросительно посмотрела на Папу.
- Кажется, там нет слонов? - неуверенно произнес Папа.
- Вроде бы, нет, - подтвердил я, - слоны только в Африки и в Индии водятся, это мы в школе...
-...на географии проходили, - закончил за меня Папа, - понял, понял. Надо будет вашему географу коробку конфет подарить, за то, что так хорошо вас учит.

- Я, кажется, что-то слышала про Бермудский треугольник, но не помню точно что...- нахмурилась Мама.

- Там, случайно, не высоко? - заволновался Папа
- Да нет, - я посмотрел на карту, - там вроде море нарисовано.

- Ну это нестрашно! - обрадовался Папа, - воды я не боюсь. Меня в детстве дедушка плавать научил. Правда я чуть не утонул сначала, но потом дедушка швырнул в меня спасательный круг и все сразу пошло на лад.

- Ур-р-ра! - закричал я, - значит, едем?
- Пакуем чемоданы, - подтвердил Папа и уткнулся в телевизор.

А мы с Мамой отправились покупать чемодан.

2.
Наутро мы обошли несколько туристических агентств. Впереди шла Мама в панамке, таща за собой чемодан. За Мамой семенил я с сачком в руке. Замыкал группу Папа со спасательным кругом на поясе. Сразу было видно, что мы - опытные путешественники. Только как-то нам не очень везло. Мы обошли восемь агентств, и ни в одном из них нам не смогли подобрать нужной путевки. Наконец, в последнем офисе весьма рыжий дядя отозвал нас в сторонку, черканул что-то на листочке и сунул его Папе.
- Вот, - сказал он, - поезжайте в Одессу, идите на пляж и найдите там дядю Сему. Дядя Сема вам поможет.
- А кто это, дядя Сема? - спросила Мама.

Папа вопросительно посмотрел на меня.
- Не знаю, - покраснел я, - нам на географии про него ничего не рассказывали.
- Ну значит, обойдется ваш географ без конфет, - обрадовался Папа и повернулся к рыжему,- а кто это, дядя Сема?
- Как? Вы не знаете дядю Сему? Может, вы скажете, что и Гагарина не знаете? Знаете? Ну вот, а дядя Сема, родился гораздо раньше, когда о Гагарине и слыхом не слыхивали. О, это легендарная личность. Все в Одессе знают дядю Сему. Это же он первым в одиночку переплыл Атлантический океан на диком айсберге. А потом пригнал его в Одессу, и целое лето бесплатно поил чистейшей водой всю одесскую пацанву. Это же дядя Сема первым прыгнул с парашютом с Эйфелевой башни, но вместо того, чтобы, как все нормальные люди, лететь вниз, с попутным ветром улетел в Лондон. И обиженные французы не засчитали рекорд. Зато в Лондоне, когда дядя Сема громко пукнул на приеме у королевы, устроенном в его честь...
- Понятно, - остановил рыжего Папа, - мы уже оценили всю незаурядность дяди Семы. И обязательно постараемся его разыскать.

И мы пошли домой.

3.
Отыскать дядю Сему и правда оказалось очень просто. Даже не пришлось ехать в Одессу. Измученные поисками, мы вернулись домой и заснули, как убитые. А уже с утра дядя Сема сам стучался в нашу дверь:
- Чтоб я так жил, как вы спите, - поздоровался он, - вчера мне позвонил Жорик и сказал, что у вас есть до меня интерес. Так вот, я уже здесь и почти рыдаю от нетерпения, зачем вам понадобился старый дядя Сема, у которого, между прочим, со вчера не было и маковой росинки во рту, а ему в этом доме никто даже чаю не предложит, шоб вы были все здоровы...
- Ой, - пискнула Мама и умчалась разбирать чемодан, потому что чайник мы упаковали в первую очередь.

Чуть позже все сидели на кухне, пили чай и слушали дядю Сему.
-Я удивляюсь на вас,- сообщил дядя Сема Папе,- в мое время приличные молодые люди ехали отдыхать к нам, на Черное море. Более того, неприличные молодые люди таки тоже ехали к нам на Черное море. И гуляли там все вперемешку: приличные с неприличными вдоль набережной под чудесные звуки живого оркестра. А как он играл джаз! Памц-памц-пимц-памц... Даже чайки махали крыльями в такт, чтобы не сбивать музыкантов с ритма. - дядя Сема смахнул невидимую слезу и изучающе посмотрел на Папу:
- Впрочем, кто такой дядя Сема, чтобы давать вам советы? Хотите треугольник, будет вам треугольник. Дядя Сема знает, что говорит. Ведь у него есть лучшая на всем побережье лодка. "Ну и шо нам с того?" спросите вы. А то, что дядя Сема таки даст ее вам и при этом, заметьте, совершенно бесплатно. И не надо огорчать его деньгами. Пятнадцать тысяч, разве ж это деньги? Зато сердце бедного дяди Семы будет не так  рыдать за свою бедную лодочку.

Сошлись на десяти тысячах и на том, что Папа вернет лодку в целости и сохранности.

4.
- Дорогой, а ты уверен, что мы плывем в ту сторону? - спросила Мама.

Шел третий день нашего плаванья, но Бермудским треугольником даже и не пахло.
- Чтоб вы понимали в собачьих обрезках, - огрызнулся Папа,- а где тут, вы мне скажите, та сторона? Тут все стороны одинаковые! Это все ваш дядя Сема со своими советами: плывите два дня на солнце, а потом сверните налево…
- Не волнуйся, - успокаивающе заметила Мама,- может, ты просто пропустил поворот? Давай вернемся назад и посмотрим...
-Ни за что! - гордо ответил Папа, - русские не сдаются, позади Ла-Манш. Сынок, -повернулся он ко мне, - а что говорит по этому поводу наша великая наука география?
- Волга впадает в Каспийское море, - вспомнил я.
- Ерунда какая, - отмахнулся Папа.
- Байкал - самое большое пресноводное озеро, - продолжал я перечислять свои познания о водных ресурсах мира.
- Голову бы открутить вашему географу, - буркнул Папа,- совсем ничему не учат детей, а ты тут мучайся.
- Не ругайся, - вмешалась Мама - лучше глянь вперед. Там, кажется, что-то плавает.
Что-то оказалось указательным буем с надписью: "До бермудского треугольника 1972 километра". А еще была нарисована стрелочка.

-Ну вот, - заулыбался Папа, - если бы не я, так бы вы тут кругами целое лето и плавали. Гардемарины, вперед!

5.
Возле въезда, а точнее вплыва, в треугольник на волнах качалась надувная будочка. Рядом с ней болтался надувной шлагбаум. Из будки торчали две загорелые просолённые пятки.
- Эй, на борту, или где там...- неуверенно позвал Папа.
Пятки исчезли, и на их месте появилось седобородое лицо в очках и фуражке.

- Кхе, кхе... Ладно ль плыли, господа? И какое в мире чудо? - бодро начал допрос дедуля.
- Мы объехали весь свет...- начал было Папа, но опомнился, - тьфу ты, какое чудо, какой свет, фигня какая!
- Это не фигня, - строго заметил вахтер, - а великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин.
- Сказка о царе Салтане, - блеснул и я своими познаниями.
- Какой талантливый вьюноша, - обрадовался дед, - любишь Пушкина?
- Пушкин - это наше все! - отрапортовал я.
- И я там был, мед-пиво пил, - вдруг вырвалось у Папы. Наверное, ему тоже хотелось показать, что и он знает и любит Пушкина.
- Пить вредно! - презрительно отрезал старичок и перевел свой пронзительный взгляд на Маму, - а вы, мадам, чем порадуете?

Мама покраснела и сказала:
- Белая береза под моим окном…
- Это же Есенин! - возмутился Папа
- А, так вам и Есенин не нравится? - возмутился дед,- может, вы вообще не любите Поэзию?!
- Я люблю поэзию! - завопил Папа,- я на экзамене сочинение по Маяковскому писал!
- А-а-а,- прищурился дед, - это тот, который все звал: "вышвырнуть классиков с парохода современности"?

Крыть было нечем и Папа замолчал. Повисла неловкая пауза. Вахтер возмущенно позвякивал ложечкой в чае, делая вид, что не видит нас в упор.
- Послушайте,- наконец, не выдержал Папа,- вы нас пропустите или нет?
- А докУменты у вас есть? - строго блеснул очками вахтер.
- Есть! - обрадовался Папа, - вот моя грамота, а вот дневник этого оболтуса!
- А у мадам?

Мама порылась в кармане и вытащила мятый проездной билет:
- Он, правда, немного просроченный, - извиняющимся тоном сказала она, - но как только мы вернемся, я, честное мадамское, сразу же куплю себе новый!
- Ну ладно, - вздохнул дедок, - плывите себе. И добро пожаловать в Бермудский треугольник. За пропажу денег, ценных вещей и людей администрация ответственности не несет.
- Вспомнила! - закричала Мама, - Я про этот треугольник передачу видела по телевизору. Там ведущий Дроздов говорил, что в это треугольнике пропадают корабли, самолеты и даже подводные лодки!
- Случается, - подтвердил вахтер, - Еще раз добро пожаловать. Костры на территории не жечь, спиртные напитки не распивать, выгул собак запрещен.
- Каких еще собак? - опешил Папа
- Каких, каких... Морских, конечно! - с победным видом провозгласил дед и уткнулся в кроссворд.

6.
Мы плыли по треугольнику уже три часа, а гостиницы все не было.
- Я есть хочу, - вдруг понял Папа.
- Нам на географии говорили, что иногда от голода люди едят друг друга, - почему-то вспомнил я.
- Я привезу сюда вашего географа и сам зажарю его и съем! - мрачно пообещал Папа
- Костры жечь запрещено, - испуганно напомнил я
- А я его сырым съем! - рявкнул Папа
- Мальчики, не ссорьтесь, - вмешалась Мама, - сейчас что-нибудь сообразим.
Мама разделась до купальника и нырнула в изумрудную воду. Через несколько минут она вынырнула с двумя банками тушенки.

- Это еще что, - с набитым ртом рассказывал Папа несколько минут спустя, - помню, во времена Перестройки в магазинах вообще было хоть шаром покати, но твоя Мама все равно умудрялась вечером приносить домой то тушенку, то сгущенку. Ты должен гордиться такой Мамой!
- Я горжусь, - тоже с набитым ртом признался я.

Мама была счастлива.

7.
Полдня мы купались и загорали. Солнце палило так, что вскоре мы с Папой стали черные, как негры. А Мама, как негритянка.

В полдень к нам приплыл пиратский корабль. На всякий случай Папа взялся за чугунную сковородку. Но пираты были настроены миролюбиво:

-Здрасьте, - сказали они,- как дела?
- Спасибо, хорошо, - ответил Папа
- Погода прекрасная, - заметили пираты.
- Просто шепчет, - согласился Папа и перехватил сковородку поудобнее.
- А вот в Лондоне дожди, - пожаловались пираты.
- Бррр, - с готовностью подтвердил Папа.

Пираты немного помялись и спросили:
- А у вас случайно нет золота?
- Нет, - твердо ответил Папа, - мы честные люди.
- Как жаль, - расстроились пираты, - уже год в море болтаемся, а все только честные люди попадаются...
- Не повезло вам, - кивнул Папа.
- Может, вы тушенки хотите? - спросила Мама. Она как раз уже наныряла банок тридцать. Папа даже предположил, что Мама в прошлой жизни была ловцом жемчуга.

Услышав про тушенку, пираты оживились:
-Хотим, - обрадовались они,- а то все сухари, да сухари.
- Бедные, - пожалела их мама и незаметно от Папы сунула пиратам еще и банку сгущенки.
- Ура! - заорали пираты, - да здравствует самая лучшая в мире Мама! - и пираты схватили Маму и стали ее качать. А потом сели в свой корабль и уплыли.
- Уф, - сказал Папа,- хорошо, что все хорошо кончилось, а то в схватке я слишком уж горяч, - и Папа сунул сковородку на место.

- Папа, - испуганно спросил я, - а где Мама?
Мы обыскали всю лодку сверху донизу. Мамы не было. Ее похитили пираты. Наверное, для того, чтоб она каждый день таскала им тушенку и сгущенку.

8.
И мы бросились в погоню. Хорошо, что пираты не успели уйти, то есть уплыть далеко. Наверное, им и вправду очень надоели сухари. Потому что они, скрывшись за ближайшей волной, тут же устроили тушеночный пир. А мы с Папой устроили военный совет.

-Давай, ты нападешь на пиратов и заберешь Маму, - предложил я.
- Их слишком много, - возразил Папа, - тут нужна военная хитрость. Ты случайно не знаешь каких-нибудь хитростей? Желательно военных?
- Не знаю, - огорчился я, - хотя, нам вот про древних греков рассказывали. Они в деревянного коня спрятались. И так проникли во вражеский город.
- Здорово, - восхитился Папа, потом подумал немного и решил, - нам не подходит, у нас ведь нет деревянного коня. И во вражеский город нам не надо. Придется действовать по обстановке.

Мы тихонько подплыли к пиратскому кораблю и тайком взобрались на него.
- Что теперь? - шепотом спросил я Папу.
- Попробую их переубедить, - также шепотом ответил Папа, доставая из-за пояса сковороду. А потом он с громким воплем бросился на пиратов, размахивая своим грозным оружием. Пираты уважительно разбегались.

- Стойте! - вдруг раздался мамин голос. Все замерли. На палубу вышла мама. Она была вся в шелках, жемчугах и шоколаде.
- Солнышко, что они с тобою сделали? - схватился за сердце Папа.
- Они выбрали меня своей предводительницей, - гордо ответила Мама.
- Ты бросаешь нас? - воскликнул Папа и заплакал.
- Да, я ухожу! - мамины глаза заблестели, - я буду плавать по морям и грабить купцов, искать подводные клады и кормить свою команду тушенкой и сгущенкой, а за это она будет носить меня на руках. А еще я больше никогда не буду с утра и до вечера мыть полы и посуду!
- Прости нас, - Папа упал на колени - мы... то есть я тоже буду носить тебя на руках! И буду мыть посуду по вторникам и четвергам! И ты можешь грабить меня каждую зарплату! Только вернись, дорогая!
- Ни за что! - Мама вытащила откуда-то черную повязку и надела ее на правый глаз, - и вообще, теперь я не Мама и не Дорогая, а кровожадная Эльза - королева морей.

Пираты радостно загоготали, а я не выдержал и заныл:
- Мама, мамочка, поехали домой!..

Кровожадная Эльза замерла, медленно повернулась ко мне и снова стала Мамой. Мама сделала шаг ко мне и Папе.

- Нет! Не отдадим! - завопили пираты, выхватили ножи и вилки и бросились на нас.
Папа героически отбивался сковородой, но силы были неравны. Тогда Мама подскочила к пушке, но направила ее не на пиратов, а прямо в палубу, и выстрелила! Корабль содрогнулся. Из полученной пробоины фонтаном хлынула вода.
- Полундра! Спасайся, кто может! - пираты бросились спасать свои жизни. А мы бросились спасть свои.
- Не пора ли нам домой? - спросила Мама, - а то я забыла крем от загара и боюсь, что совсем обгорю.

Мы, спрыгнув в лодку, поплыли домой.

9.
- Ах, что это была за лодка! - сокрушался у нас на кухне дядя Сема, - цены ей не было! Это ж историческая реликвия! На ней сам принц Ольденбургский целился по лебедям и таки попал два раза, а ей хоть бы хны!
Причиной дяди семиного горя была еле заметная царапина по левому борту. Она появилась, когда Папа не очень удачно пришвартовался в порту.
- Вы разбили мне сердце, - продолжал причитать дядя Сема, - только не надо обижать меня деньгами!...

Сошлись на десяти тысячах.


10.
- Как-же все-таки хорошо дома, - сказал Папа, - особенно после хорошего отдыха, - и Папа с облегчением уткнулся в телевизор.
- Дорогой, а ты не хочешь вымыть посуду? - спросила Мама.
- А сегодня разве вторник или четверг? - удивился Папа.
Мама вздохнула и пошла на кухню.

11.
Так вот закончилось наше путешествие. Дедушке вахтеру мы отправили журнал с кроссвордами и ящик тушенки с просьбой передать его пиратам.

А осенью мы писали сочинение на тему "Как я провел лето". Я сначала хотел написать все, как было, но потом вдруг подумал, что слишком уж странные были у нас приключения, и никто мне не поверит. Поэтому я написал, что летом я отдыхал у бабушки с дедушкой в тибетском монастыре и пытался там приручить снежного человека. Это ведь и вправду было тем же летом.

Просто это совсем уже другая история.

ИСТОРИИ С ВОЛШЕБНИКОМ ЮРОЙ

 

История с Драконом

     В дверь постучали.

     Хрум-хрум.

     Хм. Странный звук.

     В дверь покусали!

     Хрум-хрум.

- Ой! – сказала дверь. Пришлось открывать.

- Приветствую! – сказал Дракон и вошел в квартиру. – Это история с Драконом?

- Да, - ответил я.

- А что – уже началась?

- Да.

- Так я о-по-здал? Много пропустил?

- Нет. Все началось, как только ты покусал мою дверь.

- Извини, боялся, что если постучу, то ее сорвет с петель. Пришлось покусать. Но это не важно… Я к тебе по делу.

- Слушаю, - вежливо сказал я.

- В общем, в деревне, в которой я кормился, ну ты знаешь, – каждый год Дракон съедает по красивой девушке и так далее, - вот, значит, там случилась беда!

- Что ж такое?

- Крестьяне отказались в этот раз кормить меня девушкой! И взамен тоже ничего не предложили!

- Хм, по-моему, беды в этой деревне как раз закончились.

- Глупый писатель! Беды только начались! Меня очень разгневали! А я в гневе страшен! Да я их всех съем!

- А я тут причем?

- Ты должен уберечь крестьян от беды.

- Каким образом?

- Первым делом ты должен со мной сразиться. Срубить мне голову, что ли…

                                                           * * *

     Первым делом я поехал в деревню и поинтересовался у местных жителей: почему они отказались в этот раз кормить Дракона?

- Надоело, - ответили местные жители.

     Тогда я сказал:

- Но он же теперь разгневался. И в гневе он страшен. Съест вас всех!

- Не-е, - возразили местные, - он нас боится. А кого он съест, так это тебя.

- Не понял.

- Он тебе уже предложил сразиться с ним, чтобы спасти нас?

- Да.

- Ты согласился?

- Я ему ничего не ответил.

- Значит, согласился. А победить ты его не сможешь, он – непобедимый. Трусоватый, но непобедимый. Зато у него появится повод съесть тебя. В целях самообороны.

- Но я еще на него не нападал!

- Нападешь. Наш Дракон так уже троих писателей слопал! Так-то.

                                                           * * *

     Милицию я вызвал по дороге домой.

     Приехали: собака, усатый дядька в звании лейтенант милиции (в погонах и с пистолетом), дядька с бакенбардами в звании лейтенант милиции (в погонах и за рулем) и еще один просто лейтенант милиции.

- Кто здесь порядок нарушает? – спросили хором лейтенанты, а собака гавкнула.

     Я кивнул на Дракона, который сидел в моем любимом кресле. Он мило улыбнулся.

     Лейтенанты затряслись от страха.

- В-все я-я-ясно, - заикаясь, проговорил тот, что был с пистолетом. – Пи-пи-писатель озорничает. Пятнадцать суток, - и схватил меня за шиворот. Не успел я ничего сообразить, как оказался в тюрьме.

                                                           * * *

     Ночью в окно тюремной камеры заглянул Дракон.

- Ну что, писатель, биться или мириться?

- Мириться, - вздохнул я.

- Тогда бери меч и руби мне голову.

- Как же так?

- По дружбе. Ты ж не хочешь, чтобы я скушал всю деревню?

- Нет, не хочу.

- Ну вот. Избавь народ от моего гнета.

- Что-то я не понимаю. Значит, если мириться, то я должен срубить тебе голову, а если биться?..

- Тоже должен срубить. Только тогда ты срубишь мою буйну головушку по-военному, а так по-граждански.

- А какая разница?

- Разница, дорогой писатель, в отношении. Думаешь, приятно, когда твоя голова слетает с плеч от руки злобного вояки? То-то… Другое дело, когда головой занимается друг, культурный человек, властитель дум! Это даже звучит гордо! Давай, бери меч и руби, - и Дракон просунул свою голову в камеру.

- Не буду, твердо сказал я.

- Почему? – обиделся Дракон.

- Меня за убийство посадят.

- Так ты уже сидишь, дурачина!

- Будешь обзываться, я с тобой вообще разговаривать не буду!

- Хорошо, руби молча.

     Мне все это стало надоедать, и я закричал:

- Охрана!!!

                                                           * * *

     На другой день ко мне в камеру подсадили Вора. Настоящего Вора.

- За что срок мотаешь? – хриплым голосом поинтересовался он.

     Я ему все рассказал, как есть. Вор задумался. Через минуту сказал:

- Слышь, писатель, чего ты будешь уродоваться – голову ему рубить? Давай я ее просто украду.

- Как это ты украдешь голову у живого Дракона?

- Ты и глазом моргнуть не успеешь!

     И я согласился.

                                                           * * *

     Ночью пришел Дракон.

- Эй, писатель, кто это тут с тобой?

- Это Вор.

- Вор? Ну, пусть сидит.

- Что значит: пусть сидит? – возмутился Вор.

- Это значит: не можешь красть, сиди и учись!

- Это я не могу красть?!?

     Я и глазом моргнуть не успел, как Дракон уже стоит без головы.

- Вот это да!

- Так-то, - сказал Вор. – Умеем!

- А что Дракон теперь без головы делать будет? – забеспокоился я.

- А что хочет, то пусть и делает.

- Ребята, - сказала украденная голова Дракона из кармана воровских брюк. – Ребята, поставьте голову на место. Я вам желание исполню!

- Обманет, - уверенно сказал Вор.

- Честное слово, не обману.

- Ладно, посмотрим. Утром. Утро вечера мудреней. А сейчас спать будем.

                                                           * * *

     Утром пришел охранник.

- Что это у вас там за штукенция за окном стоит? – спросил он.

- Это Дракон, - ответили мы.

- Вы меня, пожалуйста, не обманывайте! Когда меня обманывают, я сильно огорчаюсь. Где это видано, чтобы Драконы под тюрьмами без голов стояли?

- Нигде, - согласились мы.

- Ну?

- Это особый случай, - сказал я. – Дракон пришел ко мне, чтобы я срубил ему голову. А Вор эту голову украл. Во избежание кровопролития.

- Гуманно, - согласился охранник. – А что вы теперь с ней делать будете?

- Еще не решили.

- А, ну, тогда думайте. Только завтрак я Дракону не дам, он у меня в списках не значится!

                                                           * * *

     После завтрака мы поставили голову Дракона на стол, и я сказал:

- Вот что, голова. Сейчас мы будем с тобой договариваться.

- Давайте, - обрадовалась она.

- Не перебивай!.. Ты сделаешь так, чтобы нас выпустили из тюрьмы. Это раз. Второе, ты никогда больше не будешь приставать ко мне. К тому же перестанешь кушать людей.

- Я же умру с голоду!

- Будешь питаться растениями.

- Не, я не согласна, - сказала голова.

- Тогда останешься навечно в тюрьме.

     Голова Дракона задумалась, наморщив лоб.

     И сказала:

- Ладно, договорились.

                                                           * * *

     Так закончилась наша история. Я написал про нее вот этот рассказ. Дракон стал травоядным и пасется у меня под окном. Вор работает в цирке: за деньги крадет и возвращает зрительские головы. И все довольны.

КОНЕЦ

                                                           История с Принцессой

     Принцесса плакала так долго, что от ее слез промокло все на свете. Даже бумага, на которой я пишу эту историю.

-- Прекрати плакать! Из-за твоих слез я не могу писать! – сказал я Принцессе.

-- Во-во, пусть прекращает, - поддакнул Король. – А вообще, ты зря про нее пишешь. Написал бы лучше про меня: и бумага была бы сухая, и истории мои будут поинтересней, чем про некоторых плаксивых девчонок!

-- Да я бы и рад, - закивал я, - но уже начал писать о твоей дочери.

-- Эх, - вздохнул Его Величество, - работа у тебя тяжелая!

     Я спорить с Королем не стал, а просто перевернул страницу. Но и новая страница была уже мокрая. От обиды мне стало нехорошо:

-- Что нужно сделать, чтобы ты перестала плакать?

-- Хлюп-хлюп, - ответила Принцесса, - нужен прекрасный Принц, хлюп-хлюп!

-- А где я его тебе возьму, скажи на милость?

-- Хлюп-хлюп, не знаю. Это, писатель, твое дело, хлюп-хлюп. Только иначе, хлюп-хлюп, у тебя просто не получится никакой истории с Принцессой, хлюп-хлюп, а-а-а, - и Принцесса разревелась пуще прежнего.  

-- Ну хорошо, хорошо! Я что-нибудь придумаю, только не плачь!

-- А я, хлюп-хлюп, буду плакать! Хлюп-хлюп, буду плакать! Хлюп-хлюп, буду плакать!..

     Должен сказать, что моя Принцесса, кроме того, что круглые сутки ревела, имела еще одну странность – вместо сердца у нее была граммофонная пластинка, которая иногда заедала. В такие минуты заедало и всю Принцессу.

-- Хлюп-хлюп, буду плакать! Хлюп-хлюп, буду плакать!..

     Я похлопал Принцессу по спине и повернулся к Королю.

                                   * * *

     -- Твое Величество, - обратился я к Королю, он сидел на троне насупившись, - нужно что-то делать с Принцессой!

-- Мы уже на «ты»? – строго поинтересовался Король.

-- На предыдущей странице были на «ты», - опешил я.

-- На предыдущей странице я мог хоровод с коровами водить! А на этой, - Его Величество перешел на крик, - желаю, чтобы ко мне обращались как следовает!

-- Как следует, - машинально поправил я. Король, на удивление, притих.

-- Ладно, что там у тебя?

-- Ваше Величество…

-- Мы уже на «вы»?

-- Так ведь только что…

-- Да плюнь ты! То была моя королевская блажь. Так, вспылил малость, не обращай внимания.

-- Твое Величество, Принцессе нужен прекрасный Принц.

-- Где ж я его возьму? Да еще прекрасного! В Принцах сейчас ходят одни хлюпики да уродцы. Вот в наше время, - Король закатил глазки и стал вспоминать «наше время».

-- Тук-тук, - постучал я по короне Его Величества. Тот сразу пришел в себя.

– Я так думаю, что нужно объявить конкурс «Мистер Принц Сего Года»! Победитель получит в награду Принцессу и телевизор! Нет, пожалуй, телевизора за такую Принцессу будет мало. Телевизор и холодильник! Нормально?

-- Нормально, - согласился я.

-- Глашатай! Глашатай!

     В дверях появился глашатай.

-- Слышал, что Мое Величество изволили объявить?

-- Слышал.

-- Ты что ж это, подслушивал?

-- Да так, проходил мимо.

     Король повернулся ко мне и зашептал:

-- Врет и не краснеет! – и громко добавил: - Ступай, растрезвонь об этом в ближайших королевствах!

     Глашатай поклонился и вышел.

                                                 * * *

     Через несколько дней на конкурс стали приходить заявки. От желающих не было отбоя. По фотографиям мы отобрали тридцать кандидатур.

     Председателем жюри выбрали Принцессу, а помощниками стали Король и я.

-- Это история для детей? – спросил шепотом Его Величество.

-- Да, - отшепнул я ему.

-- Тогда конкурса в плавках не будет.

-- Правильно. Вообще никаких конкурсов не надо, у меня бумаги не хватит на их описание! Пусть Принцесса посмотрит на каждого и определит, кто из этих юнцов - прекрасный Принц.

-- Дело говоришь, писатель! Мне и без того дел хватает! Глашатай!

-- Чего? – недовольным тоном из-за дверей спросил глашатай.

-- Объявляй просмотр на завтра.

     Глашатай ничего не ответил, но и звуков удаляющихся шагов мы не услышали.

-- Глашатай!

-- Чего? Все так же недовольно спросил он.

-- Ты слышал, что я сказал? Объявляй просмотр на завтра! Понял?

-- Понял.

-- Ну так выполняй!

-- Ладно, - послышалось шарканье ног, которое вскоре затихло.

-- Господи, - выдохнул Король, - кому приходится деньги платить, а? Слышь, писатель? Эй, писа…

     Я перевернул страницу. Надоели мне эти разговоры.

                                            * * *

     Тридцать прекрасных Принцев по одному проходили мимо Принцессы. Чем больше их шло, тем глубже становилось в бассейне, в который превратился просмотровый зал из-за слезливости виновницы «торжества».

     Уже восемнадцатый Принц плыл мимо нас кролем. Девятнадцатый брасом. Двадцатый на спине. Мы с Королем предусмотрительно запаслись надувными матрасами и теперь покачивались на волнах. Принцессе дали спасательный круг.

     Двадцать первый претендент на руку Принцессы, телевизор и холодильник, проплыл мимо нас под водой. Принцесса от горя пустила очередную волну слез, да такую, что наши с Королем матрасы чуть не перевернуло.

-- Потише, доченька, вон уже двадцать второй подгребает, - попытался утешить Принцессу Его Величество, а в мою сторону заметил: - Слушай, надо было все-таки конкурс в плавках устроить – ишь, как им, бедолагам, в одежде-то плыть тяжко!

     Я молча кивнул. Мне уже было все равно, лишь бы Принцесса, наконец, определилась и нашла своего прекрасного Принца.

                                            * * *

     Конкурс подошел к концу.

-- Ну, доченька, - спросил Король, - который?

     Принцесса молча ткнула пальцем в мою сторону. Я подумал, что за моей спиной притаился один из Принцев-пловцов и отгреб немножко в сторону. Палец девчонки двинулся за мной.

-- Твое Величество, Принцесса шутить изволит, - пробормотал я.

-- Ну, раз она уже шутит, значит, выбор правильный. Быть тебе, писатель, «Мистером Принцем Сего Года»!

-- Но я же не Принц! – закричал я. – В конце концов, я член жюри – фигура неприкосновенная!

-- Да брось ты! Членом жюри ты БЫЛ, а Принцем СТАЛ. Вопросы есть?

     Я перевернул страницу и написал:

                                            КОНЕЦ

                                            * * *

     Через некоторое время слово «КОНЕЦ» промокло, и сквозь него прорвалась Принцесса. Я в ужасе перевернул следующую страницу. Но и она потом промокла. И еще одна, и еще…

     Мой рабочий кабинет стал напоминать пруд в парке отдыха. В письменном столе завелись лягушки. Возле чернильницы плавали кувшинки, а у окна разрослись камыши.

     Чтобы было веселей переживать этот кошмар, я стал знакомиться с лягушками.

-- Марина, - сказала одна.

-- Джулия, - представилась другая.

-- Иван…

-- Уж не Царевич ли? – поинтересовался я, предчувствуя победу.

-- Царевич, - подтвердил лягуш… Или ляг?.. Или… - Только заколдованный.

     В это время:

-- Хлюп-хлюп, - промок очередной лист, и сквозь него стала продираться Принцесса. Я схватил Ивана за заднюю лапку и метнул им в Принцессу. Иван попал ей в губы и заработал невольный поцелуй. Тут же превратился в стройного юношу.

-- Принцесса, - воскликнул юноша, - душа моя, ты меня расколдовала!

-- Хлюп-хлюп, - Принцесса обратила свой взор на Царевича и вздохнула. – Ох! Какой милый! Ох! Какой милый! Ох!..

-- Ну, вот и ладушки, - обрадовался я. – Полезайте в свою сказку и живите счастливо!

     Но прежде, чем счастливые молодожены отправились в сказку, они меня отблагодарили. От рукопожатий Царевича у меня до сих пор болит правая рука, а следы от губной помады Принцессы я отмыл только вчера.

     Кстати, потом я получил посылку, в которой были телевизор и холодильник. Еще записка: «Писатель, ты это заслужил. За Ивана не беспокойся, он счастлив и без этих безделиц. Мое Величество, с огромным сухопутным приветом».

     Царевич сделал Принцессе свадебный подарок в виде новой граммофонной пластинки, которая не заедает.

     А мне осталось открыть холодильник, достать из него трехлитровую банку яблочного сока, глотнуть и на сухой странице дописать: «В общем, все счастливы».

КОНЕЦ

Никчемная история

     Не то чтобы история, которую я сейчас расскажу, будет так уж поучительна и полезна. Вряд ли. Но что история необычна - как пить дать.

     Дайте пить! Мне нужно часто пить, когда я рассказываю ТАКИЕ истории, потому что от необычности у меня пересыхает в горле.

                                                                     I

     Однажды молния ударила меня в голову. Из глаз моих посыпались электрические искры, а заодно с ними выпали Страус По Имени Игорь и Игорь По Прозвищу Сало.

     Игорь По Прозвищу Сало сразу сказал:

- Почему бы нам не перекусить, раз уж мы оказались По Эту Сторону?!

Как раз в это время у меня не нашлось ничего, что можно было бы перекусить, кроме телевизионного кабеля. Сало перекусил кабель.

Дайте пить!

                                                                     II

     Я стоял, глядя на Страуса По Имени Игорь и Игоря По Прозвищу Сало, не зная, что предпринять. Еще бы! не часто из глаз выпадают такие друзья! Но Игорь По Прозвищу Сало опять проявил инициативу, он сказал:

- Надо выгулять Страуса.

     Я согласился, и мы пошли. Вернее, пошел только Страус, а мы бежали за ним что есть силы, ведь у страусов очень длинные ноги и от этого они очень быстро ходят. Так быстро, что люди за ними не поспевают.

     Выбившись из сил, я попробовал высказаться:

- Да… да… Ух!.. Давай остановимся!.. Пу… пу… Ух!.. Пускай он попасется на месте!

- Обидные ты для меня слова говоришь, - заметил тут Страус По Имени Игорь. – Что я – корова, что ли? Я не корова, чтобы пастись! Я Страус с большой буквы! И в знак того, что обида моя серьезна, я ухожу, а вы меня теперь ищите.

     И Страус По Имени Игорь ушел, а мы его даже остановить не могли, не было сил.

     Дайте мне пить!

                                                                           III

     - Ну и ладно! – сказал я. – Тоже мне – большая шишка, чтобы за ним гоняться по всему свету!

- Тебе-то ладно, - возразил Игорь По Прозвищу Сало. – А я без него не смогу вернуться назад, По Ту Сторону!

- А зачем тебе возвращаться?

- Затем, что там моя Родина и друзья!

- Ну, вернешься один. Что тебе этот дурацкий Страус?

- В том-то и дело, что вернуться назад можно только тем составом, каким выбыл. Значит, мне надо обязательно найти Страуса.

- Ну, что ж, - сказал я. – Будем искать.

     Дайте пить!

                                                                    IV

     Мы пошли по следам Страуса По Имени Игорь, но скоро вышли на асфальтированное поле и следы потеряли. Мы обошли его все и, не найдя следов, сели отдохнуть.

     Я сказал:

- Нужно позвать собаку – она чувствует следы по запаху. Или индейца – он видит следы даже, если другие их не видят.

- Ага, - довольно ехидно сказал Игорь По Прозвищу Сало, - а как мы позовем собаку?

- Надо свистнуть! – и я свистнул. Но собака не прибежала.

- А как мы позовем индейца? – снова поинтересовался мой друг.

- Надо крикнуть! – и я крикнул. Но индеец тоже не пришел.

- Что теперь? – у Игоря было вопросное настроение.

- Не знаю, - сказал я. – Наверное, надо пойти НАУГАД.

      И мы пошли.

      Дайте пить!

                                                                    V

     Дойдя до НАУГАДа, мы спросили у него: не видел ли он Страуса По Имени Игорь? НАУГАД сказал, что видел, но показывать, в какую сторону Страус ушел отказался.

- У этих НАУГАДов всегда так! – разозлился я.

- Ничего, - стал успокаивать меня Игорь По Прозвищу Сало. – Что-нибудь придумаем.

     Только он это сказал, как вдруг видим – перед нами озеро. Обрадовались мы, и пошли купаться. Искупавшись, вышли на берег, и Игорь По Прозвищу Сало из трусов достал рыбку, да не простую, а золотую. Я для верности спросил:

- Золотая? – рыбка в ответ кивнула головой.

     Тогда Игорь говорит:

- Мы тебя сейчас отпустим, а ты нам желание одно выполни, - и бросил рыбку в озеро.

     До вечера прождали мы рыбку, чтоб выплыла и желание наше выполнила. Так и не выплыла. Видно, хоть и золотая была, но аквариумная, глупая. Ненастоящая!

     Дайте пить!

                                                                   VI

     Утром Страус По Имени Игорь вернулся и сказал, что пора возвращаться домой, По Ту Сторону. Я на это возразил:

- Но ведь получается, что это конец истории!

- Ну и что? – спросил Страус По Имени Игорь.

- Как это «что»? Ведь в этой истории еще нет конкретной идеи, оригинального взгляда на знакомые вещи или явления! Ведь сказка или рассказ должны быть просты, но выразительны, сочетать в себе содержательность с занимательностью!

     Игорь По Прозвищу Сало и Страус По Имени Игорь удивленно переглянулись, мол, куда это его понесло? Я тоже задумался.

- Ладно, что ты предлагаешь? – вывели меня из задумчивости друзья.

- Ну, я не знаю. Аленушку какую-нибудь спасти, что ли? Или убить Дракона?

- Это можно, - согласился Игорь По Прозвищу Сало.

     Дайте мне пить!

                                                                    VII

     - За что же меня убивать, братцы? – раздался грубый голос у нас за спиной.

     В ужасе мы оглянулись назад. Перед нами стоял Дракон.

- Я повторяю вопрос: за что же меня убивать?

     Я нерешительно пробормотал:

- Ну, ты ведь терроризируешь окрестные деревни, воруешь девушек, съедаешь, как шашлык, богатырей.

- Все вранье! Я добрый!

     Да, у этого Дракона были очень добрые глаза. И очень большие.

     Страус По Имени Игорь сказал:

- Так, если надо убивать таких больших Драконов, то я в эти игры не играю! Да и вообще, не хочу я ни с кем сражаться. Вдруг я окажусь слабее! Может, мы что-нибудь у кого-нибудь, да и выкрадем, а?

- Хорошо, - согласился я. – Давайте украдем яйцо, в котором находится смерть Кощея Бессмертного.

- А зачем вам моя смерть? – спросил откуда-то появившийся Кощей.

- Чтоб ты бед никаких не наделал.

- Они тут какие-то кровожадные, - пробурчал Дракон.

- Да я беду в глаза не видел! Ребята, не надо мою смерть красть. Я обычный парень. Я такой же, как он, - Кощей показал на Игоря По Прозвищу Сало. – Я такой же, как ты… - Кощей показал на Страуса и осекся. – То есть не как ты, а как ты, - исправился он, показав на меня.

- Ты, ты, ты, - передразнил Кощея Дракон. – Ты заплачь еще!

- И заплачу, - запричитал Кощей. – Заплачу! Потому что я жить хочу, а они смерть мою воруют!

- Ладно, - сказал я. – Тогда мы Джина обратно в бутылку засунем.

- Точно, - согласились со мной Страус По Имени Игорь и Игорь По Прозвищу Сало.

- Что же это делается? – донесся сверху голос Джина. – Не успел я свободой насладиться, а меня уже в бутылку совать хотят, да? В этом, по-вашему, справедливость? Не согласен я!

     Дайте попить!

                                                                    VIII

     Через некоторое время вокруг нас собрались: Баба-Яга, Леший, Водяной, Индеец По Имени Джо, Елена Острая Коса, Чертополох, Волчья Ягода и Крапива. Никто из них не хотел умирать, быть украденным или еще чего-нибудь в том же духе.

- Да что же мне делать-то со своим рассказом? – Взмолился я. – Ведь все так хорошо начиналось!

- Заканчивай ты его, - заявил, появившийся вдруг, Медведь. – Надоел уже всем, - и двинул меня лапой по голове.

     Из глаз моих посыпались искры, из ушей повалил дым, а из носа вылетели мухи. Когда все это развеялось, я остался один. Не было ни Страуса По Имени Игорь, ни Игоря По Прозвищу Сало, ни Дракона, ни Медведя. Так и не научил я никого добру, не победил зло и не взглянул на вещи оригинальным взглядом. Как я в начале и сказал – история эта вышла бесполезная и не поучительная. Никчемная какая-то.

     Так дайте хоть выпить!

КОНЕЦ

 

Прочитано 236 раз
Поделившись с друзьями, Вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"
Другие материалы в этой категории: « № 59 Лавка семян № 97 Жил-был такс »

Детский календарь

Десерт-Акция. Поэзия

Наталия Волкова: Вдохновляет жизнь...

14.06.2018
Наталия Волкова: "Вдохновляет жизнь..."

Подготовил Рустам Карапетьян На днях Красноярск в рамках ежегодной программы "Лето с книг...

Десерт-Акция. Проза

Галине Лебедевой - 80 лет

14 Июнь 2018
Галине Лебедевой - 80 лет

Писательнице Галине Владимировне Лебедевой в этом году исполнилось бы 80 лет. Наверное, нет в ...

Официальный портал Международного творческого объединения детских авторов " Дети Книги " © 2008
Все материалы опубликованные на портале "Дети книги" защищены авторским правом. Любые перепечатки только после согласования с администрацией и при условии ссылки на данный ресурс.
Логотип МТО ДА - автор Валентина Черняева, Логотип "Дети книги" - автор Елена Арсенина
 
Яндекс.Метрика