Журнал «Проспект», Москва, в марте встречает весну и поздравляет всех женщин с праздником 8 марта.

И представляет стихи Марии Вальковой, Татьяны Шипошиной, Елены Овсянниковой, Натальи Ивановой

А также очерк о члене ТО ДАР писателе Майе Лазаренской и несколько её произведений

 

Мария Валькова

8 марта

Бабушкин подарок

Мне бабушка связала чудесные носки,
Проверенное средство от грусти и тоски.
Надену и задачки решаются легко,
Обычный чай вкуснее и слаще молоко,
Родители добрее, теплее старый дом,
И так уютно с книжкой за письменным столом!

 

Несмеяна
В красивом длинном платье
Сижу я в тронном зале.
Быть грустной, не смеяться
Мне строго приказали.
Ну как тут не смеяться,
Антон такой смешной,
С бумажными усами,
С картонной головой!

А Маша, вот умора,
Играет часть коня,
Вторую часть - Алёнка,
А ржёт за них Илья.

Смешной директор в зале,
Смешит меня семья,
Смешные завуч с классной,
Смешная даже я!

Я честно постараюсь
От смеха не упасть...
Ох, поскорей бы занавес
И насмеяться всласть.

 

Татьяна Шипошина

 Птица – шалуница

Как-то в гости к бабушке

Прилетела птица.

Птица  очень редкая – 

Птица-шалуница.

Замахала крыльями,            

И давай порхать.

 В основном – по комнате         

 С кресла на кровать!

 

Налеталась в комнате

Птица-шалуница...

Прилетела к бабушке -

В кухню, приземлиться!

Пироги у бабушк

На столе – мука.

 – А нельзя ли, бабушка,

 Птице пирожка? 

 

Отвечает бабушка

Птице-шалунице:

– Ну конечно, милая,

Надо подкрепиться!

Птицу я на полочку

В кухне посажу,

Самых мелких крошечек

Птице покрошу...

 

Что-то опечалилась

Птица-шалуница!

И решила быстренько

В Машу превратиться!

Хорошо быть птицею,

Да  летать кругом...

Хорошо быть внучкою –

В кухне, с пирогом...

 

Мама

Мама склонилась над детской кроваткой,

Тихая ночь настаёт

Мама погладит сыночка украдкой,

Песенку тихо споёт.

Мама  сыночка на ручках носила,

Бегал сыночек у ног...

Вырастет скоро здоровым и сильным

Маленький мамин сынок.

Годы промчатся – какие, не знаю,

Сын станет взрослым, и вот –  

Вспомнит он: мама его обнимает,

Песенку тихо поёт.

 

Елена Овсянникова

Неуловимая бабушка

Просит маленькая Юля:

- Я хочу побыть с бабулей!

Но бабулю не застать,

Но бабулю – не догнать:

То она в походе,

То на теплоходе,

То на семинаре

Где-то в Краснодаре,

То на курсах по дизайну,

То играет на баяне,

В экспедиции к вулканам,

Ищет древние курганы,

Прыгает на парашюте,

Волонтёрствует в приюте –

У бабули, кроме шутки,

Нет для внучки ни минутки!

Как-нибудь придётся Юле

В космосе ловить бабулю!

 

Наталья Иванова

 Буду леди

Удивятся все соседи –
Я сегодня буду леди,
Хоть всего мне восемь лет.
Завтра день восьмого марта,
Не хочу царапать парту
И орать на весь буфет.

Вот большая перемена,
Подошли два джентльмена.
Мишу с Васей не узнать.
Не дерут меня за банты,
Предлагают все диктанты
На проверочной списать.

Я хожу с причёской новой,
Не ругаюсь с Ивановой,
Стих на празднике прочла.
Не дразню братишку Федю.
...Надоело быть мне леди,
Жду девятого числа!

4ю

 

 

Майя Лазаренская - автор художественных и познавательных книг для детей и подростков.  Лауреат конкурса «Новая детская книга», финалист премии «Русский детектив» (детский детектив), тексты входили в лонг-листы премий «Ясная поляна» и «Книгуру». Участник фестиваля детских писателей «Как хорошо уметь писать!..» (Детгиз), член Союза писателей России.

О себе: «Я люблю книги, кошек, собак и лошадей, и рада, что мне удаётся объединять все увлечения в моём творчестве!»

 

Майя Лазаренская

Легенда о смелом эльфе и синей розе.

 Когда-то очень давно, далеко-далеко, у подножья высоких гор, жил эльф, звали его Ульрик. Он был безнадёжно влюблён в Лину, хрупкую юную эльфийку, чья красота затмевала собой всё вокруг. Её золотистые волосы струились по плечам, лицо было словно вылеплено из фарфора, а голубые глаза казались настолько светлыми, будто высечены изо льда.

Все дни Лина проводила в своём саду, любуясь на розы, которые она выращивала: белые, бордовые, жёлтые, нежные, колючие, строгие и пышные. Таких прекрасных цветов не встретишь ни у кого в округе. Но кроме своих роз, Лина не замечала и не любила ничего и никого.

Напрасно Ульрик дарил ей подарки, читал свои стихи, она лишь смеялась в ответ. И цветы в саду вторили ей эхом.

- Ты смешон, смешон, смешон, - разносил во все стороны ветер, и Ульрик возвращался домой, гадая, чем покорить надменную красавицу.

- Как мне завоевать твоё сердце, - спросил однажды в отчаянии Ульрик. – Что я должен сделать, чтобы ты обратила на меня внимание?

- Принеси мне такой цветок, что не видел ни один эльф в нашем королевстве, -  высокомерно ответила Лина. – Я хочу, чтобы в моем саду цвела роза, синяя как ночное небо с серебряными звёздочками на бархатных лепестках.

- Но где же я найду такую розу? -  в недоумении спросил Ульрик.

- Это не моя забота, - отмахнулась девушка. – А до тех пор, можешь не показываться мне на глаза. Твои глупые стихи скучны, подарки мне надоели! Я не хочу видеть тебя!

Понурившись, эльф пошёл прочь.

На следующий день, Ульрик облетел всех знакомых, ожидая, что кто-нибудь подскажет ему, где найти удивительный цветок, но все только растерянно пожимали плечами. Никто и не слышал о чуде.

Солнце клонилось к горизонту, когда Ульрик подлетел к одиноко стоящему дому, в котором жил старый мудрый эльф. Он не любил гостей и редко пускал их на порог, но, если верить молве, он знал ответы на любые вопросы. Это была последняя надежда Ульрика.

Мудрый эльф сидел в кресле-качалке и задумчиво глядел в небо, не замечая Ульрика, а тот долго не решался беспокоить старика.

- Зачем ты пришёл? – спросил вдруг эльф Ульрика, когда тот почти решился обраться с просьбой о помощи. – Разве я могу тебе чем-то помочь?

Старик спросил совсем тихо, но Ульрик всё равно вздрогнул от неожиданности.

- Я должен найти розу цвета ночного неба с серебряными звёздочками на бархатных лепестках, но никто не может сказать, где она растёт. Я готов полететь хоть на край света, лишь бы достать этот цветок.

- Есть такая роза, - задумчиво произнёс мудрый эльф, -  На вершине самой высокой горы, среди холодных льдов и сверкающих снегов она распускается раз в две недели всего на одну ночь. Днём она стоит неприметная, словно засохший стебелёк, но стоит ей раскрыть лепестки, и тогда даже горы любуются на необыкновенную красоту.  Все тролли и гномы в эту ночь поднимаются на вершину, чтобы посмотреть на дивное чудо. Но знай, что это самый прекрасный, но и самый коварный цветок на свете.

- Но в чём же её коварство? Я полечу на вершину горы и достану эту розу! - воскликнул Ульрик.

- Нет, мой юный друг, эту розу нельзя сорвать. По приказу старого тролля, горы оберегают её. Большое несчастье будет с тем, кто попытается забрать розу! Горы обрушат на него ледяные глыбы, занесут холодными снегами, никогда ему не видеть ни света, ни солнца.

- Но девушка, которую я люблю, ждёт от меня только этот цветок. Без этой розы она на меня и смотреть не станет, - грустно промолвил эльф.

- О, тогда это самая жестокая девушка на свете, - ответил мудрец. – Она не стоит тебя, мой юный друг. У неё ледяное сердце, раз она послала тебя на верную гибель, подумай об этом.

Но Ульрик не собирался ни о чём думать, в ту же ночь он полетел к заснеженной вершине самой высокой горы.

Приземлившись на выступ, он стал ждать наступления ночи. Но ни в первую, ни во вторую ночь роза не раскрывала свои лепестки. Прошла неделя, а эльф терпеливо сидел на выступе и ждал, когда распустится необыкновенный цветок. Холод пробирал его до самых косточек. Налетавший вдруг ветер грозился подхватить и унести эльфа в царство вечных льдов. Его плащ покрылся коркой инея и больше не мог согревать Ульрика. Даже снежинки, опускаясь на лицо эльфа уже не таяли, так сильно он замёрз. Но эльф продолжал мужественно сидеть на выступе скалы, вглядываясь вперёд, туда, где должна была появиться роза.  И все это время он размышлял над словами мудреца.

Наконец, на вершине горы показалось слабое сияние. Эльф полетел на это сияние и увидел цветок сказочной красоты: казалось, чья-то умелая рука вырезала его из звёздного неба и случайно обронила на снег.

Ульрик потянулся, чтобы сорвать цветок, но земля под ним угрожающе задрожала.

- Простите меня, - сказал горам эльф. – Я хотел принести этот цветок одной девушке, которую я очень люблю. Без него она меня и видеть не хочет. Может быть, вы разрешите мне сорвать его? Я был бы вам очень благодарен!

Горы были тронуты словами учтивого, влюблённого эльфа и его смелостью. Они отдали ему эту розу.

Обрадованный Ульрик на крыльях своей любви полетел к Лине. Он преподнёс ей розу, но она все равно была недовольна. Ведь днём роза закрыла свои лепестки.

- Роза хороша, - сказала она капризно. - Я посажу её в своём саду, а ты приходи завтра.

На следующий день, Ульрик снова пришёл к Лине.

- А где же роза? - спросил он, оглядев её сад.

- Она мне надоела, и я выбросила её. Это так скучно: сидеть и ждать ночи, когда она, наконец, распустится.

- Как ты могла выбросить её? - воскликнул Ульрик. – Она же погибнет!

- Ну и забирай её себе, - с усмешкой ответила гордячка.

Эльф забрал увядшую розу, и полетел с ней обратно на гору. Поднявшись на самую вершину, эльф вырыл ямку в ледяной земле. Он посадил розу и сказал ей:

- Я возвращаю тебя обратно, здесь тебе будет лучше. Прошу меня простить!

Потом он ещё долго сидел в задумчивости на том выступе, на котором он провёл столько ночей. Наконец, Ульрик собрался лететь домой. На прощание он неожиданно наклонился к цветку и поцеловал нежные лепестки розы. И вдруг земля задрожала, поднялся сильный ветер, со скал посыпались ледяные глыбы.  Цветок стал расти, расти, расти; вдруг он превратился в прекрасную эльфийку с волосами цвета ночного неба, в которых искрились крохотные серебряные звёздочки. 

- Кто ты?  - спросил растерянный эльф.

- Я - Рози, - ответила девушка. - Когда я была ещё маленькой, злой тролль рассердился на моего отца и, в отместку ему, превратил меня в этот цветок. Но теперь ты освободил меня!

- Так полетели со мной! - позвал её Ульрик.

Но как только он произнёс эти слова, земля задрожала ещё сильнее. Старый тролль увидел, что его чары сняты и ужасно разозлился. Он стал топать ногами, и с гор полетели ледяные глыбы, поднялся страшный ураган. С неба обрушилась снежная туча. Белые хлопья летели, летели и не было им конца. Ульрик и Рози вскоре были по пояс в снегу, они не могли сдвинуться с места и, казалось, что им никогда не справиться с разбушевавшейся стихией.

- Если мне суждено погибнуть на этой вершине, я не боюсь, ведь я хотел лишь помочь тебе, - воскликнул Ульрик.

- О, горы! Вы столько лет оберегали меня по приказу тролля, что я полюбила вас всей душой. Но теперь, я прошу лишь обо одном – отпустите этого эльфа, он благородный и не заслужил такой судьбы, - взмолилась Рози. – Я останусь здесь одна, навсегда, и пусть сбудется желание тролля.

Вдруг, снегопад прекратился, ветер стих, камни больше не угрожали раздавить бедного эльфа и красавицу Рози.

- Вы свободны, свободны, свободны! Улетайте! Летайте, летайте! – пронеслось эхом в горах.

Ульрик не растерялся, подхватил Рози и отправился с ней домой.

 Рози оказалась доброй и хорошей девушкой, и вскоре они с Ульриком поженились и жили вместе долго и счастливо.

Но с тех пор, когда в горах случаются обвалы, говорят, что это старый тролль злится, вспоминая о прекрасном цветке, унесённом смелым эльфом.

 

ПЛАТОЧЕК

 Шансы опоздать на собственное выступление с любимым танцевальным ансамблем «Капелька» у Дашки появились тотчас же, как только выяснилось, что собирать её будет сестра Полина.

Всё утро Даша была сама не своя, волновалась. Больше всего она боялась за танец с платочками: очень уж там много сложных движений. И платочки в руках у девочек должны появиться неожиданно, так, чтобы все гадали – где они прятались? Этот номер зрителям обычно нравился больше всех.

Встав пораньше, Дашка первым делом принялась репетировать хитрый фокус. Вот платочек в рукаве, круг по комнате, другой, поворот – и зелёный шёлк взлетает в воздух. И до того Дашка дотренировалась, что платок весь помялся, будто его пять коров по очереди жевали.

А тут ещё как назло мама позвонила и сказала, что отпроситься с работы не получается и собирать Дашу придётся Полине. А она, мама, сразу на концерт приедет. С цветами!

Полина тут же принялась гонять Дашку мокрым веником. Не в прямом, конечно, смысле. Просто мама всегда так говорила, если кто заставлял кого-то много работать.

– Даша, костюм приготовь. Сарафан в порядке? Кокошник не забыла?

– Не забыла, – с несчастным видом сказала Дашка. – Только тут вот… – и она протянула сестре помятую тряпочку.

– Что это? – ужаснулась Полина. – Немедленно погладь!

– Ты же знаешь, я не умею, – насупилась Даша.

– Учись! – развела руками сестра. – Не маленькая уже!

– А если я его сожгу? – вздохнула Дашка, волоча на кухню утюг.

Длинный провод болтался по полу, и котёнок Фантик из-за угла приготовился к нападению. Но добыча быстро скрылась на кухне.

– Ну ты уж постарайся! Я в твоём возрасте...

– Знаю, знаю, и картошку варила, и меня пеленала, и всю семью кормила, – закончила за сестру Даша.

«Вот всегда так со старшими сёстрами – только и делают, что советы дают да издеваются!  – обиженно думала Даша. – Лучше уж совсем без сестры: маме, хочешь не хочешь, пришлось бы самой вещи собирать, а она никогда не заставила бы меня гладить».

Утюг был горячим. Очень. Даша подносила его к платку и отводила в сторону. Страшно – второго такого платочка у неё не было. И грызло девочку какое-то неясное подозрение, что до концерта эта часть костюма сегодня не доживёт. Наконец Полина не выдержала мучений сестры.

– Учись! – вздохнула она, и через минуту платок был как новенький.

Кажется, обошлось.

Выключив утюг, Полина оценивающе посмотрела на сестру:

– Надо бы тебя причесать!

– Ой, Полина, а может, мама меня там заплетёт? – испуганно проговорила Дашка, прижимая к голове непослушные жёсткие кудряшки.

Природа, видно, сгоряча, одарила Дашу копной волос, завивающихся в мелкие тугие колечки, но забыла при этом дать ей хоть чуточку терпения. И каждое утро превращалось для девочки в настоящий кошмар. Её усаживали на пуфик перед большим зеркалом. Пуфик этот Дашка про себя окрестила «пыточным стульчиком». И начиналась сложнейшая операция по превращению африканской абракадабры в простую русскую косу. Прочесать такую густую «гриву» было под силу только обладающей завидным спокойствием маме. Полины же обычно хватало на пять минут. Дашкины взбрыкивания и визг тут же отбивали у неё охоту становиться домашним парикмахером.

Но сейчас старшая сестра была исполнена решимости навести на Дашиной голове порядок.

– Ты что? А если мама не успеет?

Полина выдвинула «пыточный стульчик» и указала на него пальцем. Дашка обречённо присела на самый краешек.

Покрутив голову сестры, прикинув так и эдак, Полина взялась за дело.

– Ой-ой-ой! – запела чистым сопрано Даша. – Давай просто ленточкой перевяжем и всё!

– Терпи! – нахмурилась Полина. – Красота – она требует от нас ещё не таких жертв!

– Мы точно опоздаем! И ты будешь виновата! – решила взять хитростью Дашка.

Но и этот аргумент не возымел никакого действия.

– А-а-а, – перешла Дашка на «клавиатурное» сопрано.

Правильно, конечно, говорить «колоратурное» сопрано. Но мама Дашину «пробежку» от верхних до самых верхних нот называла обычно именно так.

– Распевайся! Распевайся! – пыхтела Полина, разделяя кудряшки на ровные кучки. – Мы тебя тогда ещё в музыкальную школу запишем!

Через полчаса в зеркале отразилась очень аккуратная девочка с красной лентой в тугой косе.

Полина достала из гардероба расшитый красный сарафан и белую блузу, а из шкатулки бусы.

– Надо платочек, чтобы не помялся, в бумагу завернуть, – сказала она сестре.

Положив платок между двумя листами, девочки стали сворачивать трубочку.

– Ну что ты, Дашка, такая неаккуратная! Сейчас опять помнёшь! Тут держи! Не тут! Да ну тебя! Только мешаешь. Учись, как делать надо!

У Полины всё выходило довольно ловко.  Только концы трубочки торчали острыми уголками.

– Некрасиво, – поморщилась Полина и взяла большие ножницы.

 Чик – бумажный треугольник плавно опустился на пол.

 Чик – за ним последовал второй уголок.

Но что это? Поверх бумажных обрезков лежали два зелёных кусочка ткани.

Дашка осторожно, двумя пальчиками, подняла их.

  – Ой! А откуда взялись эти тряпочки? – икнула она.

Тут Полина начала как-то странно смеяться.

– Платочек, – проговорила она, нервно хватаясь за живот.

Даша быстро развернула бумагу. Кажется, самые ужасные подозрения начинали оправдываться: вместо ровного зелёного квадрата перед ними лежал кособокий многоугольник.

– Как же я с этим танцевать буду?! – в ужасе воскликнула Даша. – Посмотри, на что он стал похож! Меня же засмеют все, – чуть не плакала девочка.

– Спокойно! – решительно сказала Полина. – Сейчас мы только края подпалим, чтобы не сыпались, – никто ничего и не заметит! Я сто раз видела, как мама так делает!

Полина принесла зажигалку, которой мама обычно свечи на праздники зажигала, и, чиркнув, поднесла пламя к краю материи. Но тут случилось страшное! Вместо того чтобы лишь чуть-чуть оплавиться, платок вдруг прямо у них на глазах растаял, и остался обуглившийся кусок пластмассы.

– Ну всё! Это конец! – Дашка даже зажмурилась, чтобы не видеть этого безобразия, и зарыдала: – Как я Елене Владимировне на глаза покажусь? Она меня вообще из ансамбля выгонит!

– Не выгонит! – убеждённо сказала Полина. – Сейчас я что-нибудь придумаю!

Она ушла в комнату и через пять минут вернулась с бумажным свёртком.

– Вот, – изрекла старшая сестра печально. – Твой новый платочек. Он практически такой же!

– Покажи! – попросила Дашка. – Откуда он у тебя?

– Какая разница откуда? Главное, что есть! А теперь бежим, а то опоздаем!

В танце живёт душа народа, он, как песня, должен литься и веселить – так говорила им Елена Владимировна. Когда Даша была помладше, ей всегда было интересно, как это душа народа может жить в танце.  Куда же она скрывается, когда танец заканчивается? Но сейчас её волновали совсем другие вопросы...

Плавно семенили по сцене маленькие девочки в красных сарафанах. Звёздочка, корзиночка, карусель. Ковырялочка, верёвочка, гармошка. И вот последний танец.  Круг, круг, поворот – и в воздух взлетели семь ярко-зелёных платочков. И один бледный, в горошек. Дашкин.

Все, конечно, охнули и тут же захлопали, думая, что так всё и должно быть. Только у Елены Владимировны брови совсем спрятались под короткую чёлку. И мама стала моргать часто-часто. Видимо, горошинки пыталась ресницами разогнать.

А Полина сидела очень довольная. Всё-таки неплохо Дашка у них танцует! Будет из неё толк!

Одевая после концерта смущённую, но счастливую Дашу, мама спросила:

– А что это за история у вас с платком вышла? Где твой зелёный?

– Сожгли нечаянно, – призналась Полина.

– А этот откуда взялся? Что-то он мне напоминает!

– А напоминает он тебе Полинкин любимый шарфик, который ей папа недавно привёз. Я сразу догадалась, что она его разрезала, – с гордостью вставила Дашка.

– Полина! – только и всплеснула руками мама.

– А что, не пропадать же таланту! – пожала плечами старшая. – Надо было с чем-то на сцену выходить!

И они все вместе пошли домой. По дороге Дашка думала: хорошо иметь сестру, которой для тебя ничего не жалко. Даже любимого французского шарфика!

Платок Даше потом новый купили. Зелёный, как у всех. Но этот она берегла в шкафу, на всякий случай. Мало ли что ещё может произойти!

 

ТЕАТРАЛЬНОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ

В Полинином классе царило беспокойство. И всё потому, что к Восьмому марта учительница придумала спектакль для родителей устроить. Она-то придумала, а играть ученикам. Отдувайся тут за её фантазию.

И спектакль выбрала так себе, простенький совсем – «Белоснежка и семь гномов». Такое не родителям, а малышне в детском садике показывать надо.  Ребята так прямо учительнице и сказали. Но она была непреклонна: вы, говорит, сначала на простеньком потренируйтесь, а потом и за серьёзные вещи можно будет браться.

И вот начались на школьной сцене репетиции. Почти каждый день, даже учиться многим некогда. Какая уж тут учёба, когда надо декорации сделать, костюмы сшить, роли выучить.

Полине выпала самая харАктерная роль – мачехи. Здесь было где развернуться. И так она этим делом увлеклась, что даже всерьёз стала о сцене подумывать. И чем больше думала, тем больше плюсов в этой идее находила. Цветы всегда дома будут – плюс! Поклонников вокруг море целое – солидный плюс. С многими знаменитостями запросто поболтать сможет о том о сём – тоже приятно. А уж подружки-одноклассницы обзавидуются – что и говорить! Сплошные плюсы!

Главное, Татьяна Ивановна, которая спектакль с ними ставила, решительно её, Полинин то есть, талант признавала. Так прямо и говорила:

– Полина, ну у тебя дар на сцене блистать. Ты всех остальных просто затмеваешь!

Непонятно, правда, почему слышалась Полине в её словах некая издёвка.

Может, она, Полина, говорит слишком громко? Или Белоснежку чересчур сурово ругает? А вдруг перед зеркалом много воображает? Да нет, всё должно быть нормально. В конце концов Полина пришла к выводу, что издёвка ей из-за её собственной скромности чудится. Но на всякий случай решила вести себя потише.

Тут другая незадача приключилась: чтобы сильно не сцене не выделяться, Полина стала так осторожно Белоснежке яблоко кидать, что оно до той не долетало. А кусать то, что по всему полу повалялась, капризная Сонька Качалкина отказывалась. Это было самое слабое место в Полиной игре, но она дала себе слово, что на спектакле обязательно справится.

К выступлению они подошли по-взрослому, даже суфлёрская будка на сцене была.

– Поля, когда будешь кидать Белоснежке яблоко, кидай чуть посильнее, чтобы она его сразу поймала. Соня, когда откусишь яблоко, падай плавно – ты уже заколдована. И смотри, старайся совсем не шевелиться, когда будешь притворяться спящей, а то в прошлый раз ты два раза чесала правую ногу, – давала Татьяна Ивановна последние наставления. – Гномы возвращаются к дому строго после грома, то есть после второго удара барабана. Тимофей, увидев Белоснежку, ты должен сначала удивиться, потом изобразить восхищение. В суфлёрской будке будет сидеть Тоня, она подскажет текст, если вдруг кто-то забудет. В конце все выходим на поклон. Вот, кажется, всё. Я на вас очень надеюсь.

Родителей пришло столько – полный зал. В первом ряду сидели, конечно, Полинины мама и папа. А с ними Дашка – куда же без неё!

Спектакль начался, и Полина забыла обо всём на свете.

Вот она, устроившись поудобнее в кресле, достала своё «волшебное» зеркальце.

– Ну-ка зеркальце, скорей покажи, кто всех милей, нет кого белей и краше в целом королевстве нашем! – капризным голосом потребовала Полина.

Занавес поднимался и опускался, давая возможность поменять декорации. Перед зрителями представал то густой лес, то королевский дворец, то маленький уютный домик за невысоким заборчиком, где жили гномы.

Гномы в ярких колпаках с большими круглыми помпонами кружились в весёлом хороводе и пели с вместе с Белоснежкой:

– Жить на свете хорошо, хорошо, хорошо! Если добрый ты душой, это тоже хорошо.

Наконец гномы ушли на работу в горы, а Белоснежка присела на крылечко.

Тут за забором показалась сгорбленная старушка. Белоснежка подошла поближе.

– Я подарю тебе румяное яблочко, моя детка. Лови, – хитрым голосом проговорила старуха из-за забора и бросила яблоко.

Полина помнила, что кидать нужно сильнее, чтобы Белоснежка могла сразу поймать яблоко и ей не пришлось за ним наклоняться. И мачеха постаралась. Коварное яблоко пролетело мимо растерянной Белоснежки и угодило в суфлёрскую будку к Тоне. Та не растерялась и отправила его обратно, прямо в руки незадачливой отравительницы. Полина немного смутилась и со словами «Лови же!» кинула яблоко второй раз. И оно снова пролетело мимо Белоснежки в будку к Тоне.

Через секунду вредный фрукт вернулся к мачехе. Белоснежке оставалось только провожать румяный наливной плод взглядом.

Полина понимала, что срывает спектакль. В зале уже раздавались смешки. Она попробовала ещё раз и ещё. Пять раз Полина бросала злополучное яблоко, и пять раз оно возвращалось к ней из суфлёрской будки. Зал хохотал! Полина чуть не плакала, но мужественно продолжала с завидной меткостью кидать яблоко в будку к Тоне.

Пашка, который отвечал за звуковое сопровождение спектакля, от смеха схватился за живот. Палочки выпали у него из рук и упали прямо на барабан.

«Это гром», – подумали гномы, которые из-за кулис не видели, что происходит на сцене. Они дружным строем побежали к дому и наткнулись на переодетую мачеху.

– Держи отравительницу! – не выдержав, закричал самый младший гном. И все они кинулись на старуху.

– Да лови же ты, наконец! – крикнула испуганная Полина и наугад швырнула яблоко. Белоснежка подпрыгнула, чтобы поймать его, но напрасно. Яблоко, как снаряд, просвистело мимо её рук и ударило прямо в картонную стену дома. Декорация зашаталась и упала на Белоснежку. А Полина проворно скрылась за кулисами.

Белоснежка, чтобы хоть как-то спасти ситуацию, вылезла из-под дома, схватила яблоко и, несмотря на крики гномов «Брось, брось!», стала жадно грызть его. Зрители корчились от смеха. Белоснежка встала, громко вскрикнула и плавно, как учила Татьяна Ивановна, упала на пол. Гномы подбежали к ней. Они должны были запеть грустную песню. Но в зале стоял оглушительный хохот. Не понимая причин такого смеха, гномы испуганно озирались. И… забыли слова.   Один из них, всё перепутав, запел: «Жить на свете хорошо, хорошо, хорошо!» Его сразу стали толкать в бок.

Тоня шептала им текст нужной песенки, но гномы так растерялись, что спеть уже не смогли. Они взяли Белоснежку и унесли её за кулисы.

На бедную Татьяну Ивановну жалко было смотреть. Они так готовились к этому спектаклю – и такой провал. Рядом с ней рыдала Полина.

– Это я все испортила, – плакала она. – Мне никогда не стать артисткой.

– Нет, – утешала её учительница, – ты молодец. Просто ты немного не рассчитала.

Спектакль всё-таки доиграли до конца. Принц, как положено, разбудил Белоснежку. На их свадьбе гномы спели свою весёлую песенку.

Зрители были в восторге. Такого смешного спектакля они ещё никогда не видели. Вот он, настоящий праздник!

– Браво, браво!  – кричали из зала.

– Я не выйду больше на сцену, – упиралась Полина, когда артисты собрались на поклон. Но Татьяна Ивановна сказала ей:

– Настоящий артист не боится провала. Ты должна выйти и поблагодарить зрителей.

На дрожащих ногах Полина вышла вместе со всеми. Зрители оглушительно хлопали.

– Молодцы! Спасибо! – доносилось со всех сторон.

Это было, пожалуй, самое оригинальное исполнение «Белоснежки и семи гномов». Позже друзья ещё не раз выступали с этим спектаклем на разных сценах и всё проходило как обычно, но этот, первый, раз запомнился им надолго.

4я

Поздравляем авторов с публикациями!

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению
Прочитано 108 раз

Последнее от Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор ТО ДАР. Председатель ТО ДАР

Комментарии (0)

Здесь ещё нет оставленных комментариев.

Оставьте Ваш комментарий

Добавление комментария от гостя. Зарегистрируйтесь или войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 2)
Поделитесь своим местоположением