Авторы о себе

Ай, браво!

Последние новости

Красноярск, Москва, Минск. Наши встречи 18.05.18

Автор:Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор МТО ДА
от 18 Май 2018
Красноярск, Москва, Минск. Наши встречи 18.05.18

Стол хариуса

Автор  Опубликовано в Наш выбор! Веселая школа в прозе

СТОЛ   ХАРИУСА

 

Хариус живет в чистых и бурных реках. Вода в них до ломоты костей холодна. Глянешь в эту воду – все камешки видны и ничего там больше нет: ни жучков, ни червячков, ни других каких козявок. Что же ест эта вкусная рыба?

 

Пища хариуса под валунами прячется. Подними камень со дна, увидишь на нем слизь, которой питаются мелкие речные животные. Их тут – усыпано. Одни с головку булавки, другие с головку спички, третьи – с пуговицу на твоей рубашке.

Вот побежал сероватый клопик с шестью ножками. Это гладыш обыкновенный. Его хариус ест охотно, но рыбак гладыша на насадку берет редко. Уж больно мал ростом.

Под другими камнями можно обнаружить ручейника, мормыша или личинку веснянки. Хариус каждого не прочь съесть… Но как же безрукому да безлапому добыть пищу из-под камней? Вот тут-то бурное течение рыбе – союзник.

На реках Азас и Тоора-Хем много мормышей. Они живут в длинных косматых водорослях. Поедая слизь, мормыши ползают по стеблям, поток сбивает иных и несет на стремнину. Хариус рыба сильная и быстрая – он тут, как тут…

Однако весь день на потоке держаться устанешь. Хариус не таков – он хитрый. Он любит стоять за валуном. Ими бурная горная речка усыпана всюду. Есть огромные – с легковую машину. Другие на середине речки верблюдами лежат, третьи – крокодилами, преграждая путь воде. Она сердится, пенится, ревет. Да ничего не поделаешь – приходится обтекать валун.

За самым валуном-великаном хариус стоит реже, а вот немного ниже, где потоки, огибая валун, сходятся, тут, за более мелкими голышами, и держится рыба: добычу караулит. Мормыша вода так или иначе сюда занесет. Зрение у хариуса отличное – заметил, метнулся серебряной молнией, проглотил мормыша и опять за валун.

Однажды на реке Хут подошел я к яме-заводи. Смотрю – глубина приличная, на дне каменная глыба виднеется. Короткие водоросли, мох на ней, а под глыбой в голубой бездне хариусы клубятся. Вот один из них, огромный, с полено, проплыл возле глыбы и хвостом этак необычно вильнул, как бы смахивая с нее что-то, и тут же стремительно развернулся и хвать это что-то. Сосед хариуса-великана тоже метнулся и тоже схватил что-то черное. Пригляделся, и сквозь толщу воды увидел: хариусы хвостом сбивают прилепившиеся к камню ручейники и подхватывают их. Ручейники медленно, глазом не заметишь, движутся по каменной глыбе, слизь собирают своим ртом-присоской.

Ручейники лакомое блюдо хариусов. В октябре, перед зимовкой, когда рыба скатывается с малых речек в глубокие енисейские ямы, хариус чистит желудок песком. Так вот для этой цели личинка ручейника стенофила подходит как нельзя лучше. Домик у стенофила своеобразный, построенный из донного материала – песчинок и крохотных камешков: похож на рожок мороженого или колпак клоуна. Возьмешь в руки такой домик и удивляешься: перед тобой инкрустированная трубочка. Построил её зеленоватый, с твердой черной головкой, кажется, беспомощный жилец. Но примажет он свое жилище к камню и сидит там в безопасности.

 

Иному эта личинка покажется одетой в броню. А проглотит такую штуку хариус – сразу тебе и пища, и песочек для чистки желудка.

Спустился я чуть ниже, вывернул из воды камень – на нем домики личинок ручейника. Я оторвал один домик, на крючок его и в омут, за глыбу, к хариусам. Не прошло и пяти секунд, как поплавок в воду ушел, следует ловкая подсечка, и я вытаскиваю огромного хариуса.

На реке Ожу любимое блюдо хариуса – веснянка и её личинка. Рыбаки называют реколомкой. А связано это с тем, что

 

в дни появления веснянки (середина мая, начало июня), сибирские реки разбухают, и начинает идти коренная вода. Сломаны все льды и наледи, горные речки превращаются в неприступные бурные и мутные потоки. Вода выходит из берегов, ломает все на своем пути. Идёт обновление.

В эту пору веснянку можно найти едва ли не под каждым камнем прибрежной полосы. Она выходит из воды и собирается колониями на пихте, лиственнице, ольхе.

Я первое время не знал, как надо ловить веснянку. Увидел – она веревочкой вытянулась по стволу. Думал, сразу всю веревочку в горсть смахну. Не тут-то было. Первая реколомка дернулась, подала сигнал соседке, соседка – соседке, и пошел телефон работать. Вмиг всех обзвонил. Кто выше помчался, кто прыг с дерева, распустил свои крылышки и преспокойно, как на парашюте, спустился на землю, под листок. Ищи там веснянку притаившуюся.

Смекнул я: брать надо веснянку сверху по одной осторожно и – в склянку. Набрал с десятка полтора, иди, лови хариуса.

Хорошо берет на веснянку хариус. Но держится она на воздухе не больше двух-трех недель. Потом, отложив яйца в воду, исчезает. На висячей части булыжников, что нагромождены по берегам, можно увидеть сотни скелетов веснянки. Зацепившись усиками за лишайник, насекомые высыхают.

Бывало, придешь на реку в одно воскресенье, веснянки тьма-тьмущая. Нарыбачишься вдоволь. На следующее воскресенье её уже тут мало. Вот и ходишь, ветки ольхи да елок трясешь. Две-три обязательно упадут. Тут гляди в оба, проворно лови их. На третий приезд веснянки уже и вовсе нет. И рыба в реке есть, да рыбачить не на что.

– Это кому как,– говорит лесник Степан,– знающий рыбак найдет: поднимется вверх по реке километров на десять, а там личинка веснянки не вся из воды вышла. Заходи в воду, поднимай камни, – переворачивай и в ямочках, щербинках они кучками. Бери их побыстрее, пока не разбежались.

На личинку рыбачить  лучше. Ростом она такая же, только без крылышек, но более живучая. Насажанная на крючок, она долго шевелит ножками и не слетает с него: грудь у личинки как бы из панциря состоит, крепкая.

Но проходит и эта пора. Реже и реже попадаются личинки, вода отступает, входит в свое обычное русло. И приходит то время, когда и в верховьях личинка веснянки вся на берег вышла и вымерла, отложив потомство. Для неумелого рыбака наступает совсем унылая пора. Только на мошку и можно взять хариуса, но тут без ловкости и сноровки – пропадешь. Стоишь и бросаешь по течению лесу с искусственной мошкой, желательно из медвежьей шерсти и переплетенную желтыми или бордовыми шелковыми нитками. Хариус активно берет, но стоит зазеваться и не подсечь, как он тут же чувствует обманку и выплевывает её.

В сентябре, когда лист полетит с деревьев, хвоя с лиственницы осыплется, и того хуже. Куда там мошку бросать! Нацепляется на неё всякой всячины, что по воде плывет. Хариус на такое брать не охотник.

Но бывалый рыбак не унывает. Он поднимается в верховья речки, где ям и перекатов больше, где родники. Там, где вода струится меж валунов, ищет нынешнюю реколомку. Она, правда, еще маленькая, но все же на наживку годится. Выбирать надо плоские, отмытые родниковой водой камни. Найдешь одну-две, тут вокруг и охоться. Обязательно насобираешь личинок. Она есть, конечно, и в низовьях, но там глубина, не зайдешь в бурную воду.

Только, пожалуйста, опускай камни опять на то же место, не выбрасывай их на берег. Кроме реколомки тут живут и другие насекомые. Видно, как, потревоженные, они разбегаются по камню в стороны. Если выбросишь камень на берег – высохнут личинки, рачки, клопики и всякая мелкая живность, обеднеет стол у хариуса. А если другой рыбак, третий так же поступит – совсем беда. Чем рыбе питаться?..

 

 

ПРЕВРАЩЕНИЕ ВЕСНЯНКИ

 

В середине весны лед на Енисее становится ноздреватым, набухает как почки на   ветке, того и гляди, лопнет. Но ночные холода долго держат реку скованной. Любители подледной рыбалки высыпают в воскресные дни на затоны, сверлят в метровом льду лунки и ловят ельца, хариуса, ленка.

Хорошо берет хариус в эту пору на червя, мормыша, личинку веснянки. Но где же взять этот рыбный деликатес?

Приглядел я на протоке Енисея мелководную полынью. Родники там бьют. В лютые морозы она парует, как котелок с чаем на огне. В солнечные дни зайчиками искрится. И так манит к себе, так манит.

Забрел я туда в болотных сапогах, вывернул один камень. Есть живность, но мелкая, вывернул второй и нашел личинку веснянки. За зиму выросла крупная, как раз для хариуса.

Набрал сколько мог – и в склянку. В крышке дырочку провертел, чтобы личинка не задохнулась. Зачерпнул водицы родниковой. Личинки копошатся в баночке, друг на друга лезут.

Дома поставил баночку в холодильник, пусть субботы дожидается. Подошло время, собрался на рыбалку, склянку поставил в карман и поехал с ночевкой.

Наутро за наживкой в карман и…батюшки! Склянка моя не моя! Такая же точь-в-точь, как моя. Вот и отверстие в крышке гвоздем проковыряно. Стало быть, моя! И не моя – в склянке-то крылатые насекомые.

– Где это ты крылатую реколомку раздобыл?– спрашивают удивленные рыбаки,– Знать, весна нынче будет ранняя…

Я только руками развожу. Позднее, в первых числах июня, довелось мне снова побывать на рыбалке. С вечера насобирал я в склянку личинок: они у самого берега держались, готовясь к выходу из

 

воды. Наутро смотрю, – та же история – в баночке идет превращение. Прямо на моих глазах. Личинка сбрасывает с себя зеленоватый наряд-панцирь, из-под него сначала нежные янтарные и слегка помятые крылышки появляются. Личинка медленно крючком сгибается, и верхняя кожица постепенно сползает с нее. Но уж больно медленно. Крепко на головке и на хвосте она держится, скручивает реколомку вопросом. Потом янтарные крылышки темнеют, становятся цвета еловой коры, разглаживаются. Тело обновленной веснянки – почти шоколадное. У многих видны малиновые пятнышки. Это самки.

Понял я: наступает тепло, у веснянки второе рождение.

А тогда веснянки у меня в теплом кармане ночевали…

 

ТАНЕЦ ПОДЁНКИ

 

Пригласил меня Степан на хариуса мошковать. Увлекательная это рыбалка! Если ты имеешь хорошую реакцию – будешь с уловом, нет – раздосадованный уйдешь с реки с двумя-тремя хариусами.

Мы сели в моторную лодку, Степан запустил «Вихрь», и берега Енисея поплыли нам навстречу. Лодка у Степана самоделка, длинная, узкая. Сделана из плах осины, самого легкого дерева. Он на ней проходит любые шиверы и пороги, не боясь зацепить подводные валуны.

 

Через полчаса ходу вверх по Енисею мы причалили к берегу, усыпанному крупным галечником и довольно солидными валунами. То там, то здесь из воды высовывались макушки огромных каменных глыб. Их тут называют шипунами. Вода вокруг них бурлит, беснуется, взбивает пену. Разлегся здесь, дескать, на дороге. Пена хлопьями плавает, лопается, шипит. В таких местах хариуса много. Он хорошо берет мошку. Она сделана из крючка, искусно обвязанного медвежьей шерстью и цветными шелковыми нитками, напоминает крылатое насекомое. Мошку на леске бросают на воду и ведут, не торопясь, против течения. Мошка бежит вверх, делает крылышками широкие разводы. Какой хариус не соблазнится!? Рыба эта, что твоя молния, метнется из-под валуна к мошке, хвать её, но, почувствовав обман, тут же выплевывает. Вот тут-то реакция и нужна. Успеешь подсечь – твоя рыба, не успеешь – уйдет восвояси.

Иной хариус, прежде чем схватить мошку, сбивает её хвостом, утопить старается, а потом берет.

Но не всегда удается выманить хариуса из-под валуна. Сытый стоит, не хочет лишний раз силу расходовать, ведь вода в реке бежит стремительно. Вот и приходится рыбаку подбирать мошки по цвету: рыжую, красную, желтую, черную.

Степан не торопится. Он ждет вечера, и когда прохлада с гор спускается к реке, а солнце вот-вот спрячется за вершины гор, над Енисеем, откуда ни возьмись, повисает подёнка, насекомое. Её много, она кружит над водой, опускается к самым струям, снова взмывает на своих прозрачных крылышках, висит неподвижно в воздухе, затем парашютирует на воду и плывет, отдаваясь легкой волне. Тут хариус покидает свои валуны-укрытия и выходит на охоту.

Вот к такому времени мы и подгадали…

То там, то здесь поденка, цвета осенней листвы, снималась с прибрежной травы и парашютиками повисала над рекой. С каждой минутой подёнки становилось все больше и больше. Она чертила в воздухе замысловатые петли, распустив трепетные крылышки, усики и длинные хвостики, качалась на невидимых качелях, то падая, то взмывая, то повисая над лавиной Енисея, словно давала премьеру волшебного балета. Я замер от удивления и восхищения. А подёнка все прибывала и прибывала, будто её кто-то вытряхивал из мешков, как муку, и она желтовато-белесым облаком застилала всё пространство. На воде чаще стали раздаваться всплески, один тяжелее другого.

–Ну вот, самый раз мошковать, сказал Степан,– подвязал желтую, как капля янтаря, мошку к леске и пошел к соседнему шипуну.– Торопись, паря, пока подёнка танцует.

Он бросил на воду мошку, повел против течения, раздался всплеск, Степан в тот же миг подсек крупного хариуса и выбросил его на берег.

Я последовал его примеру, возбуждаясь от беспрерывного хлюпанья на воде, кормящимся хариусом.

Поделившись с друзьями, Вы помогаете нашему движению "Мы - Дети книги!"

Комментарии (0)

Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

Опубликовать комментарий как Гость. Зарегистрируйтесь или Войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением

Детский календарь

Десерт-Акция. Поэзия

Татьяна Стамова. Живописные стихи

15.05.2018
Татьяна Стамова. Живописные стихи

Подготовила Марина Тараненко Татьяна Стамова - поэт, переводчик, автор книг для детей...

Десерт-Акция. Проза

Виорель Ломов: в сказках - правда, и ничего кроме правды.

15 Май 2018
Виорель Ломов: в сказках - правда, и ничего кроме правды.

Виорэль Ломов – лауреат ряда литературных премий: «Ясная Поляна» им. Л.Н. Толстого; «Ру...

Официальный портал Международного творческого объединения детских авторов " Дети Книги " © 2008
Все материалы опубликованные на портале "Дети книги" защищены авторским правом. Любые перепечатки только после согласования с администрацией и при условии ссылки на данный ресурс.
Логотип МТО ДА - автор Валентина Черняева, Логотип "Дети книги" - автор Елена Арсенина
 
Яндекс.Метрика